Глава 5
КАРОЛИНА
Я тихо вошла в дом. По классике меня встретил в прихожей Александр, прислонившись к стене.
-Тебя Виктор просил позвать, когда придёшь, - сообщил он мне, осмотрев снизу вверх.
Вашу мать. Ничего хорошего это не сулит. Каждый день я провожу словно в аду. Чем же, интересно, я так провинилась? Я буквально ощущаю, как возле меня на своих противных копытах скачут черти с черными трезубцами.
-Хорошо, - раскрасневшаяся, я поспешила в свою комнату, чтобы поставить телефон заряжаться.
Потом помчалась на всех парах к Виктору. Наверное он надерет мне зад. Или ещё чего похуже. Предусмотрительно постучавшись, я вошла в кабинет отца.
-Явилась, - с раздражением фыркнул он.
Мысленно я закатила глаза. Прочитай уже мне свои нотации, и я просто пойду приводить мысли в порядок. В лучшем случае усну. Оставив ручку и бумаги, он наконец поднял на меня глаза.
-Та флешка, - начал Виктор и замолчал. По всей видимости он издевается.
-Та флешка?.. - попыталась натолкнуть на объяснения папу.
-Это не то. Совсем не то. Там содержится информация, которая вообще не причастна к делу, - он положил руки под голову. Его темно-синий галстук дернулся.
Как не то? Нет. Нет, нет, нет, нет...
-В общем. Если ты не сделаешь то, о чем я тебя просил за три недели, - он угрожающе положил руки на стол. - я вынужден буду принять меры. Сомневаюсь, что тебе они понравятся. Только, конечно, тебе стоит залечь на дно. Думаю, Карницкий тебя запомнил.
Три недели до моего совершеннолетия. Я даже представить себе не могу, что он захочет провернуть, как только мне исполнится восемнадцать.
-Ладно, - ответила я.
-«Ладно»? Я тебе что, одолжение делаю, мать твою?! - вспылил Виктор, ударив кулаком по столу. Я стояла ровно, ни на секунду не шелохнувшись. Он явно не в себе. Именно поэтому я всегда отвечаю фразой, которая уже отскакивала от зубов.
-Поняла. Я тебя поняла, - опустив глаза в пол, произнесла я. Единственный человек, который вызывает у меня животный страх и чувство повиновения - Виктор.
-Иди, - сказал отец, вновь уткнувшись в свои бумаги.
Я послушно вышла из кабинета, пропахшего табаком и алкоголем. Чёрт с ним.
Поднявшись в комнату, я как всегда включила классическую музыку, которая окружила золотыми волнами мою комнату, а теперь проникала и меня. Я блаженно закрыла глаза. Мне уже приходилось контактировать с Марком. Сомневаюсь, что во второй раз он подумает, что это чистая случайность. Поэтому Виктор и сказал, чтобы я залегла на дно. Но что мне делать?
Чего уж таить. Шатен меня притягивал. Не только своей внешностью... В нем было что-то особенное. Что-то, что заставляло отвлекаться от непроглядной тьмы, окружившей моё сердце. Может быть я что-то придумываю, однако всё это кажется мне настоящим.
•••
–Привет, мам, - в ответ мучительная тишина, которая так и пронзала сердце миллионами острых осколков, которые позже въедались в кору головного мозга, доставая лучшие и самые болезненные воспоминания.
Я трепетно положила четыре живые ее любимые ромашки к остальным ярким цветам у малахитового памятника с красивой фотографией моей мамы, где она с цветочным венком на голове лучезарно улыбается. Ее большие синие глаза смотрят в безоблачное небо, а волосы переливаются на солнце. Мама сама была солнечной. Ее лучи счастья озаряли всех. Ее света хватало на всех. На всех, кроме себя.
Кома. Это очень страшное слово. Это те моменты, когда человек находится на грани жизни и смерти. Он вроде и умер, а вроде и лежит перед тобой, вовсе не мёртвый, с аппаратом жизнеобеспечения. Каково этому человеку? Он в небытие? Или он рядом с нами? Пытается достучаться до нас, крикнуть: «я тут, я жив!», но его никто не слышит? Наука не всесильна.
Жизнь моего самого дорогого человека украл тот человек, которого я буду ненавидеть всю свою жизнь. А я смогу его найти. И отомстить. Даже если я буду гореть в аду.
Начинаю рассказывать своей родительнице, что произошло за все время моего отсутствия и не успеваю заметить, как уже рыдаю, стоя на чёрной земле между высокими соснами. Слезы одна за другой неконтролируемо скатываются по моему лицу, капая на одежду. Смерть забирает рано самых лучших. Самых добрых. Тех, кто достоин больше, чем жизнь, которая дарована каждому.
Время не лечит. Оно лишь притупляет чувства, но никак не способно унести с собой всю боль и полноценно исцелить.
–Мам, я так по тебе скучаю, - захлебываясь в слезах, продолжаю. - мне так тебя не хватает, родная. Я так тебя люблю, мамочка, и всегда буду любить. Это больно. Очень больно. Прости меня за все. Прости за то, что не всегда поступаю правильно. Я не самая лучшая дочь. Я так скучаю...