Часть 10. Снова на трибуне
Начал выступать предпоследний поток, в котором на площадку предстояло выйти Богдане Борщевой. Девочки, удобно расположившись уже на полупустых трибунах, с нетерпением ждали выхода новой знакомой на площадку. Вдруг кто-то, подкравшись сзади, закрыл Лизе ладошками глаза. Обернувшись, девочка увидела Марину. Гимнастка приветливо улыбалась, но ее подавленное внутреннее состояние выдавали красные глаза - видимо из-за потери за площадку она пролила немало слез. Пока Марина перелазила на их ряд, балерины переглянулись между собой и договорились тактично не напоминать гимнастке о неудачном выступлении с обручем.
На ковер выходила юркая брюнеточка с ярко обмотанным обручем. Упражнение она прошла довольно-таки чистенько, если не учитывать тот факт, что в середине композиции на риске обруч убежал от хозяйки за площадку. Когда незнакомая девочка закончила, Марина стала очень громко ей аплодировать в знак поддержки.
- Ну, значит не у одной меня руки дырявые, - сказала вдруг Марина. - Но все равно, потеря - это очень обидно. Видели как я запульнула?
Молчать было уже бессмысленно, поэтому Лиза и Адель поспешили поддержать новую знакомую:
- Да ладно тебе, ничего страшного... В следующий раз получится! - ободряюще произнесла Адель.
- Обязательно получится, вот увидишь! - подхватила Лиза. - Зато поворот в затяжку у тебя был просто великолепный, в остановку!
- Спасибо... Честно говоря, так круто я его скрутила первый раз. Надеюсь это несколько смягчит гнев Юлии Викторовны.
- На вот тебе, утешительный приз от нас, - сказала Лиза, протянув Марине шоколадный батончик "Сникерс".
Гимнастка поблагодарила, улыбнулась и принялась распоковывать шоколадку. Стоило голодной девочке засунуть батончик в рот, как случилось то, чего боятся все художницы. По ступенькам сектора навстречу всей компании стремительно поднималась Юлия Викторовна. Марина быстро сунула "Сникерс" на колени к Лизе, а сама наклонилась к сумке и стала силиться прожевать огромный кусок шоколада вперемешку с орехами. Когда Марина сделала последнее глотательное движение, Юлия Викторовна уже стояла рядом:
- О, Елизавета! Здравствуй. Весьма похвально, что ты пришла на соревнования, значит увлечение твое по истине сильное, а не так, попытка сбежать из балета под самым носом родителей. Это ты молодец. Правда вот с этим, - тренер кивнула на шоколадку, - тебе придется завязать, если хочешь все-таки попасть в художественную гимнастику.
Лиза поздоровалась и смущенно убрала начатый батончик в карман. Юлия Викторовна теперь обратила внимание на Марину:
- Ну что, Марин. Довольна своим выступлением?
- Нет, - несмело ответила девочка.
- А зря, я в принципе довольна, сдвиг есть и приличный. Но вот с риском придется разобраться - поработать над броском тебе придется очень усердно. Я выделю тебе для этого целую тренировку. Да, кстати, ты заминку уже сделала?
- Да, и ошибки отработала, и завтрашние виды прошла.
- Ну хорошо. Не раскисай, тебе еще завтра предстоит доказать судьям чего мы стоим.
- Спасибо, Юлия Викторовна...
Тренер развернулась на каблуках и поспешила в сторону разминочной площадки, вероятно для того, чтобы подготовить к выходу Богдану.
- А почему она тебя не выводила? - спросила Адель.
- Так она же судила... - ответила Марина.
Девочки перенесли свое внимание на площадку. Через пару выступлений они заметили, как у края разминочного ковра Юлия Викторовна настраивает стоящую на полупальцах воспитанницу. Звонкий голос диктора пригласил на площадку Богдану Борщеву, и та, кивнув тренеру, смело пошла в направлении красной линии. Перешагнув ее, Богдана в изящном бело-голубом костюме вышла на самый центр и медленно встала в сложнейшую начальную точку. Зрительный зал невольно ахнул, восхитившись красотою позы. Прозвучал "пик" и Богдана начала движение, не дожидаясь первых аккордов нежной мелодии Ludovico Einaudi. Вдруг из динамиков послышалась то, чего не ожидал никто: вместо фортепианной композиции - ритмичное танго. Сначала Лиза подумала, что Юлия Викторовна исполнила свою угрозу и заставила Богдану выступать со старым упражнением. Но почему тогда начало новое?.. Сомнения девочки рассеял жест Марины - она закрыла лицо руками, прошептав "О, Боже... что ж за день такой сегодня". "У нее другая музыка должна быть" - пояснила Лиза Аделе.
Поскольку упражнение Богдана уже начала, то останавливаться не имела права, поэтому по ходу выполнения композиции ей приходилось менять "воду" и акцентные "точки". Выходило вроде неплохо, отметила про себя Лиза, а значит, что оценка за артистизм не должна сильно пострадать. Элементы и риски гимнастка шла так ровно и чисто, что балерины невольно восхищались ее изяществом и выдержкой. Когда девочка закончила, ей аплодировал не только весь зал, но и побелевший тренер. Осознав, что все закончилось, Юлия Викторовна отправилась к главному судейскому столу, чтобы разобраться в ситуации и, возможно, подать протест.
Вдруг Лиза вспомнила, что это она относила диски режиссеру и, вероятно, что-то напутала. Затем она осознала, что путаницы никакой возникнуть не могло, ведь каждый диск подписан. К счастью, оценку Богдане назвали высокую, и переделывать упражнение не пришлось. У Лизы отлегло от сердца.
На второй вид Богдана выходила в черно-белом купальнике, оформленном в стиле кокетливого фрака с ярко-розовой бабочкой на шее, и с таким же розовым обручем. Лиза удивилась, как хорошо Богдана смотрится, выполняя упражнение под зажигательную и кокетливую джазовую композицию Denver & the Mile High Orchestra. Исполнение было на весьма высоком уровне, во всяком случае крупных ошибок гимнастке удалось избежать. Лиза хотела было сбегать вниз, поздравить Богдану с окончанием выступления, но Марина остановила ее:
- Не стоит, она сама к нам поднимется, как пройдет виды на завтра. Лучше на площадку смотри, следующая должна будет выйти состоящая в юношеской сборной Валерия Генералова.