Чёрный чай [Fin x Est]

На следующий день Эстония приходит в школу с хорошим настроением. Она много улыбается и смеётся, а особенно тогда, когда видит Фина. Финляндия обычно в такие моменты нелепо улыбается и отворачивается, пряча за ладонями розоватые щёки. Он быстро покидает класс со звонком и мотается где-то по школе, пока не начнётся новый урок. Эстония же на переменах то рисует, то общается с подругами.

Так продолжается несколько дней, и Эстония становится рассеяннее, слишком много думая и не обращая внимания на происходящее вокруг.

– Эй, Эст, ты здесь? – спрашивает девушку подруга, машущая перед ней рукой.
– А? Да-да, я здесь, – возвращается в реальность Эст, быстро моргая и переводя взгляд с абстрактной точки на подруг.
– Над чем-то задумалась?
– О, что ты....
– Задумалась, – щурится и смеётся одна из них, – вот только о чём?
– Да так.... просто....

Эстония пытается придумать, что сказать, пока девочки выжидающе смотрят на неё, еле сдерживая смех.

– Ну... вообще-то о соулмейтах, – смущается Эст, утыкаясь глазами куда-то в пол, – знаете, было бы здорово, если бы соулмейты находились попроще. А то так как-то сложно...
– Да, есть такое, – задумываются все, – было бы правда проще, но что уж есть.
– Зато хорошо же, что соулмейты вообще есть, – подмечает другая.

Дальше они забалтываются, а Эст лишь иногда отвечает что-то, больше витая в облаках. Она чувствует облегчение от того, что дальнейших расспросов не последовало.

Когда уроки заканчиваются, все начинают собираться домой, быстро покидая класс. Финляндия прощается с другом и подходит к Эстонии, собирающей учебники в рюкзак.

– Привет, Эст, как ты? – начинает он, теряясь и не зная, как ещё завязать разговор.
– Привет, Фин, – слегка улыбается она, – хорошо, а ты как?
– Да тоже, – говорит он, поправляя лямку рюкзака, – может, сходим куда-нибудь?
– Извини, сегодня не могу, у меня скоро занятия в художке, а ещё надо уроки успеть сделать.
– А, ну ладно, – неловко улыбается Фин, кося взгляд в пол, – тогда... пока, получается?
– Ну да, – слегка хихикнула она, смотря на его растерянный вид, – но, если хочешь, можем на выходных погулять.

Они выходят из класса и, переобувшись в раздевалке, покидают школу, всё ещё обсуждая возможную встречу.

– Может, у меня дома в субботу? – предлагает Эст, – пирог испечём или ещё чего.
– Можно, – кивает Фин, – только...

Он нерешительно отводит взгляд в сторону, думая о том, как бы помягче это преподнести. Эстония выжидающе смотрит несколько секунд.

– Только что?
– Только, может, как-нибудь без твоей мамы? – произносит Финляндия, мысленно молясь всем возможным богам, – я себя как-то не очень чувствую в её компании, если честно.

Финляндии кажется, что он был резок. Эстонии кажется, что просьба немного странная. Им двоим слегка неловко.

– Ну, я подумаю, наверное, – мнётся Эст, теряясь в раздумьях, – если мама согласится, тогда ладно.
– Хорошо, ладно, – выдыхает Фин, больше успокаивая себя, нежели реагируя на услышанные слова, – напишешь тогда, если что.
– Да, конечно.

Разговор немного сглаживается и дальше они обсуждают уже что-то отвлечённое, пока не приходит пора совсем разойтись. Эстония не выкидывает эту мысль из головы, много размышляя, как это лучше преподнести маме, а Финляндия пытается убедить себя, что не сказал ничего такого.

Успевая сделать немного домашки перед занятиями, Эст подумывает о том, чтобы спросить маму по телефону, как только та выйдет с работы. Так будет как-то спокойнее.

После долгих рисунков, весёлых разговоров и длительных прощаний Эстония отправляется домой, занимаясь всякими домашними делами. Когда подходит время, она набирает номер и ждёт, пристально поглядывая на экран. Агата наконец берёт трубку.

– Да, Эсти? – слегка уставшим голосом говорит женщина, – что-то случилось?
– Привет, мам, – быстро проговаривает Эст, сильно волнуясь, – нет, ничего, просто мы с моим другом, Фином, подумали, что было бы здорово в субботу посидеть у меня дома...
– А, так это хорошо, – оживляется Агата, – рада, что твой друг снова к нам заглянет.
– Да-да, я тоже, но... – Эстония крепче сжимает телефон, чуть затихая, – мы подумали, может, мы посидим в квартире вдвоём?

Вопрос повисает в воздухе, пока они обе рассуждают над его сутью.

– Хм... Я подумаю, – медлит Агата, – может, и смогу к кому-нибудь приехать. Я уточню сейчас, а потом скажу тебе, ладно?
– Ладно.

Они прощаются, и Эст остаётся со своей растерянностью в одной комнате. Вроде ничего такого, а вроде и как-то неприятно. Она надеется, что мама не восприняла это, как что-то обидное.

Агата возвращается домой, оживлённо беседуя с кем-то по телефону. Улыбка не сходит с её лица, а сама она быстро приводит себя в порядок после рабочего дня. Наливая чай, она наконец чуть затихает и зовёт Эст на кухню, чтобы объявить ей своё решение.

– Да, иду, сейчас, – кричит Эстония из соседней комнаты, выходя на кухню и всё ещё нервничая.
– В общем, в субботу я уеду к своей сестре в город, так что можешь не переживать за меня и спокойно звать Фина, – улыбается она, смотря на дочь, – в воскресенье вернусь.
– Серьёзно? Спасибо, – расцветает Эсти, подходя к маме и обнимая её, – спасибо большое, пойду напишу тогда Фину.

Эст радостная убегает в свою комнату, а Агата довольно продолжает распивать чай, подумывая о предстоящей поездке.

Эстония берёт телефон в руки и начинает искать диалог с Финляндией.

Eestie (Эстония)
20:16
Фин, привет. Мама согласилась. Ты же всё ещё можешь в субботу?

Soome (Финляндия)
20:17
Привет. Да, хорошо, я прийду. Спасибо

Эстония воодушевлённо смотрит в экран, предвкушая их встречу, а Финляндия с облегчением выдыхает, радуясь тому, что всё удалось. А почему, собственно?

Soome (Финляндия)
20:18
А где будет твоя мама, пока мы будем у тебя дома?

Eestie (Эстония)
20:18
Она сказала, что к сестре уедет

Soome (Финляндия)
20:18
А, ну ладно

Дальше они обговаривают время, когда им будет удобнее встретиться, и на этом, в общем-то, их диалог заканчивается. Они прощаются, думая о том, что скоро увидятся.

Перед сном Эст перепроверяет все ногти под лампой, отчаянно надеясь найти чьё-то имя. Фин замечает, что его ногти слегка подросли и их надо бы подкрасить. Надо бы, но теперь отчего-то не хочется. Интересно, а имя проявится сквозь чёрный лак?

Перед сном они невольно думают друг о друге. Эстония вспоминает мягкие кудряшки Финляндии, к которым так хочется прикоснуться, и его тёплые руки, которые так красиво выводят штрихи на бумаге. В голове всплывают случайные рисунки в парке. Как бы ей хотелось повторить это ещё раз.

Финляндия вспоминает все детали их прогулок: этот взгляд, эта улыбка, этот тоненький альбом со всеми слегка небрежными, наспех сделанными набросками. Интересно, стала ли она их дорисовывать? Или решила сохранить неизменными? Думает ли она об этом?

Они оба возвращаются к воспоминаниям того самого дня. В тот день он рисовал её, а она – его. И, честно говоря, им хотелось бы пережить это снова. Неловко в этом признаваться, но да.

Проявится ли имя на ногтях, даже если постараться скрыть его чёрным лаком?

Или для того, чтобы позволить себе любить, вовсе необязательно быть соулмейтами?

–_–_–_–_–_–_–_–_–_–

Продолжение спустя почти два месяца. Я не знаю, почему я так долго не бралась дописывать, но сейчас мне снова всё нравится. К сожалению, из-за школы я вряд ли смогу писать чаще, но я очень постараюсь не пропадать так долго. Всё-таки люблю эту работу.
Слов: 1088.