5. Что мне дождик проливной
Полная луна ярким блюдцем медленно движется по темному небу, усыпанному мелкими звёздами. Неприятный скрип ржавой качели разносится по всему двору. Но Мадину это не останавливает и она лишь сильнее толкается ногами о землю, усиливая этот звук.
— Так чего ты ушла с дискача? - Валера садится на низкий заборчик, который покрасили только пару дней назад и сейчас он выделяется в ночи жёлтым пятном.
Дина проводит рукой по левому бедру, вытирая влагу с ладони, цепляет указательным пальцем дырку на колене штанины и начинает ее медленно растягивать. Вахит за этим занятием внимательно следит и с каждой минутой отверстие в ткани становится все больше и больше.
— Да там...
Девушка на мгновение задумывается, хмурит брови и что-то невнятно бурчит себе под нос. Откидывается на спинку качели и запрокидывает голову вверх, смотря в чёрное небо. Как-то слишком тяжело выдыхает.
— Парни там были какие-то не приятные очень. А у меня чуйка хорошая!
Девушка опирается на спинку качели и деревянные брусочки своими углами впиваются в кожу под лопатками через тонкую футболку.
Плотные облака скрывают жёлтую медаль луны и двор погружается во мрак. В этой тьме неожиданно появляется маленький огонек, освещающий лицо Турбо с сигаретой, зажатой между губ. Примеру своего друга следует и Зима, тоже закуривая сигарету.
Где-то вдали, на горизонте, яркой вспышкой появляется молния и, спустя несколько секунд, слышаться раскаты грома.
Сигарета, зажатая зажатая зубами Валеры, выпадает и тлеющий табак разлетается по земле мелкими искрами. Сам парень резко оборачивается в сторону неожиданно возникшего света и чешет свой затылок.
— Дождь что-ли будет?...
Дина следует его действиям и тоже поворачивается голову. Шумно втягивает воздух через ноздри, улавливая приближающийся ливень.
— Может домой?..
Мадине на лицо капает пару дождевых капель и она сразу же вытирает их тыльной стороной руки.
В окнах пятиэтажного дома начинает загораться свет. Из некоторых квартир слышатся детские веселые крики и смех.
Дина поднимается с качели и, потянувшись в спине, отряхивает штаны на бедрах от мелких щепок и облазившей краски.
Снова насколько капель падают девушке на лицо, а так же на плечи и с новым раскатом города, на троицу обрушивается ливень. Ребята переглядываются. Черные короткие волосы липнут к щекам Дины, а глаза расширится на столько, что готовы выпасть полностью.
Вахит озирается по сторонам, прикрывая свою лысую голову ладонями, соедененными сверху. Валера скидывает свою олимпийку и приподнимает её над собой и Мадиной, укрывая ее от проливных ледяных капель.
Ребята бегут в сторону детской площадки, где виднеется старый облезлый грибок-зонт с песочницей. Дина выбегает из под олимпийки Турбо и с громким смехом несётся вперёд всех. Дождевые капли стекают по её волосам на лицо, попадают на ресницы, тем самым застилая взор, и в рот, что вызывает ещё больший смех.
Когда все они оказались в этой крохотной песочнице под козырьком гриба, Малина кивнула взор вдаль.
— А как домой?
Валера осматривает землю вокруг них, тяжело вздыхает.
— Теперь только плыть. Лужи видела какие уже?
— Здорово.
Девушка смотрит сначала на Турбо, а затем на почему-то улыбающегося Вахита.
— Чего улыбаешься?
— Да я шутку одну вспомнил.
Зелёные глаза у парня округляются. Он помнит, какие шутки травит его лучший друг.
— Зима, нет.
— Та чего ты, пусть расскажет, все равно тут ещё долго сидеть. Хоть обстановку разбавит.
Валера вновь тяжело вздохнул ( какой же это был раз за день?) и махнул рукой мол, делайте что хотите.
Вахит деловито потирает ладони, готовый уже расчехлить весь свой запас тупых шуток, ведь дождь даже не собирался заканчиваться.
— Знаешь, какие люди в Африке считаются из богатой семьи?
Дина немного хмурится, пытаясь подобрать ответ, но затем отрицательно качает головой.
— Те, которые на восемьдесят процентов состоят из воды.
Парень начинает смеяться и почему-то Мадине кажется, что его смех похож на зов умирающего гуся. Турбо приложил ладонь ко лбу и, покачав головой, отвернулся, смирившись с этим цирком.
— А теперь ещё шутка. Как говорят «больше сыра—больше дырок». Но ведь если больше дырок, то меньше сыра. Это получается, что больше сыра— меньше сыра?
Девушка округляет глаза. Ее губы непроизвольно напрягаются, чтобы не проявить улыбку. Шутка и впрямь получилась тупая, но почему-то ей хотелось из-за нее очень сильно смеяться.
Шум дождя усиливается и голос Вахита утопает в нем. Дина поворачивается лицом к Валере.
— Надо бы домой.
— Чо?
Слова девушки пропадают в шуме. Капли громко барабанят по железной крыше мелкого укрытия троицы.
— Домой!
Дина почти вплотную прислоняется к Турбо, выкрикивая ему в ухо.
— Как я тебя домой отведу-то?! Если только так, под дождем!
Мадина поджимает губы, думает с пару минут и неуверенно кивает.
— Так побежим, тут вроде же недалеко.
Турбо тяжело вздыхает и хлопает Вахита по плечу, привлекая его внимание. Что-то с ним обсуждает, но Дина даже не вслушивается в их разговор. Да и его и не слышно ей из-за шума дождя.
Валера тянет девушку за футболку и накидывает ей на голову свою кофту. Хватает девушку за руки и они все втроём под проливным дождем бегут в двор Воскресенской.
— Динка, если ты заболеешь, это будут не мои проблемы. Ты сама решила бежать под таким дождем домой.
Но Мадина лишь смеётся, ступая кросовком в лужу. Брызги летят в разные стороны, попадая на ее спортивные штаны.
— И ладно, ради такого не жалко и заболеть.
Парни закатывают глаза и продолжают бежать по обе стороны от девушки. Дождь не прекращается даже не на секунду, а подъезд Дины все не появляется в поле зрения троицы. Они с бега переходят на шаг и, восстанавливая дыхание, идут пешком. Валера все ещё держит свою куртку над головой девушки, но ее волосы все равно уже промокли.
Наконец-то, спустя минут семь беспрерывного шага, троица доходит до двора с коробкой. Дождь все ещё льет и, похоже, даже не собирается прекращаться.