71. Рокировка.
Музычка под настроение:
Diamante — Unfuck You
************************************************
— Энди... Кажется, я ослепла от тебя...
— Чë?
— Можешь ещё разок меня трахнуть, чтобы я прозрела?
— Уймись, дура, свет выключился!
— Нет, я точно ослепла, не уходи!
Энди поспешно застегнула брюки и вывалилась из палатки к своей подчинённой, которая уже стояла с фонариком наготове.
— Это что, диверсия?! — выпалила она, взглянув ошалевшим взглядом на солдата своего отряда.
— Кажется, это ещё один террорист беснуется, который нам связь вырубил.
— Ещё работа!
— Командир, у нас нет никакой информации о нëм или его местоположении, стоит дождаться утра, — смущённо откашлялась «альфач». — Э-э-э, там, узница в палатке орëт, тебя зовëт. Стоит заткнуть.
— Заткни сама, — отмахнулась Энди, отобрав у солдата фонарик и отправившись на выход из активного сектора.
Дойдя до своей экзо-машины, она достала с сидения очки ночного видения, и надев на глаза, внимательно осмотрела территорию лагеря.
— Привет, Энди.
В очках возник знакомый силуэт, заставивший командира спецотряда на мгновение замереть, но через секунду она резко выдохнула и подняла очки на лоб, чтобы посмотреть на Анабель своими глазами.
— Поздравляю, Анабель, теперь ты знаешь одну мою нелицеприятную сторону, — устало вздохнула Энди, уставившись себе на ботинки. — И таких сторон ещё немало...
Анабель сверлила серьёзным взглядом хмурого спецназовца, вызывающе скрестив руки на груди, и задумчиво барабанила пальцами по плечу.
— А почему ты со мной не спала с этой штукой?! — наконец возмущенно выдала она. — Как давно ты ею пользуешься?!
— Не так давно...
— Да? А судя по воплям той девахи, кажется, что всю жизнь!
Энди совсем растерялась, и с подозрением уставилась на объект своей влюблённости.
— Ты ещё раз приходила?.. — догадалась она.
— Да, — беспечно отмахнулась Анабель. — Пряталась за палаткой. Не могла поверить, что ты и вправду можешь изнасиловать девушку...
— Убедилась?
— Убедилась, что ты любишь поиграть. Пугаешь до чëртиков, а в итоге... Это ж надо так верещать! Аж завидно стало!
— Ты неправильно поняла, — нахмурилась Энди. — Это настоящее насилие... Мне такое нравится...
— Тебе нравится играть в насилие, — хмыкнула Анабель. — Энди, я тебя знаю. У тебя доброе сердце, и ты никогда не причинишь серьёзного вреда девушке. А девушки это чувствуют, и поэтому кайфуют, вместо рыданий.
— Я сегодня расстреляла уйму Нимф...
— Это же как в кино! — перебила её Анабель. — Все девки мечтают о таком экстриме. Только настоящее насилие — это страшно, а с тобой — не страшно. Энди, я работаю в больнице, и часто видела по настоящему пострадавших девушек. Поверь мне, они не кайфовали от этого...
Энди смотрела на Анабель хмурым взглядом, медленно обдумывая тяжёлую мысль, и в конце концов сказала, густо покраснев:
— У меня чувствительные подушечки пальцев. Нравится, когда целуют их или лижут...
— Ух ты! Какая редкость!
— И заводят женские ножки в босоножках на высоких шпильках...
— Вот это откровение, — хихикнула Анабель, смущённо прикрыв кулачком улыбку на губах. — Тогда я тоже поделюсь одной тайной с тобой... Я знаю, что вас дрессировали на тотальное доминирование над людьми. Поэтому вам тяжело в обычной жизни. Вы должны устрашать всем, начиная от своего внешнего вида, заканчивая поведением, чтобы грëбанные террористы знали кто придёт их уничтожать, и наложили в штаны от страха ещë до того, как шальная идея поселится в их головах.
Энди замерла, слушая серьезные слова девушки, когда-то укравшей её сердце, и думала о том, что та никак не хотела отдавать это приглянувшееся сердце обратно.
— Я знаю, что ваши раны не зашивают должным образом, чтобы специально уродовать вас, и пичкают тоннами пищевых добавок, от которых у вас возникают проблемы с психикой и сном, — продолжала говорить Анабель, будто водя ножом по измученному сердцу солдата. — Я всë знаю, Энди. Я всë о тебе выяснила, когда... Рассматривала тебя на роль спутника жизни...
Энди в конец остолбенела, и смотрела на Анабель ошалевшим взглядом и приоткрытым от изумления ртом.
— Стоп. Я тебе ничего не предлагала и не обещала, — наконец выдавила она, уйдя в защиту. — Мы просто развлекались...
— Это ты развлекалась, — пожала плечами Анабель. — А я выбирала. Но увы, ты слишком зависима от войны, так что выбор был очевиден. Тогда мне так показалось...
Пока Энди пыталась удержать на плечах рухнувшее небо, к разговаривающей парочке подбежала одна из солдат.
— Командир, там узница бьётся головой о стол, требует, чтобы ты её дотрахала...
— Чë?! А вы сами не можете?! — возмутилась Энди.
— Требует тебя, шишку уже набила себе размером с крышку от фляги...
— Пусть набьёт размером с саму флягу! — нахально заявила Анабель, и схватив Энди под руку, потащила в женский сектор. — Передайте этой сучке, что командир занят серьёзными отношениями с будущей женой!
Когда растерянная солдат вернулась к воротам, богатырша на входе задумчиво спросила:
— Почему тëлки так хотят пожениться с командиром? Это уже вторая за последний месяц.
— Не знаю, может потому что она командир? — пожала плечами её коллега.
— Наверняка всë дело в шрамах, — задумчиво изрекла богатырша. — Нужно тоже с пьяну упасть лицом в тарелку с салатом. Глядишь, и у меня на лице будет волшебный шрам.
***
Так, незаметно наступил следующий день, и набравшийся сил Раймонд, как и обещал, явился в палатку к командиру «альфачей», с требованием помиловать Дамьена или подраться. Но, к собственному удивлению, Энди на месте не застал. Но зато застал свою бывшую жену, спящую в обнимку с одной из мощных солдат спецотряда «Альфа».
— Здорово вы узников охраняете, — прорычал Раймонд, встав в дверях. — Может я тогда кое-кого заберу и пойду?
«Альфач» приоткрыла один глаз, и приподняв над кроватью руку, потрясла наручниками, которыми была прикована к узнице.
— Ну попробуй, забери, — рыкнула она в ответ.
Проснувшаяся Шарлиз повернулась, и с минуту в ступоре смотрела на бывшего мужа. А потом зевнула, и отвернувшись, уткнулась лицом в свою мускулистую подушку.
— Чë надо, Раймонд? — проворчала она. — Меня не надо забирать, я тут останусь...
— Я не за тобой пришёл вообще-то! — возмутился бывший король их общего клана. — Мне нужна Энди.
— О, Энди... Энди и мне нужна, — мечтательно вздохнула Шарлиз. — Возьми у неë пару уроков секса, может научишься нормально трахаться...
— Чë?!
— Столько лет недотраха, — снова вздохнула Шарлиз. — Слава богу, ты свалил, а судьба мне подкинула Энди...
— Ты чë, перегрелась?
— Оказывается, в этом мире существуют нормальные любовники...
— Что с ней?! — недоумевающе спросил Раймонд у девушки-солдата, которая принялась махать рукой, выпроваживая его за дверь.
— Посткоитальная эйфория, — хмыкнула спецназовец. — Командир занята, приходи после завтрака.
***
Тем временем в палатке медблока.
— Три года жизни на смарку! — возмущённо воскликнула Анабель, лёжа в кровати и созерцая потолок. — Почему ты не предложила пожениться ещё тогда?!
— Потому что ты натуралка была, — прохрипела Энди, резво натянув на накачанные ноги штаны, и отправившись принять душ. — А я не собиралась бросать работу...
— Подожди меня, я ещё в душевой хочу потрахаться, — опомнилась будущая командирская жена, вскочив с кровати.
— Сколько можно?!
— Не нравится?!
— Нравится...
— Пошли быстрее, мне ещё на работу в столовую надо успеть...
Выйдя из палатки, воссоединившаяся парочка окунулась в неприятную реальность. В лагере не было электричества, сети, воды, а для готовки пищи пришлось разжигать настоящий костёр.
— Хорошо, что в мужском секторе остался допотопный сортир, — расстроилась Анабель. — Но как быть с водой?..
— Без электричества насосы встали, — нахмурилась Энди. — Наверняка строительные Нимфы займутся этим вопросом.
Распрощавшись с Анабель, Энди вернулась в свою палатку, перед которой её ждал воинственно настроенный Раймонд.
— Предлагаю рокировку, — с ходу заявил он. — Посадишь меня за Дамьена, а его отпустишь.
— А ты кто ещё такой?
Познакомившись, Энди выяснила его требования и дала ожидаемый отказ.
— Дамьен — основной участник террора, — хмурилась Энди, сосредоточенно наблюдая за тем, как опасный самец Нимфы едва сдерживал озверение. — Он должен понести наказание.
— Ты его видела вообще?! — рычал обозленный Раймонд. — В какую тюрьму его определят?! В мужскую! Я не могу этого допустить!
Энди нюхом чуяла, что парень был довольно силён, но пойти одному против её вооруженного отряда было бы по крайней мере глупо.
— Я не буду с тобой драться, — серьëзно сказала командир спецотряда. — Ты самец Нимфы, и не являешься моим прямым врагом...
— Энди, никто не знает, кто был террористическим королём, — рявкнул Раймонд. — Никто даже не знает, что он выжил! Ради бога, освободи его!
— Нет, — хмыкнула Энди, сверив разъяренного самца решительным взглядом. — Если так любишь своего парня, заставь меня передумать без кулаков.
— Что ты хочешь?!
— Выясни, что за террорист выключил нам электричество, и я подумаю над твоим предложением...
***
— Это легко! Звезданутый террорист — это Шейн! — заявил Френки в лицо опешившей Энди.
Раймонд, услышав условие командира спецотряда, неимоверно обрадовался и привёл парня-программиста с ноутбуком, чтобы тот всë рассказал отставшей от новостей Энди.
— Значит, Джейн нагулялась и вернулась к ней, — хмуро повторила девушка-спецназовец. — Но Шейн продолжает терроризировать город...
— Не город, а весь мир!
— Теперь Шейн — мой враг. Где их найти?!
— А чëрт его знает...
— Я исполнил условие, — прорычал Раймонд. — Сдержи слово, командир.
Энди посверлила внимательным взглядом боевого парня и вызвала свою помощницу.
— Белого короля освободить, а этого заковать, — уверенно приказала она.
Френки испуганно смотрел на то, как титаноподобная «альфач», сдернула с пояса комплект электрических оков, и надела на покорного Раймонда.
— Энди, это жестоко... — промямлил он, когда самца Нимфы увели.
— Он сам захотел.
— Ты хочешь обеспечить наказание Дамьену таким способом?..
Энди хмыкнула, и отвернувшись от парня, расстегнула молнию брюк, и отклеив от себя искусственный половой орган, бросила его на заправленную покрывалом кровать.
Френки совсем удивился, и даже открыл рот от изумления.
— Ты что, с членом ходишь?..
— А что, мне его в руках носить что ли?! — огрызнулась Энди, вынув из сумки толстенную пачку влажных салфеток.
Она кинула их на стол, и взяв фаллопротез в руку, плюхнулась в кресло, и вооружившись салфетками, принялась оттирать чёрный фаллос от следов биологических жидкостей.
— Есть информация, когда наладят поступление воды? — хмуро спросила она у Френки, который открыв рот наблюдал за действиями её сильных, грубоватых рук и сам немного возбуждался.
— Пока нет, — выпалил он, не в силах оторвать взгляд. — Слушай, Энди... А ты только девушек трахаешь?..
— Странный вопрос...
— А если я девушкой переоденусь, сможешь меня трахнуть?..
Энди перестала до блеска натирать искусственный половой агрегат, и густо покраснев, с молниеносной скоростью ринулась к чемоданчику и быстро убрала «игрушку» с глаз долой.
— Кхм, у меня что, на лбу написано «трахаю, всë, что движется»?! — возмутилась она, когда поборола в себе приступ смущения. — Я — не Джой.
— Джой тоже отказалась. Но ты похожа на человека, опытного в анальном сексе...
Энди совсем побагровела и была вынуждена отвернуться, чтобы успокоить пылающее стеснением лицо.
— Я так и знал, — рассмеялся Френки. — Остынь, я шучу.
— Меня привлекают только гетеросексуальные девушки, — мотнула головой Энди. — Прости...
— Ну, если надумаешь, — пожал плечами Френки, отправившись к выходу из палатки.
***
Дамьен уже смирился со своей невеселой участью, и размышлял о том, был ли у него шанс отправиться в женскую тюрьму, вместо мужской.
«Если погромче рыдать на суде, может они сжалятся? — хмуро думал он. — Хотя... Я же король, никто не поместит зарядное устройство среди криминальных Нимф... Чëрт...»
Занятый тяжёлыми думами, он не заметил, как в палатку вошла «альфач» с другим узником, а когда та грубо подняла его с пола, наконец пришёл в себя, и заметив Раймонда, напрягся.
— Ты почему здесь? — выдавил он, а потом удивился ещё сильнее, когда с него сняли ошейник, и начали отстегивать наручники.
Раймонд стоял, молча глядя в разрезанный пол палатки, и невозмутимое выражение на его лице было непоколебимо.
— Так будет лучше, — прорычал он напоследок, когда освобождённого пленника взяли на шкирку и уверенно вытолкали за пределы палатки, а потом выставили за ворота активного сектора.
Френки нашёл его через пять минут, в крайне потерянном состоянии. Дамьен истерил на двухметровую богатыршу, охраняющую вход, требуя вернуть его обратно и заковать в наручники.
— Отпустите Раймонда, это я — террорист! — в отчаянии кричал он. — Он ни в чем не виноват!
Богатырша устало вздыхала и закатывала глаза на его «бабское» поведение.
— Твой парень — нормальный мужик, — громыхнула она наконец. — Скажи спасибо, за то, что он озаботился благополучием твоей худосочной задницы, и взял всю вину на себя!
— Я его об этом не просил!
— Попросил бы, только было бы уже поздно! — рявкнула «альфач». — Чë, так не терпится стать подстилкой для оголодавших мужиков?! Совсем дурак?!
Френки с сожалением в сердце смотрел на то, как Дамьен разревелся и ушёл прочь из лагеря, и подумал о том, что подобное наказание для доброго парня могло бы стать настоящей пыткой...