Кавалерист для принца

Пришла в себя она очень внезапно, от вылитого сверху ведра холодной воды. Вскочив как ошпаренная, Дана уже сжимала руки в кулаки с намерением броситься на наглеца, и удивлённо заозиралась, окруженная громким смехом мужчин. 

    - Прям боевой петушок! - стоявшие вокруг мужчины весело гоготали над её воинственным видом, а Дана сама удивилась, тому что она так себя повела. Прям как Лион. Лион! Вспомнила она.

    - Где Лион? - спросила она друзей. Какое же это счастье увидеть знакомые лица. Дана и сама не подозревала, на сколько успела привязаться к этим простым надёжным людям.

    - Да тут он, вон, сидит отходит. - С улыбкой промолвил Винадэ, указав на молодого человека, сидевшего неподалеку. Лион оперся спиной  о борт корабля и держался за голову. Сейчас смотря на него, Дана и сама почувствовала, как у неё болит голова.

    - Молодец, мелкий. Лион нам рассказал, как ты героически бросился спасать его в огонь! - сказал Ким и от души хлопнул её по плечу. Так же поступили и остальные. А Дана стояла и глупо улыбалась, принимая благодарность товарищей, она никогда не испытывала ранее такого, сейчас она была частью их семьи, их воинского братства и эти серьезные люди искренне восхищались ей. Когда последние поздравления отзвучали и мужчины разошлись по делам, которых у них было немало. Все же пиратский корабль доживал свои последние часы, медленно погружаясь на дно, кавалеристы и незнакомые Дане речники, как прозвали людей, ходящих по рекам, сновали по погибающему кораблю, спасая все, что ещё можно было спасти.

    Опустившись прямо на палубу возле принца, девушка с облегчением откинула голову, подставляя ветерку уставшее, горящее лицо. Она сама не знала, как себя ощущала, порой ей казалось, что болело все, но на душе было удивительно спокойно. Этот, так неожиданно ставший родным и нужным, парень был здесь, живой и здоровый. Она не представляла, как бы она жила, зная, что бросила его погибать там внизу, а то что он погиб бы сомнений не оставалось, уж больно близко огонь подобрался к парню, вон и на одежде остались следы пламени, попробовавшего принца на вкус. Глупая улыбка никак не хотела сходить с её лица, да Дана и не пыталась её убрать, сейчас было можно.

    - Дан, тебе говорили, что ты ненормальный!? - Раздался рядом хриплый голос. Отчего девушка расплылась в счастливой улыбке.

    - Да, вы, совсем недавно! - ответила Дана, с какой-то долей азарта, ей было так легко и спокойно, что она никак не хотела расстраиваться из-за мелочей, пусть "ненормальная", зато они оба все ещё живы.

    - Ты мог погибнуть, если бы эта балка перегорела минутой раньше, тебя просто погребло бы под досками, - никак не успокаивался парень, а Дане вдруг стало отчетливо ясно, её не ругали. Лион испугался. Испугался за неё и в груди неожиданно потеплело.

    - Я все понимал, но не мог поступить иначе. Я не смог бы с этим жить, - все же ответила она, не прекращая купаться в тепле осознания, что она ему не безразлична.

    - Многие живут… но я тебя понимаю. - Негромко продолжил Лион. - Спасибо, если бы не ты, я не сидел бы здесь. Дан, я перед тобой в неоплатном долгу и я его обязательно верну, - пообещал юноша и его слова, прозвучали как самая настоящая клятва, которую Дана не хотела и не могла принять. Клятва обязала бы принца, а будущие короли должны быть свободны.

    - Вы мне ничего не должны, считайте, что это я вернул вам долг за стрелу и яму.

    - Как пожелаешь, - не стал спорить с ней Лион. Опершись о борт он, как и она, подставил лицо ветру. Сейчас он совсем не походил на принца, больше смахивая на простого парня, которого так и манило погладить по вихрястой голове, но Дана сдержала это желание. Говорить не хотелось, казалось их сердца бились вместе, слушая музыку ветра, играющего рваными парусами.

    В горле до сих пор першило, случилось чудо, что они остались в живых и что друзья подоспели так скоро. Возле них раздались тяжёлые шаги и на палубу рядом с принцем тяжело опустился их недавний знакомый. Сейчас при солнечном свете и без дыма, Дана наконец смогла разглядеть их помощника. Им оказался молодой парень, возможно, слегка постарше Лиона, легкая щетина обрамляла, гордое породистое лицо с карими глазами в ореоле темных кругов. Курносый нос смешно морщился, все ещё не избавившись от запаха дыма, губа припухла от удара, и всю эту красоту покрывал огромный слой сажи, не уступавший ихнему.

    - Ты был в соседней со мной клетке, - внезапно промолвил Лион, узнав парня лишь едва взглянув в его сторону.

    - Верно. - Не стал отпираться парень. - Я ИлЛит, но все зовут меня Ил.

    - Лион, это Дан. - Представил их принц, но разговор не продолжал, позволяя молодому человеку самому рассказать то, что он от них хотел. Дана же вовсе решила не участвовать в беседе, благоразумно посчитав, что лишний раз лучше не вмешиваться.

    - Рад знакомству, - промолвил этот Ил, выбрав простую манеру общения. - Я слышал вас там, внизу.

    - Не исключено, - не стал спорить Лион, даже не повернув в его сторону голову, хотя Дана его понимала, ей и самой головой особо шевелить не хотелось, чтоб не провоцировать едва утихшую боль.

    - Вы не похожи на принца, на нашего принца уж точно, не уверен, что он согласился бы погибнуть внизу, чтоб слуга выжил…

    - Дан, не слуга, я соврал. - Вдруг прервал его жёсткий голос, а девушка вздрогнула, от той злости, что промелькнула в этих словах, хотя она не считала, что данное определение ей не подходит.

    - Прошу меня простить, я не знал, - сразу же исправился их собеседник.

    - Ладно, прощен.

    - Я что хотел-то. - Вдруг замялся Ил, что на него было не похоже, так как за то время, что они знали его, скромностью тот не страдал. - Возьмите меня с собой.

    Дана вместе с Лионом удивленно повернулись к парню, не ожидав от того такой просьбы. Как отметила девушка, этому парню удалось поразить даже принца, не особо склонного выказывать свои эмоции на всеобщее обозрение.

    - Зачем тебе это? Мы из другой страны, возвращайся домой и живи спокойной жизнью. - Негромко пробормотал Лион. Отчего-то Дане вдруг показалось, что юноше было неловко оттого, что люди просились служить ему. Словно он до сих пор не хотел принимать тот факт, что заслужил их преданность, а вернее всего то, что он словно был не уверен в том, что достоин принять её.

    - Мне некуда возвращаться, моей семьи нет, и дома нет, а служить нашему королю, я больше не хочу. Вы помогли нам, совершенно чужим вам людям, когда наши правители махнули на нас рукой, отдав в собственность этим. - Горячо воскликнул парень и даже попытался припасть на колено возле Лиона, но пошатнулся и со стоном опустился обратно.

    - Мы никого не спасли, мы просто дали вам шанс спастись, - поправил Ила принц, но его вниманием этот пленник успел завладеть.

    - Не важно. Это уже много, до вас и такого никто не делал. Вы не думайте, я не бродяга, я очень талантливый кузнец.

    - Наше путешествие может быть опасным, - с лёгкой полуулыбкой произнес Лион, но Дана уже знала, Ил был принят.

    - Я не боюсь. Если понадобиться, я с радостью погибну за вас!

    - Хорошо, Ил. Ты можешь служить мне, но твоя смерть мне не нужна, любой ценой выживи ради меня, это гораздо сложнее. Этот отряд, что ты видишь сопровождает меня в Интиантию. Пока мы держим путь туда.

    - А откуда?

    - Эдельвейсии.

    - Не близко. Я…

    Но договорить Ил не успел к ним подошёл Габриель и вдруг опустился возле принца на колено.

    - Ваше высочество, простите, что не досмотрел, пропустил нападение на вас. Мы когда вернулись в гостиницу и увидели, во что превратилась ваша комната, чуть с ума не сошли. Мы даже думали, что это была ваша кровь, но ваша подсказка дала нам возможность узнать, кто вас похитил. Простите меня, я опять подвел вас. - Раскаяние командира было таким искренним, что Дане стало неловко, что же должны были пережить их спутники, когда вместо них обнаружили разрушенную комнату, всю залитую кровью. Она бы себе места не находила от волнения за товарищей.

    - Встань, друг, все хорошо, поверь мы с Даном, просто так им не дались, - с улыбкой произнёс Лион, а Дана от воспоминания, как она впала в ступор во время их битвы, сильно покраснела, но никто этого не заметил. - В этом не было твоей вины, вся гостиница была сплошной ловушкой, мы не могли этого знать.

    - Все равно, прости меня.

    - Хорошо. Что это за корабль и люди? - Перевёл беседу молодой человек, чтоб избавить друга от необходимости продолжать свои извинения, которые Лиону были не особо нужны. Их новый знакомый удивленно переводил взгляд с одного на другого, но в беседу не вмешивался.

    - Мы наняли этот корабль с командой в Пристани, за ту сумму которую я заплатил ему, он готов был служить нам во всем, тем более эти работорговцы уже успели всем насолить, подрывая местную торговлю.

    - Все верно, друг, за ту сумму, я могу купить себе новый корабль, так как этот после этой битвы не долго прослужит, да и с ранеными речниками тоже стоит особо рассчитаться. Так что не жалейте потраченных денег. Это та парочка, ради которых вы поставили на уши всю Пристань?! - Из-за спины Габриеля вышел высокий стройный мужчина, он уже был не молод, седина украшала его темную шевелюру, но не старя его, а напротив делая благороднее и сильней, хотя куда уж сильнее. Речник был не слабаком, крепкие мышцы проступали даже сквозь ткань грубой рубахи, предупреждая, сто раз подумать, прежде чем лезть с ним в драку.

    - Это капитан "Тайфуна", сэр РоРти. Это его высочество, Лион, - представил друг другу принца и нового знакомого командир.

    - Можно и без сэр, но я пришёл не поэтому. Что прикажете делать с пленными?

    Лион внезапно нахмурился.

    - Я верно понимаю, что если мы сдадим их королю, они снова окажутся на свободе?

    - Да.

    - Казнить. - Негромко произнёс парень, вокруг наступила тишина, словно он прокричал это короткое слово на всю палубу. Принять такое решение было отнюдь нелегко, ведь они были подданными другого королевства, но по другому поступить было тоже невозможно, уж слишком многих пираты лишили свободы и жизни. Мужчины не сводили мрачных глаз с принца, но тот был непоколебим.

    - Я понял, Лион, будет исполнено, - откликнулся Габриель, его безжизненный голос звучал, как натянутая тетива. Он уже развернулся, чтоб направиться прочь, когда был остановлен Лионом.

    - Ваше высочество?!

    - Я должен присутствовать! - упрямо произнес парень и с кряхтением поднялся.

    - Вы, как обычно, правы, - но в голосе командира не было злости, только печаль, словно он жалел Лиона, вынужденного принять такое решение. Лион лишь кивнул, обернувшись к Дане.

    - Дан, ты остаешься здесь. Это приказ.

    - Так точно! - ответила девушка, она и сама не испытывала желания присутствовать при данном событии, ей хватило и того, что они с Лионом уже успели пережить.

    Габриель вместе с Лионом и РоРти удалились, но как отметила Дана, Ил не сдвинулся с места, оставшись с ней. Он молча смотрел в сторону удаляющихся фигур, но что творилось в его голове девушка не представляла. Этот мужчина оставался для неё полной загадкой и зачем Лион взял его с собой она не понимала.

    - Он потрясающий! - вдруг ни к кому не обращаясь пробормотал ИлЛит.

    - О чем ты?

    - Его высочество, чтоб защитить наших людей, принял решение, которое может обернуться войной или не меньшими проблемами и не просто принял, а показал всем, что это его решение.

    - Откуда ты знаешь столько про поступки принцев? - странное ощущение, что Ил не по наслышке знаком с королем Турмании, зародившись в её душе и уже никуда не собиралось уходить.

    - Я служил при дворе короля Турмании, его личным кузнецом-оружейником, я уже говорил, что способный кузнец, но сестра попала в плен к этим, а мать заболела от горя. Я просил короля помочь, но он отказал. Моя мать так и не поправилась, сгорев за неделю, я пытался выручить сестру сам, но тоже попал в рабство, а мою Мииту, чуть не продали какому-то толстяку, но она вырвалась и утонула.

    - Сочувствую тебе, - совсем тихо промолвила девушка, но кузнец её услышал и слегка улыбнулся, не поднимая головы. - Думаю ты неплохо впишешься в наш отряд.

    В тот день они до позднего вечера разбирались с кораблём работорговцев, РоРти отказался бросить хоть что-нибудь ценное с судна и они с товарищами как муравьи облазили все судно, таща на борт "Тайфуна" все, что могло принести хоть малейшую пользу. Их отряд в этом мародерстве участия принимать не стал, разобравшись с последними бандитами они расположились на палубе корабля, как раз под удобно устроенным на его носу навесом и посмеиваясь наблюдали за жадными, или как они сами себя называли, хозяйственными речниками. Как Дана и говорила, Ил быстро влившийся в их отряд, споро перезнакомившись со всеми, а с Кимом ещё и поругавшись, теперь лихо рассказывал какую-то историю, при этом так яростно размахивал руками, что едва не сбил тент в одном из порывов.

    Все находились в приподнятом настроении, их путешествие подходило к концу и как уверял командир, на корабле они доберутся до Интиантии за считанные дни, отчего становилось капельку грустно, что их захватывающее приключение закончится и они больше не встретятся, так по простому, за одним общим столом. Однако упадническому настроению в их компании поддалась не только Дана, Лион тоже ходил отстраненно, погруженный в свои мысли, он не сводил печального задумчивого взгляда с горизонта, прям как в те дни, когда они только отправились в поход, словно и не было всех этих дней и событий в которых им случилось поучаствовать вместе, но девушка догадывалась о причинах вогнавших его в такое состояние. С того момента, как он вернулся с казни работорговцев, он все время пребывал в задумчивости, никого не посвящая в свои тяжелые мысли, а остальные словно понимая, что гнетет его, старались лишний раз его не тревожить, давая возможность пережить все те смерти, что тяжким грузом осели на его душу. Дане очень хотелось подбодрить его, но она каждый раз останавливалась, натыкаясь на воспоминание, когда он ясно дал понять, что жалости не примет ни от кого.

    К вечеру когда речники более менее успокоились и все же решили отправиться в путь, все были уже немного на взводе, все кроме Лиона так и не прекратившего задумчиво буравить взглядом горизонт, хотя за столько часов, его уже должно было отпустить.

    Спасшихся пленников работорговцев они также были вынуждены взять с собой, так как бросить их в том безлюдном месте, где произошло это эпическое сражение, было все равно, что оставить в запертых клетках на тонущем судне. Поэтому их ждала вынужденная остановка в ближайшем городке. Как поняла Дана из рассказов моряков, вся площадь страны была иссечена множественными речками и речушками впадающими в одну широкую реку, подобно многоголовой гидре, ощетинившейся бесчисленными головами.

    На следующий день они причалили к более менее крупному городу, не особо отличному от Туманной пристани, только здесь было менее людно и от воды не тянуло, тем отвратительным смрадом, что пропитал насквозь воды Пристани, да и люди здесь были более гостеприимны и общительны, не измученные нападениями работорговцев. Эти добрые люди с радостью согласились приютить беженцев, пообещав помочь им с возвратом в родные дома или обеспечением оных здесь.

    Пока Габриель и РоРти занимались их временными пассажирами, Дана отметила, как Лион никому не сказавшись спустился на берег. Не долго сомневаясь она последовала за ним, но так чтоб не бросаться ему на глаза, хотя как подозревала девушка, он её сейчас не заметил бы. Молодой человек отстраненно шагал по улице вдоль реки, не обращая внимания ни на людей, ни на лавки, от чего Дана сделала вывод, что он держит свой путь не в какое-то конкретное место, хотя он и шёл достаточно целеустремленно. Вскоре они покинули город, углубившись в лес. Пройдя ещё пару километров Лион остановился и прижавшись к стволу дерева лбом замер, его плечи подозрительно вздрагивали, словно он… плакал. Только сейчас Дане стало понятно, что Лион не собирался ничего замышлять или сбегать, а просто хотел побыть в одиночестве, подальше от чужих глаз, отчего ей стало так неловко, что стала свидетельницей его слабости и в то же время,  она была рада, что увидела его таким, теперь точно уверенная, что принц не бесчувственный человек.

    Парень между тем перестал подпирать головой дерево, глубоко вздохнув, он со всей силы ударил кулаком по стволу, затем ещё, и ещё раз. Он ударял до тех пор, пока не устал, а рука не покрылась неприятными кровоточащими ссадинами. Лион тяжело дышал, мокрая отросшая чёлка опустилась на глаза, грудь вздымалась, но сейчас он опять походил на привычного ей принца, выпустив пар, он вновь овладел собой и даже повеселел, снова став прежним. Обратный путь они проделали гораздо быстрее, успев вернуться к окончанию высадки спасенных и наворованного добра, освободившего бедное судно от приличного веса.

    Вскоре после затянувшегося прощания они вновь отправились в путь. Судно слегка покачиваясь на волнах плавно шло вперёд, а Дана с Кимом единственные кому было не по себе, и если девушка чувствовала себя вполне сносно, то на вора было жалко смотреть. Его кожа приобрела зеленоватый оттенок, а желудок уже давно опустел, хотя болеть все равно не перестал. И если вначале над ними посмеивались, то спустя пару дней, кроме жалости парень ничего у друзей не вызывал.

    Наконец после очередного приступа тошноты к Киму подошёл Лион и накрыл его голову пледом.

    - Накрой голову и уйди в тень, мне надоело, что ты тратишь время зря. Будем проходить правила поведения при дворе, тебе как моей будущей правой руке вскоре пригодится, если не передумал, - голос парня звучал жёстко, но злости не было, скорее в нем чувствовалось участие. Ким посмотрел на принца с несчастным выражением лица, но упрямо поплелся за учителем, от своих слов отказываться он был не намерен.

    Дана с удивлением провожала эту парочку, неужели Лиону совсем не жалко парня, зачем он вообще привязался к нему с этими правилами, но спустя несколько часов, была вынуждена признать, что действия молодого человека дали результат, Кима перестало мутить так сильно, как прежде, и он даже смог приобрести нормальный цвет лица. Запахнувшись посильнее в куртку она отвернулась от этой парочки и пристроилась у борта, смотря как кучерявые пенные волны оставались позади и постепенно исчезали в общей массе воды. В этой части света стало заметно прохладней и хотя вокруг стояло глубокое лето, прохлада по вечерам вполне ощущалась. Однако девушка никому не сознавалась в своей мерзливости, чтоб не вызывать напрасные смешки и подшучивания, которые в изобилии сыпались на них с Кимом в начале пути.

    Спустя трое суток, как и обещал Габриель они пересекли границу Интиантии и Турмании, пограничники смотрели на них с ленивой невозмутимостью. Дана не знала, что было написано в бумагах Габриеля, но после их демонстрации их без лишних препятствий пропустили дальше и даже пожелали лёгкого пути. Девушка уже не один час скиталась по палубе, не желая пропустить тот миг, когда перед ними предстанет столица Интиантии, о красоте которой была столько наслышана. И ожидания её не подвели.

    Сначала в поле зрения показались хрустальные купола Интиантии, сверкающие в солнечном свете миллиардами маленьких солнц, не позволяя отвести от них взгляда, а через несколько часов их встретила и сама белокаменная столица. Белоснежные стены взлетали до небес, от их белизны зарябило в глазах. Каждую высокую башню венчали узкие конусы крыш, с перекинутыми между ними арками-мостами, а возле каждого сказочно чистого домика ютились небольшие клумбы с растущими в них цветами. Создавалось впечатление, что они попали не в столицу целого государства, а окунулись с головой в сказку. Восторженно осматриваясь по сторонам, Дана старалась не упустить ничего и такая она была не одна. Бон с Кимом, с каким-то детским выражением на лице стояли, задрав головы и провожая завороженным взглядом каждую башню.

    Их судно между тем продолжало плыть вперёд оставляя позади аккуратные домики и перекинувшиеся через речную гладь полукруглые мостики с тонкими, но надежными перилами, не уступающие по красоте мостам Туманной Пристани, но самое необычное чудо их ждало впереди. Медленно, но они приближались к дворцу. Широкое огромное здание выложенное из белоснежного камня упиралось в небосвод высокими шпилями башен, соединённых между собой веревочными мостами, а по углам белоснежных стен тянулся зелёный усыпанный алыми цветами вьюн, контрастно выделяющийся на фоне белого камня. "И это дом Лиона!" - подумала Дана, находясь не в состоянии скрыть, насколько она поражена увиденным. Как ей было не стыдно в который раз признавать, этот дворец затмевал дворец короля Эдельвейсии. После этого путешествия, Дана больше не сможет считать их страну самой красивой в мире. Но что не меньше поражало в увиденном дворце, что каким-то непостижимым образом он умудрялся сочетать в себе красоту и силу. Этот дворец не просто представлял собой жемчужину Интиантии он был её сердцем, надёжным укрытием от врагов, если кому-то придёт в голову покуситься на такую красоту.

    Между тем они причалили в относительной близости от дворца, здесь уже стояло несколько судов, разной важности от невзрачный дешевых, до чрезвычайно дорогих, с прорвой ненужных кораблю украшений. Хотя как, смогла отметить Дана, была здесь и парочка военных судов, выделяющихся среди их мирных товарищей, невзрачностью и мощью.

    - Вот и конец нашего с вами союза! - весело произнёс РоРти,  подойдя к Габриелю и Лиону, пока его люди спускали на берег трап. - Не скажу, что вы спокойные клиенты, но с вами было весело. Бывайте!

    - Спасибо за помощь! - Не остался в долгу Лион и весело улыбнувшись, взмахнул на прощанье рукой. - Бывай!

    Вслед за чем вся компания спустилась на берег, стоя возле высоких резных ворот и предшествовавшего им широкого рва, они с замиранием сердца осматривали данный шедевр зодчества, хотя зачем столько сил тратить на ворота, которые при опускании скрывали всю эту красоту, девушка не понимала, хотя отрицать, что вид этих врат её впечатлил, она не стала бы.

    - Ваше величество, скажите вам после такой красоты, наша Эдельвейсия кажется наверное совсем невзрачный местом в которое не захочется возвращаться? - вдруг спросил Ким, пристроившийся за спиной принца. Теперь став полноценным слугой Лиона, он даже преобразился, стараясь держаться подле своего господина, чтоб прийти ему на помощь по первому требованию. Хотя Лиона это похоже не очень устраивало, но он не возражал, сдержав обещание, некогда данное вору, что если тот научится плавать до того как они прибудут в Интиантии, он возьмёт его к себе на службу. Ким научился, пусть пока неуверенно и робко, но парень смог держаться на воде и даже немного плыть.

    - Мне всегда нравилась Эдельвейсия, она покорила моё сердце навсегда и я уверен, что ещё увижу её и возможно даже очень скоро… - Задумчиво произнес принц, так же как и все рассматривая ворота.

    По площадке, выложенной камнями, на которой ожидали приема путники, разнесся резкий металлический скрип и ворота наконец пришли в движение, отрываясь перед ними. Дана расширенными глазами смотрела на это чудо, в их столице такого не было, так как считалось, что нападать на них никто не будет. Несмотря на красоту, этот дворец казался неприступной скалой, специально воздвигнутой тут, для впечатления друзей и устрашения врагов.

    Наконец с громким бумом ворота отворились, подняв вверх облако пыли и опавших листьев, а им навстречу уже шагал воин в тяжелых доспехах, его голос из под толстого забрала раздавался глухо, но слова можно было разобрать, хотя этого языка Дана не знала, но знал Лион. Поприветствовав мужчину на его языке и протянув не единожды выручившую их грамоту, не подведшую и сейчас. Аккуратно взяв лист, закованной в броню рукой, воин проводил их в пристроенную тут же сторожку с предложением обождать. Небольшая комната, обставленная по военному, скупо и практично: из стола, нескольких лавок и шкафа, встретила гостей стойким запахом металла и пота. Отчего мужчины, скривившись, негромко выругались.

    - Не очень они и гостеприимны, раз гостей с порога в такое место приглашают! - пробурчал Ил, устроившись на одной из лавок и вытянув ноги, в не особо чистых ботинках.

    - Они вынуждены быть осторожными, - выступил в защиту интиантцев Лион, хотя Дана его понимала она бы тоже стала защищать свой дом. - Интиантия граничит с воинственным Эддарном, поэтому вынуждена быть постоянно наготове.

    - Понял, понял - пробурчал кузнец, но мнения своего не поменял, хотя таким недовольным он оказался не один, остальные воины не особо спешили высказываться на этот счёт.

    Однако, несмотря на возмущение воинов, их не заставили ждать долго, не прошло и получаса, как посыльный вновь вернулся к ним и вернул грамоту, но пришёл он не один. Теперь его сопровождал вышколенный слуга в темно фиолетовом бархатном костюме и судя по крою и качеству ткани, за ними прислали не простого слугу, а как минимум управляющего дворцом.

    - Прошу вас следовать за мной, господа. Их светлости, ожидают вас в тронной зале. - Вежливо промолвил этот мужчина на чистом эдельвейском языке, чем немало поразил гостей, и с улыбкой пояснил. -  У нас принято общаться с гостями на их языке поэтому почти все слуги обладают знаниями не одного языка.

    - Необычно, но приятно. - Пробормотал Габриель, не ожидавший такого отношения.

    - Идемте или ждите здесь. - Произнес Лион и направился за мужчиной, невозмутимо ожидавшего их у дверей.

    - Мы пойдём! - за всех ответил Вилар и они дружной нестройной толпой направились вслед за Габриелем и Лионом, Дана тоже постаралась от них не отстать.

    Они пересекали один зал за другим, нигде не задерживаясь. Внутреннее убранство дворца не особо выделялось среди ему подобных строений, здесь было довольно тепло и,  как была вынуждена признать Дана, уютно. Мебель из красного дерева привлекала внимание резными боками, картины, шторы и, неожиданно, цветы, вперемешку с канделябрами в изобилии украшали стены, а пол устилал шикарный, ручной работы, ковер, так что ступать на него уличной обувью казалось кощунством, но возможности обойти у них не было.

    - За этой дверью тронный зал - наконец произнес их провожатый и, низко поклонившись,  распахнул широкие створки. - Прошу проходите, ваше высочество.

    - Благодарю. - Поблагодарил мужчину Лион и шагнул в зал  уверенной легкой походкой, с невозмутимым спокойным выражением на лице, он вновь преобразился из обычного путника в величественного принца, такого близкого и недоступного. Остальные скромно прошествовали за ним, отстав на несколько шагов.

    Тронный зал, представлял из себя привычную широкую продолговатую комнату, окруженную величественными колоннами поддерживающими резной потолок с которого на фигурных цепях свисали люстры заправленные сотнями свечей. Пол устилал пушистый ковёр, поглощающий все звуки и пружинящий каждый их шаг, идти по нему оказалось на удивление приятно. Вдоль стен стояло множество кресел, сейчас занятых знатными лордами, в шикарных одеждах, резко выделяющихся на их фоне, а завершали обстановку комнаты три трона стоявшие в конце залы. На троне восседали седовласые король и королева в стекающих струящимися волнами мантиях, свободно лежавших возле их ног. Благородные черты лица, украшала легкая улыбка, и даже морщины обрамляющие их лица, не скрывали их все ещё не увядшей красоты, не той от которой слепило глаза, а той которая создавалась из ореола властности, справедливости и чести - окружающего этих людей. Выражение их лица говорило само за себя, что это сильные уверенные в себе личности, открытые люди и сильные правители. Однако особое внимание Даны привлекла девушка, занимающаяся третий трон, и судя по всему их дочь. Она не была окружена ореолом силы или властности, но тем не менее отвести от неё глаза было сложно, она словно солнечный лучик, освещала все вокруг. Её тонкие черты лица, большие карие глаза и немного полноватые губы манили к себе, а водопад распущенных пушистых темных волос, опускался до пят, окутывая её, подобно мантии её родителей. От вида данного чисто женского украшения, в сердце Даны колыхнулись зависть и горечь, что от подобной красоты ей самой пришлось отказаться, отправившись в этот поход, превратившись в парня, она никогда не считала себя уродливой или некрасивой, всегда уверенная, что природа щедро одарила её, но при виде этой красотки, она меркла, превращаясь в серую мышь. Дана вынуждена была признать, что в эту красавицу сложно было не влюбиться, о чем говорили и горящие взгляды их холостых спутников. Девушка отчего-то испугалась, что и Лион поддастся невероятному обаянию интиантской принцессы, хотя он же её брат, с облегчением напомнила она сама себе и даже успокоилась, заставив сердце биться спокойно. Когда по залу разнесся голос их провожатого.

    - Эмилион Валерийс де Гренд Эдельвийский, его высочество, старший ненаследный принц Эдельвейсии.