Последняя история погребенной в окурках
Любила тебя я тысячи лет,
Но как хорошо, что любви больше нет
И как хорошо, что сердце свободно.
По ветру лечу я теперь так фривольно.
И как хорошо, что теперь на кровати
Не ты, а пустая бутылка бакарди.
Не лью на подушку теперь свои слёзы,
Лишь воду на эти садовые розы.
И более я не пишу к тебе строчки
Теперь я срываю с деревьев листочки,
Чтоб вышел из них гербарий осенний,
Утешу им себя в час мой последний.
Я думаю, час этот скоро придёт
И за вранье приговор меня ждёт,
Ведь до сих пор о тебе я безвольно
Мечтаю и этого мне не довольно.
И хотя разбежались по сторонам,
Я наше былое ни за что не отдам:
Чашки чая на нашем кухонном столе,
Вмятины, здесь, на оконном стекле,
Рисунки кривые на старой стене,
Как вместе мы в этой забытой стране
Безумолку фразы любви говорили,
Во вредных привычках тонули и гнили.
Действие драмы подходит к концу.
Напишу пару строк и отдам лист гонцу:
"Уходи из цветущего сада,
Закрывай за собою дверь.
Мне мечтать о тебе уж не надо.
Хоть на этот раз мне поверь...
Пишу я к тебе иступлённо,
Без боли и глупых надежд,
Но более не оживлённа
Моя безсвязная речь.
В последний раз к тебе пишет
Погребенная в старых окурках,
А значит в последний раз дышит
В этих дождливых сумерках."
Душой болезненно тертой
Зачеркнет пару строчек в стихах,
Где написано: "Шел бы ты к черту!
Я мертва и кровь на стенах."
2017