Холодные Шахматы

Глава2: Ловушка для разума (вторая часть)

Трое воинов сидели за низким столиком в небольшом помещении, находящемся недалеко от подземелья, где удерживали пленника. Они сидели на татами, следуя строгим традициям чаепития. Старший воин, уже знакомый с этими ритуалами, разливал горячий чай из небольшого керамического чайника, наполняя три чашки. Всё происходило молча, как и полагается во время такого обряда, но атмосфера была явно напряжённой.

Молодой воин, тот, кто был вспыльчивым, сделал первый глоток и поставил чашку на стол с чуть слышным стуком, слишком громким для такой церемонии. Его раздражение всё ещё не улеглось после допроса.

— Этот чужак... Он смеет говорить нам, что мы находимся в клетке? — прорычал он, не выдержав молчания. — Это он пленник! Как он смеет ставить себя выше нас?

Спокойный воин, который, как обычно, сохранял самообладание, поднял чашку к губам, прежде чем ответить.

— Он хитёр. У него быстрый ум, — ответил он, делая глоток. — Он играет с нашими мыслями, пытается внушить нам сомнения. И его слова, — тут он сделал паузу, — имели определённый эффект, как я вижу.

Молодой воин сердито вздохнул, сжав кулаки, прежде чем расслабить их на коленях.

— Я бы с радостью выбил из него эту наглость, — буркнул он, — но нам не позволено.

Старший воин, до этого молчавший, аккуратно поставил чашку обратно на стол и медленно поднял взгляд на собеседников.

— И правильно. Мы должны быть осторожны, — произнёс он спокойно. — Этот человек не обычный пленник. Его разум опаснее любого оружия. Он видит нас насквозь. И если он сумел задеть вас своими словами, значит, он уже достиг своей цели.

— Но он пленник, — возразил вспыльчивый воин, не отводя взгляд от своей чашки. — И пока он в клетке, он ничего не может нам сделать.

Старший прищурился и медленно покачал головой.

— Ты недооцениваешь тех, кто сражается разумом, а не мечом. Он знает, что силой его не возьмут, поэтому и действует через слова.

Тишина повисла над столом. Воины молча делали глотки, каждый погружённый в свои мысли. Звук горячего чая, наливающегося в чашки, был единственным, что нарушало это напряжённое спокойствие.

И вдруг, совершенно неожиданно, дверь комнаты тихо приоткрылась. Все трое одновременно подняли головы. В проёме двери стоял тот самый человек, которого они несколько минут назад допрашивали в подземелье. Он выглядел абсолютно спокойно, как будто всегда был здесь. Его тёмные волосы слегка спутались, но лицо сохраняло доброжелательное выражение. Он не был скован цепями, и его одежда, хоть и не новая, выглядела опрятно.

— Доброе утро, господа, — с лёгкой улыбкой произнёс он, входя в комнату. — Надеюсь, я не помешал вашему чаепитию?

Воины замерли, не веря своим глазам. Молодой воин вскочил, глаза его пылали от гнева.

— Как ты вышел из клетки?! — выпалил он, не скрывая своего удивления.

Спокойный воин тоже был ошеломлён, но пытался не подавать виду. Старший воин лишь пристально смотрел на незваного гостя, не произнося ни слова.

Пленник, словно не замечая их реакции, медленно подошёл к столу, не торопясь, с той же расслабленной улыбкой на лице. Он наклонился и, будто забыв о любых условностях, взял одну из чашек, которую не успели наполнить.

— Чай? — с дружелюбной улыбкой произнёс он, протягивая чашку в сторону чайника. — Могу я присоединиться?

Трое воинов всё ещё были в оцепенении. Их глаза метались от пленника к закрытой двери, за которой должна была находиться его камера. Они молчали, не понимая, что только что произошло.

Тишина в комнате была настолько густой, что казалось, каждый звук — будь то дыхание или движение — мог её нарушить. Молодой воин всё ещё стоял, его руки непроизвольно сжались в кулаки. Он не мог поверить своим глазам: человек, который должен был находиться за решёткой, стоял здесь, перед ними, спокойный, как будто всё это было самой обычной ситуацией.

— Как ты вышел? — повторил он, голос его дрожал от сдерживаемой ярости. — Мы заперли тебя в камере. Это невозможно!

Пленник лишь слегка улыбнулся, всё ещё держа пустую чашку в руках.

— Иногда двери открываются сами, — ответил он мягко, как будто это был всего лишь риторический вопрос. — Иногда клетки вовсе не так крепки, как кажется.

Спокойный воин, наконец, решил взять себя в руки и заговорил.

— Ты нарушил приказ нашего господина. Тебе не разрешено было покидать камеру.

Пленник медленно перевёл на него взгляд, не торопясь с ответом.

— Приказ вашего господина? — он чуть приподнял бровь. — Но, как видите, я здесь. Возможно, сам факт моего появления говорит о том, что мне всё-таки разрешили покинуть клетку. Или же она просто решила меня отпустить?

Старший воин, до этого молча наблюдавший за происходящим, наконец произнёс слова, но его голос был тихим и напряжённым:

— Ты не просто пленник. Кто ты на самом деле?

Мужчина с тёмными волосами сделал небольшой глоток чая и с лёгкой усмешкой поставил чашку обратно на стол.

— Могу ли я вас удивить, если скажу, что всё, что вы знали до этого момента, всего лишь часть большой игры? — Он посмотрел на старшего воина. — Вы ведь понимаете, что эта клетка никогда не была настоящей? Как и ваши приказы, ваши действия… Всё это лишь частицы чего-то большего.

Молодой воин, не выдержав больше молчания, резко шагнул вперёд.

— Ты думаешь, что можешь так просто появляться здесь и говорить с нами, как будто мы твои слуги? — он с трудом сдерживал себя от того, чтобы не броситься на пленника. — Мы присягнули господину, и не допустим, чтобы ты издевался над нами!

Пленник повернул голову к молодому воину, его глаза были спокойными, но что-то в этом взгляде заставило воина на мгновение замереть.

— Ты говоришь о присяге, — произнёс он тихо, но в голосе чувствовалась сила. — Но что стоит твоя присяга, если ты сам не понимаешь, кому она на самом деле дана? Ваш господин — лишь часть сложной системы. И вы все — её пешки.

Молодой воин уже был готов снова возразить, но спокойный воин, до этого молчавший, резко поднял руку, останавливая его. Он внимательно смотрел на пленника, его лицо было сосредоточенным.

— Ты, кажется, забыл о чайнике, — спокойно сказал он, указывая на пустую чашку пленника. — Мы здесь не для того, чтобы спорить. Мы просто пьем чай.

Пленник кивнул, принимая приглашение.

— Конечно, — произнёс он с легкой улыбкой, возвращая чашку на стол, и добавил: — Но, если честно, чай в тишине намного вкуснее. Может, вы, наконец, отложите свои вопросы и присоединитесь?

Спокойный воин налил чая и передал чашку пленнику. Трое мужчин напряжённо наблюдали за ним, а он, сделав ещё один небольшой глоток, наконец сел на татами, не выказывая ни малейшего беспокойства. В комнате вновь наступила тишина.

Клаус наблюдал за происходящим со своего места в тени дверного проёма, его зелёные глаза блестели в полумраке, а потом резко вошёл.
Трое воинов сидели в замешательстве, не понимая, что только что произошло. Клаус, с его призрачной альбиносной внешностью и яркими зелёными глазами, выглядел не просто неожиданно, а так, будто он из другого мира. Воины не могли сразу осознать, как реагировать на его внезапное появление и что означал этот жест.

Молодой воин уже было хотел броситься к оружию, когда Клаус внезапно обратился к ним:

— Интересно, — тихо произнёс он, его голос был полон холодной иронией. — Почему вы не вернули пленника на место? Почему делитесь с ним чаем? — Его глаза пробежались по лицам воинов, и он слегка приподнял бровь. — Почему не взяли в руки оружие, как велит ваш долг?

Слова Клауса повисли в воздухе, заполняя комнату напряжением. Трое воинов переглянулись, их лица выражали беспокойство. Они явно не понимали, кто перед ними стоит и почему он ведёт себя так уверенно, словно контролирует всю ситуацию.

Молодой воин вскочил на ноги, схватившись за рукоять меча, и с вызовом бросил:

— Кто ты такой, чтобы говорить с нами таким тоном? — его голос дрожал от напряжения. — Как ты осмеливаешься ставить под сомнение наш долг?

Старший воин, оставшийся сидеть, сделал жест рукой, призывая к спокойствию, но и сам выглядел обеспокоенным. Он внимательно посмотрел на Клауса, изучая его поведение и внешний вид. Этот человек явно был кем-то важным, но они не знали, кто именно.

Клаус посмотрел на троих мужчин с ледяной усмешкой.

— Если бы я был на вашем месте, я бы уже давно принял меры. Но, как я вижу, вы предпочитаете дружеские чаепития с пленниками, вместо того чтобы следовать приказам. — Его взгляд был пронизывающим. — Это тоже часть вашей присяги?

Трое воинов не знали, что сказать. Их разум был захвачен двумя вопросами: как пленник выбрался из камеры и кто этот странный человек перед ними. В этот момент пленник, который всё это время молча наблюдал за происходящим, с лёгкой улыбкой поднялся с татами.

— Кажется, представления не состоялось, — сказал он, делая небольшой поклон в сторону Клауса. — Позвольте мне представить вам моего давнего… друга. Это Клаус, человек с таким же острым умом, как и холодным взглядом. — Он повернулся к воинам, его тон стал чуть мягче. — И, если вам интересно, он здесь по очень важному делу.

Трое воинов напряглись. Старший воин наконец заговорил, его голос звучал напряжённо, но сдержанно.

— Как ты выбрался из камеры? Почему ты вернулся сюда, если мог просто сбежать?

Пленник усмехнулся и развёл руками, словно вопрос был вовсе риторическим.

— Если бы я хотел сбежать, я бы это давно сделал, — спокойно ответил он. — Но вы, должно быть, понимаете, что в этом замке нет места, где я не смогу оказаться, если захочу. Моё присутствие здесь — это мой выбор, а не результат ваших приказов или цепей.

Слова повисли в воздухе. Трое воинов снова переглянулись, осознавая, что перед ними человек не только умный, но и явно опасный, несмотря на свою внешнюю сдержанность. Молодой воин, всё ещё сжимая рукоять меча, не мог скрыть своего раздражения.

— Ты хочешь сказать, что мог сбежать, но решил остаться? — спросил он недоверчиво. — Почему?

— Потому что иногда игра стоит того, чтобы в неё играть до конца, — ответил пленник с лёгкой усмешкой. — И, поверьте, конец этой игры будет куда интереснее, чем побег из вашей камеры.

Старший воин нахмурился, его взгляд оставался холодным и проницательным.

— Мы можем выслушать тебя, но это не значит, что поверим. Кто вы с этим человеком на самом деле? И что вам нужно от нашего господина?

Клаус, до этого момента молча наблюдавший за разговором, медленно поднялся и посмотрел на старшего воина.

— Мы здесь не для того, чтобы объяснять вам наши цели, — произнёс он спокойно, его зелёные глаза блеснули в полумраке. — Наши дела — это то, что не касается ни вас, ни ваших приказов. Ваш господин скоро поймёт, что нас нельзя удержать в клетке или контролировать по его желанию.

Трое воинов снова оказались в растерянности. Они не знали, как реагировать на этих двоих, которые явно обладали не только умом, но и уверенностью, будто знали что-то важное, о чём не догадывались даже те, кто служил Даймё.

Пленник сделал ещё один глоток чая и спокойно добавил:

— Ваши приказы и ваши цепи здесь ничего не значат.