Не выводи меня.
Глеб:
— Чёрт возьми, я тебе ещё хоть слово скажу, пошла ты на фиг, забирай свои свои шмотки и сваливай из квартиры. Я приеду, чтобы ноги твоей не было в доме! — прорычал Глеб в трубку и отбросил телефон на диван, параллельно прыгая на него.
— Нет, ты представляешь? Она ебет мне мозг, потому что я не звоню ей. Я что, пёс цепной ей или что? — со всей злостью и гневом Глеб матерился и кричал, рассказывая Сергею про его очередную пассию.
— Ты не появляешься дома, не звонишь, а потом заявляешься посреди ночи, а я почему-то должна терпеть! — отпивая виски с колой, продолжал Глеб, пародируя голос девушки.
Они познакомились на какой-то алко-тусе после еще одной премии, а потом как-то завертелось, и Глеб стал на постоянке потрахивать эту Алису.
— Я ей еще тогда сказал ведь: никогда у меня с тобой ничего не выйдет. Мы просто трахаемся, я даю тебе возможность быть со мной в моменте, а потом я сваливаю. Я не давал ей ни один повод, а эта дрянь почему-то решила, что я завтра буду стоять у алтаря и клясться ей в любви. Да никогда, ни с ней, ни с кем-то другим! Брак — это самое последнее, на что я решусь в этой жизни! — закончив монолог, Глеб устало протер глаза и посмотрел в потолок.
— Брат, по-моему, тебе нужно перестать так реагировать каждый раз. У тебя таких, как она, кучи, а ты паришься. Забей, давай дальше работать.
Они писали и сводили треки уже пятый час подряд. За это время все изрядно устали, поэтому парням не пришло в голову ничего лучше, чем остановить деятельность и просто заказать еды и расслабиться. Пока Гриша разбирался с курьером и объяснял, как заехать на территорию их закрытого комплекса домов, Глеб и Сергей вовсю разливали алкоголь.
Спустя минут десять еда была на столе, напитки охлаждал лед, добавленный в них, а парни встали и начали решать, кто говорит тост.
— За то, чтобы этот альбом взорвал чарты, тур прошел хорошо, а мы не ругались! — громко сказал Гриша, и все с радостными улюлюканьями подняли бокалы.
После первого тоста работа пошла как по маслу. Рифмы приходили в голову с неимоверно быстрой скоростью, и к полуночи половина была закончена, а ребята были слишком пьяны, чтобы продолжать.
Утро наступило быстро, но с ним пришла и головная боль. Гриша первым развалился на диване, пытаясь избежать яркого света, но даже закрытые глаза не спасали. Глеб сквозь тяжелые веки услышал какие-то звуки — знакомый гул был с кухни. Тяжело поднявшись, он пошел на поиски спасения — таблеток от головы.
С трудом добравшись до кухни, он наткнулся на Сергея, который, похоже, решал ту же проблему. Оба молча искали таблетки в ящиках, вяло комментируя, что «все это ради музыки». Истерический зуд в голове заставлял чувствовать себя хуже, чем вчера, когда они веселились и писали песни, — странно, конечно, почему же.
В этот момент за дверью послышался гул машины. Это подъехала Вика, настроенная на репетицию.
Глеб с усилием налил себе воды, стараясь быстро прийти в форму. «Скорее бы кофе», — подумал он, понимая, что сегодня будет сложно работать в нормальном ритме, если они не поборят похмелье.
Вика вошла в дом с улыбкой, но, увидев разбитых парней, лишь хмыкнула:
— А вот и гении музыки! — Её сарказм висел в воздухе, а две пары глаз, которые были устремлены в её адрес, закатились почти одновременно.
— Не выводи меня, и так хуево! — промычал Глеб и поплелся в душ. Это вряд ли поможет до конца, но совместно с обезболивающим должно поставить его на ноги
Стоя под струями, он не мог не думать о том, как вчера им было хорошо, а сегодня он разбит, будто его отпинали.
В лужах сознания уже мелькали идеи, как подколоть Вику, когда он выйдет. Да, все таки она его бесит, причем не как обычно, а просто раздражает до выворачивания костей. Открыв дверь, Глеб с широкой улыбкой заявил: — Как же ты меня ждала, Вика! Без меня ты бы точно не справилась!—Мокрый и с одним полотенцем на торсе он прошел в комнату, что бы найти там чистую и сухую одежду.
Её недовольный взгляд только подливал масло в огонь. "Вот ведь зараза"—Подумала про себя девушка и пошла к ребятам, они выглядели всяко бодрее, чем это недоразумение.
В скоре все сели за репетицию новой хореографии под трек, и Глеб не упускал возможности вставить колкость за колкостью.
— Ну что, готова прыгнуть на одну ногу? — глумился он, вызывая её раздражение.
— Заткнись, Глеб! У меня творческий процесс!—пытаясь сосредоточится на танце выпалила девушка.
Серафим подъехал на любимом, внедорожнике, который выглядел так, словно его не чистили с прошлого лета. Глеб открыл дверь, выронив кучу шуток про "классическую модель для музыкального продюсера", в то время как Вика оттягивала волосы в хвост.
— Ну что, Серафим, пришел сделать грязь? — с сарказмом спросил он, пока тот блокировал автомобиль и шел к дому.
Серафим шагнул внутрь, с легкостью проскользнув мимо Глеба. Подошел к рюкзаку, где у него были ноунеймовские наушники и блокнот с заметками. Он был сосредоточен, но понимал, что с Глебом просто сесть и начать делать, будет невозможно. Вика взяла паузу, чтобы ненавязчиво рассмотреть его свежую идею.
— Давайте же включим новый трек и посмотрим, что у нас тут! — воскликнул Серафим, разворачивая серые бумаги.
Глеб, не теряя времени, начал подкалывать снова:
— Слушай, ты когда последний раз в клубе был? Твои идеи все такие же, как и твой стиль — далеки от молодежи!—Глеб уже развеселился и на вид ему стало намного лучше.
Серафим лишь усмехнулся, зная, что споры — это часть их дружбы. Вика вздохнула, стараясь сосредоточиться, но её раздражение росло с каждой секундой. Вопрос когда она убьет Глеба и куда его вывозить вставал все больше и больше.
— Всё, я не могу, это какая-то катастрофа! Вечно что-то не так! — взрывалась она, а Глеб подмигивал, понимая, что процесс еще далеко от завершения.
После долгих часов упорной работы Вика наконец завершила хореографию. Она сделала глубокий вдох, вытянув руки к потолку, словно освобождая себя от напряжения.
— Фух, наконец-то! — выдохнула она, радостно улыбаясь. Глеб и Серафим переглянулись, все еще пытаясь дописать пару несчастных строчек.
Спустя пол часа работы, ребята закончили, Гриша поставив гитару начал хлопать и все его поддержали, все таки писать музыку это вам не загорать на пляже.
— Ебать, мы это сделали, — произнес Глеб, свалившись на диван, как будто провел день на стройке.
Серафим кивнул, ободряюще добавляя:
— А теперь, когда у нас есть танцы, пора это отметить!—Улыбнулся во все тридцать два зуба Сим и начал глазами искать что-то похожее на алкоголь.
Глеб наполнил все стаканы текилой поднимая тост:
— За то, что мы все это сделали вместе!
— И за то, что у нас еще много всего впереди, — добавила Вика с улыбкой. А Викторов лишь закатил глаза.
Серафим, откинувшись на спинку стула, добавил:
— Да, теперь можно переварить идеи и насладиться этим. Давайте просто повеселимся!—Устало потерев глаза выпалил Мукка и залпом осушил стакан.
Они начали смеяться и делиться шутками, забыв о напряжении и заботах, которые когда-то их беспокоили. Мгновения свободы, радости и единства заполнили студию, создавая неподдельную атмосферу дружбы и творчества. "Все таки эта команда родные друг другу"—подумала Вика и непроизвольно улыбнулась, она счастлива, пускай она не нравится Глебу, что у них кстати взаимно, но в любом случае она счастлива.