Ветви

Пока золотоволосая Полина медленна шла в комнату Людмилы, в ее голове словно водопад лились напряженные мысли. Сообщать о планах Захаровой – младшей Люде, Полина не собиралась. Не зачем волновать подругу, когда она не здорова. Она сама разберется с разбушевавшейся Женей. Ибо та уже не видит предела.

Оказавшись в комнате, девушка с горечью взглянула на бледную подругу сидящую на кровати и читающую книгу.

- Люда.

- Полина, - слабо улыбнулась Людмила. – Где ты была?

- На кухне, попросила Фаину Романовну приготовить ужин нам с тобой. – ухмыльнулась солнечная, - Если ты не против, я пожалуй останусь с тобой. Моя квартира навевает на меня тоску.

- Думаю, Женек будет не против. Побудь со мной.

Комната Фаины Романовны.

Девушка волнительно расхаживала по комнате. Ее темные глаза метались из стороны в сторону.

- Евгения Максимовна, не переживайте. Сегодня я вас не подведу.

- Я надеюсь, Фаина! – горячо воскликнула Евгения. – Один твой неверный шаг и можешь проститься с жизнью. Естественно подозрения падут на мою мать.

- Как думаете, Полина Эдуардовна слышала наш с вами разговор?

- Не думаю. Это же Максимова. Она никогда не промолчит. Наш бескрылый ангел.

Комната Евгении Захаровой

Людмила устало прикладывала холодную ладонь ко лбу, надеясь, что боль пройдет, но она усиливалась с каждой минутой.

- Людмила. Может все- таки вызвать врача? – беспокоилась домработница Захаровых, стоя рядом. – Не отказывайтесь. Вам же хуже.

Та выдохнула и вяло легла на подушки.

- Пусть приедет. Так не хотелось, что бы о моем недомогание знали близкие.

- Ваше здоровье важнее, Людмила Павловна. Я скоро вернусь с доктором. Отдыхайте.

Офис Захарова.

Сидя на небольшом диванчике, на просторном балкончике Максим задумчиво слушал своего работника - Валерия Романовича Селивестрова, что рассказывал о новом договоре с компанией Гордегрис.

- Да, не плохое решение, Валера. – улыбнулся Максим. – Сделай все, что необходимо для расширения компании. Я намереваюсь, разбить нашу компанию на несколько офисов.

- Верно...- кивнул Селивестров. – Как здоровье Екатерины Львовны? Я слышал Ваша жена тяжело переносит беременность.

Максим Антонович тяжело вздохнул и помрачнел.

- Катя, сейчас переживает, потому что боится потерять ребенка. Но не смотря на все это, скрывая свои чувства, она управляет домом.

- Екатерина – хорошая женщина. Она справится со всеми трудностями.

- Дай Бог! Как Анна? Полина говорила, что она счастлива.

Валера попытался скрыть улыбку, так как всегда пытался быть строгим и важным человеком.

- Слава Богу у нас с Анютой, все хорошо. Анна в здравии и ожидает ребенка.

- Неужели? – удивленно вскинул брови Максим Антонович. – Поздравляю. Это просто прекрасная новость...

Селивестров ответил сухой улыбкой.

Вечер. Особняк Захаровых. Комната Евгении.

Женя перебирала свои бумаги в папке и задумчиво хмурилась.

- Фаина!

- Евгения Максимовна? – сидящая рядом женщина встрепенулась.

- Я подумала, что неплохо бы было пригласить сюда маму. Мне очень тяжело без нее... И уговорить отца что бы она жила с нами нет шансов...

- Не думаю, что это хорошая идея. Простите. Ведь Галина Артемовна не сможет мириться с Екатериной Львовной.

- Это верно...Но я уверена, что моя мама еще станет женой отца! – горячо воскликнула Женя.

Вздохнув, Женя быстро закрыла папку с документами.

- Уже вечер подходит к концу. Фаина Романовна, подготовьтесь! Сегодня я избавлюсь от Кати, и мама опять будет хозяйкой этого особняка.

Комната Екатерины.

Расчесав свои светлые длинные волосы девушка, с трудом присела на кровать. Ребенок толкнулся и Катя приложила руку к животу. Тихие толчки и тянущая боль внизу живота беспокоила молодую женщину. Возможно, скоро на свет появится ее ребенок. Она погасила ночник и опять подумала, о том, что в который раз она засыпает одна в холодной постели без Максима.

Усталая женщина приложила руку к животу и быстро заснула.

Комната главного охранника.

- Господи! Полина Эдуардовна, что вы такое говорите? Разве Евгения Максимовна способна на такое? – шокировано отвечал молодой человек, стоя напротив Полины.

- Способна, Богдан. Женя не любит делить любовь отца с кем- то! Я собственными ушами слышала, их разговор с домработницей. Она сказала, закончить начатое. – недовольно ответила девушка и откинула свои светлые волосы назад. – Я должна остановить Евгению. Она возомнила себя единственной хозяйкой отца. Она думает, что человеческая жизнь – ничто. Она всегда стремилась быть единственной и незаменимой для Максима Антоновича.

- Чем я Вам могу помочь? Надо ли сообщить Максиму Антоновичу?

- Нет. Не смей звонить Максиму Антоновичу и напрасно его беспокоить. Незачем усугублять положение.

- Хорошо. – смиренно кивнул Богдан. – Так что же мы будем делать?

Полина задумчиво помолчала.

- У тебя есть друзья среди охраны? –Богдан кивнул. – Возьми двух человек, пусть спрячутся возле комнаты хозяина. А дальше подумаем...Быстрее, Богдан! У нас мало времени.

Ночь. Комната Евгении.

Переодетая ко сну, с распущенными черными волосами девушка волнительно расхаживала по комнате, волнительно заламывая руки и покусывая губу, как делала всегда когда волновалась. Фаина Романовна уже ушла к себе, что бы успокоиться, а после завершить начатое. Екатерина Львовна ей тут не хозяйка.

Женя страстно желала услышать от домработницы, что мачеха мертва. Никогда и ни за что, она больше не позволит никому быть рядом с отцом, кроме своей матери. Галина Артемовна совершила ошибку, недооценив секретаршу. Да и как она могла воспрепятствовать отцу, когда мать запретила ей вмешиваться в отношения Кати и отца.

Жар волнения и томное ожидание колотило со всех сил девушку. Этой ночью все изменится. Катя перестанет существовать в жизни отца, как будто не было страшного развода папы и мамы, как будто они так и живут вместе и все в их семье хорошо. Мама станет единственной женой отца, а Женя любимой дочерью Максима Антоновича.

Комната Екатерины.

Практически бесшумно, стараясь не повторить прошлой ошибки Фаина Романовна прошла через темные коридоры и очутилась возле спальни Екатерины.

Двое охранников, полусонные сторожили комнату Кати. Быстро сообразив, что делать, пожилая женщина вышла из –за угла.

- Значит прохлаждаетесь тут. – приняв суровый вид подошла к ним домработница. – А кто продукты таскать будет?

- Какие продукты, Фаина Романовна? – басом произнес охранник и потер глаза. Привиделось ему что ли?

- Такие продукты, Сергей. В кладовке. А что, Богдан вам разве не передал мой приказ? – суровый свистящим от шепота голосом спрашивала Фаина Романовна. – А ну, быстро идите в кладовку и продукты вытаскивайте! А я пока Екатерину Львовну посторожу.

Мужчины стараясь не шуметь подчинились домработнице и пошли в кладовку. Фаина Романовна, последовала за ними, утверждая, что если она отлучиться на пять минут ничего не произойдет. Убийцы больше в доме нету, а значит и угрозу никто не представляет для Екатерины Львовны.

Войдя в кладовку женщина широко открыла дверь и сказала охраннику:

- Илья, иди включи свет. Он по правой стороне.

Мужчина пошел вперед по полной темноте, оставив напарника рядом с Фаиной Романовной.

- Ну тут нету ничего. – замешкался он и стал руками исследовать стену.

- Что там происходит, Ильюха? – спросил возмущенно Сергей и дверь за ним захлопнулась. Фаина Романовна закрыла кладовку на ключ и отошла от дверей. Мужчины застучали в дверь.

Отойдя от кладовки домработница тяжело вздохнула, чтобы успокоиться и собрать всю волю в кулак. Она должна это сделать ради своей подруги – Галины Артемовны и ее дочери – Жени. Что с ней будет, если ее поймают? Убьют? Она почти двадцать два года служит семье Захаровых. Дверь комнаты была призывно приоткрыта. Из щели сочился тусклый свет от светильника. Женщина тихо вошла в комнату и огляделась. Никого, кроме спящей Кати. Подойдя к кровати, девушки Фаина покрепче сжала в руках нож, что бы руки прекратились трястись. Она занесла руки над головой для большей силы удара. Еще мгновение и девушка была бы мертва, но внезапно в комнату ворвались охранники. От ужаса и страха пожилая женщина выронила нож на пол и тот, лязгнув упал. Ей скрутили руки, завили встать на колени.

- Нет! Нет! Пустите! – истошно закричала Фаина Романовна, пытаясь выкрутиться из цепкой хватки мужских рук и от ее крика проснулась Екатерина.

Ее голубые глаза налились беспросветным ужасом и непониманием.

- Фаина Романовна? Так это были вы?

Вопрос остался без ответа. Все взгляды устремились на девушку, степенно вошедшую в заполненную людьми комнату. За ней последовал Богдан.

- Полина Эдуардовна! – закричала Фаина Романовна. – Помогите! Клянусь! Клянусь, сделаю все что вы захотите! Только не отдавайте меня в руки Максиму Антоновичу.

Полина ленивым жестом, приказала ей замолчать.

- Прекратите кричать! Вы, как я вижу, не глупы и понимаете, в какой безвыходной ситуации вы оказались?

В ответ домработница лишь горько разрыдалась.

- И вы, сделаете все, что я скажу. Взамен на Вашу жизнь.

- Да. Да, Полина. Все что пожелаешь.

Полина довольно ухмыльнулась.

- Полина Эдуардовна! – возмутилась Екатерина и отчего то ее лицо было искажено в гримасе боли. – Неужели вы пощадите, эту предательницу? Богдан, немедленно позови Максима. Кстати, где он?

- Я создаю твою судьбу, Катя! Открываю дорогу к власти и богатству! Потому молчи и не встревай!

Но Екатерина уже ничего не слышала, скорчившись от боли в животе. Из ее горла вырвался сдавленный стон.

- Воды! Воды отошли! –тяжело дыша, вымолвила она и закричала.

- Боже мой! – встревожилась золотоволосая девушка. – Скорее вызовите скорую и врача. Дай Бог тебе терпения, Катя. – выходя из комнаты проговорила она. – Охрана! Ведите за мной Фаину Романовну.

Гостиная. Каминный зал.

Разбудив Максима Антоновича, Полина вошла в комнату мужчины. Максим Антонович сонный и напряженный внимательно вглядывался в ее лицо.

- Что случилось? Почему ты у нас?

- Это сейчас не важно, Максим Антонович. Простите за то, что потревожила в столь позднее время.

- В чем дело?

- Не может быть! Моя Женька? Моя дочь сказала?

- И мне не верится, Максим Антонович. Но это правда. Я сама слышала, разговор вашей домработницы и Жени. Каждое слово источало ненависть и злобу.

- Приведите женщину. – распорядился ошеломленный Захаров, сложив руки за спиной.

Когда домработницу ввели охранники, то женщина ничего не тая во всем призналась, горько рыдая.

- Я делала, это только ради вашего счастья, Максим Антонович. Максим Антонович, не убивайте меня. Женя хочет что бы вы опять жили с Галиной Артемовной вместе. Девушка страдает...

- Ты покусилась на жизнь моей семьи, Фаина. Ты столько лет служила мне и Гале, правдой. Ты на руках своих вырастила Женю. И после стольких лет ты вонзила нож в спину мне, покусившись на мою семью. Завтра же, ты уволишься.

- Максим Антонович, не надо! – взвизгнула Фаина Романовна. – Полина Эдуардовна, помогите! – она схватила руку и крепко сжала.

- Вы слышали слова Максима Антоновича? Не мне решать вашу судьбу. Кто я такая? Примите ваше поражение достойно, и благодарите Бога за то, что Максим Антонович не приказал избавиться от вас.

- Но вы...

- Замолчите! – прервала ее Полина и с брезгливостью вырвала свою руку из ладони экс - домработницы. – Охрана, заприте женщину в ее комнате. Максим Антонович...Пусть ваше сердце не омрачается болью. Евгения вами любима, от этого ваши глаза затуманились. Она все эти годы скрывала свою истинную сущность...

- Довольно, Полина. – прервал ее мужчина. – Иди к себе.

- Есть еще одна новость, о которой Вам необходимо узнать.

- Что еще?

- Катя рожает. Дай Бог в Вашей семье, дядя Максим появится еще один прекрасный ребенок. Сколько лет вы этого ждали?

На лице мужчины выступила едва заметная теплая улыбка.

Девушка чувствовала внутреннее удовлетворение. Она смогла открыть дяде Максиму, истинное лицо дочери. Интересно, как отреагирует Люда?

Сокрушаясь и переживая, Евгения вошла в комнату отца, который позвал ее, несмотря на столь позднее время. Полина гордо вздернув подбородок, стоя неподалеку, даже несмотря на вошедшую девушку. Она понимала, что все разрушено. Фаина не справилась. Захаров одарил дочь долгим, мучительным взглядом.

- Правда ли то, что рассказала наша домработница и Полина?

Женя наполнилась ядовитым гневом. Полина! Так, вот чьих рук это дело...Захаровой еле удалось сдержаться, что бы не взглянуть на девушку убийственным взглядом. Дочь Максима Антоновича изобразила недоумение.

- Разумеется нет! Отец мой... Полина, видимо подкупила Фаину Романовну. Что бы та, оклеветала меня. Полина завидует мне, она видимо хочет от меня избавиться!

Темно-коричневые брови сошлись на лице мужчины. Его лицо обратилось в единственную преобладающую эмоцию – возмущение.

- Зачем мне это нужно? Я всего лишь хотела спасти несчастную девушку, от твоей ненависти, Женя. – уверенно проговорила золотоволосая девушка, смотря прямо на мужчину.

Вздохнув, мужчина жестом сказал удалиться Полине.

- Возвращайся в свою комнату, Полина.

- Спокойной ночи. – изящно сложив руки на животе сказала та, и подходя к двери метнула на Женю торжественный взгляд.

Отец и дочь остались наедине. Тишину нарушал лишь стрекотание сверчков, льющихся через открытую двери на террасу.

- Что с тобой случилось? Прежнюю свою дочь Женю, я не узнаю.

- Не верь им, пап. Не позволяй им разрушить наши теплые отношения.

Женщина в исступлении подошла к мужчине.

- Все это обман, папочка. Как я могу решиться на убийство?

- Довольно лгать, Женя. Вернись к себе в комнату. Не желаю более тебя видеть. Ты понесешь наказание за все, что ты натворила.

Отойдя от дочери, как бы брезгливо, Максим вышел на веранду, что бы остудить разум и чувство в ночи и свежем ночном воздухе.

Выйдя из комнаты отца, сломленная и близкая к истерике Евгения шла в свою комнату, в мыслях ругая себя за неосторожность и потерю благосклонности отца. Неужели это ничтожное обстоятельство сможет лишить ее денег отца? Нет. Отец простит ее обязательно.

Открыв двери, Евгения вошла к себе, желая остаться наедине и дать волю чувствам, но иногда даже такие маленькие просьбы не сбываются. Надменно улыбаясь, на тахте сидела Полина. Горько ухмыльнувшись, Женя вытерла со щек слезы.

- А ты не изменилась, Максимова.

- И ты, Евгения. Сколько лет прошло, а ты со своим мозгом с горошину отчаянно пытаешься прибрать к рукам деньги отца. Но ничего не выходит, верно?

- Ты права. Ведь интриги и коварство по твоей части.

Глаза женщин извергали молнии, гнев и обиду друг на друга. Обоюдная ненависть заволокла их обеих. Отныне никто и ничто не сможет погасить вспыхнувшую ненависть между ними.

- Нет! Нету в тебе, ни благородства, ни чести. Ты потеряла их когда согласилась на убийство ни в чем неповинной Кати.

Евгения в злости подошла ближе к Полине. Темные глаза горели ненавистью и лютой злобой.

- Хватит, Полина! Возвращайся к себе к квартиру и продолжай медленно умирать от одиночества. Больше никогда не приезжай в этот дом. Я – здесь хозяйка. Будущая наследница несметных богатств и фирм отца. И даже, ты не смеешь так обо мне говорить.

Ухмылка исказила прекрасное лицо девушки солнца.

- Быть может уже не единственная. Екатерина рожает. Этой ночью вершится твоя судьба. Молись, что бы Катя, не родила мальчика. Иначе, всем твоим мечтам конец. Кончишь, как Элла.

Полина вышла из комнаты и в злости направилась к себе. От гнева ее мысли в хаосе метались в разные стороны. Но гнев и злость, быстро уступили обиде и унижению. Оставшись в комнате наедине с собой и мыслями, Полина не сдержавшись сломалась не выдержав всей боли и страданий выпавших на ее долю, несчастно разрыдалась отчаянно покусывая кончики пальцев.

Женя права. Отныне остатки жизни она будет волочить одиночество и боль утраты близких ей людей. Нестерпимая тоска и жгучая боль разлились в ее душе. Она рыдала от скорби по своей маме, по своему не рожденному ребенку, который бы родился так похож на Лёню. Она помнила, то время когда узнала о беременности и хотела рассказать Леониду, но тот не вернулся домой. Она помнила то горе, когда Леонид скончался от рака легких, сгорая у нее на руках, на пороге квартиры.

Тогда она не сломалась, потому что рядом с ней была мама. Близкая подруга семьи Захаровых. В то ужасное время, Полина получила поддержку от матери, любовь и заботу. Через два месяца Полине пришлось похоронить мать. Как же ей сейчас не хватало этого...Почему же она не ценила, когда ее любимый сожитель был рядом?

Вдоволь излив слезы, девушка обратила свой взор на кольцо с маленькими рубинами. И в памяти всплыло теплое воспоминание, бередящее исстрадавшуюся душу.

Леня спешно застегивал пиджак, стоя перед огромным во все зеркало рост.

Позади него на кровати сидела сонная Полина, едва проснувшаяся из-за шума, который поднял Леонид. Он опаздывал на экзамен. Пуговицы были мелкими, что мужские грубые пальцы не справлялись с ними.

- Черт! Какие китайцы его шили?

Сдержав улыбку, Полина подошла к парню.

- Давай я помогу.

Вздохнув, Леня опустил руки по швам. Девушка ловко застегивала пуговицы одну за одной. Глаза мужчины наполнились любовью и нежностью, когда он смотрел на спокойное и сосредоточенное лицо любимой девушки.

- Полинка.

Не отрываясь от работы сосредоточенная девушка спросила:

- Что?

Леонид погладил ее по русы распущенным волосам. После несколько нежных поцелуев обожгло кожу девушки.

- Я еще не закончила, Леня. И тебе пора на экзамен.

- Мне просто необходимо сейчас же лететь в институт.

- Удачного экзамена. – сдержанно улыбнулась Максимова. – Опять день без тебя.

- Полинка, я всегда рядом с тобой, как бы далеко не был.

Всепоглощающая тоска окутала Полину, словно в кокон.

Леня всегда держан свои обещания. И сейчас сдержал слово. Она чувствовала его поддержку. И сейчас она не сломается. Что ей какие – то слова Жени? Она влиятельная и знаменитая дама. Влиятельная дама.

Она когда- то поклялась Леониду, когда он корчась на ее руках, поклялась ему, себе и своему не родившемуся ребенку.

Она сдержит данное обещания. Никогда в ее жизни не будет других мужчин, и детей от них. Леонид рядом с ней, Анна с ее племянником или племянницей рядом. Люда всегда поддерживает ее своей любовью и заботой.

Но и одиночество обманчиво так.

Комната Евгении Захаровой.

Будто в забытье, Евгения набирает номер частного родильного роддома. Из трубки доноситься чей-то пронзительный женский голос. За что Бог так наказывает ее? Или может быть это не наказание, а урок данный ей свыше? Стоит быть предусмотрительнее и осторожнее. Предатели повсюду. Они так и ждут, когда она упадет и сгинет в беспросветной яме.

Перед глазами словно красная пелена, но девушка опять и опять набирает номер роддома. И неизвестность пугает ее. Что если родился мальчик? Тогда конец спокойствию в доме. Появится новая семья, в которой Евгении нету места. Что ждет Евгению и Галину Артемовну? Отец оставит все наследство своему сыну? Смерть и нищета?

Когда подняли трубку на том конце провода, и Евгения с трудом проговорим имя мачехи и фамилию, ошеломленно ждет ответа от медсестры.

- Кто ? Кто у нее родился? – истеричным голосом спрашивает Женя,готовая разрыдаться.

Женщина в хорошем настроении, радостно вздыхая отвечает в трубку.

- Девочка. Красавица. Ах...Поздравляю.

Эти слова словно гром среди ясного неба обрушились на девушку. Она отшвырнула телефон, как ядовитую змею и тяжело задышала, сдерживая слезы. Ненависть полностью овладела девушкой.