21
21 год по летоисчислению Нового мира
В двухстах километрах восточнее Сао-Бернабеу
Транспортная колонна направлявшаяся в Сао-Бернабеу, стояла уже несколько часов. Она вытянулась длинной лентой, вдоль одного из западных притоков Амазонки, в двухстах километрах от пункта назначения. Камуфлированные джипы охраны, навьюченные ящиками и баулами машины переселенцев и целая вереница грузовиков с «колониальными товарами». На горизонте, растворяясь в сизой туманной дымке, тонула горная гряда, а над головой ослепительно светило полуденное солнце, отражаясь в водах реки. Люди изнывали от жары, дорожного безделья и томительного ожидания. Старожилы, пользуясь вынужденной остановкой, собирались небольшими группами и делились новостями, а новички, наоборот, старались не отходить от своих машин. Где-то впереди колонны были слышны переливы гитарных аккордов и резкие звуки банджо, — кто-то, подражая Аллану Джексону, напевал старую, как мир, песню:
Excuse me ma′ am, I saw you walkin»
I turned around, I′ m not a stalker
Where you going? May be I can help you
My tank is full, and I′ d be obliged to take you…
Техасцы, кто-же ещё… Этих парней узнаешь сразу — по мощным пикапам, широкополым шляпам и музыкальным предпочтениям. Надо отдать им должное, — переселенцы из Техаса принимали Новый мир сразу. Они вели себя так, словно и не покидали родной штат. Не изменили привычкам, свободолюбивым взглядам и неистребимой тяге ко всему, что стреляет.
Поль сидел в машине и неторопливо пил кофе. Неподалёку от их джипа, в тени деревьев, расположилось несколько семей из Европы. Судя по всему — новички. Это было видно по тому, как они разглядывали непривычные пейзажи и не расставались с фотоаппаратами. Нардин посмотрел на них и покачал головой: «словно прибыли на курорт, ей Богу». Вооружённые до зубов, но ещё не привыкшие к реалиям этого мира, они гордо таскали оружие, и… теряли его на привалах. Поднимался целый переполох, пропажу находили и вручали незадачливому владельцу. Они тревожно всматривались вдаль, но забывали смотреть под ноги. Обливались потом, но не снимали охотничий камуфляж, (немыслимой для этих мест расцветки), и сбивали ноги новой обувью. Люди отвыкшие от природы… Некоторые из них считались опытными туристами, но все их путешествия, — это поездки по стране, от одного кемпинга до другого. Для них всё в новинку: и природа, и нравы. Настороженно относятся к любому человеку, посмотревшему в их сторону, но часто пристают с разговорами к совершенно незнакомым людям. Те, которые выживут — привыкнут. Они найдут своё место в этом мире и начнут жизнь сначала. Другие, — не столь удачливые, упокоятся в сухой земле саванны, словив пулю в пустяшной перестрелке.
Поль допил кофе и закурив выбрался из машины. В нему шёл Никита, который ходил в голову колонны.
— Ну что, пообщался с коллегами? — спросил Нардин у сына. — Долго стоять будем?
— Долго, — кивнул парень, — Орденские грузовики опять накрылись. Пока не починят, будем стоять. А где Карим?
— На охоту пошёл.
— На охоту? — удивлённо переспросил Никита, — На кого?
— Если, в пределах видимости, есть хоть одна юбка, то он где-нибудь поблизости.
— Знаешь, — Нардин-младший оглянулся и после недолгой паузы весело засмеялся, — а ты не ошибся. На охоту… Правда дичь не в юбке, а в джинсах. Эдакая фемина из Техаса, но выглядит очень аппетитно. Для своего возраста, конечно.
— Много ты в женщинах понимаешь, — буркнул Нардин и проследил за направлением взгляда Никиты. Метрах в тридцати от них, опираясь на капот пикапа, стоял Карим и очаровывал стройную шатенку. Судя по её заразительному смеху, старался не зря.
— А что не так?
— Ей не больше сорока лет, — усмехнулся Поль и покачал головой, — хотя, когда я был примерно твоих лет…
— Девушки были сговорчивее? — с невинным видом поинтересовался Нардин-младший.
— Иди, позови Карима, трепач!
— Уже ушёл, — Никита довольно хмыкнул и закинул пулемётный ремень на плечо, — но, увидишь, только зря прогуляюсь. Помешаю, а дядька Карим сегодня в ударе. Там сейчас, как утверждали классики: «Самый охмурёж идёт. Под сладкий лепет мандолины».
Через десять минут они вернулись. Хитро ухмыляющийся Никита и чем-то озабоченный Карим. Мужчины уселись в машину и налили в большие чашки кофе. Поль покосился на хмурого друга и спросил:
— Карим, выдай военную тайну, — он прищурился и выпустил сигаретный дым, — ты можешь не думать о женщинах?
— Вообще не думать? — ужаснулся Шайя.
— Это было бы слишком жестоко. Хотя бы временно.
— Могу, — неуверенно начал Карим, — если…
— Лежишь с одной из них в кровати, — закончил фразу Поль.
— Обидеть хочешь, — Шайя дернул бровью и сделал обиженное выражение лица, — Карим бабник, да? Если хочешь знать, то я не просто так девушку обхаживал, а по поводу…
— Ну, про твои поводы, до сих пор легенды ходят, — засмеялся Нардин.
— Добрая слава всегда опережает героя, — скромно заметил Карим.
— Герой, дьявол тебя раздери, — Поль покосился на своего друга, — только вот глаза у тебя слишком серьёзные. Не изображай Казанову в отставке, рассказывай, что на хвосте принёс?
— Вот так всегда, сначала обидит, а потом «рассказывай». Ладно, Карим добрый, поэтому слушайте. Пока вы отсиживаете задницы, я прогулялся вдоль колонны. Встретил нескольких старых знакомых.
— Кто-нибудь из охранников?
— Водители конвоя, — кивнул Шайя и посмотрел в зеркало заднего вида, — поговорили, посплетничали, пока машины ремонтируют.
— И что нового в мире делается?
— В мире? — вздохнул Карим. — В этом или в Старом? Если имеешь ввиду «тот свет», то ничего нового. Немцы, например, признали провал мультикультурного общества. Мир, как это ни прискорбно, дряхлеет. Воцаряется хаос и либерастизм. Пройдёт ещё немного времени и там начнутся войны. Сначала локальные, а потом…
— Карим, — протянул Поль.
— Что Карим? Так бы сразу и сказал, что тебя интересует этот! Про этот, ничего особо нового. Разве что так, по мелочи… Слушай, Медведь, сколько раз, за последние пять лет, ты покидал своё «шато»?
— Что ты имеешь ввиду? — нахмурился Нардин.
— Полагаю, что раза два-три, не больше, — пропустив вопрос мимо ушей, продолжил Шайя. — Конечно, имею ввиду дальние поездки. Вылазки на охоту и в Аламо за патронами, в расчёт не берём. Итак, дорогие мои, представьте себе картину: Поль Нардин, известный в округе домосед, вдруг, собирает близких ему людей и отправляется шайтан знает куда. Тебе не кажется это странным? Причём, надо отметить, что отправляется не в хорошо знакомые ему места, такие как Демидовск, Порто-Франко или, на худой конец, Виго. Нет, он отправляется совершенно в другую сторону. И куда же он едет?
— Не тяни кота за яйца…
— Он едет в сторону Рио, — невозмутимо продолжил Шайя, — где не был очень давно. Если быть точным, то шестнадцать лет тому назад, в составе экспедиции Джека Чамберса. Согласись, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы задуматься о причинах этой поездки. Особенно, если учесть политическую карту мира и некоторые факты из твоей биографии, которые мы опустим, дабы не смущать неокрепший ум, — он усмехнулся и кивнул на фыркнувшего от смеха Никиту.
— Это тебя дамочка на такие мысли навела? — поинтересовался Поль.
— Нет, — покачал головой Карим, — дамочка, это так, легкий флирт, не более того. Меня интересовали её соседи. Парни, которые едут в составе нашей колонны, под номером девять. Видишь зелёную Тойоту? Они самые…
— Кто такие?
— Одного из них я знаю в лицо, видел пару раз в районе «Шлюзов». Личность в Порто Франко известная. Водитель, с которым я говорил, обмолвился, что последнее время, этот парень стал часто наведываться в Бернабеу. По слухам, ведёт грязные делишки с абреками и не гнушается торговлей наркотиками.
— Покровители серьёзные?
— Куда уж серьёзнее…
— Откуда информация, Карим?
— Земля, Поль, она круглая…
— И что из этого? — пожал плечами Нардин. — Таких уродов много. Едут на побережье, за новой партией наркотиков. Что здесь удивительного?
— На первый взгляд ничего особенного, — Шайя задумчиво достал из пачки сигарету, покрутил её между пальцами и медленно закурил. — Как ни смешно прозвучит, но вмешался Его Величество Случай.
— Что ещё?
— Знакомый, с которым я разговаривал, мне немного обязан. Так, ничего особенного, помог ему выпутаться из нехорошей ситуации. Вот он и шепнул, под большим секретом, что один человек, из этой компании, заинтересовался нашими персонами.
— Нами?! — хором спросили Поль и Никита.
— Именно так, мои дорогие друзья! Его интересовало куда мы едем. Собираемся покинуть колонну в Бернабеу или проследуем до конца маршрута. И прочее, и прочее, и прочее…
— У кого? — нахмурился Нардин.
— Он общался с заместителем начальника конвоя. Тот самый толстяк, с револьвером, как у Грязного Гарри. Ты с ним разговаривал, вчера вечером.
— Помню, был разговор, — кивнул Поль, — я спрашивал когда будет конвой на побережье.
— Вот видишь, — развёл руками Карим, — ты сам всё и рассказал.
— Никто из охраны не вправе выдавать такой информации, — Нардин недоверчиво покачал головой.
— Ты старомоден Медведь! Не в укор будет сказано, но сидя в этой глуши, ты безнадёжно отстал от жизни. Сейчас всё продаётся и покупается.
— Бред какой-то. Чем мы заинтересовали этих клошаров[28] из Порто-Франко?
— Не скажи, Медведь! Как выяснилось, в их команде есть человек, который не попадает под твоё определение. И на бродягу он совсем не похож. Скорее на волка.
— И кто же этот человек?
— Он показал удостоверение Службы Внутренней Безопасности Ордена.