Маска

Клио

- Хватит, хватит, хватит, - хныкала я, отгоняя видение.

Снова этот сон. Каждую ночь он сводит меня с ума, заставляя просыпаться каждый час и пытаться забыть его, но безуспешно. Самое страшное, что я видела в своей жизни - это лица собравшихся на моем погребении. Глаза Ника преследуют меня повсюду. Кажется, что когда я смотрю на себя в зеркало, то вместо своих собственных вижу их, два блестящих стеклянных омута, кричащих о пощаде.

Сны, а вернее этот самый сон не покидает меня с тех пор, как я пересекла порог полицейского участка в первый раз. Сначала мне удавалось заснуть несколько раз за ночь, и иногда после второй попытки мне не снилось ничего. Но сейчас мое состояние ухудшилось. Аноним не связывается со мной, но я чувствую, что это еще не конец, и при этом ничто не держит меня здесь, никакие угрозы не заставляют меня скрываться от своей семьи. И это гложет меня еще больше.

Сейчас три пятнадцать утра. Я уже трижды засыпала и снова просыпалась под звуки дождя, шумящие в моей голове. Каждую ночь я не знаю, чем занять свою голову, и поэтому я пробую отвлечься. Пытаться заснуть после трех пробуждений бессмысленно, поэтому я стираю, вручную. Я стираю все, чем пользуюсь в доме Тома, начиная с полотенец и заканчивая одеждой его матери. Наливаю полную раковину воды и тру вещи руками, до тех пор, пока мои ладони не покроются пеной, а пальцы не онемеют от ледяной воды.

На часах три тридцать, а я стою в маленькой ванной с руками по локоть в воде. Теперь уже светлые пряди падают мне на лицо, прилипая ко лбу и я нервным движением руки, убираю их. Прямо над раковиной, заполненной мыльной водой, висит зеркало. Прежде чем начать стирку, я завесила его простыней. Мои страхи оживают, когда я остаюсь наедине с собой, они поглощают меня. Мой главный страх снова увидеть в зеркале чужие глаза. Глаза полные осуждения. Правильно ли я вижу? Возможно, на меня смотрит теплый взгляд, готовый помочь и спасти от одиночества. Но я не могу чувствовать ничего кроме вины.

«Моя вина, моя вина, моя величайшая вина», в утешение себе повторяла я, с силой втирая мыло в ткань. Я виновата за то, что решила уйти, никому не сказав. Моя вина в том, что я бросила всех и вся, я сломалась. Какой смысл кого-то спасать, когда на самом деле я спасла лишь саму себя. Мои родные вряд ли сочтут эту жертву благородной, они скорее почувствуют, что их предали. И они будут правы.

***

- Клио?

Громкий голос разбудил меня. Хоть я и не уверена, что действительно спала. Я заснула на полу ванной, примкнув спиной к стене и свесив голову на грудь. Тому вряд ли понравится такая картина. Я попыталась подняться, но все тело затекло из-за неудобного кафеля, который послужил мне матрасом.

Послышался легкий стук в дверь.

- Клио, ты тут? - позвал Том.

- Да, - хриплым ото сна голосом ответила я.

Звуки за дверью прекратились, и я поднялась с пола с тихим шипением, моя голова. Схватившись руками за голову, я принялась тереть ее руками, в надежде отогнать боль. Мое внимание привлекли бинты на предплечьях. Они мокрые. Пора сменить их.

- Все нормально? - поинтересовался взволнованный голос по ту сторону двери.

- Заходи, - ответила я, и в комнате показалась голова друга.

Он осторожно вытянул шею и оглядел ванную, будто ожидал увидеть меня сидящей на туалете.

- Поможешь? - спросила я, доставая новую порцию бинтов.

- Конечно.

Том пересек ванную комнату и достал все необходимое. Я уселась на крышку унитаза и предоставила ему мои руки.

Парень усердно и предельно осторожно разрезал потемневшие от воды бинты на моей коже, а я разглядывала его лицо.

- Что случилось с твоей матерью? - спросила я прежде, чем успела подумать.

- Ушла, - не думая ни секунды, ответил друг.

- Так просто? - спросила я, потирая глаза свободной рукой.

Том неловко поежился под моим взглядом, но быстро взял себя в руки.

- В один прекрасный день она исчезла, - пожал плечами он, - и больше никогда не возвращалась.

- Сколько тебе было?

- Шесть.

- И тебе не интересно, где она сейчас? - поинтересовалась я, оглядывая комнату, чтобы не смущать его.

- Неа, - все также безразлично ответил Том.

- Но почему? - удивилась я, внимательно посмотрев на парня.

- Она не утруждала себя заботой о том, где я и что со мной, - сказал он, завязав вторую повязку, - твои ожоги выглядят гораздо лучше, чем неделю назад думаю, скоро можно будет снять бинт.

Том поднялся с пола, собрал мусор и отвернулся к двери, когда я не выдержала.

- Ты лжешь, - тихо сказала я.

По спине друга прошла дрожь.

- Я знаю, что ты хочешь ее найти, - уставившись в пол, произнесла я, - и я знаю, что ты уже это сделал. Верно?

Том стоял спиной ко мне, держа в руках обрывки бинтов и старые ножницы. Он застыл, и лишь мое шумное дыхание прерывало молчание.

- Еще три года назад, - ответил парень, слегка склонив голову в мою сторону, - с тех пор она окончательно перестала для меня существовать.

После этих слов Том покинул комнату, а я так и осталась сидеть, пока не прозвенел мой будильник. Неужели уже девять?

***

Полчаса назад я приехала в полицейский участок. На входе меня встретил Роджерс с каменным лицом и молча проводил в комнату на втором этаже, где меня уже ждали двое мужчин. На все мои вопросы он отвечал невнятным бурчанием либо молчанием.

Подойдя к двери, за которой меня, очевидно, не ждет ничего хорошего, он, наконец, заговорил со мной.

- Постой, - Эван положил руку на мое плечо, заставив этим обернуться, - говори им то, что считаешь нужным, но лучше хорошо подумай, прежде чем сказать что-то вслух.

Я устало взглянула на него. Он считает меня идиоткой? Но мой взгляд не произвел на Роджерса никакого впечатления, мужчина вглядывался в полупрозрачную дверь, пытаясь что-то разглядеть.

- Поняла, - сухо отозвалась я и пошла внутрь.

Мужчины при виде меня поднялись и протянули руки.

- Я детектив Пейдж, - представился блондин в костюме «тройка», - а это мой напарник Торн, - я пожала руку смуглому мужчине средних лет.

Пейдж указал мне на кресло напротив них, и я тяжело опустилась в него.

- Мисс Данн, - обратился блондин, - вы были пассажиром эконом класса. Как вы оказались в вагоне бизнес класса?

Я ответила, что направлялась в вагон ресторан, когда произошел пожар.

- По пути в вагон ресторан вы встретили кого-нибудь подозрительного? - спросил снова он.

Я ответила, что плохо помню, кого видела, и тогда он что-то начеркал в своем блокноте.

- С кем вы сидели?

Я сидела одна, до тех пор, пока ко мне не подсела Ванесса, но тогда она откуда-то пришла и я понятия не имею, с кем сидела девушка.

После моей отсылки к частичной потере памяти детектив покосился на своего напарника, который сверлил меня сосредоточенным взглядом и вернулся ко мне.

В помещении повисла тишина, когда Пейдж писал что-то в блокноте, и я бегала взглядом по комнате, надеясь, что мой ответ его удовлетворил. Сквозь толстую полупрозрачную стену я заметила темный силуэт Роджерса, который маячил из стороны в сторону, ожидая пока я выйду.

- Последний вопрос мисс, - подал голос второй детектив, что вывело меня из оцепенения, - вы с кем-нибудь познакомились в поезде?

Пейдж перевел внимательный взгляд на меня.

- Нет, - солгала я.

После этого мужчины пожелали мне доброго дня и отпустили. Стоило мне пересечь порог комнаты, как меня схватил Роджерс и потащил к своему столу. Рухнув на стул, он устало опустил голову на руки.

- Я просил их не трогать тебя, поскольку ты мало что помнишь, - оправдывался он, - но капитан настояла на опросе всех выживших пассажиров.

Я положила руку ему на плечо, чем заставила обратить на себя внимание карих глаз.

- Все в порядке, - нежным голосом сказала я, - думаю, все прошло неплохо.

В этот самый момент из комнаты, в которой я сидела минуту, назад вышли детективы. Хмурый взгляд Торна остановился на моей ладони, сжимающей плечо Роджерса, и я резко одернула руку, чем вызвала непонимающий взгляд со стороны второго. Затем он проследил за моим взглядом, и его лицо перекосилось, словно он съел что-то кислое.

- Тебя подвезти? - спросил он, поворачиваясь ко мне.

- Пожалуй, я дойду сама, - ответила я и, отвернувшись от пытливых глаз Торна, пошла к выходу, - до встречи.

Готова поспорить, что до тех пор, пока двери лифта не закрылись, мою спину буравили не менее двух пар глаз.

***

- Том?

Ответа не последовало.

Скинув обувь, я направилась на поиски парня. В кухне и гостиной его не было. По моим расчетам он уже давно вернулся из школы, тогда где же он?

Распахнув дверь в его комнату, я поняла причину молчания. Друг играл в приставку, надев наушники. Я оперлась о дверной косяк и внимательно посмотрела на парня. После разговора о его матери этим утром мы больше не обменялись ни словом, и я боюсь, что он больше не станет разговаривать со мной.

Спустя несколько минут Том, наконец, заметил мое присутствие. Сняв один наушник, он посмотрел на меня.

- Привет, - первая подала голос я, надеясь, что он ответит.

- Привет, - ответил он и отвернулся к экрану.

Его пальцы ловко бегали по кнопкам на джойстике, а глаза наблюдали за игрой. Видимо друг не хочет со мной говорить. Я уже собралась уходить, когда он подал голос.

- Останься, - попросил он.

Я осторожно присела на край его кровати и посмотрела в экран телевизора. Команда Тома однозначно проигрывала.

- Прости меня, - тихо сказала я, склонив голову в сторону, - за утро.

Через несколько секунд молчания я подумала, что он не слышал меня, но на телевизоре появилось слово «пауза».

- Ты была права, - сказал он, снимая наушники, - мне не был все равно.

Я обернулась к нему и с ногами уселась на кровати.

- До тех пор пока не нашел ее, - грустно усмехнулся он, - у нее новая семья в Аризоне. Новый муж и новые дети, видимо старые ей не нравились.

Я молча смотрела на друга, которому как никогда требовалась поддержка.

- Мне жаль, - все, на что я была способна, - я представляю, какого тебе было. Я не умею поддерживать людей, - нахмурилась я, - но думаю, что вчера видела мороженное в морозилке. Не знаю как ты, но Дебби точно не отказалась бы от порции такого, или от банки, - улыбнулась я.

Том улыбнулся и рывком поднялся с постели.

- Тогда нам непременно следует этим заняться, - он протянул мне руку, и я сползла с темного покрывала на пол, хватаясь за нее.

- Кстати, - заметил Том, пока мы спускались по лестнице, - днем заходил отец, - он отчего-то нахмурился, - он был так рад сообщить мне, что я могу поехать в лагерь, о котором давно мечтал, что не удержался и приехал прямо во время съемок.

Я непонимающе уставилась на него.

- Почему именно сейчас?

- Полагаю раньше отец подозревал во мне «голубые нотки», - он показал кавычки в воздухе, - поэтому страшился отправлять единственного сына в компьютерный лагерь, где как ты понимаешь парней значительно больше, чем девушек.

Я кивнула.

- И вот сейчас, - он открыл морозильник и засунул туда голову в поисках мороженного, - благодаря тебе, он изменил свое решение.

- Это ведь хорошо? - спросила я, доставая ложки.

- Несомненно, - ответил Том, доставая две банки «Баскин Робинс».

- Когда ты уезжаешь?

- Через два дня.

- Что? - я выронила ложку, которая с металлическим грохотом обрушилась на пол, - но где же я буду жить?

Том поднял с пола ложку и аккуратно положил на стол.

- Не переживай, - сказал он, проведя рукой по моим волосам, - еще ничего не решено. К тому же, ты можешь остаться тут, даже когда меня не будет. Отец не против.

Я так не могу. Жить в чужом доме вместе с другом это одно, а жить в доме друга, когда его самого здесь нет - совершенно другое.

- Не смей отказываться, - громко сказала я, - я найду куда пойти.

- Ты останешься здесь, - пытался командовать он, взмахивая чайной ложкой, словно волшебной палочкой.

Я ласково улыбнулась ему.

- Ты итак сделал для меня больше, чем кто либо, - я положила ладонь на его руку, - я найду выход. Но здесь я остаться не смогу.

Том лишь закатил глаза и пробубнил «как скажешь», будто у меня все равно нет выбора. Но я была не согласна с таким раскладом.