Схватка за славу

____

Утро началось с привычного звука свистка во дворе. В этой академии даже рассвет казался соревнованием! Бегуны уже крутили круги, пловцы выходили из бассейна в полотенцах, а гимнастки делали растяжку прямо на газоне.

Ханыль выглянула из окна общежития - школа кипела жизнью и каждый шаг, каждый вдох здесь был проверкой. Она надела спортивный костюм и спустилась вниз.

На стадионе уже тренировались регбисты. Ханыль остановилась у ограждения и невольно стала свидетелем стычки: энхайпен против эндтим. Мяч ушёл в сторону и в захвате столкнулись Джей и Кей. Чонвон вышел вперёд, холодно глядя на Ыйджу.

— Контролируй своих, — Чонвон вышел вперёд, холодно глядя на Ыйджу.

— Или ты боишься, что мы заберём твою корону? — Ыйджу улыбнулся так, будто всем сердцем презирал Чонвона, когда то они были друзьями...

Ханыль почувствовала, как внутри всё сжалось, даже без выстрелов здесь пахло войной? Она вошла в тир ещё до звонка на занятия. Тишина помещения встретила её привычным холодом. Она положила спортивную сумку на скамью, стянула волосы в высокий хвост и почувствовала, как напряжение после шумной столовой ушло.

Здесь было проще дышать.

Она сняла куртку, осталась в форме и начала разминку: повороты плеч, отжимания у стены. Её тело требовало работы, за последние два дня слишком много чужих взглядов, слишком мало привычной стабильности.

— Ты всегда приходишь первой? — голос прозвучал мягко и спокойно.

Ханыль обернулась. У дверей стоял Хао в спортивной форме с полотенцем на плече. Он шёл легко, будто тир принадлежал ему.

— Привычка, — коротко сказала она, поднимая руки для упражнений на трицепс. — Пока никто не мешает.

— Хорошо, у стрелка руки главное оружие. Я тоже делаю это первым делом, — Хао встал рядом, начал разминать пальцы.

Они тренировались молча....сгибания, растяжка, работа с маленькими гантелями, чтобы держать мышцы под контролем. Но Ханыль чувствовала его взгляд: он наблюдал за ней пристально, как будто снова видел то, что другие пропускали.

— Знаешь, — сказал он после паузы, — многие думают, что стрелки только стоят и жмут на курок. Но без силы в руках ты не выдержишь ни прицела, ни отдачи.

— Пусть думают, — ответила Ханыль. — Мне всё равно.

— Это правильно.

Ханыль опустила гантели, сделала глубокий вдох и закрутила резинку на запястье потуже. Руки налились лёгкой усталостью, но именно это ощущение ей нравилось, когда мышцы горят, но не сдаются.

Дверь в тир открылась с мягким скрипом, первой вошла тренер миссис Ким. На ней была спортивная ветровка и свисток на шнурке. Она остановилась, оценивающе оглядела зал и кивнула.

— Рано, как всегда, — заметила она, глядя на Хао. — И новенькая с тобой, хорошо.

Ханыль лишь коротко кивнула и вытерла ладони полотенцем. Следом стали подтягиваться остальные стрелки: шумно захлопнулись двери шкафчиков, зазвенели бутылки с водой, загремели сумки.

— О, это та самая? — вполголоса сказала одна из девчонок, толкнув локтем подругу.

— Да, та, из-за которой регбисты приходили в тир, — ответил другой парень, явно с интересом глядя на Ханыль.

Ханыль сделала вид, что не слышит и аккуратно сняла оружие со стойки, проверяя прицел. В это время Хао встал рядом, будто невзначай, но его присутствие было как защита от ненужных разговоров.

— Все на места. Сегодня работаем над сериями, хочу видеть не только точность, но и выдержку, — Миссис Ким хлопнула в ладони.

Стрелки заняли линии. Тишина накрыла тир, нарушаемая только щелчком и ровным дыханием.

Ханыль почувствовала, как дрожь в руках исчезает. Здесь, среди этих людей, под спокойным голосом миссис Ким, она наконец ощущала себя на своём месте..

— Сегодня у нас тренировочная дуэль, — объявила она. — Ханыль, выйдешь против Ханбина.

У стрелков по залу прокатилась волна тихих смешков и перешёптываний. Ханбин был одним из самых стабильных стрелков команды, его уважали за холодную уверенность.

Ханыль встала напротив.

— Приготовиться, — резко сказала миссис Ким.

Ханыль вздохнула, подняла оружие и сосредоточилась. Первый выстрел - экран мигнул: 10.4. Отличное начало. В зале прошёл одобрительный гул.

Ханбин тоже выстрелил 10.2. Почти одинаково.

Второй раз Ханыль вдохнула глубже, но в груди словно что-то дрогнуло. На экране появилось 9.1. Шёпот усилился.

Третий выстрел, рука чуть дрожала. 8.9. Тишина стала тяжёлой и Ханыль почувствовала, как жар поднимается к лицу.

Она отложила пистолет и достала беруши. Вставила их в уши, пытаясь отсечь все лишние звуки. Но даже в тишине шум внутри головы не исчезал. Мир будто начал плыть, она снова подняла оружие, но рука дрожала.

— Соберись, Ханыль! — вдруг резко крикнула миссис Ким, её голос разрезал воздух.

Все вздрогнули, даже Ханбин. А у Хао в этот момент сердце сжалось, он сделал шаг вперёд, но тут же остановился, понимая, что вмешиваться нельзя. Его пальцы сжали полотенце так сильно, что костяшки побелели.

Ханыль моргнула, глубоко вдохнула, пытаясь поймать ровное дыхание. В голове звенело, но она знала если сейчас сдастся, то её сломают навсегда.

Ханыль снова подняла оружие, но боль в плече резанула острее, чем прежде. Ткань повязки, которую она затянула утром, будто впилась в кожу. Каждое движение тянуло мышцу и дрожь уже невозможно было скрыть.

— Ты можешь, — Она прицелилась и тут услышала шёпот сбоку. Ханбин. Она мельком посмотрела на него...спокойное лицо, уверенный прицел. Ханыль знала, что у него опыта больше, что для него это почти привычная игра. Но именно поэтому его слова прозвучали не издёвкой, а странной поддержкой?

Её сердце стучало слишком громко и она понимала, что смотрят все. В академии тренировочные дуэли выводились на экраны...в столовой, в зале отдыха, даже в холле у администрации. Директор видел, учителя видели и самое главное регбисты тоже видели. Там, где обычно крутили спортивные обзоры, теперь был прямой эфир с тира.

Она стиснула зубы и подняла спортивное оружие ещё раз.

— Соберись, — сказала себе, — ты не имеешь права упасть!

Выстрел.

На экране высветилось 10.0.

В зале раздался сдержанный вздох, второй выстрел и дыхание сорвалось, плечо горело.

10.2.

Ханыль медленно опустила оружие и мир закружился. Она сделала шаг назад, тело будто не выдержало. Грохот. Пистолет соскользнула из рук и упала на стол с таким звуком, что весь зал вздрогнул.

Она оперлась о край, чтобы не упасть. Тишина, никто не шелохнулся.

Хао приподнялся с места, готовый броситься к ней, но сдержался. Даже Ханбин, всё ещё держащий винтовку, едва заметно наклонился вперёд, будто хотел её подхватить.

Все смотрели. В этот момент не имело значения, кто стрелок, кто пловец, кто регбист. На экранах школы была только одна фигура Ханыль, которая упала, но выстрелила в десятку.

Ханыль глубоко вдохнула и протянула руку Ханбину. Он пожал её крепко, почти по-спортивном и кивнул без лишних слов, но с уважением. Это был честный жест: «Ты держалась».

Но как только она обернулась к линии, раздался резкий голос.

— Что это было, Ханыль?! — миссис Ким шагнула вперёд. — Ты думаешь, что можешь падать с оружием? Ты считаешь, что достаточно сделать два хороших выстрела и всё?

Зал замер, никто не шевелился, даже дыхание будто замерло.

— В нашей команде нет места слабым! — продолжала тренер. — Здесь не тир для школьников, а академия чемпионов. Если ты не можешь выдержать тренировку, то зачем вообще пришла?!

Каждое слово било сильнее, чем боль в плече. Ханыль стояла прямо, руки сжаты, лицо спокойное, только внутри всё горело. Она кивнула, молча поклонилась, коротко и уважительно.

И без единого слова начала складывать свои вещи в сумку.

— Куда это ты?! — голос миссис Ким взвился ещё громче. — Урок не закончен!

Ханыль застыла. В груди сжалось так, что на секунду стало трудно дышать. Она подняла глаза прямо на тренера.

— У меня травма, — произнесла тихо, но твёрдо. — Я не могу стрелять дальше!

И прежде чем кто-то успел остановить её, она закинула сумку на плечо и вышла.

В зале осталась тяжёлая тишина. Стрелки переглядывались. Хао сидел, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели. Даже Ханбин не отводил взгляда от двери, будто сам не знал, почему слова тренера резанули его тоже.

А на экранах по школе трансляция всё ещё шла. И теперь все видели не только её выстрелы, но и то как новенькая стрелок впервые встала против правил академии.

Коридор был длинным, свет от ламп холодно бил в глаза. Ханыль шла, сжимая лямку сумки, взгляд уткнув вниз. Каждый шаг отдавался в плечо тупой болью, но сильнее болело внутри.

И вдруг удар, она врезалась во что-то твёрдое и высокое. Подняла глаза и перед ней стоял Чонвон, он смотрел сверху вниз, его лицо было спокойным, но слишком холодным.

— Если ты слабая... — сказал он тихо, без лишней эмоции, но так, что каждое слово впивалось в кожу. — Тебе лучше уйти.

Эти слова пробили сильнее, чем крик миссис Ким. Ханыль почувствовала, как внутри всё сжалось. Она опустила голову, пытаясь пройти мимо, но вдруг Чонвон перехватил её запястье.

— Пойдём, — она дернулась, но хватка была крепкая, уверенная, как будто он не оставлял выбора. Он тянул её вперёд, по пустым коридорам, мимо дверей, где слышались голоса и шаги. Но туда куда они шли было тихо.

Наконец Чонвон толкнул тяжёлую дверь и они оказались в просторном помещении: раздевалка и комната отдыха регбистов. Здесь пахло потом, кожей мячей и стиранной формой. Сейчас было пусто, только ряды скамей и шкафчиков, да и мячи валяющиеся у стены.

Он отпустил её руку и она резко выдохнула, отступив на шаг.

— Зачем ты меня сюда притащил? — голос дрогнул, но она всё же смотрела прямо в глаза.

Чонвон не ответил сразу, он прислонился к шкафчику, скрестил руки на груди и будто ещё раз оценил её сверху донизу.

— Ты думаешь, что можешь быть лидером? — наконец произнёс он. — Вчера ты показала силу, а сегодня слабость? В нашей школе этого не прощают. — Но... — он сделал паузу и чуть склонил голову. — У тебя есть что-то, что другим не хватает. Ты не боишься упасть на глазах у всех.

Ханыль молчала, чувствуя, как в груди горит злость и обида одновременно.

— Так что решай, — сказал Чонвон. — Ты уйдёшь сама... или докажешь, что можешь остаться.

Ханыль стояла напротив него, ещё не понимая, что именно он от неё хочет?

— Снимай кофту, — Чонвон вдруг поднял руку и кивнул на её плечо.

— Что?.. — Она замерла, глаза расширились.

— Раздевайся, — повторил он спокойно, как будто это было самое обычное.

— Ты... ты издеваешься? — Кровь ударила ей в голову. Она сделала шаг назад, сжав сумку так сильно, что костяшки побелели

— Фу, о чём ты вообще думаешь? — В его голосе прозвучало раздражение. Он достал из кармана спортивной куртки маленький пакетик. — Горячий пластырь на плечо, чтобы не болело, — он разорвал упаковку и поднял взгляд. — Или ты предпочитаешь страдать дальше и падать перед всеми?

Ханыль замерла, сердце всё ещё колотилось от его первых слов, но теперь она поняла и от этого смущение стало только сильнее.

Молча, стараясь не встречаться с его глазами, она стянула спортивную кофту. Под ней остался чёрный спортивный топ. Плечо отдало тупой болью, на коже уже проступала красная полоса от натянутой ткани.

Чонвон подошёл ближе и Ханыль почувствовала, как его тень накрыла её. Он аккуратно приложил пластырь к плечу, тепло начало быстро разливаться по мышце.

— Вот, — сказал он сухо. — Так будет легче! — Она сжала губы и кивнула, слишком близко, слишком тихо. Сердце стучало так, что она боялась, он услышит.

Чонвон отстранился, вернув себе ровный вид.

— В следующий раз не доводи до того, чтобы падать. — Он бросил пустую упаковку в урну и добавил, не глядя — Мы не прощаем слабость, — но в его голосе больше не было холода.

Тепло пластыря только начинало разливаться по плечу, когда дверь вдруг с грохотом распахнулась.

— Эй, Чонвон! — первым ввалился Ники, за ним — Джей, Сону, Хисын, Джейк и Сонхун. Шум, смех, шаги по кафелю, в пустую раздевалку ворвалась энергия целой стаи.

Они остановились на секунду, заметив картину: Ханыль стоит в спортивном топе, рядом Чонвон, слишком близко, между ними тишина.

— Ого... — протянул Ники с хитрой ухмылкой. — Мы не вовремя?

— Похоже на личное занятие, — добавил Джей, приподняв бровь.

— Простите, мы этого не видели! — Сону прыснул от смеха и театрально прикрыл глаза ладонью.

— Новенькая быстро вливается в команду, — Хисын усмехнулся мягче, но в его взгляде была та же насмешливая искра.

— Хватит, вы пугаете её, — Джейк толкнул Ники локтем.

Сонхун ничего не сказал, но его холодный взгляд скользнул по ней и задержался на Чонвоне.

Ханыль в первые секунды будто оцепенела, а потом резко схватила кофту с лавки и натянула на себя, не встречаясь ни с чьими глазами.

— Всё, тишина, — сухо бросил Чонвон, но его голосу не хватало обычной строгости.

Ребята переглянулись, усмехнулись и начали шумно обсуждать что-то своё, явно давая понять, что сцену они уже запомнили.

— Спасибо, — Ханыль тихо шагнула к выходу, остановилась на мгновение рядом с Чонвоном и едва слышно прошептала.

И прежде чем он успел что-то сказать, она быстро выскользнула из раздевалки, оставив его и шумную команду позади.

Ханыль вышла из раздевалки, шаги гулко отдавались по пустому коридору. Щёки горели, дыхание было сбито...она чувствовала себя так, будто только что пробежала стометровку.

— Эй, — раздался спокойный голос сбоку.

Она обернулась, у стены скрестив руки стояла Даён. В спортивном костюме пловцов, с мокрыми волосами, собранными в низкий пучок. Её глаза светились лёгкой улыбкой, но без насмешки.

— Ну что, — сказала она, подходя ближе, — только второй день в школе, а уже вся академия обсуждает тебя!

— Пусть обсуждают, мне всё равно, — Ханыль нахмурилась, крепче сжимая лямку сумки.

— Вот и правильно. Но знаешь... ты сейчас выглядишь, как будто хочешь провалиться сквозь землю, — Даён хмыкнула.

— Просто... я не люблю, когда на меня так смотрят.

— Больная рука и слишком много внимания — плохое сочетание, — Даён мягко коснулась её плеча, того самого куда Чонвон наклеил пластырь. Но поверь, здесь каждый через это проходит. Даже мы пловцы всегда под прицелом! За нами следят, сколько секунд ты держишь дыхание, как выгибаешь спину, правильно ли смотришь на камеру.

— Ты серьёзно?

— Более чем, — кивнула Даён. — В этой школе спорт это не только сила и техника. Это ещё и спектакль, кто как держит лицо, кто выдерживает давление.

Они пошли по коридору вместе.

— Но, — добавила Даён, улыбнувшись чуть теплее, — мне кажется ты из тех кто сможет это выдержать. Иначе бы не выстрелила десятку, когда тебя смотрела вся школа.

— Спасибо, — Ханыль впервые за день улыбнулась чуть шире.

— Не за что, — ответила Даён. — Просто запомни, если что я рядом. Мы не такие шумные, как регбисты и не такие дерзкие, как гимнастки. Но мы умеем держать друг друга на плаву!

Они вышли на улицу и холодный воздух сбил остаток жара с лица Ханыль. Рядом с Даён она впервые почувствовала не только давление, но и поддержку.
___