Глава 24
~ Эвея ~
На улице уже стемнело. Автобус фыркает серым дымом, стоя у обочины. Возле дверей толпятся пассажиры, торопливо загружая багаж, пока водитель нетерпеливо поглядывает в зеркало. Миранда поправляет ремешок сумки на плече и аккуратно складывает чемодан в специальный отдел.
— Ты вся сияешь! – восхищенно говорит Ариан, не сводя с сестры взгляда. – Обожаю видеть тебя такой.
— Я невероятно рада. Долго ждала этой возможности, и вот, этот момент настал. – От нее исходит свет. – Я счастлива, что выбрала именно эту профессию. Несмотря на трудности и сомнения, я всегда прислушивалась к сердцу.
Сколько же света в ней! На первый взгляд и не подумаешь: вся в черном, строгая, собранная. Но внутри кроется чистая душа. Ангел под прикрытием. Внешность может обмануть, но в каждом человеке скрыта целая вселенная.
Мы обнимаем ее крепко, будто не хотим отпускать. А может так и есть.
— Я уезжаю всего на несколько дней, не на месяц. – успокаивает она нас. – Ребята, берегите себя. Ариан, я доверяю тебе. Надеюсь, и
квартира и вы будете целыми к моему возвращению. После вчерашнего я немного беспокоюсь.
— Миранда! Обязательно нужно было напомнить?! – возмущается Ариан.
Она лишь заливается смехом в ответ.
— В любом случае, будьте осторожными!
Еще одно теплое объятие, и Миранда поднимается по ступенькам автобуса. Дверь с шипением закрывается, и транспорт трогается с места.
Оставшись вдвоём, мы шагаем в противоположную сторону. Пусть улица залита светом фонарей, и рядом идёт Ариан, перед глазами неизменно крутится сегодняшний кошмар.
Я была в темной комнате, в которой уютом и не пахло. Лучи только что встающего солнца пробивались сквозь решетку окна. Воздух загустеет от тревоги. Кровать не заправлена, на полу валялась одежда. Дверь распахнулась, и внутри вбежал парень. Его взгляд метался, будто что-то потерял. Золотые волосы прилипали ко лбу, лицо блестело от пота.
Он поднял глаза — пронзительно голубые, но смотрел сквозь меня, будто я привидение. Его внимание привлекло солнце. Парень упал на колени, и слезы заступились по щекам, хотя он отчаянно пытался их сдержать.
— Где ты?! Почему ты это сделала? – шепотом сорвалось с его губ. – Слишком поздно…
Боль пронзила мое сердце. Разум его не знал, но душа — да. Он сжимал в кулаке маленький лист бумаги. А я исчезла.
Резко моргнув, я возвращаюсь в реальность. С того самого дня, когда очнулась в парке, каждую ночь мучали одинаковые кошмары. Но сегодня… сегодня было что-то иное. Кто он? И почему так больно?
Двери распахиваются и мы заходим в транспорт. Краем глаза замечаю, что Ариан украдкой следит за мной. Наверное навязчивые мысли отражаются на моем лице. В принципе, день улетел с сумасшедшей скоростью.
Иногда время несется так стремительно, что по коже бегут мурашки. Тогда начинаешь задуматься о самом главном: жизнь коротка. Ее невозможно удержать и, лучшее, что я могу сделать это прожить по полной. Она меняется, и это нормально. У каждой игры свои правила, а у игроков свои цели, разные, но схожие одновременно. Несмотря на это, главное, что бы она была — любая, лишь бы горела внутри. У меня есть цель, я знаю. Но где же она потерялась?
Свет из «Уголок сердец» окончательно вырывает меня из мыслей. На двери висит табличка «Закрыто», но внутри сияют тёплые огни.
— Повезло! – Ариан толкает дверь, и она подаётся.
Сладкий аромат ванили и карамели накрывает меня с первых шагов. Столы пусты, а на нашем расположили несколько ярких коробочек. Через пару секунд Андри появляется в зале.
— Наконец-то! Заходите, мы на кухне.
Идём следом. Кухня оказалась куда просторнее, чем я ожидала. Все здесь дышит уютом. Родители Андри заняты делом: его мама достанет крекеры из духовки, а отец, мужчина на три головы выше меня, покрывает глазурью большой торт.
— Где Лириэль? – интересуется Ариан. – Обычно она всегда рядом, готова засыпать вопросами.
Все смеются. Андри продолжает:
— Она у бабушки. Устает, когда мы задерживаемся, а заказов в последние дни много.
— Мне писать Нико или полное имя? – спрашивает мужчина.
— На маленьком торте напиши Нико, а на большом — полное имя.
Я замираю. Так Нико это не его полное имя? Неожиданно. Мы в одной группе, даже друзья, и всё равно я почти ничего о них не знаю. Даже такие простые вещи. Думаю, это нужно исправить.
Торт откладывают в холодильнике. Тем времени нас угощают теплым чаем. Кондитерская наполнена уютом, кажется тут даже стены впитали любовь.
Семья Андри вкладывается в свою работу. И всё, что сделано душой — покоряет души. Только сейчас до меня доходит, как они стали самой популярной кондитерской в городе. Но как всё началось?
— У вас так уютно, – говорю. – И невероятно вкусно.
— Спасибо, Тэя, – лица хозяев светится. Я уверена, что слышали они это много раз, но всё равно приятно. Любопытство не даёт покоя:
— Как вы начали?
Женщина берет чашку чая и садится рядом с нами.
— Может, ты хочешь рассказать эту историю? – она смотрит на мужа, который с удовольствием доедает печенье.
— Ты рассказываешь в тысячу раз интереснее, я даже не смею, – улыбается он.
Собравшись с мыслями, она начинает:
— Когда я была такой, как вы, и пришло время выбирать свой жизненный путь, я мечтала о собственной кондитерской. Всегда любила готовить. Но, как вы уже понимаете, всё оказалось не так просто. Вся моя семья была учителями, и меня заставляли продолжить традицию. Когда я сказала, что хочу стать кондитером, меня просто не восприняли всерьез. Приближалось время поступления, а меня даже не слушали.
Она на секунду опускает глаза, возвращаясь в те годы.
— Не имея поддержки, я почти смирилась, что придется отказаться от мечты. Чтобы облегчить боль, начала готовить и продавать на ярмарках. И вот там я встретила этого замечательного человека, – женщина тепло смотрит на мужа. – Он уже заканчивал первый курс. Мы проводили много времени вместе и он оказался единственным, кто меня поддержал. К концу лета мы были парой, и я решила не отказаться от мечты.
Мы слушаем, затаив дыхание.
— Я несколько раз убегала из дома. Протестовала тысячи раз, пока родители не поняли: выбора у них нет.
Она посмотрела на мужа намекая, чтобы он продолжил.
— Когда ты рассказываешь, звучит интереснее, но... ладно. Через несколько лет мы поженились. И главным планом было открыть кондитерскую. Кстати, в этом году исполняется шестнадцать лет со дня её открытия.
— Ух ты! – восклицает Ариан.
— Я тогда еще торговал на ярмарках. Всё изменилось, когда мы узнали о беременности. Пока Маргарет была в декрете, мы обдумывали бизнес-план. Начали с маленьких шагов. Андри исполнился год, а мы открыли кондитерскую. Сейчас думаем об открытии еще одной.
— Обещаю, что так и будет, – заявляет Андри. – Вы знаете, я хочу продолжить семейное дело. Я вырос в этой кондитерской.
Глаза родителей загораются.
— Если ты действительно этого хочешь, – говорит отец, – мы ничего против не имеем. Важно шагать по зову сердца. Каким бы ни было твоё решение, мы всегда будем рядом.
— Ребята, не хочу прерывать, но… время! – Эрик тревожно заглядывает на часы.
— Упс! Упакую торт, и выходим.
— Хорошего вечера! – Ариан тепло желает хозяевам.
— И вам, дорогие мои. Поздравьте Николаса от нас.
Николас? А что насчет остальных?
Подходим к машине, Андри садится спереди, а я с Арианом — на заднее сидение. Ребята болтают на разные темы.
— Кстати, Нико сказал, что после конкурса у нас появилось много новых подписчиков. Дуэт Ариана и Тэи активно обсуждают в комментариях. Ты завоевала этот мир, Тэя! – с улыбкой обращается Эрик.
В голове вертится только одно: Завоевала? Покорила их своим голосом? Я бы никогда не поверила, если бы не услышала это от них. Шок и радость перемешиваются во мне. Остальные поддерживают слова Эрика, сыплет меня комплименты, и я не могу не улыбаться. В этот момент понимаю, что пора, узнать о них больше. Теперь мы команда.
— Ребята, мы не очень хорошо друг друга знаем. Но раз мы уже тут, то лучше это исправить.
— Если хочешь, конечно, – кивает Андри. – Хочешь более официального или как?
— Не важно, – отвечаю.
Мы смеемся.
— Ладно, начну: Андри Миррен, семнадцать лет, учусь в одной школе с Ником и Эриком. Мы с кондитерской созданы друг для друга.
При этих словах мы смеемся. Хотя знакомы не так давно, но это я уже заметила.
— Играю на гитаре и басу пять лет, после гитары моё любимое занятие — спать, – продолжает он.
— Как обычно, Андри! – смеется Эрик. – Так, я Эрик Рейган, восемнадцать лет. Мой отец к музыке не имеет никакого отношения к музыке, а вот мама — имела. Я вырос под ее игру на пианино. Отсюда и родилась любовь к клавишам. И да, я создатель этой группы, у которой надеюсь есть будущее.
— Мы уже завоевали несколько тысяч, – замечаю я. – Будет еще больше. А главное это оставаться едиными.
— Хорошо сказано, – улыбается Ариан. – Моя очередь?
Мы киваем.
— Ариан Блэр, семнадцать лет, гитарист. Знаю несколько языков и хочу пойти в международные отношения. Играю на гитаре семь лет.
— Семь лет?! – удивляюсь.
— Ностальгия.
— А что насчет Нико? Что вы знаете о нём?
— То, что он без ума от Липтона, – хохочет Андри.
— Кстати, ты купил?
— Конечно! Как же ехать без его любимого напитка?
— Отлично. Нико любит движ и людей вокруг. Добрый парень, которого часто пытались использовать из-за денег. Его хобби — музыка и фотография. Галерея телефона хранит тысячи моментов, – рассказывает Ариан.
— Успели! – Эрик осторожно паркуется. – 23:51.
Наверное, это и было наше первое настоящее знакомство. Остальное впереди. А теперь парни достают подарки, торт и прочее. Доходим до двери и звоним. Через минуту появляется Нико, в пижаме, но удивлённо улыбающийся.
— Ребята!
— Брат, тебе восемнадцать! Как мы могли пропустить?! – смеётся Андри.
— Тогда заходите, – он расплывается в улыбке. – Ооо, Липтон! Спасибо. Последняя бутылка только закончилась.
— Пора! – напоминает Эрик.
— С днём рождения, Нико! – кричим мы в унисон.
Его глаза светятся, а объятие только усиливает искру.
Ариан вручает фотоаппарат:
— Ты любишь ловить каждое мгновение. Пусть теперь у тебя будет возможность делать это чаще.
— А воспоминания можешь хранить здесь, – говорю я, протягивая альбомом.
Остальные продолжают церемонию вручения подарков. Но теплее всего от общего объятия.
— Пусть на первой странице фотоальбома будем мы. Всё начинается с друзей, самых лучших на свете!
Первая фотография — наша. Маленький кадр, который сохранит этот миг. И сотни будущих тоже.