Глава 10
Недолгое молчание.
Так как я ничего не ответила, он еще раз кашлянул.
—Я тут неподалеку видел парк, вечером там не так много народу. Как ты на это смотришь?
—В парке? Вечером? Где нет людей? — несколько недоверчиво переспросила я. — Ты же понимаешь: это звучит как план похищения.
—Это был бы не такой уж хороший план, признайся я в этом, не правда ли? — предположил Чжэ Ён.
—Твой план может заключаться в том, чтобы заставить меня думать, что это был бы плохой план.
—Элла, — выдохнул он со смесью смеха и отчаяния в голосе.
—Меня учили не доверять незнакомцам! — добавила я в свою защиту.
Я почти видела, как он закатывает глаза.
—Если тебе от этого станет легче, можешь меня предварительно обыскать.
—Тебе бы этого хотелось, да? — парировала я, едва соображая, что говорю. Разговор с Чжэ Ёном давался на удивление легко.
Мне послышался глубокий вздох.
—Ты не хочешь, чтобы я отвечал, — его голос стал на полтона ниже.
Тут он прав. Я до того ускоренно сдала назад, чтобы соскочить со скользкой темы, что запуталась в собственных словах.
—Парк... Парк звучит славно.
Если он и заметил возникшую из-за внезапной двусмысленности неловкость, то решил не обращать внимания.
—У меня будет немного времени завтра вечером. Я напишу тебе, какой парк имею в виду, идет? — предложил он, будто ничего и не произошло.
—Но тебе не помешает мой номер, да? — не успели слова вылететь, как мне уже захотелось ударить себя по лбу. Нет, Элла, обычно он общается сигнальными кострами.
—Разве что я снова наберу твоей сестре.
—Нет. Лучше не надо. Думаю, она будет в ярости, если я превращу ее в своего секретаря.
Я встала с кровати и оглядела комнату в поисках телефона. Для меня загадка, как другие люди запоминают свой номер. Я пыталась, но так редко им пользуюсь, что обычно за несколько дней он снова забывается. Телефон нашелся на письменном столе под горой учебников, карандашей и неоконченных рисунков. Отыскав свой номер, я продиктовала его Чжэ Ёну.
Он повторил его, проверяя, правильно ли записал. Как только он произнес последнюю цифру, в трубке на заднем плане раздался еще один голос. Слов было не разобрать, я даже не уверена, что говорили на английском.
Вскоре голос стих, и тогда Чжэ Ён попрощался:
—Увидимся, Элла.
—До завтра, — откликнулась я, но в ухе уже зазвучали гудки.
Резкое окончание разговора сбило меня с толку, но потом мой мобильник зажужжал и отобразил входящее сообщение. В нем описывалось местоположение парка и точное место встречи. Я коротко поспорила сама с собой о том, стоит ли отвечать на сообщение или оставить как есть. Что-то все же подтолкнуло меня написать. Должно быть, чистое любопытство.
Я: Предположим, кто-то хочет записать тебя в контакты. Как этому кому-то записать твое имя?
Неизвестный номер: Я этого кого-то знаю?
Я: ...чисто гипотетически.
Неизвестный номер: Чисто гипотетически я этого кого-то знаю?
Я: Самую малость.
Неизвестный номер: Тогда 在英
Я: О'кей.
Я: И, предположим, этот кто-то не знает язык. Как бы он/она записал(а) это?
Неизвестный номер: Для гипотетического сценария у тебя многовато вопросов.
Я с трудом удержалась от закатывания глаз. Пальцы зависли над дисплеем, пока я раздумывала, что написать, но тут Мэл открыла дверь.
Не будь у нее и так достаточно причин злиться, я бы возмутилась, что она не постучала. Но я просто положила телефон на стол и бросила на нее вопросительный взгляд. Она прикрыла дверь, оставив только небольшую щелочку, и замерла у кровати.
—Все нормально? — спросила она и кивнула на свой телефон у меня в руках.
—Да, просто один... знакомый, — я протянула ей смартфон.
Она спрятала его в карман и вопросительно вскинула бровь:
—Знакомый, который звонит на мой номер?
—Это долгая история.
Мэл выглядела напряженно, но ко мне ее явно привел не вопрос о личности звонившего.
—Мне нужно в Нью-Йорк на несколько дней.
—Снова?
Не прошло и двух недель с тех пор, как она вернулась из Калифорнии.
—И когда обратно?
—В следующую пятницу. Мне тоже не нравится, но ты же знаешь, выбора нет.
—На следующей неделе мне придется водить Лив на танцы? — уточнила я, глядя на свое забитое расписание.
Может, у меня получится поменяться сменами во вторник. Но в четверг придется пропустить лекцию. Впрочем, это не беда, если я попрошу Мэтта поделиться со мной конспектом.
Мэтт — один из немногих на потоке, с кем мы слегка сдружились. В начале семестра мы разговорились о дополнительном курсе рисования, на который он записался. И теперь мы частенько садились вместе, работали над общими проектами и время от времени обедали за одним столом.
—Она сказала, что съездит на автобусе, — тотчас успокоила меня Мэл.
—О, — я слегка расслабилась. — Когда тебе ехать?
—Рано утром.
Я проглотила вертевшиеся на языке слова. Черные круги у Мэл под глазами день ото дня становились отчетливее, тем не менее уходить в отпуск она отказывалась. Больше всего я бы хотела заставить ее отдохнуть, но, зная Мэл... Для нее это напряг похуже работы. Пусть она никогда и не говорила с нами об этом, но, думаю, случались месяцы, когда мы едва сводили концы с концами — хотя она и старалась, чтобы мы с Лив ничего не заметили.
Несколько лет назад, пытаясь найти рождественские подарки, я наткнулась в ее комнате на записи расходов. От количества сумм в минусе мне будто вылили стакан холодной воды за шиворот. Последние годы Мэл во всем себе отказывала, чтобы мы с Лив ни в чем не нуждались даже без родителей. Думать не хочу, скольких разрушенных надежд стоила ей забота о нас.
—Если что-то понадобится, деньги в кружке с котиком, — продолжила Мэл.
Судя по залегшей на ее лбу складке, мысленно она уже паковала чемодан и планировала маршрут до аэропорта. Раз уж у нее включился режим сборов, спорить бессмысленно. Так что я просто кивнула.
—О'кей.
—Если что — я у себя, пакуюсь, — с этими словами она вышла, на ходу утягивая резинкой волосы в пучок.
—Не засиживайся до утра! — крикнула я ей вслед и захлопнула дверь.
Я плюхнулась на опасно скрипнувший подо мной стул и открыла сообщения, которые Чжэ Ён успел написать во время нашей с Мэл беседы.