Кровавые контракты

Возвращение в Неаполь после миссии в Японии было для всех напряжённым, но для Лии это было особенно тяжело. Напряжение, которое они пережили с командой, не рассеялось, а наоборот, становилось только более ощутимым. И хотя Лия не показала этого, её внутренний мир был далеко не таким спокойным, как она пыталась представить. Всё вернулось к привычной жизни — её работа, её долг перед Карло Риччи, её место в мафиозной структуре. Но именно Карло стал тем человеком, с которым она больше всего не могла справиться. Когда она вошла в его офис, её сердце быстро забилось. Это не было что-то новое — она часто сталкивалась с ним в делах, и её отношение всегда было профессиональным. Но сейчас что-то изменилось. Его взгляд, спокойный, но с таким глубоким интересом, не дававшим ей покоя, заставлял её чувствовать себя уязвимой. Она понимала, что он замечал её изменения, но сама она не знала, как реагировать. Карло сидел за своим столом, его глаза были сосредоточены на бумагах, но Лия знала, что он внимательно наблюдает за каждым её движением. Словно специально, он продолжал молчать, давая ей время почувствовать себя неудобно. Это была его стратегия — играть с ней, давать понять, что он видит то, что она старается скрыть.

— Ты вернулась, — сказал он наконец, его голос был тихим, но с явной ноткой иронии. — Я надеялся, что ты вернешься не только с миссией, но и с ответами, которые я жду.

Лия не могла понять, какой смысл он вкладывал в эти слова, но чувствовала, что это не было простым вопросом о миссии.

— Мы сделали всё, как планировали, — ответила она, её голос был твёрдым, но внутри всё колотилось. — Но я не уверена, что всё так просто, как ты думаешь.

Карло склонился немного вперёд, его взгляд всё более проницательный. Он внимательно изучал её, как если бы пытался найти ту самую щель, через которую могли бы вырваться её истинные мысли.

— Я вижу, что ты не просто переживаешь за миссию, Лия. Ты многое скрываешь, не так ли? Ты думаешь, что я не замечаю твоего молчания?

Лия почувствовала, как её дыхание сбивается. Он был прав — она не могла скрыть от него то, что переживала. Это была не просто работа или миссия. Это был Карло, его слова, его взгляд, его сила, которая завораживала её и заставляла испытывать совершенно новые, неведомые ей до этого чувства. Но она не могла признаться в этом. Она не могла позволить себе быть слабой перед ним.

— Ты ошибаешься, — ответила она, пытаясь выровнять голос, но в нём звучала несмелая нотка. — Всё это — просто работа. Мы не можем позволить себе думать о личном.

Карло усмехнулся, его взгляд стал ещё более настойчивым.

— Ты не можешь скрыть этого от меня, Лия, — сказал он тихо, но уверенно. — Я знаю тебя слишком хорошо. Ты не просто работаешь для меня. Ты чувствуешь то, что ты пытаешься скрыть. И я не могу просто игнорировать это.

Её сердце пропустило удар. Он всё знал. Он знал, что она не может просто быть его подчинённой, что её чувства давно вышли за рамки профессионализма. Она пыталась игнорировать это, но теперь, когда он сказал это вслух, она почувствовала, как будто её мир рухнул.

— Я... — Лия остановилась, не зная, что сказать. — Мы должны продолжать работать. Всё остальное не имеет значения.

Но Карло не сдавался. Он стоял рядом, почти вплотную, его присутствие было слишком сильным.

— Ты думаешь, что можно просто забыть, что между нами есть нечто большее, чем просто бизнес? Ты и я знаем, что это не так.

Его слова проникали в неё, как нож, который не причиняет боли, но заставляет сердце замирать. Она почувствовала, как её нервы на грани, и вместо того чтобы отступить, она почувствовала, как его близость только усиливает её борьбу с собой. Она должна была уйти от этого. Но чем больше она пыталась сбежать, тем сложнее было избавиться от его влияния.

— Мы не можем это позволить себе, Карло, — выдохнула она, её голос был почти неслышным.

Карло стоял молча, но его глаза оставались на ней, как будто он проникал в самую душу Лии. Она чувствовала, как его слова, его взгляд и его сила как будто расплавляют её внутренние барьеры, заставляя её сдаться. Он не был похож на других. И это было тем, что заставляло её бояться больше всего.