|Глава 24. Вино, кофе и сигареты|
Красная «Камри» вскоре остановилась в нужном дворе. Минаев подошёл к подъезду, на ходу вспоминая код от домофона. Яна шла за ним, находясь явно в своих мыслях. Попробовал один код, но он не сработал, другой.. С третьего раза удалось вспомнить, какие цифры нужно нажать. Правда, пальцы как будто не гнулись, а руки тряслись, то и дело собираясь попасть не по тем кнопкам. Как будто внутреннее «я» не хотело заходить в этот чёртов подъезд, идти в треклятую квартиру и узнавать лишнюю подноготную про двух близких людей, которые, как оказалось, скрывают слишком многое. Но Ваня всё-таки набрал код, вместе с Яной зашёл в подъезд. Минаев незамысловатыми движениями вытянул из нужного почтового ящика ключ от квартиры и хотел было положить в карман брюк, но руки нужно было чем-то занять, так что сжал его в ладони. Они с Яной быстрым шагом поднялись по лестнице на пятый этаж — ждать лифт не хватило терпения. Чувство неизбежного комом поднималось всё выше, но при этом забивалось всё глубже в душу с каждым этажом. Вот и нужная лестничная клетка..
Нервно тыкая ключом в дверь, Ваня ещё раз посмотрел на Яну. В её затравленных светлых глазах читалось одновременно безразличие, боль и решительность. Глубоко вздохнув и выдохнув, студент всё-таки открыл дверь и зашёл в квартиру. Яна зашла за ним и осмотрелась. Квартира была небольшой, но ремонт был сделан со вкусом, помещение казалось просторным и светлым. Разувшись (всё-таки Максим ничего плохого им не сделал), ребята как можно тише пошли по коридору.
— Где спальня? — шёпотом спросила Яна, мельком кинув взгляд на кухню (там вместо двери была арка, но в комнате не было ни души).
— Там. — Минаев указал рукой на дальнюю белую дверь. Они тихонько подошли к ней и в следущий же миг раздался тихий щелчок.
За дверью действительно была спальня, такая же просторная и светлая, как и вся квартира. На полу лежали джинсы, футболка, мини - юбка и ещё какие-то детали гардероба, раскиданные по комнате. Двухместная кровать была расстелена, а под одеялом, очевидно, лежали два тела. А если заглянуть вглубь комнаты, можно было увидеть — Настя спала, положив голову такому же спящему Илье на грудь.
— Разбудить? — с сомнением спросил Ваня, оборачиваясь на Яну. Проявлять какие-то эмоции, пока их нельзя опрокинуть на этих двоих, желания не было. Боль отчасти отошла и внутри осталась только беспросветная пустота. Хотя, кажется, всё то же внутреннее «я» было против такого пофигистичного отношения к ситуации и ладони всё равно непроизвольно сжались.
— Пусть спят. — беспечно ответила Яна. Либо её ещё не накрыло, либо она уже приняла произошедшее. — А ты не кипятись так. Пойдём на кухне посидим? Я там бутылку неплохого вина видела, выпьем по бокалу.. Вот они удивятся, когда выйдут из комнаты!
Девушка хитро улыбнулась, а после провела ему по плечу достаточно длинными нарощенными ногтями.
— Я же за рулём. — напомнил Минаев.
— Сделаю тебе кофе. — откликнулась Ржевская, а после потянула за руку на кухню.
Уже сидя за столом и наливая Яне вино, пока девушка «колдовала» над кофе, Ваня спросил:
— Ты так боялась, что вы с Ильёй расстанетесь, а сейчас.. Так просто это принимаешь? Тебе, такое ощущение, будто всё равно.
— О, не обращай внимание. Потом накроет. — откликнулась Яна. Они говорили всё так же, полу-шёпотом, чтобы не разбудить «голубков». — Я уже к этому привыкла. Не могу открыто проявлять негативные эмоции.
— Травмы из детства? — сразу понял молодой человек.
— Мг. — сдержанно ответила Яна, не разворачиваясь. Её голос дрогнул, а чашку в этот момент она явно стала сжимать крепче.
— Хочешь поделиться наболевшим? — тактично уточнил Ваня.
На кухне повисло минутное молчание. Ржевская подняла голову от столешницы и устремила взгляд в никуда. В отражении глянцевой поверхности кухонного шкафчика парень заметил, что девушка часто - часто заморгала, быть может, чтобы просто сдержать слёзы.
— А знаешь.. — студентка развернулась и поставила на стол чашку с кофе. Ваня тогда протянул ей бокал вина. Покрутив его в руках, Яна определилась с ответом. — Да. У меня ужасные отношения с матерью. Она никогда меня не любила. Ругалась за каждую мелочь, а особенно за слёзы и слабость. С тех пор я привыкла не плакать и не показывать себя слабой на людях. Только наедине с самой собой. И.. Знаю, так не хорошо говорить, ведь они были счастливы друг с другом, но я очень рада, что они с папой развелись.
От обиды в глазах девушки не осталось ничего, теперь по её выражению лица читалась только ярая ненависть. Выходит, у них отчасти похожие судьбы? У Яны были плохие отношения с матерью и её родители развелись, а у него — с отцом, и они тоже развелись. Мда. Раньше думал, противоположности притягиваются. Ничего подобного. В каждых противоположностях находятся какие-то схожести.
— Ян.. — начал Минаев, на ходу думая, что сказать, но по взгляду Яны понял: ей не нужна длинная тирада, состоящая из поддержки. — Если что, говори о том, что беспокоит. Я тебя выслушаю.
— Непривычно слышать это от тебя. — пробормотала девушка, но всё-таки устало улыбнулась и сделала глоток из бокала.
Дальше сидели на кухне в полной тишине. Время, кажется, тянулось бесконечно долго. Казалось, что прошла целая вечность, но на самом деле они пробыли в «нехорошей квартире» всего полчаса. Уже, правда, нетерпелось высказать всё, что накопилось за прошедший год.
Яна смотрела в окно и, кажется, не упускала возможности насладиться бокалом хорошего вина, но по тому, как она стучит ногтями о поверхность стола, было ясно — это лишь маска спокойствия, на самом деле она тоже нервничает.
А Ваня, немного подумав, забрал своё обещание самому себе обратно и, резким движением допив кофе, встал из-за стола и направился к балкону.
Выйдя на свежий воздух, парень достал из кармана брюк пачку сигарет и вытянул одну штуку. Закурил, устремляя взгляд куда-то в сторону крыши соседнего дома, и снова пообещал себе «Обязательно брошу, только сначала Настю, а потом курить».
Дверь за спиной скрипнула и спустя пару мгновений рядом, опираясь локтями о перила, появилась Яна.
— Не против, если постою? Или тебя в одиночестве оставить? — спросила девушка явно только ради приличия, потому как по выражению её лица было ясно: уходить она не собиралась.
— Мг. Будешь? — спросил Ваня, протягивая Яне пачку «Marlboro».
— Давай. — студентка вытянула одну штуку и достала из кармана кожаной куртки зажигалку.
Надо же, ещё недавно они и подумать не могли, что будут нормально общаться, а сейчас молча стоят на одном балконе, курят и им даже слов не нужно, чтобы понять: они действительно стали значимыми друг для друга.