Глава 13
Ванесса Тиффани Стэн
Наклонившись, я вытянула ногу и начала обвязывать ленточками пуантов щиколотку. Бледно-розовый шелк контрастировал с загорелой кожей, только выделяя ее сияние. Волосы скатились на лицо, пряча от всех в раздевалке мою глупую улыбку.
Три пропущенных от мистера Гризли.
Моя внутренняя вредина осталась довольной. Зная упрямство Франклина, он мог набирать меня до тех пор, пока оператор вообще не запретит ему звонить, но Лаарсон не стал этого делать. И это значило только одно – после вчерашнего он в абсолютном бешенстве. Я захихикала про себя, представляя его нахмуренные брови и тихое рычание, которое прорывалось сквозь зубы.
Пусть злится и даже не допускает мысли, что однажды я стану его. Мне нравилась наша игра в «спровоцируй круче» или «докажи у кого яйца больше». Есть партии, в которых не важен исход. Забьешь ли ты гол, загонишь мяч в лунку или поставишь шах и мат. Принцип гольфа – не все знают правила, но орудуют клюшкой, потому что сам процесс доставляет удовольствие. Так было и в наших отношениях. Я ненавидела его, он ненавидел меня – думаю, мы оба хотели, чтобы на этом все и закончилось.
Наверное, через пару дней нам это наскучит. Огонь вечен, если его чем-то подпитывать, но этого делать я уж точно не стану. Просто... мне так хотелось проучить его. Показать Франклину ту самую избалованную принцессу, которой он меня видел. Если Лаарсон называл меня дешевкой, значит, он ни чем не отличается от мисс Суки. Только те, у кого пусто в душе, видят этот мир поверхностно.
Пусть же я стану его худшим кошмаром.
Не знаю, чем все закончится, но ясно только одно: он не должен увидеть мой свет. Самое трепетное скрыто внутри нас, а значит беззащитно. Многое в характере я взяла от отца, но ранимость матери не смогли вытеснить даже его гены.
Я верила, что если любовь, то на всю жизнь. Неумолимость судьбы – только тот, кто пишет наши истории, знает их финал. С какой бы скоростью ты не бежал, как бы яростно не сопротивлялся или не боролся с самим же собой, ничего не выйдет. Этот как скитание по лабиринту полному зеркал. Множество путей, но везде лишь твое отражение. Не бывает сотни разных концов. Есть только неверные решения, которые оттягивают наш хэппи-энд. Как бы там ни было, смысл прост: тысячи поворотов, тысячи шагов, тысячи ошибок и один исход.
Ох, надеюсь, судьба не решила потрепать нам с Франклином нервы. Лучшая ее идея: развести нас по разным сторонам континентов. Его на Аляску к друзьям гризли, а меня на вершины к звездам.
Ненавижу его за то, что не перестаю думать о нем!
Справившись со шнурками, я выпрямилась и быстро собрала волосы в пучок. На соседней скамейке со мной сидела Майя – остальные уже давно убежали в зал. Девчонка поправляла трико и старалась не смотреть в мою сторону. Она не была взрывной, как Кристина, а потому я не могла понять, что у нее на уме.
— Надеюсь, мадам Маккарти не будет нас сегодня загонять, — непринужденно протянула я, щурясь в ее сторону.
Кинг пожала плечами.
— Если ты устала от репетиций, попроси выходной.
— Мои губы скоро треснут от постоянных поцелуев с Ленсеном, — осторожно начала я, прощупывая почву. То, что он нравился ей, у меня не осталось сомнений, но вот могли ее чувства подтолкнуть к ненависти? — Ну, знаешь, он не знает, когда нужно остановиться...
Майя резко захлопнула дверь шкафчика. Ее шея покраснела, а подбородок начал подрагивать, будто она сдерживала внутри колкость в мой адрес. Прости, милая, но если ты мисс Сука, мне тебя не жаль.
— Кому-то мешает мозоль на стопе, а Тиффани поцелуи, — выплюнула она. — Может, и ему нелегко с тобой? Все же заносить задницу принцессам бывает очень тяжело.
— Я не прошу его об этом, Майя, — покачала я головой.
— Но поощряешь.
Девушка завязала пачку на талии и двинулась к выходу. Я проследила за ее спиной, испытывая такое неприятное чувство. Оно настолько давило на грудь, что мешало сделать и вздох. Разве я виновата в том, что он бегает за мной, а не предпочитает свидания с ней? Будь тогда в автокинотеатре с ним Кинг, она бы сама его с удовольствием поцеловала. Не думаю, что Ленсен идиот и не замечает ее отношения к нему. За год он бы мог перестать мучить нас двоих, но...
Не знаю.
— Может, ты позовешь его куда-нибудь? — выпалила я, а Майя замерла в дверях. — Иногда нужно проявить напористость, чтобы добиться желаемого. А если ты уже делала это и просто бьешься об закрытую дверь, то это глупо. Мы интересны, лишь когда знаем себе цену, а ты вовсе не дешевка. Ошибка Ленсена, если он не может этого понять.
Девушка тяжело выдохнула.
— Ты, правда, так думаешь?
— Заметь, меня все считают сукой, но не лгуньей, — я натянула улыбку, туже затягивая свою юбку – резинка больно впилась в кожу.
Балерина кивнула моим словам и вышла из раздевалки. Поднявшись, я закрыла свой шкафчик и не сдержала разочарования. Это не она. Интуиция мне подсказывала, что это не Кинг. Итак, что я имела? Кучу вопросов и ни одного ответа! И это за прошедшую неделю после того, как я обнаружила пуанты.
Детектив из меня отстойный!
— Боже, я больше никогда не возьмусь помогать мадам Маккарти! — с воплем залетела в гримерную Мэриэнн.
Я рассмеялась ее виду. На подруге висели чехлы из химчистки с костюмами и две спортивные сумки. Она пыхтела и сплевывала волосы, прилипшие к губам.
Спелман подрабатывала стажером Анжелики. Отцу было тяжело одному содержать двух девочек, вот старшая и помогала. Прима платила ей хорошие деньги, а Энни выполняла всю мелкие указания. Утвердить сценарий перед руководством, договориться насчет декораций и прочее. Всего пару часов в неделю, но благодаря ей Даниэлле ни в чем не отказывали.
Забрав у подруги вешалки, я начала раскладывать их на шкафчики каждого – к ткани была приклеена бумажка с именем. Энни устало присела на скамейку и выронила сумочку. На пол покатились цветные маркеры, кисточки для краски и упаковка канцелярских гвоздиков со шляпками. Она закатила глаза и начала все собирать.
— Зачем тебе этот набор шпиона? — пошутила я.
— Дана, — напряженно отмахнулась Мэриэнн. — У нее какой-то школьный проект, вот я и купила это по дороге.
Справившись практически со всеми костюмами, я передала подруге ее наряд Ангела. Мой чехол оказался самым громоздким. Расстегнув молнию, я уставилась на сексапильный позолоченный корсет и тоненькую юбку из материала похожего на замш. Энни любопытно заглянула через мое плечо и присвистнула.
— На твоей фигуре это будет смотреться просто фантастически, — девчонка расстегнула джинсы и начала быстро переодеваться к репетиции. — Нет, серьезно, Тиффани, только один корсет сделает тебя Жрицей Любви.
Показав ей язык, я прикоснулась пальцами к витиеватым узорам. Ленсену придется постараться удержать меня в поддержке, облаченную в металл. Я весила не много, но в этом костюме точно прибавлю пару фунтов.
— Хочу его примерить!
Сняв прозрачную упаковку, я сначала сменила юбку. Она идеально села на моих бедрах, слегка топорщась в стороны позолоченным фатином. Достав корсет, я перевернула его к себе внутренней стороной и побледнела...
Черт.
Вот и следующий ход мисс Суки.
— Эй, — Мэриэнн рассмеялась, поднимая на меня глаза. Она сидела на скамейке и надевала пуанты. — Ты чего остолбенела? Представила, как Ленсен будет пускать слюни на тебя?
Но я не ответила. Просто молча стояла, смотря на новую надпись и испытывая странное чувство дежавю. Кажется, я уже слышала это. На прошлой репетиции, когда мы с подругой умирали от похмелья, кто-то обронил эту фразу. Я нахмурилась, копаясь в памяти.
Спелман насторожилась – молчание затянулось. Она обошла меня со спины и тоже заметила очередное «послание». Прямо на металле с внутренней стороны красным маркером были выведены буквы. Так же заглавные, как и в прошлый раз – сложно по ним узнать чей-то почерк.
Внутри меня щелкнуло.
Кристина. Это она назвала меня...
— Пустышка? — прочла Энни. — Но... Как мисс Сука смогла достать костюмы? Они сначала были в химчистке, потом я забрала их со склада и... Получается, я единственная, кто имел к ним доступ.
Глаза Мэриэнн набрались слезами. Она перевела взгляд на мое лицо и замотала головой.
— Тиффани, я бы ни за что, правда.
— Эй, ты чего? — я пихнула ее плечом, заставляя себя улыбнуться. — Энни, я знаю тебя с младшей школы. Мы вместе прошли столько, что стали не просто подругами, а сестрами. Прекрати думать, будто я могу подозревать тебя. Не только у тебя был доступ на склад. Этот кто-то специально туда приехал и испортил мой корсет. Но ничего, — я повесила вещь обратно на вешалку, спрятала ее в шкафчик и мотнула волосами, выбрасывая из головы эту мерзость. — Мы не знаем истинных мотивов Суки, но сейчас точно должны держаться вместе. Ты, я и Ленсен. Только вам двоим я доверяю, несмотря ни на что.
Отлично, значит, наша провокация сработала, и рыбка заглотнула наживку. По коридору разнеслась тихая мелодия фортепиано – мадам Маккарти уже наигрывала пьесу. Я перевела внимание в сторону лобби и ухмыльнулась.
Не на ту нарвалась, мисс Сука...
Франклин Теодор Лаарсон
Раздраженно скомкав в руках чертеж, я выбросил бумагу на пол к остальным. За несколько часов вокруг меня уже образовалась целая гора. Будто снежный ком, что висел над головой, как гребанный дамоклов меч. Подхватив карандаш, я занес его над новым чистым листом и сделал линию будущего макета.
Вчера на почту пришел новый заказ – нужно было отреставрировать Jaguar 62-ого года. Это ржавое старье уже транспортировали ко мне из Англии, так что к вечеру должна быть хотя бы схема, блять, этого автомобиля! Сначала я рисовал то, что собирался сделать, а потом брался за работу! Потому что необходимо составить смету, заказать детали, краски...
Грифель скрипел по бумаге. В какой-то момент я настолько сильно надавил на карандаш, что он разломался пополам в моих руках. Скрежеща зубами, я отшвырнул от себя все инструменты и устало прикрыл глаза. Зажав пальцами переносицу, начал отсчитывать дыхание, пытаясь успокоиться.
Сегодня он трахнет киску, которую ты заставил потечь для себя. Думай, что я проведу ночь в его руках, а не твоих.
Маленькая сучка!
Не знаю, что спасло ее от жестокой расправы в тот момент, когда она сбросила вызов. Или расстояние в десяток миль от меня до Чикаго, или полная растерянность. Я никак не ожидал, что Тиффани такое выкинет. Когда я звонил ей, и представить не мог, что звонок перерастет в нечто интимное, что заставит меня достать член и начать ласкать себя. Черт ее голос был такой тоскливый, такой отчаянный и мокрый. Словно мне удалось подслушать мысли куколки, погружаясь в мир ее фантазий.
Она хотела меня, я хотел ее, но мы по-прежнему ненавидели друг друга.
Свирепо подскочив со стула, я вышел на улицу, спустился по ступенькам с крыльца и прошел к самому пирсу у озера. После вчерашнего дождя в воздухе сильнее пахло сыростью, а мой дом окружал густой туман. Он поднимался над самой водной гладью – она блестела в лучах солнца, иногда проходя рябью из-за плавающих рыб. Недолго думая, я снял спортивные штаны и занырнул. Прохлада тут же окутала напряженные мышцы, унимая пульсирующее желание во всем теле.
Стэн удалось возбудить меня даже на расстоянии, но когда она сбросила трубку я так и не смог кончить без ее голоса. Сначала я хотел сорваться к Сити, но это был бы поступок настоящего ублюдка. Трахать Филисити, представляя на ее месте избалованную куколку, не лучшая затея. Пусть у нас и не было «нормальных» отношений, но она не заслужила такого свинства с моей стороны. Вместо этого я принял ледяной душ, выпил кофе и всю ночь работал над Харлеем, наконец-то, закончив с ним.
Гребанная Тиффани Стэн!
Не думай, что я в твоих руках. О нет, милая. Хуже – ты в моей голове. А это значит только одно: я трахну эту избалованную куколку. Накажу ее за каждое слово, за каждую выходку. Покажу ей, что такое настоящий разозленный медведь гризли!
Выплыв над поверхностью, я жадно глотнул воздуха. Водоем был настолько холодный, что зубы стучали друг о друга, но я не спешил из него выбираться. Дождусь, пока пройдет стояк, и займусь работой! Не знаю, попытаюсь сделать хоть что-то, чтобы отвлечься! Сейчас как-никогда я бы хотел взглянуть на танец моего призрачного Ангела, но, боюсь, если приеду в тот театр, просто растерзаю Тиффани.
Господи, это выше моих сил.
Еще никому не удавалось настолько мучить меня. Я ненавидел ее, и оттого страсть становилась еще горячее. Словно мне каждый день внутривенно вводили раскаленную лаву. И вот она прожигала каждую вену, каждый сосуд. Терзала меня изнутри и не давала сделать и вздоха. С нашей первой встречи прошла уже неделя, но я не мог перестать думать о ней. Неожиданно я поймал себя на мысли, что... жажду еще одной ее порции.
Если она позволяла себе такие фразы и поступки, значит, была грязной шлюшкой, с пустой головой. Но как же я ее хотел. Застонав, я начал выматывать себя плаванием.
Чертова Стэн! Избалованная папочкина принцесса! Куколка с розовой сумочкой! Ни за что не поеду к ней! Ни за что не позвоню ей!
Спустя час я все же припарковался у театра Харрис, глуша мотор. Было уже около восьми вечера – солнце клонилось к закату, а вереницы машин в городе становились длинней. Отклонившись на спинку кресла, я сложил руки на груди и начал буравить взглядом двери. Здесь еще стояло ее розовое уродство, значит, Тиффани на репетиции.
Что я собирался сделать? Не знаю. Мой план заканчивался на том, как я сюда приезжаю, она выходит из дверей и... Наверное, я вел себя, как абсолютный идиот. Ярость кипятила кровь и я не мог сопротивляться самому себе. Желание увидеть ее и сказать какую-то гадость, было настолько нестерпимое, что я, едва просохнув после плавания, сразу же сел в Jeep и сорвался сюда.
Через пару минут из здания начали выходить актеры. Постепенно парковка пустела, как и иссякало мое терпение. Сердце в груди громыхало настолько сильно, что у меня дыхание пропадало. Вцепившись в руль, я уставился, не мигая, на металлическую дверь.
Ты ведешь себя, как придурок, Франклин! Еще никогда и никого я не караулил, какая же глупость.
Скрежет петель привлек внимание – сначала показался какой-то тощий высокий блондин, за ним вышла и Тиффани. Она весело смеялась с его шуточек, а парень приобнимал ее за плечи, наклоняясь к уху. Мои брови встретились на переносице.
Что, блять? Значит, этот неудачник спит с ней? Этому неудачнику она вчера подарила мое возбуждение? Я начал содрогаться от смеха, который постепенно переходил в разъяренный рык. Ох, Тиффани, когда я сожму твою шею, ты поймешь, что одна моя рука – это две его! Уверен, и во всем так...
Парень чмокнул ее в макушку, забросил свои вещи в черный Mercedes и выехал со стоянки. Девушка отвлеклась на телефон, а я завел двигатель, освещая ее фарами. Тиффани вздрогнула и повернула голову в мою сторону. Больше не в силах терпеть, я выскочил из внедорожника, наступая на нее. Девчонка на мгновение стушевалась и сделала шаг назад.
Беги, детка, потому что я сейчас боюсь самого себя.
— И это твой парень? — указал я вслед ухавшей тачке. — Ты же сказала ему вчера, что думала обо мне? Хотя, меня оскорбляет то, что вымышленный секс со мной настолько плох.
Ветер ударил в лицо, принося с собой яркий аромат ее парфюма. Я сглотнул, пытаясь бороться с разрастающейся эйфорией в легких. Она, точно, плесенью паразитировала внутри, зарождая этот вирус еще в первую нашу встречу.
Дышать рядом с ней опасно зависимостью.
— Что ты здесь делаешь, Лаарсон? — Тиффани глянула на мой перепачканный грязью Jeep. — Преследуешь меня, а? Или хочешь узнать о том, как мне было хорошо? Твое эго не дает тебе нормально спать?
Что она несет?
Я приблизился к ней почти вплотную и повел бровью. Стэн сглотнула, но не выдала испуга. Сосуд на ее шее отчаянно пульсировал, а зрачки бегами по моему лицу, замирая на губах. Я перевел взгляд на ее подрагивающий подбородок и прошипел:
— Приехал посмотреть в твои пустые глаза и сказать кое-что, куколка, — я наклонился к ее уху и попал в плен волшебства ее кожи. Аромат был таким стойким, таким ярким и сладким, что мне просто захотелось уткнуться носом в изгиб ее шеи. Сопротивляясь этому порыву, я закончил: — Этой ночью я совершенно не думал о тебе.
Стэн задрожала. Ее грудь возбужденно опадала и поднималась, а язык бегал по губам, распределяя влагу. На ней был легкий топ и джинсы, так что я без труда рассмотрел рябь мурашек на коже.
— Уверен? — усмехнулась девчонка. — Только из-за того, что ты «не думал» обо мне, ты приехал и сказал это? А вот мне с Ленсеном было так хорошо, что я и имя твое забыла.
Ленсен. Значит, этого ублюдка зовут Ленсен?
Тиффани щелкнула челюстью у моего уха и отстранилась. Она удобнее перекинула лямку спортивной сумки на плечо, вильнула бедрами и начала отдаляться к машине.
Адреналин зашкаливал. Ноги стали ватными, а в груди пекло из-за давления. Я заморгал, пытаясь прогнать кровавую пелену с глаз. Резко развернувшись, я схватил ее за шею и дернул на себя, впиваясь в губы.
Куколка сначала оторопела, но потом сдалась под моим напором. Она приоткрыла рот и впустила в себя мой язык. От ее жара, я сдавленно простонал. Тиффани была такой приятной. Остервенело кусая ее, посасывая и дразня, я не мог оторваться, даже когда мы оба начали задыхаться. Не знаю, сколько длилась эта требовательная ласка, но мне было мало. Хотелось не только ее губ, не только ее языка...
Еще раз коснувшись ее кончика, я едва отстранился, глотая наше общее прерывистое дыхание.
— Еще р-раз так сделаешь, — прошептала Стэн в мой рот. — Я расскажу отцу и он...
— Расскажешь ему, как трахаешься с мыслями обо мне? — повысил я голос, покусывая ее подбородок. — Или то, как ты течешь от моих слов? Расскажешь ему о том, какая у тебя похотливая киска и какую маленькую сучку он вырастил?
— Сволочь! — Тиффани ударила меня по лицу, но потом привстала на носочки и сама поцеловала. Поверхностное касание и вот она уже отстранилась, выворачиваясь из объятий. — Отвали от меня, Лаарсон!
Девушка стремительно начала отдаляться к Tesl-е. Я растерянно глянул ей в след, раз за разом, сглатывая ее мятный вкус. Прикоснувшись пальцем к губам, я набрал полные легкие воздуха и крикнул:
— Вот мое желание! — Тиффани замерла у капота авто. — Тащи свой зад в мой Jeep, куколка!
Голова шла кругом. С детским азартом я ожидал ее дальнейшего действия, окончательно теряя здравый рассудок. Все с момента нашей встречи было идиотской затеей, но предпринимать что-то уже слишком поздно.
Слишком поздно...