Платье, в котором дышит сердце.
📘 Глава 2
Прошло всего пару часов с момента возвращения, но казалось — целая вечность.
Мир остался прежним. Кроме одного: её дети больше не жили здесь.
Она поднялась, пошла на кухню.
Механически взяла кружку, налила воду, нажала кнопку чайника.
Телефон завибрировал на столе.
Ева машинально взглянула на экран — *Emi 🌸*.
Она едва не уронила кружку. Сердце сжалось. Эми. Та самая женщина, с которой её связывала странная, противоречивая дружба. Когда-то она появилась в её жизни, как случайность, как тень чужой ошибки — и осталась.
— Эми?.. — осторожно произнесла Ева.
— Девочка, это ты?! — в трубке раздался радостный, певучий голос. — Господи, я думала, ты уже сменила номер и сбежала от цивилизации!
Улыбка сама собой тронула уголки губ Евы. Голос Эми всегда был как вспышка света: яркий, чуть дерзкий, уверенный. Полная противоположность её тихой размеренности.
— Я… вернулась из колледжа. Отвезла детей. — Ева удивилась, как устало прозвучал её голос.
В трубке воцарилась короткая пауза. Потом Эми мягко, но решительно сказала:
— Всё. Хватит. Я чувствую по твоему голосу: ты на грани. А значит, пора. Сегодня вечером ты поедешь со мной.
— Куда?.. — Ева автоматически прижала ладонь к груди, будто защищаясь.
— Туда, где музыка и огни. Где ты вспомнишь, что ты женщина. Я за тобой заеду. В девять будь готова.
— Эми… я не уверена…
— Никаких "не уверена", — отрезала та. — Надень платье. То самое, которое ты боишься надеть.
Гудки оборвали разговор.
Ева стояла посреди кухни, сжимая телефон, словно он только что изменил её судьбу. В голове гулко звучали её слова: *«Платье, которое ты боишься надеть».*
Ева долго стояла у шкафа, перебирая вешалки. Каждое платье казалось чужим: слишком будничное, слишком молодёжное, слишком простое. Она уже почти решила отказаться — сказать Эми, что не сможет. Но взгляд зацепился за край ткани в глубине шкафа.
Она потянула — и вытащила его.
Чёрное платье. Простое, но с тайной. Тонкая линия плеча, мягкая ткань, которая в прошлом умела обнимать её так, что казалось — дышит вместе с ней.
*«Платье, которое ты боишься надеть».*
Эми всегда видела её насквозь.
Ева провела пальцами по ткани, и ладонь предательски задрожала. Сердце забилось чаще. Она подошла к зеркалу и прижала платье к груди. Из отражения на неё смотрела женщина с усталыми глазами и мягкой линией губ. Но там же — в глубине взгляда — вспыхнула искра. Та самая, которую она прятала все эти годы.
— Нет… — прошептала она своему отражению. — Это не я.
Она развернулась, хотела бросить платье обратно. Но ноги сами остановились. Она закрыла глаза.
В груди вдруг шевельнулось что-то забытое — как лёгкий ток, как первый вдох после долгой паузы. Может, пора перестать прятаться за удобством и тенью прошлых лет? Пора вспомнить, что она не только мать, не только хозяйка дома… Она — женщина.
Ева медленно надела платье. Ткань легла на кожу прохладой, обвила талию, подчеркнула изгибы. Она затаила дыхание. В зеркале отразилась другая женщина — не та, что прячет боль в саду, а та, что ещё может нравиться.
Руки дрожали, когда она подвела тонкую линию туши. Немного блеска на губы. Волосы — в свободный пучок, несколько прядей оставила у лица. Серьги зазвенели, когда она повернула голову.
Она смотрела в зеркало и вдруг впервые за долгое время подумала: *я красива*.
И в тот момент во дворе раздался сигнал автомобиля.
Ева выглянула в окно — и увидела Эми.
Подруга стояла, опершись о машину, в короткой юбке и на каблуках, в блестящей куртке, как будто только что сошла с обложки. Невысокая, изящная, с гладкими чёрными волосами до плеч и внимательными миндалевидными глазами. В ней всегда было что-то яркое и лёгкое: то ли в походке, то ли в улыбке, то ли в смехе, который слышался даже через стекло.
Эми умела притягивать к себе — словно магнитом. В компании её невозможно было не заметить: живая, темпераментная, смелая. И всё же в её взгляде иногда мелькала тень, будто она знала о боли больше, чем показывала.
Именно эта смесь — открытой радости и скрытой глубины — всегда обезоруживала Еву.
Ева вдохнула. Сердце билось быстро, слишком громко. Она взяла сумочку, ещё раз посмотрела на своё отражение и тихо сказала:
— Ты справишься.
И вышла навстречу свету фар.