1 глава. Где ночь светлее дня.
Старые гобелены, полупрозрачной тканью колышаться призраками на черных стенах замка Мефистофеля, когда имевшие не бывалую известность. Мрак живущий здесь со времен возникновения замка, пропитывает изгибы нервюр, крадётся по пустым коридорам узких галерей и не когда величественного тронного зала. Старые трифоры остаются лишь мрачными вестниками утра, когда сквозь мутные окна, свет проникает в нутро пещерного замка, словно пытаясь извести хозяев через толщу пыли о не когда старых временах. Ошибочно предполагать о существовании не когда иного мира в этих складках гобеленов и флагов, потому что иного рода соображении не существовало уже многие столетия. Лучи света могут рассказать о многом, если упорно доберутся до тайн этого замка, но этот быт чуждого и ненавистного народа уже давно был погребен в пучину отчаяния и безысходности. Все сменилось и отдалось мраку бытия и не одно солнце не утолило бы жажду уничтожить нависший туман над страной.
Я не терпелива. Жажда, что не утолялась веками нашла свой триумфальный гротеск. Комическая проза подходит к концу и финал знаменуется не вероятным. Глухие стуки разносятся по многослойной тьме, утопая в ее густоте, малыми отголосками долетая до моего сознания. Я чувствую, как далекие стуки прожигают мысли, заставляя задаваться вопросами, на которых ответа не ждут. Застаревшие ступени уныло скрепят, так будет продолжаться вечно пока рука не ощутит леденящую пику шипов, глаза не увидят, готовые дальше обречено плутать во тьме, но я знаю эти проходы, знаю эту колкую дверь, возвышающую на несколько метров в глубину свода и знаю, что за ней. Тьма моя вещь, мой предмет вечности. За этой дверью я отчётливей слышу глухие стуки: удар металла, немое царапание камня и легкие вздохи, похожие на предсмертные дыхания людей, пытавшие сделать свой последние вздохи. Я чувствую это массивное тело в железе на каждом его шаге, слышу биение его сердца и мысли что проносятся в его голове словно пыль на книжных страницах не нужная и бессмысленная. Все закончится быстро, после рассвета наступить новая эпоха времени, но это ничего не изменит, следовало ли мне вмешиваться в эти дела старых безумцев?
<продолжение следует>
Нуждаюсь в критике)