Обитель солнца

Бенедикт Колер старался запомнить представшее перед ним зрелище во всех подробностях. Мальстен Ормонт, живая легенда Арреды, стоял перед ним — беспомощный и слепой. Бенедикт видел, как напрягается лицо данталли, пытающегося связаться с нитями, но неспособного это сделать, пока Иммар перехватывал ему руки за спиной.

Малагорская девка сработала отлично, отвлекла данталли на себя в самый подходящий момент. Все-таки артисты — коварные создания! А эта финальная реплика! Достойно настоящего выступления. Бенедикт бы поклонился, если б не был так занят созерцанием своего врага.

Интересно, он понял, как легко его обвели вокруг пальца? — самодовольно думал Бенедикт. — Понял, кто это сделал?

Страх в ослепших глазах анкордского кукловода промелькнул лишь на пару мгновений, прежде чем Мальстен Ормонт понял, что попал в ловушку. Однако и этой пары мгновений Бенедикту хватило, чтобы запечатлеть в памяти образ поверженного врага, который он так долго лелеял в самых смелых мечтах.

Красная накидка тоже не подвела. Все-таки на данталли есть управа, даже на такого сильного, как анкордский кукловод.

Лицо Мальстена Ормонта теперь казалось непроницаемым, как фарфоровая маска. Ни один мускул не двигался, его растерянность выдавали только глаза.

— Ты, должно быть, удивлен, — не сдержался Бенедикт. — Не ожидал, что мы снова встретимся, да еще и так?

Мальстен молчал. Его лицо сделалось злым. Разумеется, он узнал своего пленителя, но не дал себе труда сказать ему об этом. Ожидаемо.

Бенедикт повернулся к Ийсаре и улыбнулся.

— Мое почтение, — проворковал он, преисполнившись уважения. — Вы истинная артистка, моя дорогая. И коварная, как все женщины Арреды. Поверьте, свою часть уговора я сдержу.

Ийсара вздернула подбородок и приблизилась.

— Позволите? — мягко спросила она, потянувшись рукой к щеке Мальстена.

Иммар, стоявший подле данталли, напряженный, как струна, грозно на нее посмотрел, но Бенедикт успокаивающе кивнул ему.

— Разумеется,  — расплылся в улыбке он и обратился к Иммару: — Угрозы он теперь не представляет, опасаться нечего.

Ийсара провела рукой по щеке данталли.

— Я тебя никогда не прощу, — сладким, сожалеющим тоном произнесла она. — Но я надеюсь, мне станет чуть легче от того, что я все-таки отомстила тебе.

Бенедикт хмыкнул. Он ожидал, что хотя бы эти слова проймут Ормонта и заставят его заговорить, но ошибся. Мальстен только сильнее нахмурился, но не проронил ни звука. У Бенедикта чесались кулаки преподать этому наглому существу урок, но он сдерживал себя, понимая, что сейчас в этом нет никакой нужды.

— Потрясающе, — с искренним восхищением произнес он, обращаясь к Ийсаре. — О страсти малагорских женщин ходят легенды, и вы — их живое воплощение.

— Я сделала это не для вас, так и знайте! — резко бросила Ийсара.

— Я знаю, — примирительно произнес Бенедикт.

В этот момент данталли все же заговорил. Но это были не мольбы о пощаде, не страхи и не жалобы.

— Позволь ей уйти, — тихо произнес он, цедя каждое слово сквозь стиснутые зубы. Бенедикт удивленно приподнял брови, не спеша отвечать. — Она сделала то, что ты хочешь. Теперь дай ей уйти, — повторил Мальстен. — Она тебе не нужна.

Бенедикт любезно улыбнулся Ийсаре.

— А он благороден, не так ли?

— Всегда таким был, — холодно согласилась Ийсара. Но ее голос зазвенел от напряжения: то, что Мальстен тревожился за ее жизнь, явно насторожило ее. Бенедикт примирительно покачал головой.

— Вам нет нужды переживать, — заверил он. — У нас был уговор, и моей целью и впрямь были не вы, моя дорогая, а этот монстр.

— Я могу уйти прямо сейчас? — все еще напряженно спросила она.

— Если хотите, — смиренно кивнул Бенедикт. Заметив, что Ийсара расслабилась, он добавил: — Вы сослужили большую службу всей Арреде, если вас это волнует.

— Мне на это наплевать, — безразлично бросила Ийсара. Все ее внимание было вновь обращено на Мальстена. Она будто старалась запомнить его до мельчайших деталей, таким образом немо прощаясь с ним.

Бенедикт осклабился. В руку ему тихо скользнул кинжал.

— Ну, разумеется, — полушепотом произнес он.

Мальстен набрал в грудь воздуха, чтобы посоветовать Ийсаре бежать, но не успел. До него донеслось лишь, как она резко ахнула. Этот звук сопроводил другой, больше напоминавший глухой удар.

— Ийсара! — воскликнул данталли и рванулся вперед. Иммар нанес ему тяжелый удар в живот, выбив воздух у него из легких. Мальстен покачнулся, но удержал равновесие, только слегка наклонился вперед, попытавшись восстановить дыхание.

— Мальстен... — хрипло выдавила женщина и застонала.

— Не дергайся! — скомандовал Иммар, обратившись к данталли.

Бенедикт тем временем поддержал оседающее тело женщины, цокнув языком.

— Зачем?! — отчаянно прохрипел Мальстен, немного продышавшись. — Ты получил то, что тебе нужно, зачем ты это сделал?!

Бенедикт пожал плечами, хотя и знал, что данталли не способен сейчас этого разглядеть.

— Не люблю предателей.

Люди из его команды, наконец, вышли из укрытия. Их шагам аккомпанировали судорожные булькающие хрипы умирающей Ийсары.

— Что будем делать с ним теперь? — прозвучал шелестящий голос Ренарда.

— Тело девки бросьте к мертвым стражникам, — скомандовал Бенедикт. Затем повернулся к Мальстену. — А его, — он снова расплылся в улыбке, — мы возьмем с собой. — Аркал — любитель представлений, так пусть станет его полноценным участником.

Ренард Цирон громко втянул воздух.

— Опрометчиво, — тихо прошелестел он.

— В таком виде этот данталли опасности не представляет, — отмахнулся Бенедикт. — Он в любом случае для нас безвреден.

Лицо Мальстена оставалось сосредоточенным, он лихорадочно соображал, пытаясь разобраться, что происходит. Бенедикт не мог нарадоваться на это зрелище.

— Ведите его наверх, — победно произнес он. — Любого, кого увидите на пути, можете убивать без разбора. Самого главного пленника мы уже заполучили.

Мальстен ощутил толчок в спину. Он попытался сопротивляться, но его продолжили увлекать к лестнице, и ему пришлось повиноваться.