фантазии
— Fantasía erótica, в переводе с испанского — эротическая фантазия. Впервые было употреблено как термин, характеризующий связь соулмейтов, именно в Испании. Эротические фантазии физически могут ощущаться только соулмейтами, — спокойным и ровным тоном произнесла миссис Палмер на уроке полового воспитания, она говорила так скучно и монотонно, словно зачитывала протокол в зале суда. — Соулмейты отчётливо ощущают все сексуальные прикосновения, которые направляют друг на друга, но в фантазии невозможно что-либо увидеть или услышать, — продолжала женщина, пока ученики, включая Питера, были больше заняты своими телефонами под партами, чем материалом урока.
Питер хихикнул, когда открыл очередной мем о Человеке-пауке, что скинул ему Нед в личные сообщения Инстаграма, и получил локтем в бок от Мишель, которая сидела рядом и не любила, если кто-то пренебрегал правилами поведения в классе. К слову, доставалось от неё только Питеру и Неду, ещё бы, ведь эти неудачники были её лучшими друзьями.
— ЭмДжей, поверь, мне это не нужно, — насупился Питер, потирая ушибленный бок. — Мэй зачитала мне лекцию о соулмейтах сразу, как… — он резко замолчал, вспомнив, что воспитательный разговор между ним и тётей состоялся три года назад, когда она случайно застукала его мастурбирующим в туалете. Питер просто забыл закрыть дверь. Лузер. — В общем, об эротических фантазиях и о принципе их работы я знаю всё, что нужно, — попытался заверить он подругу с самым серьёзным видом.
— Значит, ты готов к тому, что однажды, в самый неподходящий момент, ты ощутишь, как твой соулмейт смачно ущипнёт тебя за зад? — скептически вздёрнула левую бровь Мишель, а лицо Паркера вытянулось. Он не понимал, как она могла оставаться такой невозмутимой, говоря о столь смущающих вещах.
— Нет, не думаю, что к подобному в принципе можно быть готовым, но я как-нибудь переживу, — Питер, немного взволнованный обсуждением соулмейта и своей задницы, пригладил непослушные вьющиеся волосы на затылке и посмотрел на миссис Палмер, что продолжала говорить, не обращая внимания на то, что почти никто не слушал.
— Поэтому, раз уж соулмейты могут ощущать фантазии друг о друге только после личной встречи, но при этом по-прежнему не знать, кто именно является их парой, с этической точки зрения в мире существует условная договорённость: не заходить в своих фантазиях слишком далеко с теми, с кем вы знакомы.
— Хах, было бы неловко, если бы я представила себя с нашим новым тренером по плаванью, а он оказался бы моим соулмейтом, — на грани слышимости фыркнула Мишель, но Питер её услышал, не сдержав смешка. Подруга стрельнула в него уничижительным взглядом, и он тут же сел ровно, сделав вид, что ему безумно интересны собственные ногти.
Да, их мир был весьма необычен, в нём не только существовали супергерои, мутанты, пришельцы и Боги, но и родственные души, которые, как сказала миссис Палмер, после встречи могли физически ощущать эротические фантазии друг друга. Учёные, занимающиеся изучением соулмейтов, предполагали, что такая способность была дарована людям, дабы лучше чувствовать друг друга на самом глубоком уровне — интимном. Считалось, что на физическом уровне у пары не должно быть секретов, никто не должен подавлять свои сексуальные желания. Также существовало мнение, что таким способом можно было сублимировать раннее или чрезмерное половое влечение, например, ограничиваться фантазиями, которые не подразумевали прямого телесного контакта, но по яркости ощущений почти не уступали настоящему сексу. Такого рода связь помогала людям поддерживать отношения на расстоянии. В общем, плюсов было немало, но и свои минусы тоже имелись.
Например, когда соулмейтам посчастливилось встретиться, но они даже не поняли этого, если фантазировать начинал только кто-то один, устанавливалась односторонняя связь. Порой встреча могла случиться невовремя, когда одна из родственных душ ещё не достигала возраста согласия, зато могла начать фантазировать о своей более взрослой половинке, половое созревание — штука такая. Как и сказала Мишель, это было бы неловко, как в случае с учителем.
Питер же считал, что с ним вряд ли когда-нибудь случится что-нибудь выходящее за рамки неловкости. Во-первых, скорее всего его родственная душа, если и начнёт делать Питера объектом своих фантазий, то это случится не сразу после их встречи. Ну, серьёзно! Он же самый заурядный парень, о таких, как он не думают: «Я бы его трахнул (а)» при первом же взгляде. Во-вторых, сам Питер никогда не фантазировал о людях, с которыми хоть раз виделся. Ему было стыдно, он был слишком воспитан. А ещё он был очень занят учёбой, супергеройством и подавлением влюблённости в собственного наставника, у него попросту не было времени на элементарную дрочку. Чаще всего после ночного патрулирования он засыпал сразу, как его голова касалась подушки.
Что же, стоило мысли о влюблённости промелькнуть в мозгу Питера, как его сердце забилось чаще, а под прикрытыми веками появился образ мистера Старка. Угораздило же, а? Паркер сам не заметил, когда случилось то, что случилось. Он восхищался Тони Старком столько, сколько себя помнил. Старк был его кумиром и примером, как и для многих парней его возраста, а потом он познакомился с ним лично, но тот не особо шёл на контакт, скинув мелкого членистоногого карателя на голову Хэппи, так что и тогда мало что поменялось в чувствах Питера. Разве что он стал восхищаться Старком ещё больше, даже после нанесённой им ему обиды на крыше. Но когда случились Танос, Титан, полёт на космическом пончике в космос, общая победа и спасение вселенной — внутри что-то щёлкнуло. Мистер Старк посвятил его в ряды Мстителей, стал чаще с ним общаться, иногда приглашал вместе поработать в мастерской. День за днём они сближались, и Питер просто влюбился. Поэтому самым болезненным стал для него момент, когда однажды Мэй сказала ему:
— Старк так смотрит на тебя, Питер. Кажется, он обрёл в тебе названого сына.
И всё! Занавес! Питера будто ведром ледяной воды окатили, а потом ещё и снегом сверху припорошило. Сын? Нет, пожалуйста, только не зовите его сыном Тони Старка. Не лишайте Питера мечты, пусть и несбыточной. Но как назло не только Мэй сравнила Старка с его отцом, позже это стал делать Нед, потом и Мстители подтянулись. Тор так и вовсе в момент их первого знакомства счёл, что Питер родной отпрыск Тони. И Паркер не понимал, за что ему всё это? Мало того, что у него в принципе нет никаких шансов на ответную заинтересованность, но так ведь хоть помечтать можно было, если бы все окружающие не называли их отцом и сыном, отчего Питер начинал казаться себе гребаным извращенцем, мечтающим из сыночка переквалифицироваться в мужья Тони.
Это несправедливо, почему всем его одноклассникам можно мечтать о Тони Старке, а Питеру стыдно это делать, потому что некоторые записали его ему в папаши. Хотя… Питеру тут как-то порнушка на глаза попалась с молодым парнем и мужчиной постарше, и то, как один другого называл «папочкой», звучало весьма возбуждающе. Лёгкий жар коснулся щёк Питера, скатился на шею и грудь, устремляясь в низ живота прямиком к паху. Питер напряг бёдра и сжал карандаш в руках, попытавшись заставить себя остановиться, но было слишком поздно…
Он представил, как скользит руками по накачанной груди мистера Старка, наслаждаясь твёрдостью мышц и гладкой тканью белоснежной рубашки, немного привстаёт на носки, опаляет своим дыханием чужие губы и шепчет тихое:
— Папочка, — а после касается их поцелуем, повиснув у Старка на шее…
***
День Тони не задался с самого утра. Во-первых, ему пришлось вставать в восемь часов, хотя лёг он только около четырёх. Пеппер сказала, что он просто обязан присутствовать на сегодняшнем собрании инвесторов, но её вины в невысыпании Тони, конечно же, не было, он сам виноват, что в очередной раз засиделся в мастерской допоздна, хотя о собрании был предупреждён за несколько дней до. Во-вторых, Дубина случайно пролила на него кофе, из-за чего Тони пришлось менять рубашку. В-третьих, он попал в пробку, поэтому в Stark Industries Тони пришёл злым, как тысяча чертей, ну, или как один позеленевший Брюс Беннер.
И всё бы ничего, его злость даже играла ему на руку, никто даже лишних вопросов не задавал, если бы посреди совещания, прямо во время пламенной речи самого Тони, он вдруг не ощутил на своей груди фантомное прикосновение чужих рук, горячее дыхание на губах и, чёрт возьми, поцелуй. У Старка ноги подкосились, когда кто-то невидимый буквально повис на его шее, раздвигая влажным язычком его губы и проникая им в его рот.
— Блядь, что за… — вырвалось у Тони, когда он обеими руками схватился за спинку кожаного стула и потряс головой, отгоняя от себя фантазию соулмейта. Соулмейт? У него всё же есть соулмейт?
— Мистер Старк, вам нехорошо? — поинтересовался у Старка мужчина, что сидел ближе всех к нему. Пеппер подняла взгляд от экрана своего планшета и вопросительно уставилась на него.
— Нет, я в порядке… Ох, нет, — выпучил глаза Тони, когда череда нежных поцелуев поползла по его шее, груди, животу. — Нет, мне плохо. Прошу меня извинить… Ай, нахуй! — опять вырвалась нецензурная брань изо рта Старка, потому что соулмейт ощутимо укусил его за левый сосок.
Чуть не уронив парочку стендов с графиками позади себя, Тони пересёк расстояние до двери кабинета, что прилегал к залу совещаний. Он буквально ввалился туда, захлопнул за собой дверь и навалился на стоящий перед ним стол руками. Всё его тело покрывалось мурашками, а член в брюках наливался кровью, тело Тони не могло не отозваться на настойчивые невидимые ласки.
— Что же ты делаешь… Что делаешь, — зашептал Старк, продолжая склоняться над столом, держась за него руками, пока соулмейт мял в своих руках его член и яйца. — Перестань, — сквозь зубы прорычал Тони, с силой зажмурив глаза и пытаясь прогнать это наваждение.
— Тони, что с тобой? — раздался голос Пеппер за его спиной. — Тебе плохо? Вызвать врача?
— Нет, спасибо, — Тони даже не обернулся к ней. Его лицо было красным, а вены на шее вздулись от перенапряжения. — Пеппс, пожалуйста, мне нужно…уединение.
— Тони, я не…
— Пеппер, это мой соулмейт! — выдавил из себя Старк, почувствовав, как на головке его члена неуверенно сомкнулись чужие губы. — Уйди, пожалуйста? — взмолился он.
— Что? Э… У тебя есть соулмейт? — опешила Пеппер.
— Как оказалось, да! И он впервые решил о себе заявить, — прохрипел Тони, непроизвольно дёрнув бёдрами, чтобы толкнуться в тёплую мякоть чужого рта. — Да уйди же ты, — простонал он, не понимая, что вообще сейчас чувствует. С одной стороны, панику. С другой стороны, желание. Когда-то в юности, он мечтал узнать, каково испытывать на себе чужие эротические фантазии, но после тридцати и думать об этом забыл, а сегодня кто-то бесцеремонно решил сделать ему минет, немного неопытный, но Тони любил неопытных.
— Ох, а она… Он, что… Делает с тобой… — Пеппер, обычно всегда собранная и ко всему готовая Пеппер, сейчас выглядела растерянной и, кажется, её сложившая ситуация забавляла. Конечно, теперь, когда они уже два года как порвали их отношения, ей было смешно, как Тони корчится над столом от смеси злости и возбуждения.
— Пеппер, пожалуйста, выйди, — собрав в себе последние капли самообладания, попросил Тони. — И да, мой соулмейт делает мне минет.
— Ох, ну… Тогда не скучайте, — хихикнула Пеппер за спиной и, судя по звуку хлопнувшей двери, наконец-то ушла.
— Господи Иисусе, — Тони запрокинул голову назад, отпуская себя, позволяя внезапно свалившемуся на голову соулмейту сделать ему приятно. Изумительно приятно…
Через несколько минут сладкой пытки Тони лежал на столе, обкончав своё бельё. Сегодня его одежде конкретно так не везло. Он пялился в белоснежный потолок и думал о том, что к такому он был не готов, даже прожив почти пятьдесят лет своей жизни. В смысле, почему это случилось именно сейчас? Почему судьба послала ему родственную душу, когда Тони давно уверовал, что у такого как он её не существует. Подобное нормально, когда ты молод, когда ты только начинаешь свой жизненный путь и всё неизведанное кажется подарком свыше. А что делать Тони, который морально настроился пожить немного спокойно и для себя? Видимо, у него никогда и ничего не будет просто так. Наверное, даже во время его похорон случится что-нибудь из ряда вон выходящее, например, на его поминках из торта в форме гроба выпрыгнет стриптизёрша. Хах. А что? Надо указать это в своём завещании, Тони хотел бы удивить всех даже после смерти.
Поняв, что мысли его понесли совсем не туда, он поднялся и встал, направившись в уборную, чтобы хоть немного очиститься. И уже стоя со спущенными брюками у раковины, с руками, полными бумажных полотенец, Тони посмотрел в зеркало на собственное отражение и сказал:
— Поздравляю, Тони. У тебя есть соулмейт, но ты понятия не имеешь, кто он, чтобы ответить ей или ему услугой за услугу, — усмехнулся он, пытаясь очистить свои трусы от спермы. — Надеюсь, это та рыженькая из банка, хотя… Будь это она, то сразу подпрыгнула бы на месте, когда ты подумал о том, как лапаешь её грудь, — продолжал он болтать сам с собой.
Что же, у Тони был соулмейт, и Тони не знал, кто он. И его проблемы только начинались.
***
Ночью этого же дня Питер лежал в своей постели и думал о том, что он сделал сегодня на уроке полового воспитания. Он фантазировал о мистере Старке. В красках представлял, как отсосал бы ему прямо в мастерской. Чёрт! Это было обжигающе стыдно, но вместе с этим приятно. Причём приятно настолько, что обычно неугомонная совесть Питера быстро замолчала. Ну подумаешь, он немного помечтал о мистере Старке? Кому от этого плохо? Всё это останется лишь в голове самого Питера, ибо ни в каком из миров не может быть так, чтобы Тони Старк оказался соулмейтом Питера Паркера. Правда же? Среди миллиардов людей, живущих на планете Земля, не могло так повезти именно Питеру! Поэтому Питер даже не рассматривал вариант, что могло случиться с его наставником во время того, как он сам решил немного пошалить на скучном уроке.
Перевернувшись на бок, Питер сунул руки под покрывало, почувствовав отголоски сегодняшнего возбуждения. Он провёл пальцами по полутвёрдому члену под тонкой тканью трусов и прикусил нижнюю губу, закрывая глаза, решив, что если уж начал, то надо заканчивать…
***
Расположившись в гостиной своего пентхауса, Тони разговаривал с Роуди о случившемся на совещании. Они выпивали виски, слушали скучный джаз, и Роуди, вместо того, чтобы посочувствовать другу, поплакать вместе с ним о несправедливости этого мира, плакал от смеха. Он ржал над Тони так, как никогда не ржал, в красках представляя себе этот казус на собрании.
— Скажи спасибо, что это случилось не во время какой-нибудь миссии, — сказал Джеймс, еле отсмеявшись. — Представь, если бы ты начал кончать в разгар боя, — и он снова залился смехом, а Тони развалился на софе, приложив прохладный стакан с виски к своему лбу.
— Заткнись! Всё равно ничего не может быть глупее того, когда ты кончал, получая звание подполковника прямо перед вице-президентом. Фотографии до сих пор гуляют в интернете, — ухмыльнулся Тони.
— Конечно, ведь это ты фотографировал и слил их в сеть, — тут же нахмурился Роуди. У них была очень своеобразная дружба с подколами на грани фола. — Ладно, у тебя совсем нет никаких предположений, кто это мог быть?
— Нет. Я даже не понял, была ли это женщина или мужчина. В смысле, мне просто отсосали и всё. Могу лишь сказать, что этот кто-то неопытный, на мой вкус, — задумчиво протянул Старк, почувствовав приятное томление в паху от одних лишь воспоминаний.
— Как ты это понял? Как вообще это возможно определить? — всплеснул руками Роуди.
— Возможно, когда тебе делали минет сотни раз, — самодовольно произнёс Тони, вспоминая, как робко обхватывали его ствол чьи-то нежные губы, как неуверенно они сжимались и сосали головку, не зная, смогут ли принять больше.
— Мне надо отлить, — сказал Роудс и, поднявшись с дивана, пошёл в сторону выхода из гостиной.
Тони проводил его скучающим взглядом и решил подлить в свой бокал виски. Но стоило ему тоже встать на ноги, он почувствовал на своих губах лёгкое и невесомое касание, и отнюдь не губ.
— Что? Снова? — опешил Старк, а в следующее мгновение, ощутил, как его рот заполняет чей-то член. В очередной раз за день глаза Тони распахнулись от шока. Нет, ему не было противно, мужчины нравились ему наравне с женщинами, и отношение к минетам у него было особенное, скорее уж, он удивился прыти своего соулмейта, который от неуверенности всего за несколько часов перешёл в фазу альфа-самца.
Тони плюхнулся обратно на софу, в этот раз даже не пытаясь отогнать от себя чужую фантазию. Он закрыл глаза, инстинктивно широко открыв рот и стараясь не думать, как нелепо он выглядел со стороны. Он надеялся, что Роуди не вернётся прямо сейчас, а не то его мести и позорных фотографий в интернете будет не избежать. Невидимый член плавно скользил по его языку туда и обратно, чьи-то пальцы зарывались в волосы на загривке Тони и ласково сжимали, ненавязчиво двигая его голову навстречу члену.
— М-мф, — вырвалось у Тони, и он стал ласкать себя через ткань новых чистых брюк. Интересно, он возбуждается так быстро из-за волшебства связи соулмейтов? Или потому, что член во рту Тони офигительно хорош, как и его обладатель. Старк пришёл к такому заключению, потому что ему нравилась та ласка и уверенность, с которой его вёл фантомный незнакомец. Ведь Тони не любил, когда над ним доминировали слишком сильно, но и не любил, когда любовник совсем не проявлял инициативы. Что же получается? Его родственная душа — малоопытный мужчина, в котором есть внутренний стержень? Тони не помнил, чтобы встретил кого-то подобного не так давно. Может быть, встреча состоялась год или пару лет назад? Нет. Вряд ли бы тогда его соулмейт проявил к нему интерес только сейчас. Ибо, да, Тони был абсолютно уверен в своей внешней привлекательности и знал, какие чувства и желания он чаще всего пробуждает в людях.
Старку повезло, его невидимый любовник кончил быстро, несколько грубо толкнувшись в горло последние пару раз. Скорострел? Или слишком молод? Тогда понятно, откуда взялась неопытность вперемешку с уверенностью. И когда Тони пришёл в себя, в гостиную вернулся Роуди, сразу догадавшись о произошедшем по шальным глазам Старка.
— Что? Не-ет, я пропустил минуту твоего позора? — разочарованно застонал Джеймс.
Тони лишь довольно улыбнулся в ответ, касаясь кончиками пальцев своих губ и уголков рта. Он надеялся, что его соулмейт на этом не остановится, но…
Но потом был целый месяц затишья. Просто целое ничего. Его родственная душа больше не фантазировала о нём, не посылала даже привет шлепком по заднице или лёгкого поцелуя в щёку. Тони чувствовал себя использованным. Однодневкой, которым воспользовались на единственную ночь и забыли. Как такое возможно? Он Старк или кто? Неужели он уже не тот, что был раньше? Неужели не смог увлечь своего соулмейта больше, чем на один раз? В голове Старка была тонна вопросов, но ни грамма ответов. И он даже предположить не мог, что его соулмейт — это гиперактивный подросток-мутант, который имеет привычку сублимировать свою сексуальную энергию, перенаправляя её на повседневные планы. Соулмейт действительно был очень занят: патрули, друзья, подготовка к экзаменам и прочее, прочее, прочее… Но Старку-то об этом откуда знать?
От невесёлых мыслей о соулмейте его периодически отвлекал Питер. Питер Паркер — его, так скажем, протеже. Парнишка, который как-то совсем уж внезапно оказался в жизни Тони и отхватил себе добрый кусочек его сердца, ибо не было и дня, когда тот не думал бы о нём. Чувства Старка носили смешанный характер, ему льстила вера Питера в него, раздражало его слепое обожание, ему нравился упрямый характер, напоминающий свой собственный, бесило, когда парень то и дело перечил ему. В общем, всё было сложно, и Тони не хотел углубляться в суть их, как выразился Стрэндж, отношений. Он просто думал о Питере, заботился о Питере, переживал о Питере, и был готов за него убить, а так, в принципе, пацан как пацан, которых возле Старка… Целых ноль.
Так что периодические совместные посиделки в мастерской и просмотры научно-фантастических фильмов с Питером сглаживали унылые будни Тони, в которых было слишком много мыслей о внезапно появившемся и исчезнувшем соулмейте. Будто мало Старку тех проблем, что у него были до этого. Например, он до сих пор боролся с комплексом вины. И буквально на днях одна из журналисток во время пресс-конференции Мстителей в прямом эфире надавила на старые раны Старка относительно Заковии. Она была очень прямолинейной, буквально обвиняя во всех смертях одного лишь Тони почему-то, отчего тот растерялся и даже не нашёл, что ответить. Он просто встал из-за стола и ушёл, не слушая, что кричали ему в след.
Он вернулся в свой пентхаус и попросил Пятницу обрубить все каналы с внешним миром ровно на сутки, Тони прекрасно знал, что произошедший инцидент будут активно мусолить все, кто ни попадя. Закрывшись в мастерской, он до самой ночи провозился за созданием очередного Марка, пытаясь не думать, какое именно видео сейчас крутят по всем новостным телеканалам. Ему вдруг захотелось напиться, но его остановили внезапные невидимые объятия и отчаянный поцелуй в губы. Тони от неожиданности попытался оттолкнуть напавшего на него маньяка, но лишь разрезал руками воздух.
— Снова ты? Чего явился? — спросил Старк в пустоту, и тогда объятия стали крепче, а поцелуй нежнее, но это всё, никаких больше сексуальных поползновений или ещё чего-то. Тони не понимал. Выходит, соулмейт пытался его поддержать? Выходит, он знает о том, что Тони может его почувствовать? Или это просто жалость? Вариантов были десятки, но всё сводилось к тому, что его родственная душа знала о произошедшем, и преднамеренно или нет пыталась выразить Тони мысленную поддержку. Это была не просто похоть, это была любовь?
Старк хотел обнять в ответ, но мог обнимать лишь самого себя. Ему бы хотелось, чтобы связь не была односторонней, чтобы он мог уткнуться сейчас в изгиб чужой шеи и просто остаться так хотя бы на пару минут. Соулмейт снова крепко сжимал его в своих руках и покрывал лицо поцелуями. В таком состоянии Тони с трудом дошёл до диванчика в углу мастерской и завалился на него спиной, продолжая кутаться в чужие нежные поцелуи и руки, как в тёплый плед. Этим днём он понял, что для своей родственной души он нечто большее, чем просто эротическая фантазия.
Следующее фантомное свидание Тони с соулмейтом случилось через три недели после обнимашек в мастерской. Тот снова пропал, но в этот раз Старк уже не боялся, что тот исчезнет, скорее уж, он просто по нему скучал и хотел, чтобы тот поскорее объявился. Но, как говорится, бойтесь своих желаний. Старк провёл весь вечер на одной из редких совместных вылазок Мстителей, там были все, кроме Питера, он пока по возрасту не проходил на такого рода вечеринки. Клуб, алкоголь, веселье, громкая музыка, Тони флиртовал со всеми подряд и, как-то незаметно для самого себя попытался подкатить к Стрэнджу. Просто излишнее количество алкоголя сделало это за него, но маг остался ко всем его намёкам равнодушным, поэтому со спокойной совестью Тони вернулся домой очень поздно, и стоило ему дойти до своей спальни, как его схватили чьи-то сильные руки сзади. Первой реакцией Старка было начать отбиваться, но это снова был его фантомный соулмейт.
Тони почувствовал толчок в спину, как если бы его хотели уронить грудью на стол или кровать, а потом в его задницу врезался чей-то крепкий стояк, став медленно притираться к ней, будто бы дразня. Старк задохнулся от озарившей его вспышки первобытного желания. Он давно хотел этого, хотел узнать, как его родственная душа желает его трахнуть, вот только он был немного удивлён грубостью. Нет, его не пытались изнасиловать, скорее уж, пытались пометить, заявить свои права. И когда Тони почувствовал член в своей заднице и всю страсть, с которой этот член начал в него вколачиваться, он понял, что его соулмейт ревновал…
***
Питер, признаться честно, не знал, что на него нашло. Не знал, почему его так сильно задело то, что его в очередной раз не взяли на общую вылазку Мстителей в клуб. Он не понимал, зачем он решил туда прокрасться и зачем следил за мистером Старком, который немного перебрал в ходе вечера и стал флиртовать с доктором Стрэнджем. Ещё никогда Питер не чувствовал себя таким разъярённым, ему думалось, что он не выдержит происходящего, вылезет из своего укрытия, схватит Старка за шкирку и утащит в его пентхаус, но…
Но Питер, конечно же, этого не сделал, таким ревнивым и решительным он был только в своих фантазиях, поэтому, вернувшись домой на эмоциях, он начал фантазировать о мистере Старке, чего не делал уже три недели. Он представлял, как толкнул бы его животом на кровать, как навалился бы сверху, давая почувствовать свой член сквозь ткань штанов. Представил, как дразнил бы, доводя до исступления пьяного и похотливого Старка, как подготовил бы его задницу пальцами с одной лишь слюной, а потом бы трахнул со всей своей юношеской прытью и страстью, шепча на ухо о том, что Тони только его, а сам Питер весь принадлежит ему одному…
Следующим утром Питеру было безумно стыдно за содеянное в фантазиях, потому что на самом деле он никогда и ничего подобного не хотел, вообще-то, ему хотелось, чтобы это Тони ревновал его и заявлял свои права, но внезапная ревность будто превратила Питера в другого человека. Как хорошо, что мистер Старк не его родственная душа, а то намучился бы с таким парнем, как Питер, у которого семь пятниц на неделе, думалось самому Питеру, а после этого он не фантазировал о Тони целых два месяца. Жаль, что он не знал, что тем же утром, когда он стыдил самого себя, Тони проснулся в своей кровати абсолютно удовлетворённым и счастливым.
***
На исходе второго месяца эфирного молчания от соулмейта раздражительность Тони накопилась и перевалила через край. Он начал по мелочам срываться на всех подряд, кроме Питера. В его голосе было столько сарказма, что можно было отравиться, просто находясь рядом со Старком. Наташа даже как-то высказалась:
— Ты бы потрахался уже или хотя бы подрочил!
Питер, в этот момент находившийся на кухне в Башне Старка вместе с ними, тихо хихикнул и испуганно воззрился на Тони, подумав, что вот теперь и ему достанется, но в ответ услышал терпеливое и снисходительное:
— Карапуз, закрой уши, а то неровен час понахватаешься русских «манер».
— Мистер Старк, я не ребёнок, и, чтобы вы знали, от меня вы могли бы услышать слова и похуже, — неожиданно сам для себя сказал Питер, бросил на стул свой костюм и попросил: — Когда пойдёте в мастерскую, оттащите туда мой костюм, я завтра загляну после школы, надо его немного подлатать.
— Что ты опять… — начал было Тони.
— Всем хорошего дня, — перебив его, нараспев пожелал Питер и был таков.
Тони сделал так, как просил Питер, отнёс костюм в мастерскую, решив, что завтра утром сам его подлатает, пока пацан будет в школе. Вот только надо было сразу посмотреть, какого рода повреждения были на костюме Паучка, а не следующим утром. Старк чуть не поседел, когда увидел семь дырок от пуль на одной лишь штанине Питера. Какого чёрта?! Тони хотел уж было позвонить ему и устроить выволочку немедленно, но Пятница услужливо напомнила, что тот сейчас был в школе на уроках.
— К херам эту школу! Когда он уже её окончит? — ругался Тони, расхаживая по мастерской.
— Через сорок девять дней, босс, — спокойно ответила ИскИн.
— Да? — удивлённо вскинул голову Старк. — А сколько Питеру лет?
— Семнадцать. Будет восемнадцать…
— Ого, уже скоро восемнадцать, — Тони перебил Пятницу, потому что помнил дату рождения Питера сам. — Однако быстро растут чужие дети, — заметил он и со вздохом посмотрел на костюм, что больше походил на решето, может, шутки ради сложить в его штанину спагетти? Может, Питер поймёт намёк на то, что через ногу с таким количеством дыр лапшу отбрасывать можно. — Выпороть бы, засранца, — покачал головой Старк, и вдруг вспомнил Питера на последней примерке костюма. Питера, смущенно стоявшего в одних плавках посреди мастерской. Питера, чьё тело было стройным, сильным, с узкой талией, красивой кожей и абсолютно восхитительно упругой округлой задницей.
Тони закрыл глаза, представил, как он заносит ладонь над правой ягодицей Питера и со звонким шлепком опускает её на неё…
***
— А-ай! — закричал Питер, подпрыгнув на стуле за своей партой прямо во время урока истории. Учитель замолчал, а все одноклассники удивлённо обернулись на него.
— Питер, у тебя что-то случилось? — услышал Паркер где-то на периферии слуха, потому что все его чувства были направлены на пылающую огнём ягодицу. Его соулмейт. Его соулмейт только что шлёпнул его по заду, да так сильно, что…
— Ая-я-яй! — снова вскрикнул Питер, но не от боли, а от неожиданности, потому что чья-то невидимая, большая и определенно очень сильная ладонь теперь заставила гореть его левую половинку. Питеру даже показалось, что в голове он слышал громкий и смачный шлепок. — Простите, мне нужно выйти, — протараторил Паркер, покраснев до кончиков ушей и пулей вылетая из класса.
Хорошо, что в школьном коридоре никого не было, иначе бы он всех посшибал с ног, пока бежал до мужского туалета. Это заняло всего несколько секунд, но на его многострадальную задницу успели прилететь ещё два шлепка. Питер закрылся в одной из кабинок, спустил с себя штаны вместе с трусами и обернулся на свой зад. Конечно же, никаких следов на нём не было, а удары продолжали сыпаться один за другим, заставляя Питера стискивать зубы и вздрагивать. Из-за того, как героически Питер сдерживал свои вопли, он весь вспотел. Крупные капли пота катились по его раскрасневшемуся лицу.
— Что за гребаный фетишист? — всхлипнул Питер, получив сразу два шлепка по одной половинке, а потом вдруг сладко и несдержанно застонал, потому что только сейчас заметил, каким твёрдым стал его член. — Ох, чёрт… Вау, — дыша словно загнанная лошадь, Питер обхватил свой стояк ладонью и сжал. Ещё пять ударов, и фантомная ладонь соулмейта ласково погладила ягодицы, успокаивая. Сам Питер успевал яростно дрочить, слыша, как хлюпает собственная смазка в кулаке. — Ещё, ну, пожалуйста, — взмолился Питер, но рука больше не наказывала, только ласкала и тискала упругую задницу. — Д-да, — Питер был на грани того, чтобы кончить, когда вдруг почувствовал, что пальцы соулмейта оттянули в сторону одну из его ягодиц и коснулись сжатого колечка мышц. Питер весь напрягся, но рука просто исчезла, будто испугалась чего-то, а он феерически кончил на стенку туалетной кабинки…
***
Старк уставился на свою руку, как на врага народа. Он не понимал, что это за хрень сейчас на него нашла? Как он только посмел фантазировать о подобном? Как он посмел в своих мыслях прикасаться к Питеру в таком смысле? Боже мой, кажется, Романофф была права, и Тони срочно нужно потрахаться, ну, или подрочить…
***
С того случая в мужском туалете Питер внимательно приглядывался к каждому человеку его возраста и тем, кто был постарше, то есть, к учителям. Он был уверен, что скорее всего его соулмейт это кто-то из школы, причём парень, ибо ладонь, отходившая его по заднице, определённо принадлежала мужчине, ну либо весьма крупной и сильной женщине. Собственно, вариантов у него немного, потому что его жизнь была расписана по пунктам: школа, дом, патрули. Если его соулмейт кто-то из пойманных им преступников, то боже упаси, Питер даже проверять их не намерен. Оставались только соседи и люди из школы.
У Питера была самая обычная проверка на родственную связь. Он выбирал знакомого, который предполагаемо мог оказаться его родственной душой, фантазировал о смачном шлепке по жопе, и если объект никак не реагировал, то Питер вычёркивал его из списка, который помогли составить Нед и Мишель. Последняя, к слову, долго над ним смеялась, ведь буквально предрекла Питеру, каким будет его первое знакомство с соулмейтом. Паркер не стал с ней спорить, мол, да, всего лишь ущипнули, признаваться друзьям, что его выпороли, а он от этого кончил, как-то не хотелось.
В самом конце его списка родственных душ числилось имя Тони Старка, но и то оно было вписано чужим почерком. Мишель, конечно же. Сам Питер даже не планировал того проверять, и не потому, что так сильно был уверен в непричастности Старка к порке, а потому, что боялся, что тот не пройдёт проверку. Одно дело убеждать себя, что шансов нет, и совсем другое, убедиться наглядно.
Питер считал странным, что его соулмейт проявил себя сначала так рьяно, а потом вдруг пропал почти на месяц. В смысле, больше его не пороли, вообще ничего не делали, хотя хотели ведь, да? Если судить по тому, как чужие пальцы коснулись его ануса тогда. Возможно, соулмейт поздно испугался, что перешёл рамки дозволенного, о которых рассказывала миссис Палмер на уроке полового воспитания? Если так, ну и ладно. Питер вовсе не хотел повторения. Если только совсем чуть-чуть, и не тогда, когда он сидит на уроке истории.
За своими поисками и прочими делами Паркер даже не заметил, что давно не навещал мистера Старка в мастерской, тот вообще в последний раз сам выслал ему отремонтированный костюм и даже ругаться за дырки от пуль не стал. Странно, подумалось бы Питеру, но было некогда. И вот, когда он уже почти наплевал на соулмейта, тот решил напомнить ему о себе субботним утром…
Питер лежал в постели, ощутив, как сзади к нему прижалось сильное тело, а невидимая рука обняла за талию. Мягкие губы коснулись шеи, проскользив к мочке уха и осторожно прихватив её. Задержав дыхание, Питер напряженно вытянулся, будто вот-вот порвётся и лопнет, как натянутая до предела струна. От фантазии соулмейта было не убежать, поэтому он здраво рассудил, что ему лучше оставаться в кровати и постараться не шуметь. Сердце забилось чаще, ресницы задрожали, каждая клеточка тела Питера предвкушала, что сейчас что-то будет.
Питер ждал минета, дрочки, траха, чего угодно, но не того, что его будут ласкать так, словно он самая дорогая ценность в мире. Он закусил уголок подушки в зубах, чтобы не застонать от того, как чувственно ласкали его фантомные руки и губы, как томительно сладко об его задницу тёрся чей-то большой и твёрдый член.
— Нет, пожалуйста, это слишком… Что же ты делаешь… — тихо скулил Питер, извиваясь на постели, потому что одновременно хотел большего и хотел прекратить. Но секунду спустя он почувствовал в своей заднице палец, потом второй и третий, в этой фантазии не было боли или неприятных ощущений, его соулмейт был максимально осторожен с ним. Он, чёрт возьми, кажется, любил его…
Медленно лаская свой член, Питер продолжал стонать в подушку, когда его глаза широко распахнулись, стоило ему почувствовать, как толстый член аккуратно протискивается в него, заполняет, распирает и доводит до экстаза. Питер забыл обо всём, включая то, что поначалу он вроде как не хотел этого, ведь его соулмейт не мистер Старк, но когда он слился с родственной душой воедино в эротической фантазии, он явственно почувствовал, что всё идёт так, как надо. Всё на своих местах. Всё правильно. Питер знал, что не пожалеет об этом утреннем, нежном и ленивом сексе на боку никогда.
Вот только Питер не знал, что этим же утром подвыпивший мистер Старк, который находился в полнейшем раздрае из-за того, что осознал свои истинные чувства к молодому протеже, наконец-то отпустил себя и представил, как бы он медленно и со всей любовью овладел Питером в своей постели. И повторял бы это каждое утро, если бы у него только была возможность быть вместе с ним…
***
Питер, решивший, что должен успеть «нагуляться» до того, как всё же найдёт своего соулмейта, стал чаще фантазировать о мистере Старке в неподходящее для того время. Получив свой первый опыт с родственной душой, Питер постоянно воображал, как бы он насаживался на член мистера Старка. В разных позах. Много раз подряд. Очень-очень много раз. В своих фантазиях он то занимался с ним любовью, то самым разнузданным сексом. Тони, не ожидавший такой прыти от соулмейта, который поначалу имел привычку часто и надолго пропадать, всё никак не мог привыкнуть к обрушившимся на него эротическим мечтам, из-за чего практически постоянно попадал впросак. Знаете ли, сложно проводить спасательную операцию в Европе, когда в разгар освобождения заложников, восхитительно узкая задница скачет на твоём члене. Тони с остальными Мстителями общался нечленораздельными звуками по беспроводной связи, потому что в его рту частенько ощущался язык его соулмейта. Все смеялись над Тони до слёз, Клинт даже несколько раз стрелял мимо, а тот лишь радовался, что на миссиях, где с ним случались подобные казусы, к счастью, не было Питера.
Тони тоже теперь не стеснялся фантазировать о Питере, окончательно смирившись со своей непозволительной влюблённостью, поэтому, несмотря на то, что ему очень нравилось повысившееся либидо его соулмейта, он всё равно предавался жарким фантазиям о Паркере. Чаще всего это случалось под утро, когда Тони заканчивал свою работу в мастерской. А вот бедному Питеру оставалось поспать всего пару часов до начала учебного дня, но вместо этого он извивался на постели, кайфуя от того, как его уверенно и быстро натягивают на член.
Они оба в некотором роде жили отношениями на два фронта. С одной стороны, их соулмейты, с другой стороны, они сами. И обоим было невдомёк, что они и есть родственные души друг друга. Возможно, это безумие продолжалось бы и дальше, если бы Тони и Питер не устроили себе день в мастерской…
— Привет, мистер Старк, — сказал Питер, а после его рот растянулся в широком зевке. — Ох, простите, — смутился он и кинул рюкзак на диван в углу. Тони отложил в сторону паяльник и внимательнее присмотрелся к парню, тот определенно был невыспавшимся. Вернее, он выглядел так, будто не спал совсем.
— Привет, Пит, — отозвался Старк, а у Питера всё внутри приятно сжалось, потому что мистер Старк в последнее время зовёт его исключительно по имени, без всяких дурацких «карапуз» и «ребёнок». В нём что-то изменилось, он стал относиться к нему иначе — как ко взрослому. — Почему ты выглядишь так, будто не спал примерно… Вечность? — вроде как пошутил Тони, но лицо его оставалось серьёзным.
— Выпускные экзамены, друзья, Мэй, патрули и вы. На всё нужно время, и мне, оказывается, мало двадцати четырёх часов, — посетовал Питер и снова зевнул, извинившись.
— Не можешь отказаться от патрулей на время экзаменов? Не думаю, что я, Мэй или твои друзья отнимают у тебя слишком много времени. Может быть, встретил… Кого-то? — Тони попытался хитро улыбнуться, но получилось как-то натянуто. Неправдоподобно.
— Знаете же, что не могу. Если перестану патрулировать, то и вовсе начну страдать бессонницей, — пожал плечами Паркер, приблизившись к рабочему столу, развернув свой последний проект и нагнувшись к чертежам поближе. — И никого я не встретил…
Сегодня на нём были джинсы уже, чем обычно, а может быть, Тони это только показалось? Но он засмотрелся на сгорбившуюся фигуру Питера: на его крепкие руки, упирающиеся в стол, на светлую кожу поясницы и две ямочки на ней, которые выглянули из-под задравшейся футболки, и на подтянутую попку, конечно же, о которой он слишком часто фантазировал в последнее время. Тони представил, как бы он встал позади Питера, навис над ним, прижался грудью к спине, взял его руки в свои и, прихватив губами мочку уха, прошептал:
— Сегодня никакой работы, малыш, тебе нужно поспать.
— Нет, я в полном порядке, мистер Старк, — не оборачиваясь, возразил Питер, потому что фразу из фантазии Тони случайно озвучил вслух.
— Никаких возражений. Живо в кровать! — скомандовал Старк и мысленно шлёпнул Питера по заднице, а тот…
А тот вдруг дёрнулся, резко встал прямо, чуть подпрыгнул и схватился за ягодицу. Они оба застыли на месте, причём расстояние между ними было не меньше трёх метров. Секунда. Две. Три. Пульс учащается. Кровь шумит в ушах. Дышать становится тяжело. В их головах одновременно все части головоломки выстраиваются в нужном порядке.
— Почему я не почувствовал, как вы подошли, мистер Старк? — негромко спросил Питер, так и не обернувшись.
— Потому что я не делал и шага в твою сторону, — шумно сглотнув, ответил Тони.
— О боже, — выдохнул Паркер, крутанувшись на пятках и сталкиваясь со своим соулмейтом взглядами. — Это… Это были вы! Вы… вы отшлепали меня прямо на уроке истории, — вдруг сказал он то, чего сам не ожидал. Просто эмоций и чувств было слишком много, чтобы начать говорить и действовать адекватно. Его соулмейт — Тони Старк! Боже мой! Питер просто выиграл в лотерею! Ему хотелось прыгать и визжать, и наплевать ему, как это глупо, ведь его родственная душа — лучший человек во вселенной и любовь всей его жизни.
— Ты тоже хорош, полез ко мне в штаны прямо на совещании при инвесторах! Мне пришлось чистить брюки в туалете! — всплеснул руками Старк и сделал первый шаг. Он не верил, что заслужил это чудо. Не верил, что судьба дарила ему Питера Паркера. Его идеальную половинку.
— Мне тоже! — парировал Питер, и тоже сделал шаг.
— Все Мстители насмехаются надо мной на миссиях, потому что выражение «говоришь так, будто у тебя член во рту» вдруг стало применимо ко мне в буквальном смысле, — не сдавался Тони. Ещё три шага.
— Мне приходится врать тёте, что у меня ночные кошмары, а на самом деле я не могу спать, потому что кое-кто начинает долбиться ко мне в зад в пять утра, — не краснея, ответил Питер и сделал тоже три шага. Между ними осталось всего два.
— Говорят, что реальный секс с соулмейтами намного ярче фантазий, — задохнувшись, выпалил Тони.
— Вот сейчас и проверим, — счастливо заулыбался Питер и запрыгнул к Старку на руки, обвивая его всеми конечностями. Тони подхватил его, крепко сжимая в руках, но при этом как самую дорогую ценность.
— Люблю тебя, Пит…
— А я вас в три тысячи раз больше, мистер Старк, — уже шёпотом признался Питер, первым целуя его. И уже только по одному поцелую они могли с уверенностью сказать, что реальность была намного слаще всех эротических фантазий вместе взятых.