Глава 37
На следующий день Хиро неустанно следил за мной, пока я убирала его сумку, так и валявшуюся в нашей спальне. Чемодан оставила на месте, но одежду из него вытащила и теперь складываю уже аккуратно.
- Не верю, что остался один день, – говорит грустно Хиро, садясь на кровать. Я кидаю на него предупреждающий взгляд, он поднимает руки. – Что? Я просто ною. Может, оставишь хоть пару своих шмоток? – он подходит ко мне и заглядывает в чемодан.
- Извращенец, – смеюсь я, а он уже с азартом перебирает мои вещи. – Ладно, если тебе так будет легче, выбирай.
Я с ногами залезаю на кровать и наблюдаю за ним. Он вытаскивает из чемодана две моих футболки, шорты, мою любимую пижаму с нарисованным авокадо, один бюстик и пару трусиков. Я закатываю глаза.
- Так ты уж выложи все мои вещи! Чего застеснялся-то?
- Я еще не закончил, – ухмыляется Хиро и идет к шкафу.
А я слежу за ним в недоумении. Хиро достает две свои футболки, черную и белую и кладет их в чемодан, потом чешет подбородок и кладет к футболкам свои боксеры и спортивные шорты, в которых играет в футбол.
- Кажется, так будет справедливо, – задумчиво говорит он.
Мои глаза тут же наполняются слезами, я бы никогда не догадалась так сделать. Спрыгиваю с кровати и кидаюсь ему на шею, он еле успевает меня подхватить. Я жадно впиваюсь в его губы, а он несет меня на постель. Он ловит губами слезы, предательски катящиеся по моим щекам, слизывает их с подбородка, мягко засасывает кожу шеи, покусывает плечи, стягивая лямки моего топа. Я торопливо снимаю с него футболку и глажу его напряженные мышцы. Его руки оголяют мое тело, его рот сразу же обхватывает мой острый сосок и втягивает его. Я ахаю, а он уже перемещается к другому соску и проделывает то же самое. Я запускаю пальцы в его волосы и слегка подталкиваю голову ниже. Он смотрит на меня темно-зеленым похотливым взглядом и, улыбаясь, закусывает губу.
- Хочешь, чтобы я тебя полизал? – открыто спрашивает он. Хиро всегда откровенно говорит о сексе и это дико возбуждает, но иногда его словечки вгоняют меня в краску.
- Дааа. Хочу кончить тебе в рот, – я улыбаюсь, потому что знаю, что его это заведет, и не ошибаюсь, так как слышу, как он шумно втянул воздух.
Хиро подтягивает меня к краю кровати так, что мои ноги свисают с нее, сам становится на колени. Одним движением снимает шорты вместе с трусиками. Он раздвигает мне колени, открывая себе доступ к моему сокровенному местечку, и удерживает их локтями. Сначала слегка дует на мою горячую плоть, и я покрываюсь мурашками, а потом медленно проводит языком снизу до самого верха, до самой чувствительной точки. Он обводит ее языком и всасывает, и я сразу взлетаю. И так снова и снова: медленно снизу вверх, вокруг и снова засасывает. Все чувства сосредоточились только на его умелом языке, который дарит такое наслаждение, какое я не испытывала и не испытаю больше ни с кем. Мое тело дрожит в преддверии оргазма. Он вдруг останавливается.
- Хочешь кончить, детка? – дует мне на клитор, дразнит меня.
- Да, – извиваюсь я. – Чёрт, Хиро, продолжай! – Чувствую его улыбку, и он нежно втягивает мою горошинку и посасывает ее, кружа вокруг языком. И я с протяжным стоном кончаю.
Мое тело еще содрогается от оргазма, когда Хиро переворачивает меня на живот и, шлепнув по заднице, резко входит. Мне нравится, когда он груб. Теперь мы оба стоим на коленях, я хватаюсь руками за простыню, а его руки лежат на моей талии. Он прижимается животом к моей спине и шепчет на ухо слова, от которых я снова возбуждаюсь.
- Ты такая мокрая. Горячая. Тугая. – С каждым словом его толчок резче, грубее и глубже, а пальцы так сильно впиваются в мою попку, что точно оставят после себя следы. Мне не больно, мне нравится то, что он со мной делает. Хиро очень точно изучил каждый сантиметр моего тела, он чётко знает, что мне нужно. Хотя это было несложно, потому что я просто создана именно для него. А он для меня.
Его движения то медленные и легкие, то сменяются на быстрые и жесткие, я начинаю постанывать и двигать бедрами ему навстречу, ловя ту волну удовольствия, которую он заготовил для меня.
- Моя девочка, – с хриплым стоном протягивает Хиро, когда чувствует, как на меня снова накатывает наслаждение. – Давай, еще раз, для меня.
Он отстраняется и меняет угол, теперь он так глубоко и сильно проникает в меня, что его яички шлепают по моему клитору, усиливая стимуляцию. Я теряю разум в сладких ощущениях, увлекающих меня в бездну дикого восторга.
- Я люблю тебя. – Эти слова сами рвутся наружу, когда лавина экстаза поглощает меня. Он рычит и внутри становится еще горячее.
Хиро снова ложится на меня животом и, протискивая руки под грудь, еще сильнее прижимается. Он тяжелый, я практически не могу дышать, но даже не пытаюсь пошевелиться. Я наслаждаюсь тяжестью его тела, запоминаю ее, понимая, что не скоро смогу снова ее почувствовать.
Через пару минут, не размыкая рук, Хиро выпрямляется вместе со мной, и воздух наконец-то заполняет мои легкие. Я поворачиваю к нему лицо, и заглядываю в его томные глаза.
- Не жалеешь? Ну, что встретил меня? Кажется, я добавила трудностей в твою жизнь, – я прикусываю губу.
На его лице смешались удивление и возмущение.
- С ума сошла! Жалею, что раньше тебя не встретил! И вообще, чем труднее, тем интереснее, – он подмигивает и игриво кусает меня за нос, но тут же становится серьезным. – Скажи, что мы справимся?
- Мы справимся! – твердо говорю я и целую его.
День проходит за сборами, разговорами и обсуждениями наших планов на ближайшее время. Мы в сотый раз убеждаем друг друга, что это всего лишь на год, что будем созваниваться, переписываться и потом всегда можно попытаться встретиться. Хиро признался, что согласился на участие в нескольких проектах, чтобы реже бывать дома. «За работой время пройдет быстрее», - уверенно заявил он. Я не спорила, потому что сама планировала загрузить себя по полной. В конце концов, мы успокоились и приняли неизбежное. Страх от расставания прошел, уступив место обычному волнению.
Вечером в квартире раздается звонок в дверь. Я отрываюсь от переписки с братом и смотрю на читающего сценарий Хиро.
- Мы кого-то ждём?
- Я нет. – Он как-то странно пожимает плечами и даже не двигается с места.
Я нехотя встаю и иду к двери. Не успеваю я ее распахнуть, как в дом врывается целый вихрь людей. Я даже не успеваю разглядеть лица гостей, как чьи-то огромные руки подхватывают меня и, я оказываюсь на мужском плече, вися вниз головой.
- Решила свалить, не попрощавшись, кнопка? – Узнаю я голос Люка. Это он тащит меня на своем плече в комнату, а вокруг раздается свист и гиканье.
Он ставит меня на ноги, а потом очень крепко прижимает к своей груди.
- Мы тебе не позволим.
Комната постепенно заполняется пришедшими. Их не много, но все они стали частью моей жизни. Брук, Грэм и его подруга, и новоиспеченная поклонница Натали, Саймон, Питер и Гарри, Джек и Синди из любимой кофейни и Мария, мама Люка. Почему-то ее присутствие больше всех меня трогает. Не хватает только Донны. Я поворачиваюсь к Хиро.
- Ты знал! – мой голос дрожит.
- Это всё Люк! – поднимает руки вверх Хиро.
- Ребята, – комок в горле мешает мне говорить. – Я не знаю что сказать. Спасибо вам. – Чувствую легкое и теплое прикосновение руки Марии на моем плече. Она так нежно приобнимает меня, что мне больше не удается сдержать слезы. – Ненавижу плакать! – пытаюсь засмеяться я.
С тех пор, как я познакомилась с Хиро, я вообще стала плаксой. Сначала меня это ужасно раздражало, я ведь сильная, я не должна так расклеиваться и рыдать по каждому поводу. Но потом я перестала бороться с эмоциями, я поняла, что сила, которую я так тщательно в себе взращивала не что иное, как щит. Он был нужен мне, чтобы заботиться о своей семье, чтобы принимать взвешенные, правильные и отчасти даже холодные решения. Он помогал мне держать нас троих вместе, отбиваться от всего плохого, что могло разрушить нас. Но теперь в этом больше нет нужды, потому что у меня есть другой щит. Он стоит рядом со мной, у него темные волосы, зеленые глаза и самая потрясающая улыбка на свете. Мой Герой! Он вошел в нашу маленькую жизнь и всё в ней перевернул, а потом расставил по местам. Я поняла, что моя семья больше не нуждается в моей силе, потому что они сами гораздо сильнее. И я расслабилась, нет, не стала слабее, а именно расслабилась и позволила себе чувствовать и ...плакать, иногда.
Ребята принесли с собой пиво и закуски, даже пиццу прихватили. Брук и Люк по-хозяйски всё это раскладывали на столе. Я видела, как они поглядывают друг на друга, как Люк дотрагивается то до ее руки, то до плеча, а она ему улыбается. И меня распирала радость за них. Потом я заметила, как Грэм сел в кресло и стал тихонько наигрывать на гитаре, куда ж он без нее, а Натали устроилась на полу возле его ног и не сводила с Грэма влюбленных глаз. Видела, как Саймон, Питер и Гарри развалились на диване, прихватив пиво, они что-то живо обсуждали, могу поспорить, что какой-то футбольный матч. Саймон и Пит, как всегда веселые, с улыбкой до ушей. А Гарри, как обычно серьезный и немногословный. Хиро помогал Люку и Брук, с улыбкой поглядывая в мою сторону.
- Можно тебя на минутку? – шепчет Мария. Я киваю и показываю ей на спальню.
- Лукас так изменился, – произносит она, присев на край кровати. – Он весь светится изнутри. Спасибо, что помогла им с Брук разобраться. Ты хороший друг, Лара.
- Он просто счастлив, – пожимаю я плечами, расположившись рядом. – Я ничего особенного и не сделала. Лишь предложила им выслушать друг друга, а дальше они сами.
Мне кажется, Мария совсем не об этом хочет поговорить, но я ее не тороплю. Немного помявшись, она протягивает мне конверт, который всё это время держит в руках:
- Не могла бы ты передать это своему отцу?
- Без проблем, – улыбаюсь я, а Мария закусывает губу. – Это так романтично. Бумажные письма. Их вообще еще кто-нибудь пишет? – Она бросает на меня испуганный взгляд. Я обнимаю ее, чтобы успокоить. – Да, мы давно знаем, что он тебе нравится. А ты ему.
Она задерживает дыхание и заглядывает мне в глаза.
- Правда? И Артём тоже? – с дрожью в голосе спрашивает Мария, я отвечаю кивком головы. – Ну, то есть я не хочу вмешиваться в вашу жизнь. И я понимаю, что не смогу заменить вашу маму вам и любимую женщину Мише. И вообще мы живем на разных континентах. Глупо всё это, - она вздыхает и делает легкий взмах рукой, словно хочет отмахнуться от бредовых мыслей.
- Миша, – задумчиво вырывается у меня. – Знаешь, сколько лет я не слышала этого? Папа, отец, батя, МихМих, Махаил Михайлович, господин Чернов, Майкл, сэр. Вот, что мы слышим с братом последние пять лет. – Я снова задумалась. – Миша...
Мария мне нравилась. Она очень мне нравилась. За проведенное здесь время мы очень сблизились и с ней, и с Люком. Она была и похожа на маму, и в то же время нет. И я видела, как отец на нее смотрит. Я даже уверена, что их симпатия уже перешла установленные границы приличия.
И вот сейчас я смотрю на нее и вдруг понимаю, что она нужна всем нам. А мы нужны ей.
- Это не глупо! – восклицаю я. – Думаешь, мы с братом будем против, если папа будет счастлив. Ему давно уже пора. Да вам обоим пора, – я задумываюсь и добавляю: – Тебе не нужно никого заменять. Тебе нужно просто быть собой, Мария.
Из голубых глаз Марии скользят слезы. Она быстро их смахивает. И мы обнимаемся, слова больше не нужны.
- Всё будет хорошо, – успокаиваю я ее, и она кивает.
Когда мы выходим из комнаты, Мария со всеми прощается и уходит, ссылаясь на то, что уже стара для таких вечеринок.
Вечер шел своим чередом. Нам было весело, никто не грустил. Мы сидели в гостиной и вспоминали, как познакомились. Вспоминали разные моменты с наших общих встреч, концерт Грэма, футбольные матчи, вечеринки, на которых нам удалось побывать.
Люк не постеснялся упомянуть первую встречу с Кейт и все смеялись до колик в животе, даже Брук. Но это был единственный раз, когда прозвучало её имя. Никто из нас больше никогда не хотел вспоминать всё, что с ней связано. Слишком много дерьма досталось от нее и Брук, и Люку, и Хиро.
Конечно, обсудили шумиху вокруг нашей с Хиро пары. Инстаграм просто взорвался. Донна тоже постаралась, наши фотки вовсю мелькали в интернете: вот мы в машине, вот в ресторане за ужином, вот Хиро обнимает меня на улице.
Я была счастлива среди этих людей, дома у меня и парочки друзей не найдется. Все, кто находился сейчас здесь, стали для меня очень близкими и родными людьми. Они стали мне еще одной семьей. И за это мне снова нужно благодарить Хиро. Он не просто подарил мне любовь, он словно открыл мою душу. Мне больше не хочется сторониться людей, мне хочется жить открыто. Жить здесь и сейчас, брать от каждого прожитого дня всё, что он мне может дать, ведь этот день больше никогда не повторится. Артём был прав, мне пора расправить крылья. Те самые крылья, что подарил мне любимый.
Сидя на коленях Хиро, я не сдерживаю порыва и обнимаю его за шею, прижимаюсь носом к его щетинистой щеке, сегодня он не побрился, трусь об неё. Хиро чувствует моё настроение, он заглядывает мне в глаза, молча спрашивая «Что с тобой?». «Я очень тебя люблю», - отвечаю одними губами. Его глаза улыбаются, а руки сильнее прижимают меня к себе.
Я прошу Грэма спеть, и он не отказывается. Он поёт нашу с Хиро песню. Потом он исполняет еще несколько, в том числе одну новую, которую посвятил Натали. Она так на него смотрит, а он на нее, что мы с Люком не удерживаемся и переглядываемся, а Хиро улыбается мне в шею. Мы трое поняли: «Наш скромняга Грэм влюбился». У Грэма появилась новая муза, и я была счастлива за него.
Уже к полуночи ребята расходятся. Я прощаюсь с каждым из них.
- Синди, ты будешь самой лучшей мамой. Этому малышу очень повезло, – я обнимаю ее, потому что Синди беспрестанно плачет, наглаживая уже появившийся животик.
- Джек, не представляю, как выживу без твоего капучино, – вздыхаю я.
- Возвращайся быстрее и весь капучино твой и бесплатно, – он похлопывает меня по спине.
- Может, я тогда вообще никуда не поеду? – игриво прищуриваюсь в задумчивости.
- Эй, я, значит, отдаю ей всего себя, а Джек лишь предложил чашку кофе, и она поплыла, – шутливо язвит Хиро.
- Самый лучший в мире кофе! И любимый капучино Лары. К тому же бесплатный, – замечает Джек, похлопывая Хиро по спине. – Учись, парень.
И все смеются. Джек и Синди уходят первыми.
- Грэм, спасибо тебе за песню и вообще помнишь, что я тебе говорила? Не позволяй никому дать повод сомневаться в себе! – Перевожу взгляд на Натали: – А ты, Натали, не давай ему забыть насколько он талантливый! – Она скромно кивает, слегка порозовев от смущения.
- Это тебе. Здесь всё, что есть, как я и обещал, – Грэм протягивает флэшку и обнимает меня на прощание. – Спасибо, – шепчет он мне на ухо.
Грэм берет руку Натали, и они исчезают за дверью.
- Саймон, надеюсь, когда я вернусь, твои вечеринки будут по-прежнему самыми крутыми! – Он смеется, показывая свои белые зубы, так сильно контрастирующие с его чёрной кожей.
- Ты приглашена на каждую из них, – обнимает он меня, кружит в танцевальном движении и передает в объятия Пита.
- Пит, а ты бы уже определился. Может, хватит заглядывать под каждую, проходящую мимо юбку?! – я обнимаю его.
- Не могу обещать, – смеется он, целует меня в щеку и добавляет: – Придется искать, пока не найду такую же, как ты. Ну, или подожду, пока ты не освободишься, – он подмигивает Хиро.
- Таких больше нет. Можешь не искать. – Хиро вытаскивает меня из его рук, а я закатываю глаза. – И вообще убери свои развратные лапы от моей девочки.
Настал черед Гарри. Почему-то с ним мне попрощаться сложнее всего. Я подхожу к нему. Лицо, как всегда непроницаемо. Он не сводит с меня своих карих глаз, взгляд которых проникает в самую душу. Что бы он ни хотел спросить, ответ он и так уже знает, а точнее видит его. Ребята смущенно отворачиваются. Даже Хиро. Они как будто чувствуют, что между нами какое-то особенное молчание.
- Я совру тебе, если скажу, что тебя никогда больше не обманут, – тихо говорю я и рукой дотрагиваюсь до его плеча. – Но от меня ты не услышишь ни слова лжи. Помнишь? Я всегда говорю правду. И если ты захочешь поговорить, мое предложение в силе.
Гарри берет мою руку и сжимает ее. Чуть прищурившись, спрашивает:
- Обещаешь, что через год, ты будешь стоять здесь и играть со мной в гляделки, как сейчас? – Я хмыкаю от его такого ироничного вопроса. Он подловил меня, и он это понимает. Я вижу, как блеснули его глаза. Он знает, что я не могу это обещать. Год это большой срок, вдруг всё пойдет не по плану.
- Обещаю, что однажды мы снова сыграем в гляделки, – подумав немного, отвечаю я с такой же серьезностью, с какой и был задан вопрос.
- Будем считать, что я тебе поверил... Пока поверил, – легкая улыбка появляется на его губах. Но, не сдержавшись, она всё-таки расплывается в самую широкую, какую я еще никогда не видела на его лице. И я отвечаю ему такой же. Он встряхивает своей светлой чёлкой, будто сгоняя непрошеную радость с лица, притягивает меня к себе и крепко обнимает. Я чувствую его дыхание на моей щеке и легкое прикосновение губ. Оно настолько невесомое, даже кажется, что это всего лишь мираж.
Ребята уходят. Хиро обнимает меня, а я утыкаюсь ему в грудь и стараюсь сдержать рвущиеся наружу слезы. Как трудно отпустить их всех, пусть даже на время.
- Гарри у нас очень необычный, – говорит Люк. – Даже странный.
- Он осторожный, – поправляю я его и иду помочь Брук убрать со стола.
Нам не удалось перекинуться с ней и парой слов наедине за весь вечер, и сейчас я использовала эту возможность. Я сказала, как рада за них с Люком. Но пообещала надрать ей задницу, если она еще раз его обидит. Мы посмеялись и обнялись. Словом Люку я сказала ровным счетом то же самое.
Уже у двери Люк пообещал отвезти нас завтра в аэропорт. Мы не стали отказываться, чтобы поскорее их выпроводить. У нас осталась одна ночь, и мы не хотели терять ни минуты драгоценного времени.