Глава 3
Я стояла перед зеркалом, радостно натягивая перчатки, сегодня госпожа Мадлен положит начало своей мечте. Почему же в душе такое радостное чувство, а может это не радость…Хотела бы я знать, что это... Крики. Слезы. Я ведь просила его…Нет, я на верном пути, я знаю это. Виолетта молча смотрела на меня сидя в кресле. Больше не осталось слов или попыток, не осталось тех шансов переубедить меня. Она просто хранила молчание, а когда я вышла из комнаты, так же тихо проводила меня взглядом. Не могу сказать, что ее попытки ничего не значили, но жить с этим, каждую ночь просыпаться от одного и того же кошмара, таить мечту все эти пять лет, глупо признавать, что моя мечта была такой. Нога ступила на первую ступень, ещё немного, ещё пару шагов, как же бьётся сердце.Дверь камеры, гордо вздернув голову я сделала шаг.
- Мартин, соскучился? – я прошлась вдоль него, вид был изумительный, он был так беспомощен, эти грязные руки, что когда-то прикасались ко мне, теперь были намертво прикованы к стене. – Выглядишь скажем так не очень.
- А я смотрю, вы, напротив, подготовились к нашему визиту. Надеюсь, выбор платья не принес вам лишних хлопот?
- Рада, что ты в силах язвить, значит уж точно жалеть мне не придётся, - я взяла кинжал, ожидавший меня на этой бархатной подушечке.
- Вышли вон! – слуги поспешно удалились.
- Ну что Мартин, теперь мы на едине, прямо как в ту ночь, жаль дружков твоих нет, но ты не волнуйся, я помню и их. Давай, скажи мне, с чего мы начнем. – острие кинжала медленно спустилось вдоль руки оставляя за собой лишь малую царапину.
- Да ты сумасшедшая! – он дернулся, стараясь отстраниться от меня, стараясь сбежать, но мой взгляд намертво был прикован к нему.
- АХАХАХ, именно Мартин, но кто сделал меня такой! – я приблизилась, казалось, что я смотрю в самую гущу его души. – Ответь мне! Скажи, почему! Как жить с этими воспоминаниями! – я сорвалась на крик, который так долго просился наружу. Я хотела знать ответы, но прекрасно понимала, что он мне их не даст. Мартин молчал, он боялся меня. Его взгляд, словно отражение в старом пыльном зеркале. – Ненавижу! – я вздернула кинжал, на его торсе пролегла кровавая река. И он взвыл, взвыл словно дворовая псина. Повторяя одно слово, кинжал заплясал под моей рукой, взлетая вверх и падая вниз. Крики, заполнили стены этой камеры, мы пытались перекричать друг друга, изливая разную боль. Когда река, превратилась в море, кроваво алое море, я отпрянула в попытке восстановить дыхание. Мартин Вилс, молчал склонив голову, даже сейчас он не проронил слов прощения или раскаяния, он кричал лишь когда было больно, просто кричал… Неожиданно для меня он поднял взгляд и наши глаза застыли смотря друг на друга, обычный взгляд будто мы встретились за прилавком выбирая яблоки. Будто он не на грани смерти, а я не стою рядом умытая в его крови, кинжал упал на холодный камень, и только сейчас я увидела руки, когда-то белые перчатки, грудь, подол платья, я была целиком измазана своей местью.
Упав на колени, смогла лишь прошептать:
Я не смогу добить тебя, - но этого и не потребовалось, Мартин Вилс, скончался.