Обитель солнца

— Проклятье! — сквозь зубы процедил Бэстифар. Аэлин и Кара одновременно с двух сторон рванулись к нему и потянули назад: в попытке уцепиться своей силой за налетчиков он перегнулся через ограждение балкона так сильно, что едва не рухнул вниз.

— Ты свалишься, идиот! — в сердцах воскликнула Аэлин.

Бэстифар обернулся к ней и ожег ее гневным взглядом.

— Я их почти достал! — возмущенно воскликнул он.

Улицы Грата теперь заполнял вовсе не успокаивающий пульс ночной жизни. По городу, совсем близко от дворца слышались боевые кличи и перепуганные крики. То тут, то там раздавались вопли раненых и умирающих. Город захлестнула резня, но налетчики отчего-то не попадали в поле действия сил аркала.

— Что-то не так, — тихо заметила Кара, напряженно глядя на ночные улицы. — Ты рассказывал, что было в дэ'Вере. Твоя сила должна была дотянуться до этих людей.

— Она бы дотянулась, если б вы не лезли под руку! — выкрикнул Бэстифар, теряя самообладание от гнева. Однако миг спустя рассудительность и хладнокровие Кары начали действовать на него, и из глаз постепенно стало уходить разъяренное безумие. — Я должен выйти туда. С близкого расстояния не подействовать не может, — уже спокойно произнес он.

— Надо найти Мальстена, — покачала головой Аэлин. — Кара права: с этими людьми что-то не так. Что может ограничить твою силу?

Бэстифар хмыкнул.

— В отношении людей? Ничего, — воинственно заявил он.

— Людей... — задумчиво повторила Аэлин. — А если это не люди? Если это иные?

— То, что налетчики не похожи на больших темных ящериц, я разглядеть успел, если ты об этом, — скептически покривился аркал и решительно направился к выходу из тронной залы. — На всех остальных моя сила действует.

— Хаффрубы принимают человеческий облик, — мрачно заметила Аэлин.

— И когда Совет Восемнадцати успел заключить пакт с такой кучей хаффрубов, скажи на милость? — фыркнул Бэстифар. — Эти существа никогда бы не стали пешками в войне. Это люди.

Аркал упрямо покачал головой, не желая признавать опасность и намереваясь выйти к неприятелю.

— Без Мальстена идти опасно! — воскликнула Аэлин, стремясь его удержать.

— Она права, — поддержала Кара.

Бэстифар набрал в грудь воздуха, чтобы возразить, но не успел сказать ни слова: дверь тронной залы распахнулась, и внутрь вошла группа людей в красных накидках.

Аэлин попятилась, потянув Бэстифара и Кару за собой. Прожигающий взгляд Бенедикта Колера она узнала сразу.

— Доброй ночи, Ваше Величество! — нараспев произнес старший жрец Кардении, вальяжно входя в тронную залу. Он держался по-хозяйски, с лица не сходила самодовольная улыбка. — Я так долго ждал нашей встречи.

— Твоя наглость знает хоть какие-нибудь пределы, Колер? — фыркнул Бэстифар. — Помнится, несколько лет назад я тебя выставил. Что, с возрастом память стала подводить?

Бенедикт лишь оскалился, но отвечать на издевку аркала не счел нужным.

Аэлин окинула взглядом группу из двух десятков захватчиков и в ужасе ахнула. Сперва она узнала Ренарда Цирона, принюхивавшегося к воздуху. Аэлин отчего-то не сомневалась, что слепой воин тоже сразу ее узнал. А затем она увидела, что два человека удерживают пленника со связанными за спиной руками. Вокруг его шеи были плотно обмотаны завязки красной накидки...

— Мальстен! — воскликнула Аэлин, тут же обратив на себя взгляд Бенедикта.

— Кажется, ваша помощь в охоте на данталли мне не понадобилась, леди Адланна, — хмыкнул Колер. Кара непонимающе посмотрела на подругу. Несколько человек из группы Бенедикта нахмурились, Ренард повел головой в сторону своего старшего. Многие слышали имя преступницы, пособницы Мальстена Ормонта, и заметили, что Колер оговорился. Похоже, этого не заметил только он сам. Вместо того он самодовольно посмотрел на Бэстифара: — Я позаботился о том, чтобы ваш... гм... гость прибыл на нашу встречу в подобающем наряде, Ваше Величество. Что скажете?

Бэстифар покривился: от елейного голоса Бенедикта его начинало подташнивать. Аркал прерывисто выдохнул и хмуро посмотрел на Мальстена. На вид с ним не случилось ничего серьезного: пара кровоподтеков и сочащаяся синей кровью подбитая губа — не более. Лишь растерянный слепой взгляд давал понять, что применить нити данталли не может, потому что никого вокруг не видит.

— Красный ему не к лицу, — нарочито холодно сказал Бэстифар. — Пожалуй, это стоит исправить. Развяжи его, Колер.

Бенедикт осклабился.

— Вы больше не отдаете приказы, Ваше Величество, — расплылся в улыбке он. Затем обратился к своим людям и небрежно махнул рукой: — Привяжите его вон к той колонне. Подальше от центра зала.

Три человека отделились от группы и потащили данталли к колонне. В одном из них Аэлин узнала Иммара Алистера. Мальстен пытался сопротивляться, но толку от этого не было: избитый и ослепший, он сделался совершенно беспомощным. Вдобавок за эти попытки грузный Иммар нанес ему сильный удар по спине, заставив запнуться.

— Шагай! — прорычал он.

Мальстен не издал ни звука, но вынужден был повиноваться.

— Это и не было приказом, — вторил его тону Бэстифар, наблюдая за тщетным сопротивлением друга. — Это была вежливая просьба. Но раз ты настаиваешь, будет тебе приказ.

Голос аркала угрожающе усилился. Он поднял руку, вокруг которой образовалось ярко-красное свечение. Аэлин и Кара напряженно посмотрели на налетчиков. Вот сейчас они должны застонать от боли и скривиться... вот сейчас...

Колер склонил голову набок и расплылся в миролюбивой улыбке.

— Какой милый огонек, Ваше Величество, — дружелюбно заметил он. — Но неубедительно. Может, попробуете еще разок?

На этот раз побледнел даже Бэстифар. Видят боги, он мог ожидать любой реакции, кроме этой. Никто из недругов даже не покривился. Те люди, что связывали Мальстена, и бровью не повели, продолжая выполнять приказ. Иммар прижал данталли к колонне, двое других туго затянули веревки вокруг его тела, полностью его обездвижив.

Аэлин сжала руки в кулаки, чувствуя легкое головокружение. Кара сделалась белой, как полотно, и отступила на шаг. Губы Бэстифара сжались в тонкую линию.

— Колер, — вдруг прозвучал приглушенный голос Мальстена. — Хватит. Тебе нужен был я, ты получил, что хотел. Делай со мной все, что хочешь, но не трогай их. Они же тебе не нужны...

— Ты упустил те времена, когда это было так, данталли, — холодно бросил Бенедикт, не поворачиваясь к нему. — Теперь я здесь представляю Совет Восемнадцати. И правители не готовы размениваться на мелочи. Им нужен иной, узурпировавший малагорский трон и послуживший причиной множества бед на материке.

Бэстифар попытался ухмыльнуться в ответ, но уголки его губ упрямо поползли вниз.

— Узурпировавший? — нервно хмыкнул он. — Я имел все права на трон, бесы тебя забери. Может, тебе и прочим материковым сидням стоило сначала разобраться в малагорском престолонаследовании?

Бенедикт пожал плечами.

— Будьте уверены, Совет тщательно все изучил. И пришел к тем же выводам, что и я. — Его брови его воинственно сошлись к переносице. — Иному не место на троне человеческого государства.

Лицо аркала побагровело от злости.

— Проклятая ты шельма, Колер... — прошипел он.

— Именем Совета Восемнадцати, Бэстифар шим Мала, вы должны сдаться. Хотя что-то подсказывает мне, что вы откажетесь, — со снисходительной ухмылкой отозвался Бенедикт.

Послышался топот ног нескольких человек. С десяток стражников подоспели к тронной зале с оружием наизготовку, но замерли, увидев, что захватчики находятся в опасной близости от царя. Его рука сияла красным, но ожидаемого эффекта не наступало — враги все еще были на ногах и не выказывали ни малейших признаков боли.

Аэлин поискала среди стражников своего отца, но не увидела его. Как не увидела и Дезмонда.

Проклятье, что он с ними сделал? — спрашивала она себя, но задавать этот вопрос Колеру не решалась, одновременно боясь услышать ответ и не желая давать ему повод проявить еще большее самодовольство.

Бэстифар извлек из-за пояса меч, поблагодарив собственную мнительность хотя бы за то, что не ходил по дворцу безоружным с момента сообщения о беспорядках в городах. Не расстававшаяся с парангом Аэлин тоже вооружилась. Каре она протянула стилет, который всегда прятала в рукаве. Не боги весть какое оружие, но лучше, чем ничего.

— Вынужден предупредить: неподчинение приведет к вашей смерти, Ваше Величество, — с миролюбивой улыбкой сообщил Бенедикт. — Благоразумнее было бы сдаться.

— Хочешь убить — убей в бою. Своего согласия на казнь я тебе не дам, — хищно ухмыльнувшись, отозвался Бэстифар.

Бенедикт и его люди приготовились. Лязгнули мечи, извлекаемые из ножен. Им вторили мечи стражников малагорского дворца. Время замерло в ожидании решающего гонга богов.

— Воля ваша, — сказал Бенедикт.

И тогда время взорвалось.

Стражники ринулись в атаку. Люди Колера рассредоточились по тронной зале, смело встречая натиск малагорцев. Аэлин и Кару оттеснили друг от друга. Кара оказалась напротив вооруженного светловолосого мужчины среднего телосложения, тут же бросившегося в атаку. Аэлин же замерла с парангом лицом к лицу с Ренардом Цироном.

— За мной должок, леди Аэлин, — прошелестел слепой.

Охотница напряженно замерла, понимая, что на этот раз вряд ли ей удастся провести Цирона тем же способом, что в Олсаде.

Бэстифар знал, кто станет его противником в этом бою, и будто остальные тоже это знали. Никто из людей Колера не пытался подобраться к аркалу. Его сила не действовала на них, но, казалось, страх перед иным слишком глубоко сидел в их душах.

— Посмотрим, каков ты в бою без своих способностей, — оскалился Бенедикт.

— Я тебя удивлю, — хмыкнул Бэстифар и ринулся в атаку.

Мальстен отчаянно рвался из своих пут, пытаясь понять, что происходит в тронной зале. На то, что отряженные Бенедиктом конвоиры прекрасно видят его попытки, ему было плевать: оставлять их он не собирался.

Зал наполнился звуками боя: где-то вскрикивали раненые, звенела сталь. Тронную залу пронизывал жар и запахи пота и крови.

— Не дергайся, данталли! — надменно крикнул кто-то рядом с ним. Похоже, это был Иммар Алистер. Мальстен не обратил внимания на этот выкрик. За непослушание кто-то ударил его в челюсть, и в ушах противно зазвенело.

Стараясь прийти в себя и возобновить попытки вырваться, Мальстен проклинал свою беспомощность. Самый могущественный данталли на Арреде, для которого нипочем ни красные одежды врагов, ни даже хаффрубы... оказался так просто повержен. Колер нашел его слабое место и ударил именно туда. И если сейчас не случится чудо, он уничтожит и остальные его слабости — людей, которыми он дорожил.

Мальстен взмолился всем богам Арреды.

Умоляю! — вскричал он про себя, невольно приподнимая звенящую голову к потолку. Слепые глаза видели перед собой необъятное ничто. — Умоляю! Все, что угодно! Я вытерплю все, что угодно, только позвольте мне спасти их! Спрашивайте с меня все, что хотите, заберите мою жизнь, если нужно, я ничего не пожалею, но помогите мне выпутаться и помочь моим друзьям!

В ушах по-прежнему звенело. Завязки красной накидки сидели плотно. Вокруг продолжал раздаваться лязг стали, высекая невидимые глазу ослепшего данталли искры.

Чуда не произошло.