chapter 18.
Нед
— Чего? — удивляется Шеферд и хмурится.
— Ты слышал, — говорю я и сжимаю руки в кулаки. — Отмени пресс-конференцию! — повторяю я и Рой встает с кресла.
— И ты говоришь мне об этом за два часа? Что за очередная прихоть, Нед?
Прихоть? Лучше заткнись, пока не поздно, Шеферд. Я не какой-то зазвездившийся придурок, который только и делает, что раздает приказы налево и направо.
Ненавижу, когда меня обвиняют в чем-либо, не имея оснований.
Если я что-то и требую, то у меня есть причины. Самое раздражающее, что я никогда не обращался к Рою с какой-нибудь блажью, но он стрижёт всех звёзд под одну гребенку. Некомпетентный придурок.
— Свяжись с Хайнцом и скажи, что этого чертового интервью не будет или я сам ему позвоню. — безапелляционно говорю я и хмуро смотрю на менеджера.
Мой голос полон упорства. Если я что-то решил, то пойду до конца. И никакие уговоры не изменят моего решения.
Рой вздыхает и наливает себе в стакан воды из кувшина, после чего выпивает его залпом.
— Хотя бы скажи, в чем дело.
В памяти тут же всплывает вчерашний вечер. А именно то, как Ева задыхалась и плакала, сидя на асфальте в ногах у какого-то урода. Я не мог спать всю ночь, пытаясь объяснить себе, что это было. Но ничего разумного не приходило в голову.
Перед глазами, то и дело, появлялось ее перепуганное лицо, с полными боли глазами. Еще никогда я не видел в ее голубых, почти всегда, бесстрастных глазах, столько эмоций.
В момент, когда я увидел ее заплаканное лицо, мое сердце сжалось. Мне хотелось успокоить ее, но я прирос к земле, как вкопанный, не решаясь сделать и шагу. Еще никогда мне не доводилось видеть людей в таком состоянии, в каком была эта хрупкая девушка. Да, хрупкая. Потому что в тот момент, она была, как замок из песка, который мог разрушиться даже от легкого ветра. Так хотелось заслонить ее от этого ветра... Но меня опередили.
Ева! Девочка моя! Ты слышишь? — стоит ли говорить, какую ревность вызвали у меня эти слова? Меня уже давно терзают сомнения на счёт того, точно ли они друзья? Если да, то почему у меня ощущение, что нет?
Фармер схватил задыхающуюся девушку на руки и побежал, а я, как дурак, побежал следом. Пока Лори оказывал Еве первую помощь, я смотрел на нее и мог думать только о том, какой бесполезный в данный момент. Я хотел что-нибудь сделать, но понятия не имел, что именно. И это меня убивало.
— В чем дело? — спросил я, очнувшись от воспоминаний. — Считай, что это моя прихоть.
Я пулей покидаю кабинет менеджера и направляюсь к выходу. Мне нужно навестить ее, чтобы убедиться, что она в порядке.
Захочет ли она видеть меня, после того, что я вчера сделал?
Резко останавливаюсь и провожу ладонью по лицу.
Нет. Она сказала, чтобы я больше не приближался к ней. Так что точно не обрадуется, увидев меня.
— Дьявол! — ударяю по стене, после чего прислоняюсь к ней лбом и тяжело дышу.
Ненавижу нерешительность. Но что я сейчас могу? Тот поцелуй подорвал ее доверие ко мне, что если я сделаю еще хуже своим визитом?
Достаю телефон из кармана и нахожу в контактах номер телефона Кевина Хайнца, после чего звоню ему. Когда на смену гудкам приходит автоответчик, то сбрасываю и пишу ему сообщение с просьбой перезвонить, как можно скорее.
Убираю телефон обратно в карман и вздыхаю.
Почему менеджер не берет трубку? Разве он не должен быть всегда на связи?
Что за фигня.
Начинаю дальше спускаться по лестнице, как вдруг слышу голос Ирвина.
— Теперь ты будешь издеваться надо мной? — голосом полным отчаянья спрашивает друг и я останавливаюсь.
— Что ты хочешь услышать, Вин? — узнаю голос Хлои и грустно ухмыляюсь. — Что я все еще влюблена в тебя? Что хочу быть рядом? Если да, то прости. Я не чувствую этого больше.
Мы с тобой точно братья по несчастью, Кросс.
— Чувствуешь, — отвечает Ирвин. Такое чувство, будто он пытается уговорить ее. — Хватит издеваться, Гаррет. Я не могу выкинуть тебя из головы после той ночи. Ты же знаешь.
— Ну так почувствуй себя в моей шкуре, — Хлоя усмехается и уходит, но Вин хватает ее за руку. — Пусти!
— Не могу!
Девушка вырывает руку и уходит прочь, оставляя моего друга одного.
— Кажется, мы с тобой серьезно влипли, дружище, — говорю я, привлекая внимание.
Ирвин поднимает на меня голову и улыбается.
— Подслушивать плохо, дорогой, —язвит он, когда я встаю напротив. — Видел, как она меня? — парень кивает головой в сторону, куда ушла Хлоя несколько секунд назад.
Я закидываю руку другу на плечи и улыбаюсь.
— Твоя очередь быть безответно влюбленным, — говорю я и Ирвин морщится, будто ему неприятно даже от одной мысли о любви. — Признай уже это. Ты влюбился.
Кросс молчит в течении минуты, а затем скидывает мою руку с себя и уверенно произносит:
— Нет.
Я закатываю глаза и сажусь на ступеньку.
— Я твой лучший друг и я вижу, что с тобой происходит, — уверяю его я. — Кого ты пытаешься сейчас обмануть?
— Я никого не обманываю, Нед, — протестует Ирвин и скрещивает руки на груди. — Мы просто переспали и я хочу это повторить. Ты же знаешь меня лучше всех, так почему сейчас несёшь весь этот бред?
— Вы переспали и ты хочешь это повторить... — с задумчивым видом говорю я и тру двумя пальцами подбородок. — Когда такое было вообще? Ты же не любишь однообразие.
Твоя легенда посыпалась, братик.
—Что на счет тебя? — резко переводит тему Вин и я вскидываю бровь. — Вы поругались? Что за сцена из мелодрамы вчера была?
— Я поцеловал ее и она дала мне по роже, — признаюсь я и ухмыляюсь.
— Воу, — удивляется друг. — Тогда чего ты такой довольный? Тебя же отшили.
Я смеюсь и в этот момент телефон в кармане начинает вибрировать.
— Ну я же поцеловал ее, — подмигиваю другу и встаю на ноги, принимая входящий звонок. — Привет, Хайнц. — говорю я в трубку и спускаюсь по лестнице, оставляя Ирвина одного.
— Нед, — отвечает менеджер. — Что случилось?
— Мне нужен номер Лори Фармера...
°°°
Паркуюсь возле небольшого кафе в Бронксе и заглушаю двигатель автомобиля, после чего смотрю на наручные часы, проверяя время.
6:57pm.
Я как раз вовремя.
Надеваю капюшон, выхожу из машины и направляюсь ко входу в кафе. Как только открываю дверь, раздается звон колокольчика, а в нос ударяет запах выпечки. Через месяц Рождество и все уже начали подготовку к празднику. Улицы и помещения украшают всякой всячиной, вроде гирлянд и прочего сверкающего дерьма. В каждой забегаловке выставляют рождественское меню, с тысячами видов печенья и пряников. А люди, как сумасшедшие скупают прилавки магазинов. И так каждый год. Как только это не надоедает?
Нет, я не Гринч. Просто не так помешан на праздновании Рождества и Нового года, как многие американцы.
Оглядываю помещение, но не нахожу знакомое лицо. Опаздывает?
Сажусь за свободный столик у окна и снимаю капюшон.
— Нед Келли? — рядом раздается голос и я вздрагиваю от неожиданности. — Да, это вы! Я огромный фанат вашей группы! Можно взять автограф? — перевожу взгляд на мальчика лет четырнадцати и слегка улыбаюсь, принимая протянутые им салфетку и маркер.
— Привет, — дружелюбно говорю я и оставляю свою роспись на салфетке. — Как тебя зовут?
— Питер, — восторженно говорит мальчишка и моя улыбка становится шире.
Пишу еще несколько слов и отдаю листок Питеру. Он благодарит меня и убегает к соседнему столику.
По статистике, примерно 15% наших слушателей — это дети от 10 до 14 лет. Однако, они не часто осмеливаются подойти и взять автограф или же просто поздороваться. Может они боятся из-за нашего имиджа плохишей, а может просто стесняются. Суть в том, что такие ребята, как Питер — редкость.
— Наверное утомляет постоянное внимание фанатов? — спрашивает Лори и падает на сидение напротив меня.
Почти вовремя.
— Нет, — уверенно говорю я и облокачиваюсь на спинку дивана. — Не думал, что придешь.
— Ты не оставил мне выбора, — Фармер скрещивает руки на груди, испепеляя меня взглядом. — Я знаю, зачем ты захотел встретиться, так что скажу сразу: я не стану ничего рассказывать о Еве. Тебя это не касается, а если бы и касалось, то она сама бы тебе рассказала.
Я знал, что он не станет мне выкладывать, как на духу, все секреты Евы, но в мои планы на сегодня входит узнать, что за чертовщина вчера случилась.
— Вы готовы сделать заказ? — вежливо спрашивает подошедшая официантка, и улыбается нам.
Я заказываю глинтвейн, а Лори латте с корицей, после чего девушка удаляется.
— Как она? — спрашиваю, как только мы остаемся наедине.
— В порядке, — прищурившись отвечает парень. — Тебя это так волнует?
Я киваю и он усмехается.
— Просто, чтобы ты знал, — уверенно говорю я, сбивая Фармера с толку. — Я признался ей в своих чувствах.
— Я знаю, — заявляет он. — И про поцелуй тоже.
Что за? Они уже успели посплетничать на этот счет? Видимо, ей действительно лучше.
— Она все тебе рассказывает? — чисто риторически спрашиваю я, когда перед нами, все та же официантка, ставит заказ.
— Все. Абсолютно.
Снова чувствую приступ ревности и сжимаю бокал с горячим напитком в руке.
— Я верю, что ты по-настоящему влюблен в нее, — неожиданно заявляет парень, отпивая кофе из своей кружки. — Но даже не смотря на это, я не скажу тебе и слова о том, что случилось вчера.
Скажешь. Еще как скажешь. Я планирую докопаться до правды любой ценой.
— Она боится прикосновений? — задаю вопрос я и Фармер замирает. Я прищуриваюсь и продолжаю: — Это была паническая атака?
Лори тяжело сглатывает и ставит кружку на стол.
— Похоже я прав...
— Откуда ты знаешь? — перебивает меня он и я скрещиваю руки на груди.
Бинго!
— Я не знал, — пожимаю плечами. — Просто предположил.
Это действительно единственный логичный вывод, к которому я смог прийти. Она избегает большого скопления людей и парных фотосессий. Неоднократно терялась, когда ей протягивали руку для рукопожатия и тот мужчина... Это случилось с ней, когда он трогал ее.
— Какой ты, оказывается, проницательный, — Лори хмыкает и отводит взгляд. — У нее гаптофобия. Каждый раз, когда мужчина прикасается к ней против ее воли или неожиданно, то у нее начинается гипервентиляция легких.
Хотя я и догадывался, но когда это прозвучало из его уст, то я впал в ступор.
Представить не могу, как тяжело ей приходиться избегать любых контактов с мужским полом. Они наверняка липнут к ней двадцать четыре часа в сутки. Вдобавок ко всему, Ева довольно успешна в моделинге. Это же постоянные мероприятия и контактирование с огромным количеством людей. Как ей хватает сил и смелости справлять со всем этим?
И я... Черт! Я же постоянно трогал ее и даже... поцеловал. Что, если вчерашний случай произошел по моей вине?
— Но я же постоянно прикасался к ней и все было в порядке, — озвучиваю свои мысли в слух и внимание Фармера возвращается ко мне.
— По какой-то причине, твои касания не вызывают у нее страх, — отвечает парень и я расслабляюсь. — Как и мои... — сжимаю челюсть и сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. — Слушай, я рассказываю тебе это все это, хоть и не должен, только потому что Ева не должна узнать о том, что ты все понял. Об этом знает только несколько близких ей людей и если она поймет, что ты в курсе, то...
— Я не стану говорить ей об этом, — перебиваю его и залпом опустошаю содержимое своего бокала. — Спасибо, что поделился этим. И да, я сохраню этот секрет. Будь уверен.
— Я знаю, — Лори слегка улыбается. — Ты не сможешь причинить ей боль, Нед.
Последняя фраза звучала, как угроза. Но в глубине души мы оба знали, что это лишь констатация факта.