4.
Амстердам, Нидерланды. Декабрь.
Его сухие губы, её обнаженные плечи, сбитое дыхание, леденящая темнота в комнате. Широкие мужские ладони обжигали обнаженную женскую кожу на груди и рёбрах. Его горячий шепот, её узкие ладони, длинные ногти, пристальный взгляд Кирилла. Её влажные губы на его шее, его вздохи, почти стоны и ладони, упирающиеся в матрас.
Покусанные губы, жаркие поцелуи в губы, срывающие голову, ногти легонько царапающие потную, мокрую кожу. Тяжесть в голове, лёгкость в мышцах, туманность разума и желание до конца жизни сливаться воедино. Тяжёлый шепот и переплетение горячих рук. Даже в темноте очень хорошо видны его татуировки и каждая родинка на бледной коже.
Одежда на полу, крупные шершавые ладони на обнажённой груди, жесткие движения и мягкие прикосновения. Уставший, потрепанный вид и ощущение мимолетного счастья в груди.
Глаза в глаза, губы в губы, спутанные волосы, тусклый взор, рваные вдохи и выдохи. Изгибы поясницы и шеи, сильно заметные ключицы полностью покрытые его губами. Тёмные волосы с ароматом сладкого кондиционера для волос и духов с цитрусом. Бледная кожа, местами покрытая татуировками, с запахом геля после бритья, вишневых сигарет и лёгкий шлейф красного вина.
Браслеты на широких запястьях, задевающие кожу при каждом движении, едва слышный редкий хруст костей и скрип кровати. Разгоряченные тела и немного смущенные, но довольные лица с каплями пота на лбу и висках.
Мятое постельное белье, его следы на коже, разрывающийся телефон Кирилла. Уже все его потеряли, никого опять не предупредил.
— Кто там? Возьми трубку. — несколько замученно попросила Виен. Кирилл сильнее навалился на неё, целуя в немного опухшие губы:
— Подождет, — бросил он, впиваясь них все больше и больше. После этих слов рингтон сразу стих. И через минуту телефон зазвонил вновь. — Да сука! Костя, блять!
— Возьми. Вдруг срочное что-нибудь…
— Потом, пожалуйста, потом. — чуть ли не крича, попросил (?) блондин. Виен осторожно, едва весомо коснулась пальцами его плеча, парень вздрогнул, моментально покрывшись мурашками. Девушка расплылась в улыбке, музыкант тоже:
— Щекотно. — он точно также сделал кореянке. Из её груди вырвался несколько нервный смешок.
Незборецкий остановился и наклонился к лицу девушки. На секунду их носы соприкоснулись, в ушах зашумела кровь. Кирилл уткнулся лбом в голое женское плечо и едва не мурчал. Вийка положила ладони на его затылок, погладив выпирающий шейный позвонок:
— Какой же ты…как котенок… — прямо ему на ухо прошептала она. Действительно, он невероятно ласковый. Кирилл поднялся с нее, усмехнулся. И сев на кровати, посадил кореянку себе на колени. Она вздрогнула от его прикосновений к напряженному телу.
— Ты у меня такая красивая… — восхитился блондин, прижал её тело к своему, положив левую ладонь на её поясницу. Другой рукой он заправил на уши её волосы.
— Растрепанная, — перебила девушка его, пытаясь пригладить волосы на макушке. Музыкант прислонился лбом к её лбу и ещё шире улыбнулся.