island for broken souls

В утро субботы я проснулся раньше всех. Увидев, что на часах уже есть одиннадцать, я взял свой телефон и поспешил проверить сайт Мелоди Рекордс на наличие списка, то есть, нам не стоило волноваться, но мы нуждались в сто процентной уверенности. Но списка все ещё не было, что заставило меня тяжело вздохнуть и отложить телефон. Я всерьёз начал раздумывать над тем, какую песню мы исполним на этот раз, чтобы удивить их. Мои пальцы постукивали по груди, наигрывая какую-то знакомую мелодию, но я все никак не мог понять, какую именно. Песня фолаутов была великолепна в нашем исполнении, но это значило лишь то, что мы должны найти что-то ещё более невероятное на этот раз, если действительно так сильно хотим победить. А мы хотим, Мелани нужно это. Ее мама верила, что она сможет это сделать, поэтому мы должны победить. Гейнс не хочет ее подвести.

Я нахмурился и сменил горизонтальное положение на вертикальное.

Мелани. Мелани Гейнс. Красавица, умница, лучшая в мире дочь и сестра. Она была шаблоном хорошенькой девочки из какой-нибудь чудесной подростковой книжки, в которую никто не влюблялся, потому что вокруг было пруд пруди распутных девиц, с которыми просто было хорошо на один разочек. Она любила ранние завтраки, ненавидела бранчи, никогда не обедала и ужинала всем подряд. Обожала Америку, хоть никогда там не была, а лишь сохраняла картинки в пинтересте на доске «oh new york» (да и вообще досок у нее там было навалом). Она ненавидела сюсюкаться, но всегда целовала брата перед сном, потому что просто не могла устоять. Яро осуждала алкоголь, но я был уверен, что только лишь из-за того, что еще толком не напивалась. (Я сказал ей, что мы обязательно должны выпить вместе вино. Почему вино? Не знаю.) И вот еще что: она всегда говорила то, что думала. Ее не волновало, что кто-то (или все) не согласится с ее точкой зрения, она была уверена, что должна высказать свое мнение. Вот какой была Мелани Гейнс.

Я усмехнулся.

Мелани и Джина в обнимку спали на диване, а парни вокруг них в спальных мешках папы Майкла, который очень любил рыбачить и был помешан на спальных мешках. Я встал и, аккуратно обойдя все эти спящие тела на полу, направился в ванную, чтобы умыться и привести мысли в порядок. В ванной я наткнулся на собаку Майкла: чёрного лабрадора, который завилял хвостом, увидев меня.

— Привет, дружок, — я присел, чтобы почесать ему за ушком. Я всегда хотел собаку, но мама и папа разрешали мне завести только морскую свинку, которую я, как раз таки, не очень-то и хотел.

Умывшись, я устроился на полу рядом с собакой, кличку которой, к стыду, не запомнил и закрыл глаза, потому что все ещё чувствовал себя хреново. Голова болела, кружилась и была заполнена Мелани. И из этого вышла адская смесь. Я коснулся пульсирующих висков пальцами, желая уменьшить боль, но массирующие движения мне не помогали, и тогда мне немножечко захотелось домой.

Дома мамочка сделала бы мне чай с мёдом и имбирем, велев провести день в постели и пропустить занятия в понедельник, если не станет лучше. Я чувствовал себя невероятно беспомощным, когда дело доходило до этого, но я любил то, как мама заботилась обо мне. В такие моменты я снова становился маленьким мальчиком. Но в то же время, я хотел поскорее стать совершеннолетним, съехать от родителей на съемную квартиру где-нибудь в центре и вести спокойный образ жизни, зарабатывая на путешествия. Но после переезда из Сиднея в Мельбурн моя жизнь пошла немного... не в том направлении, так сказать.

— Ребят, посыпайтесь, — это был весьма встревоженный голос Джины, — нас нет в списке.

— Что?! — я выбежал из ванной, но из-за того, что я встал слишком резко, в глазах потемнело, поэтому я облокотился на косяк.

— Хей, Люк, — Майкл нахмурился и посмотрел на меня, — ты чего?

— Все окей. Что значит нас нет в списке? — я был шокирован, и все остальные не меньше моего.

— То и значит, — зло ответила Мел и сложила руки на груди. — Прости, Кенуткки.

— Ничего, — я нахмурился.

— Господи, миллион твитов по этому поводу, — Калум вздохнул и плюхнулся в одно из кресел.

— И во всех упоминают наши акки, — добавил Эш и закатил глаза. — Мы и без все знаем!

Мел подошла к Джи и обняла ее.

— Я не плачу, чтоб вы знали, — добавила она.

— Че за херь вообще? — воскликнул Майкл, пока мы с ним убирали спальные мешки с пола.

— Мы пойдем сделаем завтрак, плюс отвлечемся, — сказала Джина и они с Мел скрылись на кухне.

— Поверить не могу, что нас там нет, — Эштон запустил руки в свои кудрявые волосы и тяжело вздохнул. — Помочь вам? — спросил он у Майкла, на что тот ответил, что мы сами справимся.

Мы направились гараж, чтобы вернуть спальные мешки на место.

— Она так сильно расстроилась, — с разочарованием в голосе сказал я, чтобы не молчать.

— Да, больше всех нас вместе взятых, — Клиффорд, сделал паузу, а потом посмотрел на меня. — Что мы сделали не так?

Я лишь пожал плечами и помотала головой. Я правда даже не догадывался, что могло пойти не так, после того, как Роб сказал, что все отлично.

Мы все сидели молча, поедая наивкуснейший завтрак от Мел и Джи. Мы не знали, о чем говорить, все мы были слишком расстроены отсутствием названия нашей группы в списке. Каждый из нас уже мысленно представлял выступления перед огромной публикой, но теперь все это казалось таким... нереальным? Непостижимым? Я мотнул головой, откидывая грустные мысли куда-нибудь подальше. Я начал анализировать наше выступление, но телефон Мелани зазвонил, что отвлекло меня.

— Это Роб, — взволновано сказала она.

Она сделала глубокий вдох и нажала «ответить», а после «громкая связь».

— Алло?

— Мелани, это Роб. Я не знаю, что случилось, но этим утром происходит какая-то полнейшая ерунда, — он сделал паузу, — меня даже не впустили в зал совещаний, так что я не могу сказать вам, почему вас не было в списке. Но я собираюсь это выяснить. Это неправильно.

— Если мы не оказались в списке, значит не заслужили, — ответила Гейнс, я положил ей руку на плече, ведь сидел рядом. Она положила свою поверх моей.

— Не хочу слышать этого! Вы должны быть там и вы будете. Буду держать вас в курсе.

— Спасибо, Роб, — ответила Мелани.

Она убрала телефон и облокотилась на спинку стула.

— Вот же дерьмо! — весьма неожиданно воскликнула она.

— Мел, — я посмотрел на неё.

— Да, Кентукки, это оно, но давайте расслабимся и отвлечемся от этого сегодня, — она встала и начала убирать посуду со стола. — Как насчёт вечера в караоке?

— Отличная идея, — Майкл встал из-за стола и начал помогать Мел убирать.

— Так, я домой тогда, — она вытерла руки об штаны, — отвозить не надо, прогуляюсь, — она засунула телефон в задний карман и осмотрелась на случай, если что-то оставила. — Я заберу тебя, Люк.

— Х-хорошо, — почему я заикнулся?

— Увидимся там в семь, ребята, — сказала она, после чего за ней захлопнулась входная дверь.

— Знаете, — Джина подняла две руки перед собой, — иногда я ее не понимаю. Вот вообще, — она вскинула бровями.

— Да, — в один голос сказали все мы, а после рассмеялись.

— Люк, тебя подвезти? — вежливо спросил Калум, улыбаясь мне.

— Было бы очень кстати, спасибо, — я улыбнулся, на что он лишь кивнул.

— Эш, Джи?

— Да, меня да, — Эштон встал из-за стола, — зайду только кое-куда.

— Я помогу Майклу, — Джина улыбнулась и посмотрела на Майкла. Я улыбнулся с этой ситуации. Мило.

— Окей, скажите Ирвину, что мы в машине. Увидимся в семь.

— Ага, — ответила Джина, после чего начала загружать посуду в посудомоечную машину.

В машине Калум и Эштон вдруг решили расспросить меня о моей старой жизни в Сиднее.

— Знаете, к стыду сказать, я ни разу не был в Сиднее, — сказал Эш, смотря на меня через зеркало.

— Серьезно? — Калум усмехнулся и помотал головой.

— Ты многое упустил, друг, — я кивнул несколько раз.

— Ну ничего, когда станем знаменитыми, — он развел руками, — обязательно побывает знаете где? Ха! Да везде!

Мы с Кэлом рассмеялись.

С каждой минутой в компании любого из них или и вовсе со всеми я постепенно переставал жалеть, что в один прекрасный день мои родители сказали мне, что мы переезжаем в Мельбурн. Я бы переехал сюда давным давно, если бы знал, что найду здесь.