Часть 4 - Просто жди
{ В тексте описаны жестокие насильственные события. Если у вас слабая психика не советую читать. Автор не поддерживает насилие }
Ксюша
30 декабря
Предновогодняя суета — любимое время каждого из нас, время, когда открываются двери в сказку и наступает волшебство. Вы замечали, что в этот период проблемы как будто отступают на задний план? Даже если человек в это время болеет или очень сильно чем-то озабочен, всё уходит на второй план, интенсивность падает. Появляется детский восторг, желание творить чудеса дома, на рабочем месте и просто вокруг себя.
Этим мы мало чем отличаемся от детей, которые живут так всегда. Они живут здесь и сейчас, не отягощая себя печалями прошлого и заботами о будущем. Потому что они всегда находятся в моменте. Именно эта детская непосредственность, которая лишена оценки и «правильности», позволяет нам быть счастливыми и свободными в это волшебное время.
Поэтому в этот период мы начинаем искренне радоваться всему происходящему вокруг, замечая красоту везде: в украшенной кассе магазина или в окне ближайшего дома. В этот момент мы счастливы, потому что на время позволяем себе отпустить переживания и проблемы, понимая, что есть что-то более важное и ценное. И мир не рухнет, пока мы создаем волшебство праздника.
В это предпраздничное время мы позволяем себе воплотить свои мечты, пусть это даже просто покупка красивых новогодних игрушек или яркие наклейки на окна. Так и в жизни, мы можем себе это позволить в любой момент, но зачастую нам это сделать сложно. Мы, в отличие от детей, разучились жить в моменте, осознанно проживая каждую минуту нашей жизни.
Мне очень нравится сравнивать тревогу и контроль человека с поездом, который мчит в том же направлении. Но иногда человеку трудно усидеть на месте, согласно купленному билету, и он бежит по рельсам впереди этого поезда. Получается, оба мчат в одном направлении, маршрут один, но если поезд спокойно двигается с заданной скоростью, то человек бежит из последних сил, но не может позволить себе расслабиться и насладиться прекрасными пейзажами из окна.
А ведь эти пейзажи и есть наша жизнь, но мы мчим, мчим, мчим, не замечая этой красоты вокруг. Поэтому люди и любят праздники — это как запланированная радость, когда можно без угрызений совести расслабиться и готовиться быть счастливым.
Это было раньше. Сейчас всё иначе. Мама в больнице. Я далеко от дома. Рядом какой-то неприятный человек. И настроения вообще нет.
- Нет! Я не буду это делать! Я лучше кусок туалетки съем, чем тебя поцелую. - Я хоть почти и лишилась рассудка, но совершать настолько ужасные вещи не собиралась.
- Это всего лишь для фото. Мы должны показать, что у нас всё хорошо. - Его голос был спокойным, без доли волнения и агрессии.
- Может быть, ТЫ, а не мы? Это тебе нужно доказать кому-то. Это ты думаешь, что мы пара по-настоящему. Это ты влюблён в меня, не я. - Мой голос срывался на крик. Я не могла вывезти постоянное присутствие рядом с ним. Его постоянные правила и ограничения. Я слушала его. Делала всё для него. А он ненасытный. Хочет только больше.
- Я!? Да ты права, это нужно мне. Но не забывай, почему сейчас ты здесь. Одно твое неверное решение, и ты можешь ехать домой. Не забывай, что ты живешь в моем доме. - Он стал серьезней. Смотреть в глаза и не отводить взгляд. Бояться его движений. И стараться быть начеку. Он говорил правду. Я как птичка. В моих мечтах летать в открытом небе, а по правде быть запертой.
- Я же люблю тебя и всегда стараюсь для тебя! И хочу видеть взаимность. Я пытаюсь получить такую же любовь в ответ. Хочу, чтобы эта глупая игра стала реальностью. - Он стал трогать меня. Лицо, руки, пытался обнять и прижаться ко мне.
- Эта глупая игра останется игрой! Я тебя не люблю! И никогда не полюблю. Я буду твоей куклой, марионеткой, тенью, игрушкой, ты можешь любить меня. Но я тебя? НИКОГДА! - Мои слова остановили его. Его глаза прищурились. Он не ожидал моих слов.
- Игра? - Когда вы читаете фразу «В его глазах вспыхнула ярость», что вы представляете? В его глазах была не только ярость. Обида и горечь. Его губы сжались в тонкую линию, а медленное дыхание бросало в дрожь. Я видела его разным, но настолько устрашающим — никогда. Его мерзкие руки сжали мои плечи. Смотрел в глаза. Даже не моргал. Он был как в трансе.
Большие пальцы почти ломали меня. Было больно. Я дергалась, кричала. Я впервые. Впервые стала бояться его.
- Отпусти меня! Матвей, мне больно! - он не слышал моих слов. Ладонь поднималась выше. Мне на шею. Слёзы стекали по щекам.
- Маша... Машенька... - он нес бред. Он душил меня. Мои руки легли ему на грудь, я старалась оттолкнуть его. Он играл. Всё для него это игра.
В глазах темнело, я не чувствовала рук. Со стороны я была похожа на рыбу, которая на суше. Я пыталась глотать воздух и дышать.
- Отпусти... - последнее, что я помню, перед тем как потерять сознание: его чёрные, бездушные глаза. Глаза как стекло. Это глаза не человека.
Матвей
Кровь. Кровь повсюду. Стены. Пол. Мои руки. Нож. Что я натворил!? На полу лежала Ксюша... Она без сознания. Нож выпал из рук. Я убил её?
- Нет, нет, нет! Не умирай! Слышишь, не смей! - уроки ОБЖ научили меня находить пульс. Она жива!!!
- Прости меня! Хорошо? Я не хотел! Прости, пожалуйста! - руки трясутся. Я ранил. Я душил и резал её. Это было страшно, но страшнее, что мне это понравилось. Я монстр. Что со мной?
- Здравствуйте, это скорая помощь города Москвы. Чем можем помочь? - женский голос раздался в телефоне.
- Я Авдеев Матвей. Адрес: улица Шеногина, два. Здесь девушка вся в крови. Без сознания. Я, я не знаю, что делать. Спасите её! Пожалуйста. - Я сбросил.
(Простите, если указала чей-то адрес.)
Я был весь в крови. Руки, лицо. Я был в её крови. Она была вся в крови. Вся её спина в крови. Я начал вспоминать, зачем я это сделал.
- Прости меня. Я не хотел причинить тебе вред. Я не хотел делать тебе больно. Я мудак и монстр. Прости, слышишь! Прости! - я гладил её волосы и ждал скорую.
***
Её забрали. А я не мог поехать. Совесть мучает. Сказали, что состояние стабильное и жить будет. Но это не оставляло мысли. Что будет со мной? У меня большие, большие проблемы.
- Здравствуй, что надо? — грубый мужской голос раздался в трубке.
- Отец, у меня большие проблемы.
- Говори! — мороз шел по коже.
- Это не телефонный разговор. Можешь приехать? Я на квартире. — мой голос дрожал. Я боялся, но без него я не выживу. Не дождавшись ответа, он скинул трубку.
Я снял с себя кровавую одежду. Я пытался смыть с себя кровь. Вся квартира в крови.
- Что ты хотел? Если ты мой сын не значит, что я должен сорваться к тебе... — он приехал. Деловой костюм: белая рубашка, классические черные брюки, черный пиджак и красный галстук. Деловой кожаный чемодан. Он ожидал всё, но не квартиру в крови.
- Я чуть не убил девушку. Я изрезал ей спину. Она вся в крови. Я в крови. Я ничего не понимаю. Не помню. Её увезли на скорой. Я... Я не хочу в тюрьму. Я не хотел делать ей больно! Отец, спаси! Последний раз! — я кинулся ему в ноги. У него есть связи. Он спасет меня!
- Встань. Встань, я сказал! В какую больницу повезли? — он был не удивлён. Он спокойно, без паники копался в телефоне. Я встал.
- В третью городскую. Что делать мне?
- Одевайся прилично и поедем в больницу. Сюда вызовем клининг. Я надеюсь, ты не говорил, что это ты?
- Нет.
- Хорошо. Чего стоишь, одевайся!!
***
- Здравствуйте, нам нужно узнать, где у вас лежит Соболева Ксения, 15 лет. - Мы были идентичны. Свежая одежда. Приятный парфюм. Блестящие туфли.
- Здравствуйте, кем вы ей являетесь? Отец? - Он протягивает свою визитку администратору. Её губы слегка открылись от удивления. Она понимающе качнула головой.
- Я хочу, чтобы это осталось в тайне.
- Она сейчас в операционной. Второй этаж налево и до конца. - Казалось, что у отца есть связи везде. Или мне это казалось? В лифте мы остались наедине.
{Тут я думала: «Может, убить Ксюшу?»}
- Теперь молись, чтобы она выжила и очнулась. А если очнётся, то ты должен убедить её, чтобы не писала заяву и не говорила родителям. Это вся твоя задача. Все остальное сделаю я.
- Я сделаю все. - Выйдя, мы направились к операционной. Мы сидели и ждали вестей. Выходит врач.
- Здравствуйте, как она? - На публике отец включал все свое обаяние и миролюбие. Но это не так.
- Здравствуйте, а вы родственники?
- Я Владимир Авдеев. И прошу, расскажите, как она.
- Из-за большой потери крови пришлось переливать. Но состояние стабильное. На спине останется шрам на всю жизнь. Очнётся завтра.
- Спасибо за понимание.
***
Она лежала в палате. Бледная и измученная. Одна мысль об этом бросала в дрожь.
- Але, Маш, привет. Я натворил дел. Я чуть не убил Ксюшу.
- Что..? Ты в своем уме? Я просила приглядывать за ней, а не убивать и вообще не вредить ей. Ты хоть представляешь, что твой поступок мог испортить весь мой план!!! - Маша... Её голос как рай. Даже когда орет на меня.
- Я понимаю, что мог подставить тебя! Но отец всё исправил. Никто не узнает об этом. Я клянусь!!
- Зачем ты это сделал? Что тебе дало мысль на это?
- Я вспомнил...
- Кого или что ты вспомнил!?
- Тебя! Мне это напомнило тебя!
5 лет назад.
Москва. Парк. Детская площадка. Нам десять. Летний ветерок развивал её кудрявые белоснежные волосы. Её запах свежих цветов заставляет привязываться всё больше и больше. Маша как ангел. Спасет всегда и везде.
- Матвей! Давай в салки!? Чур ты во́да! — она коснулась моего плеча и побежала. Её чудесная улыбка и смех — искусство.
- Не догонишь, не догонишь! — это были мои самые счастливые дни. В то время меня не заботили мысли «Кем быть?», «Как помогать отцу с бизнесом?». Была одна забота: догнать эту девочку и никогда не отпускать.
- А вот и догоню! — я всегда давал фору и наслаждался её смехом.
- Ну ты чего такой медленный!? — она бежала спиной. И не увидела бордюр.
- Маш! Осторожно! — Я бежал. Бежал спасти её! Но не успел. Её нежная спина приземлилась на асфальт. Разбитые бутылки, окурки, камни — на всё это она легла. У неё остался шрам. Шрам на всю жизнь. Если бы я успел!
***
- Матвей, это был пять лет назад. Не надо ей вредить. Просто держи и шантажируй, пока Киса не влюбиться в меня.
- Хорошо я понял.
Ксюша
Я проснулась. Передо мной белый потолок и стены. Спина болит. Я не соображала. Всё как в тумане. Последнее, что помню: как он... душил меня. Что со мной? Где я? Приподнявшись, я увидела... Его. Он спокойно стоял за дверью. И с кем-то разговаривал по телефону. Он выглядит, как будто ничего не произошло.
_______________________
Самая сложная глава для меня. Простит, что заставила ждать.
{Кто не понял: Матвея передернуло, он вспомнил Машу и решил Ксюшу сделать такую же, как и его возлюбленная.}