оружие нежности

Выходные наступили быстро, и Данна уже привыкла к монотонному течению времени в больнице, когда раздался звонок. Экран на тумбочке замигал знакомым именем - Еллиот. Данна сразу поняла, что это не просто звонок: за ним всегда скрывается какой-то повод, и на этот раз её интуиция не подвела. Она мельком посмотрела на Персика, который сидел на подушке рядом, лениво покачивая хвостом, и кивнула ему: «Готовься, кажется, сегодня будет весело».

Дверь открылась, и в палату первым вошёл Еллиот. Его лицо сияло радостью и теплом, каждое движение было лёгким и уверенным - словно всё вокруг него, включая Данну, стало немного ярче. За ним шагал Мафиозо, высокий, спокойный, с непроницаемым лицом, но в глазах играла легкая забота. И тут в дверях появилась ещё одна фигура - Блудуд, с букетом цветов в одной руке и коробкой конфет в другой. Данна удивилась и слегка улыбнулась: внимание со стороны друзей всегда было приятно, особенно в такие дни, когда она чувствовала себя запертой между реальностью и больничными стенами.

- Привет, - сказал Блудуд, слегка смущаясь, но держа глаза на ней. - Решил поделиться последними новостями.

Данна кивнула и присела на край кровати, отведя капельницу в сторону, чтобы всем было удобнее. Блудуд начал рассказывать обо всём, что произошло в школе за последние недели: как Кулкид снова сорвал несколько уроков, как Прити, неожиданно для всех, стала первой по успеваемости, и какие маленькие драматические эпизоды случались с другими учениками.

Слушая его, лицо Данны постепенно менялось: сначала удивление, потом лёгкое раздражение, и наконец - холодная, почти пугающая улыбка, которая могла бы заставить кого угодно дрожать. Её глаза стали немного жёстче, но она сдерживалась. Она знала, что если сейчас сорвётся, пострадает Блудуд - он же здесь рядом.

- Всё понятно, - холодно произнесла она, аккуратно сдерживая свои эмоции. - Прити, значит, первая... Интересно.

Блудуд слегка напрягся, чувствуя изменение настроения, но продолжал спокойно рассказывать. Они обсуждали учёбу, мелкие школьные интриги, курьёзные ситуации с Кулкидом и даже как некоторые дети придумывали новые способы избежать домашки. Разговор был живым, но в глазах Данны мелькала мысль: нужно будет немного показать Прити, что такое конкуренция... позже.

После разговора Мафиозо тихо подошёл и сказал:

- Пора, Эллиот и Блудуд, пора идти.

Еллиот кивнул и, прежде чем выйти, обернулся к Данне: его глаза слегка блеснули от волнения, но он сдержал эмоции. Блудуд подарил ей маленькую улыбку и кивнул, словно говоря: «Я всё понимаю». Они покинули палату, а Данна осталась наедине с Мафиозо и Персиком.

- Он тебе нравится, да? - сказал Мафиозо, слегка прищурившись.

Данна слегка напряглась и, немного нервно, ответила:

- Мы просто друзья.

Мафиозо тихо усмехнулся:

- Я своему отцу так же говорил, когда влюбился в твоего папу.

Эти слова слегка растопили её напряжение. Он вышел из палаты, оставив после себя ощущение лёгкости и спокойствия, словно говорящий был не просто строгим взрослым, а человеком, который умеет видеть скрытые истины.

После ухода Мафиозо на столе Данна заметила аккуратную коробку. Она знала почерк - это явно Шанс. Коробка была тщательно упакована, с маленькими стикерами и надписями, словно каждый элемент был продуман. Она аккуратно открыла её и увидела содержимое: колода карт, домино и обычную настольную бродилку. Внутри было достаточно, чтобы скоротать время и даже устроить маленькое соревнование с теми, кого она называла "сокамерниками".

Персик лениво потянулся и посмотрел на коробку:

- Похоже, тебе теперь не будет скучно.

- Ага, - ответила Данна, аккуратно выкладывая карты на стол. - Могу даже устроить себе мини-турнир.

Она аккуратно разложила домино, пробуя разные комбинации, и задумалась, как можно будет превратить этот простой досуг в небольшое испытание для ума. Всё, что она делала, всегда было с расчётом, даже игра. Персик с интересом наблюдал, будто тоже оценивая стратегию и возможные исходы.

- Знаешь, Персик, - начала она тихо, - даже здесь, в больнице, можно найти себе развлечение. Просто нужно включить мозг.

Персик лениво кивнул:

- Главное, чтобы "сокамерники" не возражали.

Данна слегка улыбнулась, предвкушая будущие часы за настольными играми. Её мысли о возвращении в школу на время отпустили, а внимание сосредоточилось на том, что она может сделать прямо сейчас: устроить себе маленький интеллектуальный вызов, пусть даже с игрушками.

Коробка от Шанса стала для неё не просто набором игр, а символом того, что друзья о ней думают, что они рядом, даже если она временно отрезана от обычного мира. И хотя больница всё ещё оставляла чувство изоляции, она знала: с Персиком и этими небольшими радостями она сможет пережить любые дни, даже если придётся восстанавливать упущенное время по учёбе или сталкиваться с непредсказуемой реальностью вокруг неё.

- Ну что, - сказала она, поднимая взгляд на Персика, - начинаем наше мини-приключение.

Персик, лениво моргнув, сел на край кровати и наблюдал, как Данна расставляет фишки для бродилки, карты и домино. Всё вокруг казалось знакомым, но одновременно полным потенциала для новых идей, новых испытаний и маленьких радостей. Даже здесь, в больничной палате, жизнь продолжалась - и она могла выбрать, как её прожить.

После разговора и короткого отдыха Данна почувствовала, что лежать дальше - уже слишком. Мысли крутились, энергия копилась, и даже боль в рёбрах будто отступила на второй план. Она нажала кнопку вызова медсестры и терпеливо дождалась, пока та появится в палате.

- Мне можно немного пройтись - осторожно спросила Данна - Я недалеко.
- Только медленно и со мной - сразу ответила медсестра, уже по опыту зная, что «недалеко» у Данны понятие растяжимое.

Данна взяла коробку с настольными играми, прижала её левой рукой к себе и, аккуратно встав, сделала первый шаг. В теле всё тянуло и отзывалось тупой тяжестью, но не болью - анальгезия снова напоминала о себе. Персик спрыгнул с кровати и пошёл рядом, словно контролируя процесс.

Коридоры больницы были длинные, светлые, слишком чистые. Здесь пахло лекарствами, металлом и чем-то ещё - холодным и организованным. Мужчины в палатах действительно были в основном взрослыми, крепкими, с перебинтованными руками, ногами, иногда лицами. Многие смотрели на Данну с удивлением - ребёнок в такой больнице выглядел странно.

- Вон там - сказала медсестра, кивая - Джейсон, Карл и Даниель.

Данна постучала костяшками пальцев по косяку и заглянула внутрь.
- Можно к вам - с лёгкой улыбкой сказала она - Мне дядя Шанс передал настольные игры. Предлагаю честную сделку - вы меня не прогоняете, а я приношу развлечение.

В палате повисла короткая пауза, а потом Карл усмехнулся.
- Ну если дядя Шанс - это аргумент. Заходи.

Данна прошла внутрь, осторожно села на стул, медсестра осталась у двери, делая вид, что просто наблюдает. Данна открыла коробку и выложила карты, домино и бродилку.

- Предупреждаю сразу - сказала она спокойно - Я играю честно, но думаю быстро.

- А мы что, по-твоему, тупые - фыркнул Джейсон.
- Нет - так же спокойно ответила Данна - Просто взрослые часто недооценивают детей.

Это почему-то сразу расположило их к ней. Начали с карт. Сначала играли расслабленно, шутили, подкалывали друг друга. Данна почти не смеялась, но внимательно наблюдала - за жестами, паузами, тем как они держат карты. Через пару партий стало очевидно - она выигрывает слишком стабильно.

- Так, стоп - сказал Даниель, прищурившись - Ты жульничаешь.
- Нет - Данна пожала плечами - Я просто считаю.

Карл наклонился ближе.
- Сколько тебе лет -
- Двенадцать - ответила она без пафоса.

На несколько секунд в комнате повисла тишина.
- Ладно - сказал Джейсон - Тогда давай домино. Там без подсчётов.

Домино оказалось ещё интереснее. Данна строила цепочки так, будто заранее знала, какие кости у кого на руках. Иногда специально делала «ошибку», чтобы игра длилась дольше. Персик запрыгнул на тумбочку и наблюдал, словно судья.

- У тебя кот... странный - заметил Карл.
- Он умнее некоторых людей - спокойно ответила Данна.
- Эй - возмутился Джейсон -
- Я не уточняла кого - добавила она.

Через какое-то время разговоры ушли дальше игр.
- А ты чего тут - спросил Даниель -
- Долго объяснять - ответила Данна - Но если коротко - не повезло встретиться с неправильным человеком.

- Понимаем - хмыкнул Карл - Тут все по этой причине.

Они перешли к бродилке. Самой простой, почти детской. Данна крутила кубик, двигала фишку и вдруг сказала:
- Знаете, что самое странное -
- Что ?
- Когда ты выживаешь, а потом не понимаешь - зачем.

Никто не засмеялся. Даже Джейсон стал серьёзным.
- Мы обычно наоборот - знаем зачем, но не уверены, выживем ли.

Данна кивнула.
- Значит, у нас противоположные проблемы.

Игра продолжалась. Иногда они врали - «я точно не подглядывал», «я вообще не считал», «мне просто повезло». Иногда признавались, что скучали по нормальной жизни, по выходу без охраны, по обычным мелочам. Данна почти не говорила о себе, но слушала внимательно, запоминая интонации, паузы, слабые места,хотя сама не понимала ,зачем ей это,хотя она понимала но просто отрицала это.

Медсестра несколько раз напоминала, что Данна не должна уставать.
- Я не устаю - ответила та - Я просто сижу.

В конце Джейсон откинулся на подушку.
- Слушай - сказал он - Ты странная. Но... спасибо. Тут давно не было так спокойно.

Данна аккуратно сложила игры обратно в коробку.
- Значит, миссия выполнена -

Когда они возвращались в палату, шаги давались тяжелее. Тело всё же напоминало, что оно повреждено. Но внутри было странное тепло - не радость, не счастье, а ощущение, что она всё ещё может быть полезной.

- Персик - тихо сказала она -
- М -
- Кажется, я могу выжить даже здесь.

Котозаяц посмотрел на неё и фыркнул.
- Ты и не в таком выживала.

Данна улыбнулась краем губ и, вернувшись в палату, аккуратно поставила коробку на тумбочку. День был прожит не зря - и это, пожалуй, было самым важным.

---

Дни в больнице текли странно - не как обычно. Не «понедельник-вторник», не «уроки-домашка», а капельницы, перевязки, короткие прогулки по коридорам и ощущение, будто время здесь вязкое, тянется, но при этом куда-то утекает незаметно. Данна быстро сбилась со счёта, если бы не календарь на стене - она бы и не поняла, как наступило 26 декабря.

За это время многое успело стать... привычным.

По выходным к ней почти стабильно приходил Блудуд. Сначала неловко - с цветами, которые выглядели слишком взросло для больничной палаты, потом проще: с конфетами, книгами, иногда просто с новостями. Он садился рядом, рассказывал, как в школе всё идёт своим чередом, как Кулкид снова умудрился сорвать урок, как Прити всё ещё держится первой по успеваемости.

На этих словах Данна каждый раз прищуривалась.
- Передай ей, что я вернусь - спокойно говорила она - И таблицы по алгебре никуда не денутся.

Блудуд только усмехался. Он замечал, как она изменилась - стала тише, собраннее, будто всё время держит что-то внутри под замком. Но рядом с ним она позволяла себе чуть больше - иногда улыбалась, иногда даже шутила, хотя смех всё равно выходил редким и сухим.

Кулкида пускали не всегда. Иногда только на пару минут, иногда под присмотром, иногда вообще разворачивали у входа. Когда же он всё-таки появлялся, то вёл себя шумно, слишком живо - будто пытался компенсировать страх. Он приносил странные вещи: наклейки, глупые открытки, дешёвые игрушки.

- Это чтоб тебе не было скучно - говорил он.
- У меня тут мужчины с огнестрельными ранениями и настольные игры - отвечала Данна - Но спасибо.

И всё равно оставляла подарки на тумбочке.

Её «сокамерники» - Джейсон, Карл и Даниель - за это время окончательно приняли её как свою. Они подшучивали, спорили с ней в картах, иногда даже делали вид, что слушают, когда она начинала рассуждать о психологии или логике поведения людей.

- Слушай, мелкая - сказал как-то Карл - У тебя уже два ухажёра.
- Два - подхватил Джейсон - И оба ревнуют.
- И оба не знают, что ты нас обыгрываешь специально - добавил Даниель.

Данна лишь закатила глаза.
- Мне двенадцать - напомнила она сухо.
- Тем хуже - хмыкнул Карл - Начнёшь ломать сердца рано.

Она не ответила. Такие разговоры оставляли странное послевкусие - не неприятное, но тяжёлое. Как будто мир пытался навесить на неё роли, к которым она не просилась.

Самым обидным стало Рождество.
Она пропустила его полностью - без дома, без украшений, без запаха еды, без ощущения праздника. В больнице, конечно, повесили гирлянды, медсёстры надели колпаки, кто-то даже принёс мандарины. Но всё это было... ненастоящим.

В тот день Данна долго сидела у окна, смотрела, как за стеклом падает снег.
- Я даже ёлку не видела - тихо сказала она Персику.
- Видела - ответил он - Просто не трогала.
- Это не считается.

Было чувство, будто у неё украли кусок времени. Не драматично, не с криком - тихо, аккуратно, как воруют часы из кармана.

Мафиозо писал редко, но по делу. Еллиот звонил чаще, спрашивал, не болит ли что-то, не холодно ли, не нужно ли привезти что-нибудь ещё. Данна отвечала спокойно, даже мягко, но внутри всё равно оставалась пустота.

Она понимала - мир идёт дальше. Школа живёт без неё. Друзья смеются без неё. Праздники проходят без неё.
И от этого было... обидно. Не больно. Именно обидно.

26 декабря она отметила молча. Просто вычеркнула дату в календаре и подумала:
«Ладно. Значит, Новый год я точно встречу в реальности».

Персик лежал рядом и будто чувствовал её мысли.
- Ты не потерялась - сказал он - Ты просто задержалась.

Данна кивнула.
Она знала - это ещё не конец. Это пауза.
А паузы, как она уже поняла, иногда бывают опаснее действий.

------------------------------------------------------

Йо,меня впервые не было так долго 6 недель вы чё,буду врскрешаться,к НГ постараюсь написать полную главу на 5 тысяч слов как обычно и уже с развязкой,а весной уже намечено событие (⁠ㆁ⁠ω⁠ㆁ⁠)