Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Бремя счастья
Себя любить - вообще наука,
Совсем не каждый эгоист
Без посторонних слов и стука
Готов познать насколько чист
И необъятен смысл звука,
Который он, по воле слуха,
Швыряет, словно глупый свист.
Иная радость озаряет
И вдохновение даёт
Тому, кто понимает слабость,
Своих же действий переплёт.
Я долго уж молчу, но, верно, стоит,
Шов ротовой в мученьях распороть,
Я придаюсь лучу, который кроет
Моё умение ткать глазами ночь,
Попутно зашивая гриф, что живо ноет,
Смеясь, животрепещуще, точь-в-точь
Таинственный мотив, он сладкозвучно вторит
И в ожидании учтив и в нём пугающе притих.
Бессмысленность и бренность откровения,
Я созерцаю, сам себя пленя,
Озлобленность, влюблённость сочинения
Не видит то, что низвергаю я.
Как режут и питают ипостаси,
Держась за коготь собственных прикрас,
Такая нежность, плаха в грозном фарсе,
Что вопиюще истязают чуждый глас.
Однако, я остыл, плетусь в объятия,
Что снова я пытаюсь отогнать,
Так непростительно мерцает лик распятия,
Шипастой розой одарить и потерять.
И пусть акриловый и пыльный бархат нежно
Скользит по коже, как виниловый песок,
Опять я молчалив и груб небрежно,
Лишь потому, что я считаю каждый волосок.
И пусть мне трудно быть счастливым,
Снискать довольствие своё,
Я виноват, идите мимо,
Ведь бремя счастья лишь моё.


Комментарии