Дом, который ждал меня
Проснувшись Миша замечает, что в его руке находится камушек который как он помнил оставил на тумбочке в том доме.
Какого черта? - Спросил Миша сам у себя смотря на данный опал у себя на ладони. - Ясно видимо не всё я закончил...
Встав с дивана от потянулся чувствуя не приятное напряжение в своих мышцах и после пошел в сторону кухни дабы заварить себе кофе и возможно поесть если останется время для этого. Идя в сторону кухни Михаил остановился у спальни смотря на своего беззаботно спящего сына и слегка улыбнувшись ушел на кухню дабы начать варить кофе и пока варил задумался о своём пути то через что он прошел и что предстоит пройти. Он часто задумывался над своим прошлым, а правильно ли он всё делал или нет? Должен ли он был это делать? Если нет то почему сделал и как он себя оправдывал за те действия. Снова вернувшись в реальность он налил себе кофе в чашку и слегка разбавил его сливками, открыв холодильник поставил сливки на место и бегло пробежался по содержимому и сделал себе мысленную заметку, что нужно будет купить продукты домой, да и завтрак он оставил сыну. Допивая кофе Миша посмотрел на время и понял что даже рано проснулся так как до начала рабочего дня ещё к 3 часа и заметив кошку погладил её и поднял на руки гладя её пока она прижимается к нему и мурлычет.
Голодная, да? - Спросил Миша смотря на кошку которая тихо мяукнула словно соглашаясь с ним.
Погладив её по голове осторожно спустил на пол начал искать её корм, но он видимо закончился и решил на двоих приготовить завтрак.
Милая видимо ты сегодня будешь если ь тоже самое что и я... - Произнес голубоглазый достав из холодильника два яйца решив приго овить хоть что-то.
Прошел час и собравшись Миша вышел из дома и начал отчишать машину от снега так как за ночь его намело не мало. Он приехал за час до начала дня и поднявшись к себе не увидел кип бумаг, был шокирован таким раскладом и был рад что сын его справляется даже лучше чем он сам, но не знал что на самом деле никто ничего не делал ожидая его так как до сих пор он являлся главой страны и вел её дела пока его сын был лишь представителем в глазах других столиц федеральных округов. Этот час тоже пролетел не заметно и Миша останов вшись у входа в конферент зал услышал разговор:
Саша(СПб): Данила кончено молодец, но о ей его больше знает что делать и как жаль, что Михаилу Юрьевичу придется так много работать так как мы не доверяем его сыну... - Произнес Александр смотря на других.
Алексей(Смоленск так же времменно представляющий ЦФО пока нет Москвы): Александр давайте не будем забывать что Даниил был достаточно праведен во многом в отличии от вас... - Неуспел договорить Леша повернув голову на звук открывающиеся двери.
Доброе утро. - Произнес Михаил входя внутрь зала рассматривая всех присутствующих здесь. - Давайте перейдем в к делу без ненужных нам разговоров.
Большинство присутствующих были шокированы увидев его.
Что происходило пока меня не было? - Спросил он смотря на них и в его взгляде читалось, что "если вы мне ничего не скажите я вас распатрашу всех и мне будет плевать кто виноват, а кто нет." Смотря ему в глаза все решили всё рассказать, но не знали на кого взвалить эту учесть.
Михаил Юрьевич, позвольте я вам всё расскажу... - Сказал Владимир(Владивосток) смотря Москве в глаза.
Ну что же раз никто больше не хочет говори Владимир. - Ответил Миша еле он вспомнив его имя. Поставив руки опёрся головой на них слушая рассказ и не перебивая его, что было удивительно для всех кроме Алексея и дослушав до конца Миша был зол на всех кроме лешим и Владимира так как эти двое добросовестно делали свою работу, даже если она была временной. - И как это понимать? - Спросил Миша смотря на них зло.
Михаил Юрьевич, мы... Мы... - Пытался ответить ему Александр, но его перебил Николай.
Николай(Новосибирск): Михаил Юрьевич мы давали лишь краткую выжимку из событий так как не хотели нагружать вашего сына... - Ответил он смотря на блондина.
Не хотели давить на моего сына?! А я вам что говорил перед отъездомм, что бы никаких казусов не было, а вы что устроили? Что бы завтра было всё решено, и да не позднее... - Быстрый взгляд на часы - Не позднее 14:30 что бы объяснили всё подробно, а то вам не поздороваться. - Сказал Московский. Его голос, ровный и холодный, как зимний ветер за окном, повис в наступившей тишине. Он медленно обвел взглядом притихших представителей, и каждый почувствовал, как этот взгляд будто взвешивает его на невидимых весах, оценивая степень вины и безответственности.
Завтра в 14:30 я жду на своем столе полные отчеты, – продолжил Михаил, отчеканивая каждое слово. – Не сводки, не выжимки, а развернутые аналитические записки по каждому федеральному округу. С прогнозами, рисками и конкретными предложениями. И чтобы к каждому отчету были приложены все сопутствующие документы и протоколы совещаний, которые вы, как я понимаю, проводили в мое отсутствие. Или не проводили?
Последняя фраза прозвучала как обвинение. Александр попытался что-то сказать, но лишь беспомощно пошевелил губами, под тяжелым взглядом Москвы.
Вопросы есть? – спросил Михаил, вновь собрав руки в замок на столе.
Вопросов не нашлось. Зал ответил гробовым молчанием.
Тогда совет считаю закрытым. Приступайте.
Стол опустел за считанные секунды. Все, кроме Алексея и Владимира, поспешили ретироваться, стараясь не встречаться глазами с главой. Михаил остался сидеть, глядя в пустоту за окном, где медленно падал снег. Теперь, когда адреналин ярости начал отступать, его накрыла волна усталости. Он провел рукой по лицу, снова ощутив шершавую поверхность опала в кармане. Этот камень был не просто сувениром; он был символом незавершенного дела, темным пятном на его совести, которое теперь напоминало о себе в самый неподходящий момент.
Михаил Юрьевич, – тихо окликнул его Алексей, подходя ближе. – Вам стоит быть осторожнее. Вы давите слишком сильно. Они и так были напуганы вашим внезапным возвращением, а теперь могут начать суетиться и совершать еще более глупые ошибки.
Или, наконец, начать работать, – парировал Михаил, но беззлобно. Он ценил прямоту Алексея. – Я понимаю твоё беспокойство, Леша. Но подожгли дом, а теперь боятся огня. Мне нужен порядок, а не подобострастие.
Владимир молча кивнул, его восточное спокойствие было полной противоположностью энергичной тревожности Алексея.
Они боялись твоего сына, – добавил Владимир. – Боялись, что он примет неверное решение, но еще больше боялись взять ответственность на себя и его перечить. Получился порочный круг бездействия.
Данила справился бы, – уверенно сказал Михаил, вставая. – Он умнее, чем они думают. Просто ему не дали шанса это доказать.
Он надел пиджак и направился к выходу. Остановившись в дверях, обернулся.
Алексей, Владимир. Спасибо, что держали фронт. Я это запомнил.
Выйдя из здания, Михаил вдохнул морозный воздух. Снег хрустел под каблуками, а город вокруг жил своей обычной жизнью: спешили люди, гудели машины. Эта обыденность была обманчивой. Он знал, что под тонким налетом нормальности бурлит хаос, который ему предстояло усмирить. Он снова сжал в кармане опал. Камень, принесенный из того странного, почти забытого дома, где остались не только воспоминания, но и часть его души. Ясно, видимо, не всё я закончил... – прошептал он про себя, повторяя утреннюю мысль.
Теперь ему предстояло закончить не только дела в своем мире, но и разобраться с прошлым, которое настойчиво стучалось в его настоящее. Он достал телефон и набрал номер сына.
Данила, привет. Как ты? – в его голосе не осталось и следа от недавней жесткости, только усталая нежность в первые несколько лет он сам позвонил ему.
Пап? Всё нормально. Ты на работе? Я слышал, ты вернулся.
Да, вернулся, – Михаил сел в машину, прикрыв дверь. – Слушай, извини, что оставил тебя разбираться со всем этим. Я не думал, что всё зайдет так далеко.
Пустяки. Я старался, но... чувствовалось, что меня в полной мере не воспринимают. Как будто ждали только тебя.
Михаил помрачнел. Больше этого не повторится. Обещаю. Дома всё хорошо? Кот накормлен?
Да, я ему завтрак приготовил, по твоим стопам, – засмеялся Данила. – Возвращаешься скоро?
Скоро. Мне нужно кое с чем разобраться. И... Данила? Горжусь тобой.
Он положил трубку и еще секунду сидел в тишине, глядя на фасад здания, откуда только что вышел. Впереди был долгий день работы, разборов полетов и принятия решений. Но сейчас, в этой тихой машине, с теплом от разговора с сыном в груди и холодом таинственного камня в руке, Михаил Юрьевич чувствовал не тяжесть груза, а решимость. Он завел мотор. Путь был еще долог, и пора было делать следующий шаг.
Заехав в магазин Миша куп л продуктов до ой рассчитывая как минимум на 4 так как знал что будут возможно гости да и если кто-то проголодаться можно будет приго овить и набрав сумки только на выходе понял что как-то немного переборщил но гордо расправив плечи понес пакеты до машины и положив их в багажник закрыл его. И только спустя час приехал домой и поднимаясь еле еле занёс эти пакеты в один ход в квартиру дабы двести раз не спускаться и не подниматься.
Привет. — Произнес старший, смотря на Данилу своими голубыми глазами. — Как день прошел? Помоги с пакетами, а то я, кажется, немного перестарался с запасами.
Данила, оторвавшись от ноутбука, удивленно поднял брови, увидев отца, загруженного многочисленными сумками. - Пап, ты что, на месяц вперед закупился? — рассмеялся он, поспешив на помощь. Вместе они быстро расставили продукты по полкам холодильника и шкафам.
День прошел... как-то странно, — честно ответил Данила, откидываясь на спинку стула. — После твоего звонка разбирался с почтой. Мне пришло несколько писем от глав округов. Официальных, с заверениями в лояльности и готовности предоставить все необходимые данные чуть ли не к утру. В его голосе звучала легкая ирония.
Испугались, — констатировал Михаил, доставая заварочный чайник. — Значит, мой утренний разнос возымел действие. Это хорошо.
Но ты прав, — продолжил он, засыпая чайные листья. — Давить слишком сильно опасно. Завтра мне предстоит не просто принять отчеты, а провести тонкую дипломатическую работу. Одних отругаю, другим дам шанс исправиться, кого-то, возможно, переведу. Владимир заслужил повышение по доверию. - Он замолчал, глядя на кружащийся в чайнике кипяток. - А еще мне нужно поговорить с Александром. С глазу на глаз.
Пока заваривался чай, в квартире воцарилась тихая, спокойная атмосфера, которую так ценил Михаил после месяцев разлуки и часов напряженной работы. Он смотрел на сына, который увлеченно что-то печатал, и снова почувствовал ту самую решимость, что пришла к нему в машине. Он боролся не просто за порядок в стране, а за будущее, которое должен был унаследовать его сын. За мир, в котором Даниле не пришлось бы начинать с битвы с ветряными мельницами бюрократии и страха.
Знаешь, — вдруг сказал Михаил, прерывая молчание, — пока я стоял в том зале и смотрел на их испуганные лица, я понял одну простую вещь. Я устал быть для них «грозой». Пусть лучше они боятся не моего гнева, а последствий собственной безответственности. И уважают не за жесткость, а за справедливость.
Данила внимательно посмотрел на отца. - Они тебя уважают, пап. Просто иногда забывают, почему. Ты им напомнил.
Они допили чай, обсуждая планы на выходные и смешные случаи из дня Данилы. Казалось, обычная семейная идиллия, но оба понимали — затишье было временным. В кармане Михаила по-прежнему лежал опал, холодный и загадочный, напоминание о незавершенном деле из другого времени. А на столе в кабинете ждали кипы документов, требующие его внимания.
Но в этот вечер Михаил Юрьевич позволил себе просто быть отцом. Он встал, потянулся и с легкой улыбкой предложил: «Давай посмотрим какой-нибудь фильм. Боевик, где герой решает все проблемы одной левой, без бумажной волокиты и совещаний. Мне сейчас это очень нужно».
Данила с готовностью кивнул. Пока сын настраивал проектор, Михаил на секунду задержался у окна. Ночь окутала город, в стекле отражалось его усталое, но спокойное лицо. Он снова сжал в кармане опал. Камень словно отозвался едва уловимым теплом. Путь и вправду был долог, и следующий шаг вел не только в кабинет с бумагами, но и в тайны его собственного прошлого. Но сегодняшний шаг был сделан — он вернулся домой. И это было самое важное.