Обитель солнца

Грат, Малагория

Одиннадцатый день Зоммеля, год 1489 с.д.п.

Царские покои были освещены небольшим количеством масляных ламп, создававших таинственный полумрак. Кара вошла, тихо притворив за собой дверь, и несколько мгновений постояла, прислонившись к двери спиной, будто тяжелое дерево давало ей ощущение опоры. Она давно не чувствовала такого волнения, как сегодня, и отчего-то ожидала, что Бэстифар ощутит это. Но если он что-то и почувствовал, то никак не дал ей об этом знать. Он даже не обернулся, не отвлекся от бумаг, которые изучал, сидя за столом.

— Бэстифар, — обратилась Кара.

Аркал выпрямился, но так и не повернулся.

— Уже почти ночь, — заметил он. — Ты давненько не наведывалась сюда в такой час. — Его голос звучал отстраненно, почти холодно. Кара прерывисто вздохнула, не решаясь оттолкнуться от двери и приблизиться к нему.

— Да. Я знаю...

Бэстифар просидел к ней спиной еще несколько мгновений, затем все же развернулся — пожалуй, резче, чем хотел бы. И тут же нахмурился.

— У тебя такой вид, будто ты увидела войска, подступающие ко дворцу, — хмыкнул он. Не встретив на лице Кары ни тени улыбки, он поднялся со стула и сделал к ней несколько шагов. — В чем дело?

Кара покачала головой.

— Уж точно не в войсках, Бэстифар, — нервно хохотнула она. — Дело... во мне. В нас.

Аркал приподнял бровь.

— В нас?

— Скажешь, что никаких «нас» не существует? — ядовито усмехнулась Кара. — Смелее. Это будет поступок, достойный царя.

Бэстифар недоуменно посмотрел на нее.

— Я что-то не совсем понимаю: ты явилась сюда перепуганной, теперь бросаешься обвинительными речами. Что дальше? Драка?

Кара закатила глаза.

— Тебя самого это не достало? — прошипела она.

— Проклятье, Кара, что именно?

— Эта отстраненность! — Она всплеснула руками, наконец, оттолкнувшись от двери. Миновав Бэстифара, Кара прошла вглубь комнаты и замерла, став к аркалу спиной и сложив руки на груди. — Сколько это уже длится? С момента нашего визита в Аллозию, Бэстифар. Мы делаем вид, будто все по-прежнему, но ведь это не так. Я старалась закрывать на это глаза. Думала, что как только Мальстен приедет в Грат, ты переменишься, и все вернется на круги своя, но нет! Меняется все, кроме этого.

Она ожидала, что Бэстифар перебьет ее и снова начнет паясничать, но он молчал.

— Ты не можешь простить мне мою скрытность, — вздохнула Кара. Это не было вопросом. — То, что я не рассказала тебе о своем прошлом. — Она повернулась к нему, глядя на него с непониманием и возмущением. — Но ведь ты мог выяснить все, что тебе хочется! Отар Парс мог сделать это для тебя. Да и кхалагари до сих пор могут: не думаю, что Арсад Хелли сильно уступает Парсу. Но ты не приказал им это сделать. Ты мог выпытать у меня информацию — в этом тебе нет равных. Но и этого ты делать не стал.

Бэстифар вздохнул и сделал к ней пару шагов.

— Мы знакомы столько лет, — качнув головой, сказал он. — Разве так постыдно хотеть узнать о тебе от тебя самой?

Кара обняла себя за плечи, чтобы унять дрожь. Слишком давно она не чувствовала себя такой беззащитной. Бэстифар положил руку ей на плечо.

— Ты обо мне все знаешь, — тихо сказал он, улыбнувшись. — Я сам рассказывал тебе. Отчего же ты не окажешь мне такого доверия?

Кара поморщилась.

— То, что было до изгнания, это... это плохие воспоминания, Бэстифар. Очень плохие. И я не хотела делить их ни с кем. Я была бы рада навсегда забыть их, как история Малагории забыла меня.

Бэстифар покачал головой.

— История Малагории не забыла тебя, Кара, — сказал он. — Ты была со мной с первого дня моего прибытия в Грат. Ты — часть истории Грата. Если это не помогло тебе перечеркнуть твое прошлое, что вообще на это способно?

Кара тяжело вздохнула и опустила взгляд.

— За этим я и пришла, — сказала она. — Я хочу рассказать тебе, кто я. Точнее, кем была до того, как встретить тебя.

Она посмотрела на Бэстифара и оторопела. Впервые она видела его лицо таким — оно вытянулось, глаза словно увеличились и, не мигая, смотрели на Кару.

— Как тебя звали? — тихо спросил он.

— Кара Абадди, — дрожащим голосом произнесла она. — Дочь Саида Абадди из Оруфа.

Глаза Бэстифара потеплели, и Кара поняла, что впервые с момента визита в Аллозию видит их такими. Подступающие слезы перехватили ей дыхание. Бэстифар коснулся ее щеки и улыбнулся.

— Приятно, наконец, познакомиться с тобой, Кара Абадди.

— Ты знаешь, что не должен меня так называть, — нервно улыбнулась она.

— Я подумаю над тем, чтобы отменить эту традицию, — сказал он. — Хоть на что-то же должен сгодиться этот несчастный царский трон.