5 октября 1989
Дорогой Дневник!
Вчера вечером, примерно в середине смены, я вышла из своей комнаты и направилась в контору „Одноглазого Джека“. Дело в том, что туалет там закрывается на ключ, а мне позарез надо было уединиться. Я чувствовала себя отвратительно и нуждалась в солидной порции коки — не просто нюхнуть из „капсулы“, а соорудить себе пару больших толстых „полосок“... Из туалета я вышла через другую дверь, которая ведёт в комнату Блэки. Она в этот момент как раз лежала на кровати с рукой, перехваченной жгутом, — вкалывала себе героин. Что хотите со мной делайте, но колоться этим дерьмом я лично не собираюсь. Идиотский наркотик.
Голова Блэки была откинута назад — похоже, она уже начала испытывать первый кайф.
— Я пришла сюда за своими деньгами,начала я решительным тоном.
— Сегодня вечером ты их получишь,ответила она слегка покровительственно, не выходя, однако, из состояния эйфории.
— Но ты и вчера вечером говорила мне то же самое, — возразила я и, помолчав, добавила: — Может, прекрати ты колоть себе это дерьмо, ты не стала бы так легко забывать собственные обещания, которые давала накануне.
Блэки встала с кровати. Пребывая теперь в полном кайфе, она заметила, что ей надоело выслушивать всю эту детскую болтовню.
— Пора бы тебе уже вырасти, — бросила она, добавив, — а также прекратить баловаться „снежком“. А то клиенты уже начинают это замечать.
Я тут же ответила, что мне смешно слышать такие вещи. Никто ничего не замечал, кроме того, что их просто лучше стали обслуживать с моим приходом. Во всех отношениях, включая и секс.
— Да, но меня лично никто из них что-то пока не трахал, — возразила на это Блэки.
Сделав неболышую паузу, я заметила:
— Да? Я полагала, что трахать тебя — это наказание для тех, кто...
Блэки прервала меня пощечиной. Глядя мне прямо в глаза, она произнесла:
— Насчет траханья я тебе сейчас кое-что объясню, малявка!
В ответ я улыбнулась ей любимой улыбкой БОБА, подумав про себя: „Это я тебе объясню, а не ты мне, моя милая!“
Когда я уходила от Блэки, то оставила её лежащей на полу — голой, если не считать болтавшихся на ней украшений. Она оказалась полностью посрамленной, поскольку именно я смогла взять над ней верх и продемонстрировать кой-какие вещи, о существовании которых она и не подозревала. Можно сказать, что я затащила её в тёмную бездну эротики... но оставила там совершенно одну.
В тот момент, когда я открывала дверь, чтобы выйти, Блэки пустила в ход свое последнее — и единственное — оружие:
— Поосторожнее с кокаином, девочка. Из-за него ты можешь расстаться с работой.
Я сразу же поняла, что сегодняшняя вечерняя смена в „Одноглазом Джеке“ будет моей последней.
Лора.
Р.S. Я должна рассказать про Бенжамина всему свету.