Музыкальные вкусы

Будильник как всегда прозвенел в 6:20 утра.

– Доброе утро, – сказала я Роджеру, который сквозь решетку клетки смотрел на меня.  Меня всегда удивлял рацион сна у животных, они вообще высыпаются?

Я привстала с кровати и оглянулась. Вокруг валялись конфеты. Со вчерашнего дня я их так и не убрала. Нащупала ногами мягкие тапочки и направилась в ванную.

Папа спал на диване в гостиной. Я подошла к нему и тихонько подергала за плечо, тем самым разбудив.

– Кто это? – зевнул он, закрыв рот кулаком.

– Вставай, – мягко сказала я. – На работу через сорок минут.

– Уже? – посмотрел он на наручные часы.

– Ага, – кивнула я. – Ты первый в ванну?

– Нет, иди, – отмахнулся он. – Я после тебя.

– Хорошо, – прошептала я и открыла дверь в ванную комнату.

Первым делом я завязала высокий хвост, а пряди, которые были слишком коротки и не доставали до резинки, убрала за уши.

Повернула ручку крана и умылась холодной водой. Взяв пасту и зубную щётку, которую когда-то сделала сама, лет в четырнадцать или пятнадцать, начала чистить зубы, рассматривая себя в зеркале.

– Ты там долго? – начал стучать в дверь отец.

– Сейчас, – сказала я с набитым зубной пастой ртом и выплюнула все в раковину. Вытерла своё лицо полотенцем и открыла дверь.

– Заходи, – выползла из комнаты я. – Ты сегодня до скольких работаешь?

– Где-то до семи вечера, – ответил он. – Приготовь лазанью. Деньги на продукты лежат под книгой на столе.

– Хорошо, пап, – кивнула я и пошла в свою комнату.

Зайдя в комнату и распустив хвост, достала из шкафа темно-бежевую юбку с пуговицами спереди и надела ее. Потом был долгий выбор между топиком и свободной майкой.

– Роджер, – присела рядом с ним я, держа в обеих руках одежду. – Какая тебе больше нравится?

Роджер странно посмотрел на меня, потом на мои руки. Понюхав топик, который я держала в правой руке, он снова поднял свой взгляд на меня.

– Точно? – спросила я у кролика. Он чихнул и вильнул рыжим хвостиком. – Отлично.

Иногда мне кажется, что я медленно, но уверено схожу с ума. Разговоры с домашним питомцем считаются нормальным явлением, но учитывая тот факт, что больше мне поговорить не с кем – не считая отца и некоторых знакомых, которым до меня нет дела. – я точно когда-нибудь буду сидеть в белой рубашке.

Ну а пока у меня вместо рубашки белый свободный топик, который с моей юбкой смотрелся очень хорошо. Роджер знал толк в стиле. Всегда уважала его выбор.

Я вышла из комнаты и направилась на кухню, чтобы заварить себе малиновый чай.

Достала свою любимую чашку, которую Карл принёс когда-то из кафе, на мой день рождения.

Заварив себе некрепкий чай, пошла в гостиную и начала искать пульт от телевизора.

Вмиг, когда я присела на подушку, под которой, как я поняла, был пульт, на всю квартиру женщина начала рассказывать прогноз погоды. Я резко взяла пульт и начала тыкать на кнопку уменьшения громкости.

Папа никак не отреагировал на громкий звук. Я же положила под себя ноги и начала пить чай, пытаясь не обжечься.

Про мой город ничего не сказали и я переключила канал. Какая-то утренняя гимнастика, которую, как мне кажется, никто не смотрит. Следующий канал был похожего типа.

– Мел, – папа вышел из ванны. – Ты не обидишься, если я приду чуть позже?

– А что случилось? – спросила я, посмотрев в его карие глаза.

– Нет, ничего особенного. Встречусь с давним знакомым, посидим где-нибудь и отвезу его, так что приеду часов в девять, хорошо?

– Хорошо, ничего страшного, – пыталась улыбнуться я. – Чай хочешь?

– Нет, спасибо, – так же нелепо улыбнулся он.

Молчание продлилось минуты три, пока не началась реклама каких-то средств для потенции.

– Боже, – прошептала я и тут же переключила канал.

– Так, мне пора, – сказал папа и взял свой плащ. Я поставила чашку на стол и пошла проводить отца. – Будь умницей.

Он поцеловал меня в лоб и на секунду замер. Потом открыл дверь и помахал мне. Я сделала то же самое и захлопнула дверь.

Около двери стояли лаковые ботинки на шнуровке и с тонкой подошвой, которые я очень давно не носила. Я надела их на ноги и подошла к зеркалу. Осмотрела себя со всех сторон и, вроде бы, мне понравилось.

– Отлично, – прошептала я. – Можно идти.

Я взяла из своей комнаты кожаный рюкзак, быстро закинула туда нужные тетради с книгами и сказала Роджеру то же, что недавно сказал мне отец.

Вышла в подъезд и закрыла дверь на ключ, который положила потом в дальний кармашек рюкзака. Оттуда же достала и наушники.

Стоя минут пять на одном месте, я распутала их и подошла к дверям лифта, вызвав его. Несколько секунд ожидания и я уже зашла в него. Нажав на кнопку первого этажа, воткнула наушники в уши.

Billie Eilish – Sia feet under

Двери лифта закрылись и я посмотрела на себя в зеркало. Волосы сегодня я не расчесала, ведь папа даже зубы спокойно почистить не дал.

Кое-как расчесав волосы пальцами, уложила их на одну сторону. Но, так как их длина не позволяла им нормально держаться, несколько прядей соскользнули.

На девятом этаже лифт остановился и, когда двери открылись, я увидела двух девушек, которые были очень похожи, прям как близняшки. На вид они были немного младше меня. Обе девушки были одеты в красные сарафаны. Они отличались только кончиками волос. У одной на чисто чёрных волосах они были белые, а у другой голубые.

Они скорчили рожицы и сказали, что я могу ехать дальше. Не успела я нажать на нужную кнопку, как двери лифта закрылись и он снова поехал вниз.

В этот раз он остановился на шестом этаже. Там уже я встретила парня и, кажется, его младшего брата. Старший был в одном наушнике, а младший держал в руках машинку.

Они оба зашли в лифт и встали недалеко от меня. Двери лифта закрылись и я почувствовала, как мы едем вниз.

– А ты правда меломанка? – спросил маленький мальчик, выпирая два своих единственных зуба. Я вытащила один наушник и посмотрела на него. Старший брат что-то строго сказал ему и дал подзатыльник.

– Да, – решила не обращать внимание на действие старшего.

– Крууто, – протянул он. – Я Астон. Это Норман.

– Эмили, приятно познакомится, – улыбнулась я. Старший брат что-то сказал мелкому на ухо, но тот отмахнулся от него.

– А у тебя есть друзья? – спросил кудрявый рыжий мальчишка.

– Нет, к сожалению, – понарошку расстроилась я.

– Хочешь я буду твоим другом? Я покажу те.... – улыбнулся он. Лифт остановился на первом этаже и дверь открылась. Старший брат толкнул кудрявого мальчика вперёд, не дав ему договорить и тем самым ответить мне.

– Выходи уже, – огрызнулся он. Тот послушался и вышел. Я вслед за ними.

Мы вместе вышли из подъезда, Норман даже не придержал очень тяжёлую дверь передо мной, и я врезалась в неё.

Они начали прибавлять шаг и вот два парня уже скрылись за поворотом. Я вздохнула и подошла к остановке.

Вот снова я упустила шанс познакомиться с кем-то. Я чувствовала себя настолько одинокой, что готова уже была подружиться с маленьким ребенком.

Подойдя к остановке, увидела вдалеке нужный мне автобус. Людей там не было, что было странно, ведь обычно по утрам там сидят то люди, которые спешат на работу, то мои одноклассники или же люди из моей школы.

Поняв, что я встала не на ту сторону дороги, ударила себя по голове. Между прочим, очень сильно. Подбежала к пешеходному переходу и, не посмотрев по сторонам, зная, что машины по утрам тут не ездят, побежала к остановке на другой стороне.

В моих наушниках заиграла песня, которую я когда-то добавила и всегда пропускала. У меня не было времени ее удалить. Или же я забывала это сделать. Решив послушать, и тем самым определиться, удалять мне ее или нет, встала рядом с пожилым мужчиной, который читал электронную книгу.

two door cinema club – what you know

Я закрыла глаза и начала вслушиваться в слова песни.
Я залипла в одну точку, после услышанных строчек: «И я могу сказать тебе, что ты хочешь. Ты не хочешь быть одинокой.» Поняла, что песня описывает меня, от греха подальше переключила. Задумываться об этом особо не хотелось, ведь портить себе настроение – дело гиблое.

Заиграла очень спокойная музыка, под которую можно было заснуть, особенно стоя с закрытыми глазами. Это бы случилось, если бы не резкий запах бензина от приехавшего автобуса, в котором было много знакомых лиц.

Зайдя в транспортное средство, не обнаружила ни одного свободного места. Встав рядом с дверьми, достала телефон, который был заряжен наполовину.

В конец автобуса сели те самые близняшки, которых я встретила в лифте. Они обговаривали что-то между собой, изредка смотря на меня.

На остановке около кафе, где работал Карл, вышло несколько людей. Среди них была и Сара, которая работала там официанткой. Место, рядом с которым я стояла, освободилось. Как только я собиралась сесть, два парня подбежали и сели друг на против друга, обогнав меня. Водитель автобуса резко надавил на газ и несколько пассажиров чуть ли не упали, я же успела схватиться рукой за поручень, который был недалеко от меня.

Когда автобус остановился около какого-то офисного здания,  из него вышел мужчина, который сидел рядом с одним из парней, которые пришли сюда вдвоём. Один из них подсел к другому, когда место рядом освободилось.

Не упуская свой шанс, села на освободившееся место, поставив рюкзак себе на колени. Рядом со мной сидела молодая женщина, которая что-то печатала в телефоне.

Сообщения были адресованы «Любимому❤️». Это, конечно, неприлично - смотреть в переписку людей, но кто запрещал?

– «Когда вернёшься, увидишь сюрприз. У меня вста...» – пришло сообщение русоволосой девушке. Дочитать я не успела, ведь телефон она выключила. Думаю, все поняли что там написано.

Она встала и, чуть ли не падая на высоких каблуках, пошла к выходу, так как автобус уже останавливался. Какой-то мужчина немедля занял ее место, прямо перед лицом старой бабушки, которой негде было сесть. Я встала со своего места и уступила его ей.

– Садитесь, – улыбнулась я, сняв один наушник. Она посмотрела на меня, искренне улыбнувшись.

– Спасибо, доченька, – подошла она ко мне и положила руку на мое плечо. – Ты, кажется, Джессика Макбрайд, да?

– Нет, – помотала головой я. – Я её дочь. Мелани. Ну или Эмилия.

– Вы так похожи, – удивилась она и села на сиденье. – Даже очень... А где Джессика? Она училась у меня. Отличницей была, активом класса.

«В отличии от меня» – подумала я.

– Она умерла, – попытавшись не выдать дрожь в голосе, быстро сказала я.

– Приношу свои извинения, – заволновалась старушка.

– Ничего, – через улыбнулась я. Автобус остановился около метро. – Я, пожалуй, пойду. Мне пора.

– До свидания, доченька, – помахала ручкой бабушка и отвернулась. Я улыбнулась и вышла из автобуса.

Половина людей вышла вместе со мной, образовалась огромная давка, из которой хотелось поскорее выбраться.

Открыла железные двери в метро, спустилась вниз.

* * *

Зайдя в школу, сразу наткнулась на нашего директора, который кого-то искал.

– Макбрайд! – радостно крикнул он, увидев меня. Он подошёл ко мне, а за ним ещё несколько детей из младшей группы.

– Что случилось, мистер Фикчер? – насторожилась я, ожидая чего-то плохого. Хотя в его взгляде не было ничего угрожающего.

– Тут такое дело, – начал он и вздохнул, опираясь костями рук в бока. – У тебя хороший слух?

Странный вопрос.

– В каком смысле? – нахмурилась я и пыталась не обращать внимание на пристальные и вопросительные взгляды маленьких детей.

– Петь умеешь? – по-другому задал вопрос он, жестикулируя руками.

– Ну, отец говорит, что у меня получается, – пожала плечами я. Он нахмурится и почесал затылок.

– Я тебя заберу с 5 урока и до окончания учебного дня мы будем тренировать одну песню, – предупредил он. – Потренируем твои способности. Ты не против?

– Нет, конечно, – отмахнулась я. – Но что случилось?

– На месте расскажу, – мужчина положил руки в карманы и направился в свой кабинет. – До встречи!

– До встречи... – прошептала я, смотря исподлобья.

Не понимаю, почему он решил выбрать именно меня? И на какое мероприятие он хочет меня забрать? Может быть, какой-то концерт под конец учебного года. Практически все выступления проводила Трэйси, и никто с этим не спорил и не желал встать на ее место. Многим это казалось самоубийством.

Оглянулась и увидела, что некоторые девочки из моей группы смотрят на меня с призрением.

– Ходят слухи, что мать меломанки с директором раньше того, вот и любят ее так. – прошептал кто-то сзади меня.

– А я видела как ты с уборщиком в кладовке каждый раз после шестого урока уединяешься, но я же никому не рассказываю.– крикнула я и пошла в нужный мне кабинет. Та, которой это посвящалось, покраснела и выглядела как самый спелый помидор на полке в магазине.

* * *

Время уже поджимало и я торопясь шла к нужному мне кабинету. Постучав в дверь и резко отворив ее, встала на пороге.

– ...И поэтому я вам говорю, – практически кричал наш учитель, рассказывая что-то моим одногруппникам. Пол класса и учитель посмотрели на меня, замолчав.  – Не будьте как Макбрайд.

Все, в том числе и он, посмеялись над его очень тупой шуткой. С самого первого дня моего обучения тут, он меня, мягко говоря, недолюбливал. Он был как все – не любил меломанов. Не хотел отличаться ото всех и вместе с ними также обсуждал меня, не смотря на то, что он учитель.

– Очень смешно, мистер Браун, – съязвила я и подошла к своей парте, которая находилась в середине ряда, около окна.

– Домашнюю работу мне на стол, – приказал учитель классу, в то время как я вытаскивала учебники и искала несколько ручек. После его приказа мои движения стали намного медленнее и потом резко я достала одну ручку и начала решать то, что не сделала вчера. – Макбрайд.

– Что? – спросила я, не открываясь от писанины.

– Где твоя работа? – пытаясь изобразить из себя достойного своего звания учителя, строго сказал он.

– Вот, – сказала я, подписав свою фамилию и подбежав к нему. Он хмыкнул и положил листок к себе на стол, тем самым немного помяв его.

* * *

– Свободны, – сказал учитель, когда закончился второй урок. Все начали быстро собирать свои вещи, кроме меня.

Я, никуда не спешив, медленно убирала маленький учебник с блокнотом к себе в рюкзак, раздражав этими учителя.

– Что-то не так? – улыбнулась ему я и присела на парту, убрав руки назад.

– Быстрее можешь? – прокричал он.

– Спокойно, – успокоила его я. – Давайте так, вы будете относится ко мне как к самому прилежному ученику, хоть я таковым не являюсь, а я в свою очередь не проболтаюсь о ваших отношениях с Нэнси Брут.

Он нервно сглотнул и поправил воротник рубашки. Ему, видимо, казалось, что этого никто не замечает. На самом деле, так и было, его не замечали его коллеги, ведь им совсем не было дела до других, копаясь в бумажках детей и старательно пытаться быстрее освободиться от своей работы.

– Договорились, – прохрипел он. Я улыбнулась и продолжила собирать свои вещи.

Я вышла из кабинета и сразу зашла в кабинет, который находился напротив.

– Здравствуйте, – улыбнулась я доброй женщине, которая искренне была рада видеть меня.

– Эмми – вздохнула она и подошла ко мне. Людей в классе не было. – Почему на прошлом уроке не была?

– Помогала с работой папиному другу, – довольно правдоподобно солгала я. – Давайте сегодня не тест, а практику.

– Разницы почти никакой, – усмехнулась мисс Уоттерсон. – Я, в принципе, сама к тесту не готова, поэтому будет твоя практика.

– Ура, – прошипела сама себе я. Душа ликовала, ведь сидеть половину урока всматриваться в листок бумаги, где единственное, что ты способна заполнить - это имя и фамилия.

– Ты уже выбрала на каком инструменте играешь?

– Ещё нет, – вздохнула я и посмотрела в окно. Свой рюкзак я поставила на один из серых стульев, расположенных вокруг большого стола. – Мне ещё директор и петь предложил... На концерте, как я поняла.

– Увлекательно, – сказала она. – Я думаю, ты потрясающе играешь на барабанах.

– Мама любила, – сказала я. – И я тоже. Почему-то. Хах, папа говорит, что я точная копия.

– Да... – вздохнула она и подошла ко мне, потрогав мои волосы. – Ты очень на неё похожа. Мы вместе учились.

Этот учитель был один из тех, кто по-настоящему любил своих учеников, видел их внутренний мир, и относился к ним с пониманием. В этой женщине не было тех высокомерным качеств, что были в других. Её глаза всегда полны любви и тепла к каждому из нас, она относилась ко всем на равных и никогда никого не давала в обиду. Я ее очень любила, она постоянно интересовалась моей жизнью и поддерживала меня во всех начинаниях. Я ценила это всей душой, ведь если бы не она, у меня бы многое не вышло.