3
- Это ведь абсурд. - Чон начал с хмурого заявления. Наступление обещало быть мрачным.
- Как и вся наша жизнь? - Виён почти невинно усмехнулась.
- Ты ещё и философ. - Мужчина покачал головой, засунув руки в карманы и оперевшись спиной на стойку. - Я не хочу этого. Брак по договоренности никогда не входил в мои планы после тридцати лет успешной карьеры. - Железобетонный аргумент. Чон готов выкинуть почти все козыри сразу, лишь бы выиграть партию. А лучше игру.
- Специально пришёл переубедить меня? Считаешь, что мой отец не изменит решения? - Виён пытается пробраться в чертоги разума, делает вид, что понимает его поведение.
- Он тебе не отец. - И вновь отрезвляющая пощёчина реализма.
- Пусть так. Но факта нашего будущего брака это не отменяет. - Она снова нацепляет маску, говорит заученными фразами. Чон бесится. Злится до одури от этой глупой и наивной девчонки, которая не понимает, как нелепо выглядит.
- Хочешь быть моей женой? - Ещё один ход Чонгука.
- Нет. Но это не то, к чему я бы не могла адаптироваться. - Чёрт. Идиотка. Глупая наивная малолетка.
- Ты не знаешь какого это, быть женой одного из популярнейших людей Кореи. И более того... Ты не знаешь, какого это быть моей женой.
- Узнаю. - Чон прожигает её взглядом, словно хочет превратить девушку в пепел. Пожар ярости в области груди лишь разгорается.
- Ты ведёшь себя, как ребёнок. Жизнь - не сказка и не роман. Я не собираюсь тебя воспитывать.
- Я воспитаю себя сама. От тебя требуется лишь быть достойным человеком рядом. - Чонгук устало выдыхает, запрокинув голову. Он готов поклясться, что разговор со стеной был бы более продуктивным, чем с этой похоже стереотипной блондинкой.
- Зачем тебе это? - Он пытается говорить сдержанно, но напряжённые мускулы шеи и челюсти выдают его смятение с потрохами.
- Ты моя константа. - На лице Виён расцветает улыбка. Искренняя, пробивающаяся сквозь любой фасад и словно способная разрушить любой фасад тоже. А потому лицо Чона на мгновение меняется. Застывает в удивленной и невинной мимике, которую он тут же стряхивает, качая головой.
- Чего?
- Неважно. Просто... - Девушка вздыхает, словно собираясь с мыслями, а потом говорит. - Слушай, я не претендую на роль единственной и неповторимой. Мне не нужны твои деньги. Ну, частично. Мне нужно оказаться в положении, когда у меня будут закрыты все базовые потребности. Да, договорной брак - это противоестественно, но много ли сейчас моралистов? Я могу тебе даже на глаза не попадаться...
- Замолчи. - В глазах Чона на мгновение мелькает отвращение. - Я не собираюсь держать тебя, как твой папаша. - Девушка внимательно изучает его выражение лица, а потом снова улыбается.
- Ты и правда благородный.
- Дело не в благородстве.
- Хочешь влюбиться в меня? - Чон едва не давится слюной. Влюбиться? Она вообще знает, с кем разговаривает? О чём она просит? Сумасшедшая. Не иначе. - Не смотри так на меня. Я просто пытаюсь понять, чего ты хочешь.
- Избежать этой глупой договоренности.
- Это всего лишь пару лет.
- Которые я мог бы потратить на работу или настоящую любовь. - Виён тяжело вздыхает. Она уже порядком устала от этой игры в кошки-мышки, где один участник - неисправимый баран.
- Хочешь, чтобы я договорилась с отцом?
- Это разве возможно? - Чон сам глухо выдыхает. Словесная дуэль вымотала и его. За последние недели ему явно не хватает покоя. Точно пора заняться просветлением. Или просветляющим сексом. Чем угодно, лишь бы уже всё решилось.
- Невозможное - это лишь тень возможностей. - Чонгук смотрит на неё изучающе. Да что же не так с ней? Он отталкивается от стойки, направляясь к выходу.
- Через неделю. Документы оформим в ближайшие дни.
- Ты устроишь церемонию? - Виён смотрела на его спину, задавая вопрос вслед.
- Всё согласно традициям.
Звук шагов рассеялся в глубине поместья.
Чон Чонгук и Пак Виён станут мужем и женой. В день весеннего равноденствия и цветения вишни.