♪ ♩ ♫ ♬ 𝄞 ♭ ♮ ♯
Июль, 2009 год.
- Здравствуйте, Адель сегодня выйдет погулять? - мальчик, чьи щеки усыпаны шоколадными крошками, а волосы выжжены в яркий свет из-за солнца, робко постучался в дверь двухэтажного небольшого коттеджа, где жила его близкая и верная подруга, встретившись с глазами ее родительницы, что заулыбалась, увидев того, кто к ним постучался.
- Дай минутку, я спрошу у нее, - указав указательными пальчиком, женщина скрылась за порогом дома, оставив небольшую щель, в которой веснушчатый высмотрел приближающийся образ девочки. Встретившись взглядами, оба ярко засияли и темноволосая выскочила, массивно махая маленькой ручкой.
- Привет, Ёнбок!
- Привет, Адель!
Поздоровались друзья, сверкая глазками.
- Сегодня мама разрешила мне взять немного вкусняшек к нам в штабик, - оповестил мальчик, выжидая реакцию подруги. Та не заставила ее ждать и Адель радостно, но тихо захлопала в миниатюрные ладошки.
Их небольшой штаб представлял из себя небольшое укрытие, покрытое большими листьями лопуха, сверху накинутое небольшим, ненужным пледом. Он придерживался у дерева, и по углам были расставлены доски. Внутри они постелили матрас, который им подогнал отец Ёнбока, повесили светодиодную гирлянду, обставили досточки, что служили в виде полочек, на которых лежали их различные творения: это могла быть самодельная рогатка, сшитый небольшой шарфик и прочая атрибутика ручной работы. Им нравилось проводить там время за интересными рассказами, наслаждаться атмосферой таинственной закрытости, вдыхать запах древесины и изредка поедать разные вкусности, что таскал по большей части мальчик. И сегодня ему, по счастливой удаче, мама вручила несколько печенек с их любимыми конфетами.
Они их долго собирались не съедать, чтобы растянуть сладкое удовольствие или просто порадоваться видом дорогих конфет в их дряхлом шалаше.
Сегодня очередной день, когда они пойдут в него. Разложат принесшие вещи, возможно, чай попьют, включат музыку на двоих и поваляются, еле касаясь головами на одной подушке, которую Адель пожертвовала ради этой постройки.
Однако за всей этой дружбой, девочка, глубоко в сердце, скрывала тот огонёк, что зажигался при виде мальчика с яркой улыбкой, опаляя пламенем все тело. Она не догадывалась от чего у нее такая реакция, но замечала такое и была искренне рада, когда чувствовала это при каждой встрече.
Она не понимала, почему именно с ним ощущает себя так комфортно, что может доверить все свои секреты. Как рассматривала пухлые щёчки, что освещались разнообразными созвездиями, заставляя в них затеряться и просто позволить на пару секунд залипнуть, ни о чем не думая, кроме них. Смогла отдать свое сердце в эти маленькие ладошки, взамен почувствовав взгляд, полный тепла и благодарности.
Через года она это осознала, когда они, подросши, познали вкус первого и робкого поцелуя. Ей тогда стало до жути любопытно то чувство, когда твоих губ касается нечто похожее, такое же чувствительное и мягкое, что есть в этом теле. Алые щеки светились нежным румянцем, когда Адель, собрав всю смелость в руки, смогла произнести:
- Феликс, ты когда-нибудь целовался? - это оказалось слишком смущающим для ее тогда юного снодца, поэтому она сразу же захотела скрыться от изумлённого взгляда, ведь понятно, что вопрос был немного глуп, ибо все детство он и так провел с ней и если бы он поцеловался, то сказал бы в первую очередь.
- Нет, - очевидно ответил Ёнбок.
Наступила пауза, что начала давить на голову своими недосказанным словами, что юноша собирался договорить, но почему-то не решался произносить вслух. Он, получив небольшой электрозаряд по всему телу, ощутил, как девушка захотела попробовать что-то новое и интимное в своей жизни. Он тоже хотел, но был так же глуп и неопытен, чтобы как-то предоставить это, как бывает в романтических фильмах, когда парень целует девушку и они начинают хотеть чего-то большего, чем просто поцелуев...
Мысли забрели однозначно не в то русло, поэтому Ёнбок, побольше набрав воздуха в лёгкие, выпалил:
- А ты бы хотела поцеловаться? - не спросил был ли он поцелуй, потому что знал, что не было. Хотя вопрос он задал очевидный даже слепому, ведь девушка сама об этом в начале поинтересовалась, а люди интересуются для того, чтобы узнать что-то большее, в данном случае, почувствовать.
Страшно и неловко стало во много процентов больше, словно кто-то в воздухе специально повысил градус жары.
Слова были не нужны. Иначе девичье сердце не выдержало бы всей этой обстановки и ему пришлось бы собирать его по кусочкам.
Придвинувшись поближе, Ёнбок постарался разглядеть в глазах взаимную тягу, и, когда заметил ее, с прибавившейся уверенностью приблизился, но не коснулся, оставляя жалкий один сантиметр. Ждал. Ждал, когда девушка сама решится и накроет эти манящие, пухлые губы.
И она решилась. Подалась вперёд, накрывая губы, что так давно с поры до времени интересовали ее не как обычная часть тела. Угловатая верхняя губа мило была задернута в правый верхний уголочек, делая ее больше, чем нижнюю. Однако и она не отличалась той сочностью, которую сейчас ощутила. Было странно и непривычно классно. Такое невероятное чувство, когда давно грезил об этом в забытых снах, и сейчас, в реальной жизни, касаешься физически, ощущая тот ураган всех органов внутри.
Осознав, что сейчас произошло, оба отскочили друг от друга, смотря в самые глубины глаз, в которых скрывались волнение, бури, молнии, шторм. Но ведь она хотела? Ей любопытно до сих пор.
- Прости, - вымолвил парень, что захотел отстраниться, но Адель придвинулась ближе, давая понять, что не отступит просто так. Его брови вопросительно заломились, безмолвно спрашивая этот непонятный жест в его сторону.
- Давай поцелуемся, - Ёнбок выпал. И был очарован сильней. Вот так, сказать напрямую, не скрывая интереса... надо же напиться смелости.
Он вновь приблизился, только теперь, не останавливаясь, прижался к девичьи губами, начиная их по классике сминать.
Что-то трепещущее разрасталось с каждой секундой под ложечкой, когда она чувствовала эти сладкие губы на своих. Пыталась в ответ делать приятнее, задирая голову, сталкиваясь носами, делая от этого ситуацию более неловкой. Парень усмехнулся в прямо в поцелуй и обнял хрупкое тельце, прижимая ближе, чтобы почувствовать ещё сильней. Ему нравилось. Нравилось, как она податливо жалась вперед, обвивала шею своими руками, а вскоре тонкими пальцами оттягивала пряди его светлых волос. Нравилось впитывать эти губы в себя, выцеловывая каждый их сантиметр, прижиматься крепче.
Они стояли словно не лучшие друзья, которые всегда обещали друг другу только дружбу, а как самая настоящая пара, между которой любовь искрилась в одном взгляде, признаваясь в бесконечных чувствах глазами. Они целовались, понимая, что стирают все рамки дружбы, нарушая обещания, но их это особо не волновало, потому что оба уже давно утопились друг в друге и сейчас это доказывали через касания, в которых было неизмерное количество нежности.
Постепенно воздуха стало не хватать и тогда началась настоящая сладкая пытка. Никто не хочет отстраняться, но и задохнуться тоже, поэтому, набрав воздуха побольше, уже хотели вновь столкнуться, но телефон в кармане предательски завибрировал, ломая надежды на ещё один поцелуй.
- Да, мам? - Феликс только сейчас высмотрел как ее губы слегка покраснели, делая их ещё ярче и слаще. Ох, черт, кажется, с этого момента у него появилась ещё одна проблема в виде этих манящих губ.
У Адель горела вся окружность рта, потому что Феликс касался незабываемо. Заставлял в голове взрываться разноцветные фейверки, забываться в чувствах. Голос матери отрезвил, когда оповестил, чтобы девушка возвращалась домой. Внутри что-то запротестовало, им обоим впервые было настолько хорошо, что не хотелось расходиться.
- Домой позвали? - понял Феликс по спустившимся бровям девушки, что положила печеньку-телефон в карман.
- К сожалению. - ответила она, опустив голову. - так не хочу уходить...
- Я тоже, - вздохнул Феликс. - давай я тебя провожу? - предложил он, разворачиваясь в сторону дома подруги. Та немедленно повернулась к нему со слабой улыбкой, безмолвно соглашаясь, и они медленно побрели по сухому асфальту, наблюдая на нем рисунки разноцветными мелками. В голове всплыл сюжет пятилетней давности.
Сентябрь, 2011 год.
Субботнее солнышко стремительно прорывается сквозь окно, заставляя всенушчатые щёчки щуриться от яркого света. Мальчик улыбается - выходные наступили и теперь можно отдохнуть от школы, погулять, наслаждаясь ещё теплым воздухом.
В обед Феликс с родителями отправляется в магазин, где замечает пачку мелков с самыми разными оттенками. Желание вспыхивает моментально и Ёнбок застенчиво касается упаковки, смотря оленьими глазками на мать. Сердце не выдерживает этой милоты и она соглашается купить сыну его хотелку, наблюдая за его счастливой улыбкой.
После ужина мальчик бежит к дому подруги, неся в руках купленную вещь и с радостным стуком стучится в дверь. Открывает сама девочка и, обуваясь, выбегает на улицу. Родители знали, кто вызывал ее неожиданные порывы выбегать на прогулку, поэтому не удивились.
- Смотри, что нам мама купила! - блондин перед лицом машет красочной упаковкой, тут же начиная распаковывать. - сегодня столько всего порисуем!
Девочка радуется вместе с ним и они вдвоем придумывают разные варианты развлечений, превращая асфальт в яркий вид.
Они придумывали множество препятствий, чертили неровные круги, играя в «пол это лава». Смех звучал в тот день по особому игриво и ярко, наполняя радостью сердца ещё совсем юных детишек.
Только жаль, что эти рисунки смыло дождем, вычищая асфальт по новой в серый вид.
* * *
Они медленно переставляют ноги, желая растянуть мгновения вместе. Молчат, потому что слова излишни. Тишина не сильно давит, скорее напротив, даёт обдумать их недавние действия. Замечая, как на горизонте виднеется знакомая крыша, оба вздыхают, понимая, что придется разойтись.
Подходя к белой калитке, парень неожиданно хватает за запястье Адель и уводит за угол дома, аккуратно ставя перед собой.
- Думаю, простого «пока» нам не хватит, поэтому... - девушка поняла, что Ёнбок имел в виду, от чего ее щеки засветились румяным цветом. Он, наклонившись, оставил лёгкий чмок на губах, вновь на секунду чувствуя их сладость. - вот теперь пока. - улыбнулся юноша, растапливая трепещущее сердце напротив.
Не услышав прощания, друг скрылся за углом, оставляя девушку одну. Серьезно? Чтобы просто чмокнуть, он завел ее в угол? Пф, можно было бы и не только мимолетное касание устроить, а...
Стоп. Какие поцелуи, черт возьми? Они друзья! Только приятели, товарищи, спутники в жизни, но не любовники! С какого момента у них все перекосило и почему это не может не нравиться? Всю жизнь не пробовали, а тут решили! Вообще-то, Феликс первый хотел поцеловаться и похвастаться об этом подруге, но тут однозначно все пошло не по плану.
Адель решает пойти домой и все тщательно обдумать, с какого момента ее сердце начинало так неистово стучаться при виде друга, когда внутри поднимался целый рой эмоций и она была совсем не против всего этого.
Спирая все это на детскую привязанность, крепкую дружбу и необдуманные поступки, которые хотелось совершать каждому подростку, она решила, что ничего страшного не было в этом сладком поцелуе и недочмоке. Просто касание губ, просто прощание.
Завтра они так же продолжат общаться, шутить, дружить, словно ничего не было, запирая все те воспоминания на плотный замок в сердце.
* * *
Апрель, 2019 год. Настоящее время.
Девушка сонно разлепляет глаза, не видя за окном яркого светила и грустно вздыхает. Дождливые дни атаковали Сеул и не покидают его уже как три дня. Настроение автоматически портится, ведь Адель понимает, что солнце не вылезет из-за серых туч, не пригреет темную макушку, не обнимет своим теплом. Вместо этого полотно, что укрыло небо, скрывая голубую гладь, послужит бесплатным, но грязным душем.
Сегодня очередной день, когда она собирается на учебу в университет, завтракает скромной едой, пишет друзьям, что готова к выходу. Но неопределенная тоска засела в сердце, когда она узнала, что ее друг детства улетел в Европу для учебы и у них не будет возможности видеться. Номер его она не сохранила, когда ей купили новый телефон, потеряв все связи с ним. Адель до сих пор помнит ту солнечную улыбку, те мелкие веснушки, кофейные глаза и тихо скучает. Ее нынешние друзья не догадываются, почему могут застать свою подругу в грустном состоянии, но смотрят с подозрением, особенно тогда, когда она вздыхает, смотря на экран блокировки, где изображён мальчик с желтыми волосами, что улыбается так ярко, что можно подумать, что само солнце стоит на обоях.
«Вы уж простите меня, что я не смогу пойти с вами на вечеринку, мне нужно готовиться к сдаче по фортепиано», - извиняется Адель, печатая в чате друзей, сидя перед инструментом. Ее жизнь перевернулась с ног на голову, когда ее папы не стало. Он всю жизнь хотел, чтобы его дочка играла на фортепиано и она занялась им после того момента. Упорно занималась, ходила в школу, где ее учили музыке. Ей нравилось - Адель забывалась, когда ее пальцы творили мелодию, всего лишь нажимая на клавиши. Но в этом был смысл её души, то, как она передает эмоции.
Счастье оказалось неимоверным, когда ее приняли в музыкальные училище и она смогла продолжить свою жизнь с музыкой. Нашла новых людей, построила круг общения. Адель благодарна им, безусловно, но тот маленький огонёчек, что не утихает до сих пор, не даёт ей забыть про своего друга, первую любовь.
Она вступала во многие отношения, целовалась до покраснения губ, сливаясь с телами, но все это было временно, ведь у партнёров не было ярких веснушек и улыбки, светлых, выбеленных волос. В толпе она всегда высматривала блондинистую макушку, в надежде, что сейчас, повернувшись, окажется Феликсом. Однако этого не происходило и она опускала голову, коря себя за то, что влюбилась в своего друга, который, возможно, уже и забыл её. Последний раз их встреча была четыре года назад, на выпускном, где они последний раз по-дружески обнялись; потом парень просто не выходил на связь, а вскоре ей передали новость о том, что он во Франции, учится на архитектора.
С этого момента в ее сердце засела обида, которая вскоре рассеялась и превратилась в тоску, ведь того лица она больше не видела, кроме как на обоях, и не могла предположить, когда сможет увидеть вживую. Новые знакомства дали ей понять, что жизнь не такая уж и плохая, временная любовь лишь отвлекла от той грусти.
Порой она забивалась от всех в тихую комнату, выключала телефон и тихо пускала слезу, скучая по тем временам, когда они были рядом.
Руки по памяти скользят по клавишам, при каждом нажатии рождается новый звук, пронзающий комнату. Адель разучивает произведение, которое нужно будет подготовить к экзамену, ибо он скоро. Никаких тусовок, сходок, только ноты, ноты и ноты... А она была и не против, ведь в прозвучавшем звуке пыталась услышать романтику; забыться в мелодии, представляя встречу. Пальцы с усилием нажимают и тогда музыка становится громче, словно нарастающее волнение, а после стихает, образовывая тишину.
Произведение закончилось, но в голове звенит, хочется продолжать играть, вдаваться в образ, однако ноты дальше не написаны, а значит, продолжения нет.
Девушка приступает к следующему, с которым у нее были явные проблемы, но для этого она и села, чтобы их порешать. Честно, это приходилось ей самым нелюбимым, потому что неправильно прозвучавшие звуки режут слух и тогда гнев постепенно нарастает. А если ещё пальцы не слушаются, то огонь злости вспыхивает и Адель еле сдерживается, чтобы не ударить по фортепиано. Только жалко становится в миг, ведь оно ничего не сделало, просто стоит и принимает каждый нажим пальцами, терпя.
Телефон, лежащий на пюпитре подставка для нот, которая находится сверху клавиатуры , внезапно пронзается вибрацией, оповещая, что кто-то звонит. Оборвав мелодию, Адель смотрит контакт и не удивляется, когда видит там свою подругу Лилу.
- Привет, чего тебе?
- Привет, родная, чем занимаешься?
- Как раз таки и занимаюсь, - похихикала девушка. - на пианино.
- Хотела позвать тебя погулять, сможешь?
- Прости, я ведь писала, что не смогу, ты вообще чат читаешь?
- Ай, точно, - поникла подруга на другом конце провода. - тогда до завтра, увидимся на парах.
- До завтра.
Адель выключает телефон, вновь погружаясь в тишину комнаты. Тикают только часы, что висят на стене, но музыка снова растекается в воздухе под подушечками тонких пальцев.
Декабрь, 2012 год.
Год, когда не стало ее папы. Год скорби и печали, то, что хочется забыть страшным сном. Она плетётся домой после похорон, в голове не укладывается, что оставшуюся жизнь придется прожить без родителя. Слезы неконтролируемо стекают по щекам, глаза краснеют, а девочка и не думает успокаиваться. Горе и утрата дорогого слишком давят на сердце и горло, тут просто невозможно сдерживаться.
О смерти ей сообщили, когда она пришла с гулянки. Радостно разуваясь, заметила красное лицо матери и тут же запаниковала. Она редко плакала настолько сильно.
- Мам, мама, почему ты плачешь? Что случилось? - Адель подошла к ней и обняла, после вглядываясь в заплаканное лицо.
- Н-наш, папа, - глотая слезы, еле произнесла женщина. Очередной осколок вонзился в сердце.
- Что с ним?
- Т-только ч-что мне сооб-бщили, что он попал в крупную ав-варию и с-скончался на мес-сте, - слова давались с трудом, но она смогла произнести их, полностью разбивая юное сердце.
В следующие дни дом был пропитан слезами, стены каждый день слышали неумолимый плач, но вот жаль, что ничего не могли поделать. С похоронами помогли друзья и коллеги отца. Жена умершего была безмерно благодарна, девочка, что лишилась отца в двенадцать лет, тоже сказала робкое «спасибо».
С того момента ее жизнь кардинально поменялась, когда мать отвела ее в музыкальную школу для учебы по игре на фортепиано. Адель хотела исполнить желание отца и каждый день старалась, учила ноты, даже мама не пожалела денег и купила недорогой синтезатор для того, чтобы дочь смогла заниматься сколько хочет, не выходя на улицу.
Феликс, конечно же, видел эти перемены в поведении подруги и каждый раз ему было больно от того факта, что она осталась без родителя. Он представить не мог, что Адель чувствовала. Стал с ней более мягче разговаривать, не давил на этот болезненный разговор. Безусловно, ему была любопытна причина его смерти, но выпытывать информацию он не хотел. Хватало того, чтобы она просто вяло улыбнулась.
Ёнбок стал чаще приносить вкусняшки, шутить, улыбаться, чем невольно заставлял подругу забывать об этой трагедии. Она была безмерно благодарна, от чего не сдерживалась и могла в любой момент обнять, просто потому, что он помогал ей справляться с горем. Возможно, тогда её сердце не выдержало и влюбилось. Очаровательный мальчик провел отличную работу по спасению из несостоявшейся депрессии.
Настоящее время.
- Ты когда-нибудь отдыхаешь вообще? - спрашивает Лила Адель, сидя за обедом в столовой, неторопливо прожевывая еду. - приходишь домой и сразу занимаешься. Не надоело?
- Поверь, нет, мне ещё нужно отрабатывать, я итак в последние дни лажаю много, - устало вздыхает девушка, отодвигая поднос.
- Ты почти не ешь! - возмущается подруга. - что так занимает твои мысли, что ты буквально пол жизни проводишь за пианино?
- Музыка. Лила, музыка. Я хочу в ней разобраться и увидеть любовь, романтику. Но пока не получается... Вроде цепляет, но как будто чего-то не хватает...
- Пф, какая же ты романтичная, - прыскает Лила, отпивая чай.
- Ты когда поступала на гитарное отделение, что думала? - задаёт неожиданный вопрос Адель, удивляя этим напротив сидящую.
- Ну, мне нравится гитара.
- Чем именно?
- Звук, техника игры... зачем ты все это спрашиваешь?
- Чтобы ты поняла, зачем я провожу своей пол жизни за фортепиано. Я верю, что найду то, что мне реально по душе, влюблюсь в кого-нибудь...
- Стоять, стоять! Всмысле в кого-нибудь? Парня выбирать нужно с умом.
- А, так я уже... Хочется нового чего-нибудь, знаешь.
- Погоди! Ты выбрала парня? - ее глаза выскочили из орбит, показывая удивление. - кто он?
- Хм, ты его все равно не знаешь.
- Все равно расскажи.
- Давай ты ко мне приедешь вечером, я тебе подробно, возможно, и нет, расскажу, почему все время занимаюсь.
На самом деле то, что она только что говорила подруге, было полной чушью. В никого она влюбляться не хотела, ее сердце уже было занято им, и впускать туда, кроме него, уже никого не хотелось.
- Я только рада тебя отвлечь от марафона игры!
Обе девушки прыснули и, убрав еду за собой, направились к аудитории, где будет проходить пара.
Вечер подкрался незаметно и Адель с Лилой уже шли в сторону ее дома, разговаривая. Тему парней они решили обсуждать сидя на диване, попивая горячий чай, обнимая подушку. Неяркий свет, что исходил от маленького светильника, проникал в глубины комнаты, делая атмосферу загадочней.
- Ну, так почему ты не отходишь от своего инструмента почти ни на секунду?.. - робко задала вопрос светловолосая, усаживаясь на мягкую поверхность в турецкой позе.
- Долгая история, на самом деле...
- Я готова тебя слушать.
Адель нерешительно вздохнула и начала свой рассказ:
- У меня есть друг детства. Он, кстати, изображён на моих обоях. - девушка показала экран блокировки сидящей напротив. - красивый, правда? Для меня очень. Если присмотреться, у него веснушки. - Лила аккуратно взяла телефон в подруги в руки. Включив, принялась рассматривать лицо парня и убедилась, что на его щеках и вправду изображены маленькие точки. Необычно. - он метис: полу-австралиец, полу-кореец. Имя ему Феликс. Так вот... он очень добрый, милый... хм, харизматичный.
- Я поняла тебя, Адель, но причем тут он? - без напора спросила Лила. - прости, если я обидела этим вопросом. Правда, интересно, как связана музыка с человеком...
- Ах, это ты прости. Начала вроде нормально, а получилось, как всегда, - усмехнулась девушка. - если говоря честно, он просто у меня ассоциируется с чем-то таким ненавязчивым, что застревает в сердце. Для меня это музыка. Почему она? Потому что моя жизнь тесно связана с ней. Там тоже долгая история, почему я начала ею заниматься... но если вкратце, то из-за отца, который попрощался с жизнью, к сожалению, когда мне было двенадцать, а ему всего лишь тридцать пять. У меня чуть ли не началась депрессия, но Феликс меня отвлекал, развлекал и, кхм, это... я тогда, походу, влюбилась в него. А вскоре, из-за того, что мы постоянно были вместе, я поняла, что это никакая не влюбленность, а настоящая любовь. Правда, не подавала виду, потому что боялась, что если он узнает о моих чувствах, то перестанет со мной общаться. В общем-то, к чему я это все говорю: Он, можно сказать, тогда спас меня, когда я начала заниматься музыкой. С тех пор я не только из-за желание папы играю, но и Феликса, что вложил в меня это особенное желание. Когда я занимаюсь, я будто возвращаюсь в те времена, когда он сидел рядом и слушал меня, оценивая. А после мы обнимались, потому что я любила делать с ним это... по-дружески. После нашего первого поцелуя, наши, так сказать, отношения немного сблизились, в плане, телесного контакта. Но больше не целовались...
- Прости, что прерываю, у тебя очень интересный рассказ, но, черт возьми, почему вы ещё не встречаетесь? вы целовались, небось, в засос?...
- Ты чего, нет же! - возмутилась Адель, алея щеками из-за того, что представила это все в голове.
- А ты знала, что после поцелуя на губах ещё три часа остаётся днк человека, с которым ты целовалась?
- А когда мы с разговора о музыке перешли на обсуждение моих с ним поцелуев? Он был один, чтобы заострять на нем внимание. Давай продолжим мой прежний разговор...
- Эх, давай, - вздохнула Лила.
- Я, кстати, не знала про днк... кхм, у тебя наверное, пока я говорила, появились вопросы о том, почему мы сейчас не вместе и где он сейчас. Надеюсь, жив и в порядке, потому что в последний раз я видела его... года четыре назад. Очень давно. Но я все так же скучаю и жду, понимаешь? Меня не отпускает. Кажется, будто это все глупо, но мне действительно его не хватает. Он учится во Франции и мы за все те годы ни разу не пересекались ни взглядами, ни тем более словами.
- Оу...
- Я почти забыла его голос.
- Печально, Адель, печально... У вас не осталось никаких кассет, видео, может, всяких?
- К сожалению, наши семьи на тот момент могли позволить только телефон-печеньку.
- М-да, тяжёлый случай... Но я тебя поняла. Прости, что отвлекала и звала на всякие тусовки, ведь думала, что ты просто не хочешь с нами больше общаться...
- Нет, думай так, пожалуйста, вы мне все дороги, ты вообще особенно. Давай поговорим о чем-нибудь другом?
- Например, как ты познакомилась с Феликсом. - на перебой задала вопрос Лила, обескураживая Адель.
- Хорошо, постараюсь что-то вспомнить, но это будет не точно.
Май, 2014 год.
Адель уже как два года играет на фортепиано и может исполнить некоторые несложные произведения. Сегодня Феликс хотел их послушать. Девочка специально готовилась для него, не отходила от синтезатора и бывало, что психовала, когда что-то не получалось.
- Доча, не ломай клавишник, я тебе новый уже не куплю! - нестрого ругала мать за каждую ее выходку.
В дверь стучит особенный ритм, который Адель узнает из тысячи, и бежит открывать, сбивая с порога пришедшего друга.
- Привет-привет, Адель, - гладит ее спину мальчишка, - я сейчас задохнусь, если ты меня не отпустишь.
Она тут же отскочила и покраснела щеками - тот вызывал смущение одним своим видом - и, направившись в комнату, усадила Ёнбока за стул, что находился рядом с синтезатором. Присев на тумбу, она вздохнула.
- Ты можешь не волноваться, я просто буду слушать, а не осуждать. Да и тем более ты знаешь, как мне нравятся твои успехе в игре.
Слова друга действительно помогли и Адель, взмахнув рукой, коснулась правильных клавиш, начиная пальцами водить по ним, создавая мелодию.
Ёнбок слушал восторженно, не в силах отвести взгляда от пальцев, что так легко скользили по клавиатуре, вроде бы просто нажимая, но играя такую прелестную музыку.
Все это закончилось громким, мажорным аккордом и девочка застенчиво сложила руки, ожидая реакцию от друга.
- Это просто невообразимо прекрасно! - похвалил он, хлопая в маленькие ладошки. - ещё раз сыграешь? мне просто очень понравилось, так бы и слушал вечно. Ты большая молодец, я вижу твои старания и успехи! Иди обниму. - он привстал и заключил подругу в объятия, начиная поглаживать спину. - так ты сыграешь?
- Ну, если прям очень хочешь, то...
- Да. - не дождавшись вопроса, выпалил Ёнбок и уселся на то место, на котором сидел пару мгновений назад.
Настоящее время.
- Ты не представляешь, какая у меня для тебя новость! - с визгом почти влетает Лила в пришедшую Адель. Она только зашла в аудиторию и тут же столкнулась с подругой.
- Что случилось?
- Нас пригласили на филармонию, где будет играть множество классических произведений! - девушка радостно, но тихо захлопала в ладошки.
- Оу, как же я рада! - улыбнулась Адель, присаживаясь на свое место. К ней подсела Лила, сверкая такой же яркой улыбкой. Она действительно обрадовалась, когда узнала об этой новости: слышать и видеть в реальной жизни, как исполняют музыку - звучит словно мечта. И она исполнится буквально сегодня.
Остаток дня ее мысли занимал сегодняшний поход на филармонию. Она представляла, как изящно и красиво будет звучит мелодия, Адель попытается разглядеть каждый инструмент, на котором будут играть люди и проанализировать. Замечать всякие мелочи в музыке стало ее привычкой.
* * *
- Ты готова? - с нетерпением спрашивает светловолосая, выходя из квартиры Адель.
- Обязательно. - она растягивает губы в ответ, закрывая дом.
Им предстоит сначала встретится с одногруппниками, а потом, все вместе, уже направится в зал.
Девушки неспешно доходят к остальным, главный их пересчитывает и все подростки отправляются на автобус, что довезёт их до филармонии.
- Я в таком в предвкушении. - усаживаясь на место возле окна, говорит Адель.
- Я тоже. - поддерживает подруга.
Транспорт неторопливо движется сквозь улицы, давая возможность их рассмотреть. Адель всю жизнь жила в деревне и когда перебралась в город, ей было столь непривычно здесь находится, ибо все даётся в лёгком доступе в красивой обложке.
Высокие здания проходят мимо, машины просекают улицы с большой скоростью и девушка не успевает их узреть. Наконец, автобус останавливает около довольно крупного здания, на котором большими буквами яркой подсветкой написано его название.
Подростки восторженно вздыхают, стоит им выйти на свежий воздух. Они здесь бывали редко, поэтому все кажется таким непривычным.
- Вау...
Они отдают деньги преподавателями, их снова пересчитывают и девушки вместе с одногруппниками заходят в фойе, что освещено многими лампочками. Атмосфера витает невероятная, тихо слышится классическая музыка, даже воздух здесь кажется другим. Все такое загадочное и красивое, что Адель в миллионный раз благодарит Бога за эту возможность побывать здесь, насладиться музыкой сполна.
У входа в огромный зал преподаватель раздает билеты. Посмотрев в него, Адель вздыхает: она сидит не рядом с Лилой, которой предусмотрели место на соседнем ряду.
Но девушка не печалится и проходит в зал, вздыхая, ищет ряд и место, на котором предстоит сидеть ближайшие пару часов.
Усевшись, повернула голову в попытке отыскать подругу и, заметив ее, сильнее улыбнулась, помахав рукой, однако лицо Лилы меняется и девушка в не понимании выкидывает брови.
- Извините, - слышится чей-то низкий голос и хватает пару секунд, чтобы узнать его. Адель замирает, переставая махать и взгляд моментально меняется. Повернувшись, она узнает этот выгоревший блонд и, сумев оторвать язык от нёба, хрипло спрашивает.
- Ф-феликс?.. - парень, который приподнялся, ибо поднимал, видимо, телефон с пола, обратил внимание на девичье лицо, что сейчас не выражало никаких эмоций.
- Адель?.. - блондин присел на место, не отрывая взгляда от девушки. - ты так изменилась, Боже мой, я не верю, что вижу тебя!.. - прошептал парень. - ты сидишь здесь? - ему захотелось ударить себя по лбу, потому что вопрос прозвучал очевидно глупо.
- Угу... - ее руки начало потряхивать, а сердце биться с огромной силой, ведь это реально оказался он. Приехал в Сеул, заказал билет на эту чертову филармонию и вырвал джекпот на место рядом с ней.
Невыносимо было продолжать сидеть в этом месте: для нее все оказалось слишком давяще и она, опустив голову, пыталась сдержать слезы счастья. Адель, черт возьми, настолько рада, что, не будь среди людей, набросилась бы на Феликса, не отпуская ни на секунду. Ее сердце ликовало. Она очень скучала. Заметила, как он почти не изменился, разве что стал ещё красивей. Ослепляющие веснушки так же ярко светились, губы в виде сердечка до сих пор оставались румяными, а подросшие волосы уже касались плеч. Это родное лицо она видела во снах, фантазиях, однако сейчас созерцает вживую, не веря глазам.
Свет неожиданно потух, на сцену вышли музыканты, рассаживаясь по своим местам. Ведущий представил произведение и девушке захотелось пищать во всех смыслах этого слова.
- Антонио Вивальди: «Зима» из цикла «Времена года». - озвучил голос и он прозвучал эхом во всем помещении.
Феликс знал, что это любимая пьеса подруги, поэтому заулыбался, представляя ее радостную улыбку.
Все вдруг затихли, а через мгновения зазвучали первые ноты скрипки. Но даже этого хватило, чтобы рой мурашек пробежался по спине девушки.
Ей хотелось плакать от такого неожиданного поворота судьбы, что предоставила ей столь неожиданный подарок. Нарастающая в громкости музыка, заставляла внутри все замирать и с восхищением наблюдать за множеством скрипачей, что создавали нереальную музыку.
Все то время она вслушивались в каждый звук, наслаждалась естественной мелодией, и не могла поверить, что слышит все это с... Феликсом. Мельком иногда поглядывая, она замечала появившиеся детали, которые не успела рассмотреть с первого взгляда. Например, хеликс. Он очень подходил ему как под стиль, так и под лицо.
Её сердце билось в агонии, временами затихая, но стоило метнуть взгляд в право, как вновь заводилось.
Много пьес проиграло в этот вечер, что смогли оставить в душе след молодой девушки. Она сидела рядом со своей первой любовью, что слышала все эти звуки прекрасно, так же, как и она. Оба сердца наполнялись немыслимыми чувствами, огнем. Казалось, будто все тело полыхало, особенно в лице. Невероятно.
Когда, к сожалению, ведущий объявил конец всех выступлений, включился свет, заполняя всё вокруг жёлтым оттенком, заставляя щурить глаза.
- Сегодня у меня самый лучший день, - констатировала Адель, не вставая с места, продолжая сидеть с восхищенной душой. - как так получилось, что ты приехал?
- На самом деле, история очень долгая... Мы можем прогуляться, я тебе все в подробностях расскажу.
- Хорошо, я только отпрошусь от сопровождающего, - Адель не заметила, как подошла Лила, что встала рядом с ней за спиной.
- Я так понимаю, ты ее подруга? - обратился Феликс к светловолосой. - Я тоже ее друг, Феликс.
- Ох, приятно познакомиться, я Лила, Адель много говорила о тебе, - улыбнулась Лила.
- Серьезно? - тот перевел взгляд на девушку, которая с предательским взглядом повернулась к подруге.
- Лила, дорогая, тебе не кажется, что ты говоришь немного лишнее?
Та помахала головой в разные стороны, улыбаясь.
- Я вас, наверное, оставлю. Давно не виделись, как никак. Преподу скажу, что ты своим путём доберешься до дома, можешь не переживать. Счастливо вам провести время.
- Ох, спасибо тебе огромное, что бы я без тебя делала, - вздохнула Адель, вставая, чтобы обнять Лилу. - До встречи.
- Ой, пустяки, главное, чтобы ты была счастлива.
- Я сейчас расплачусь. - отстранилась девушка, смотря благодарным взглядом.
- Плакать не надо, пока. - Лила послала воздушный поцелуй и, развернувшись к выходу, покинула зал.
Адель молча начала собирать сумку, Феликс тоже забрал свои вещи и они оба направились к выходу.
Отворив дверь, оказались на улице, вдохнув по больше свежего, вечернего воздуха. На улице почти не шумело; можно было услышать чириканье птичек. Лишь фонари освещали ее.
- Сходим в кафе? - предложил Феликс.
- Не имею права отказаться, - заулыбалась Адель, начиная шагать.
Молча продолжив идти, девушка исподтишка поглядывала на парня, что шел совсем неторопливо. Держал на плече небольшой рюкзак. Профиль она видела много раз и вблизи, и вдали, но сейчас его так непривычно созерцать перед лицом. Он заметно подрос - Адель это ощутила, когда Феликс встал, и она начала смотрится ниже рядом с ним.
«Такой же замечательный...»
Она вправду не верила, что сейчас, еле касаясь ладонями, шагает с ним ровень в ровень. Ещё вчера она с тоской смотрела на его лицо на экране блокировки, но сейчас...
- Ты не представляешь, как сильно я по тебе скучала, - внезапно слова вырвались изо рта, прежде чем она успела их обдумать. Остановилась и подошла близко-близко к парню, вставая на носочки, обвила шею руками, притягивая его тело ближе.
Феликс, не ожидавший такого «нападения» от подруги, немного вскинул брови, но вскоре опустил, кладя руки на талию, вжимая ее в себя. Нужно просто раствориться в моменте, вдыхая запах ненавязчивых духов.
Обнимались до хруст рёбер, как можно ближе тянулись друг другу, показывая через эти касания то, как сильно истосковалось тело по ним. Наслаждались теплом, что исходило от них двоих. Внутри снова разрастался ураган, хотелось больше, чем просто обниманий.
- Я ждала тебя каждый день... Ты появился так неожиданно, я до сих пор нахожусь будто во сне... Ты.. представить себе не можешь, как я плакала по ночам, вспоминая тебя... - прижимаясь ближе, тихо, словно в бреду, лепетала девушка. - Невыносимо скучала... - слезы не выдержали и капельками потекли по щекам.
- Я тоже.
- Правда? - немного ослабив хватку, Адель отстранилась для того, чтобы заглянуть в лицо напротив. - насколько сильно?
- Очень сильно, - вверил парень, вытирая жемчужную воду, скатывающуюся по лицу. Пальцы мягко впитывали ее, он смотрел на родные черты лица, подчёркивая в голове, что подруга сильно изменилась: скулы вытянулись, губы потеряли яркий оттенок и косметики стало больше. Но ничего из этого не портило без того прекрасное лицо. - ты такая красивая.
Внутри сердце, кажется, сделало тройной кульбит.
- Ты тоже. Очень. Красивый... - заметив его пристальный взгляд на своих губах, Адель потянулась вперёд, не сводя с его губ-сердечек глаз и тут же столкнулась с ними, закрывая. Оба слились в чувственном поцелуе, ощущая всю тоску за время их расставания. Последняя слеза упала прям им в губы, парень слизал ее, всасывая напротив мягкие.
В этот вечер она поняла, что любовь в музыке есть, просто лучше слушать ее со своей любовью.