Картина на свадьбу
-Что-то случилось? Спросил Ясу, осматривая кухню, в которой все ещё горел свет, ведь погода была переменчивой, как сама хозяйка этой квартиры.
-Да так, ничего.
Вспоминала нашу дворовую собачку.
-Ты про Хати?
-Не говори мне это имя. Хотя, в этом есть моя вина. Я сама толкнула ее в объятия врага.
Задумалась Осаки, над ее головой горела лампочка.
-Ты про Такуми? Недоумевая, слегка улыбнулся он.
-Не могу ей простить тот факт, что она так предала Нобу! Сказала она, крепче сжимая в руках жестянку.
-Чувства других тебе неподвластны. Как и то, как они проживают.
-Думаешь?
-Знаю.
-Мне жаль Терасиму.Он такого не заслужил. Он увиливает, но я это чувствую.
Жалеет о разрыве с нашей Хати.
-Ты тоже за ней скучаешь,ведь это твоя единственная подруга. В кругу мужчин.
-Только Нобу знал ближе эту проблему.
Но Вы с Реноме изменили мое мнение об этом.
-Дзюн-тян! Дзюн-тян!
Девушка в шоке вскочила с постели, когда кто-то начал колотить в ее двери.
-Ты в всем уме?Знаешь сколько времени?!
-Ах, прости меня, Дзюн...
-Чего ты хотела, раз пришла?
-Ты похожа на старую ворчунью. Улыбнулась ее подруга. Попутно блеснув карими глазками, чтобы зайти в дом.
-Что за спор а драки нет? Заявился на кухню с пачкой сигарет Кеске.
Привет, что привело тебя к нам?
-Ещё ни свет не зоря... Бубнила между строк Дзюнко. Художники с дредами внимательно ее слушали.
-У меня блестящая идея,как вернуть Нану!
-Ем... Вернуть? Детка,ты явно преувеличиваешь. Заметил Кеске.
-Она взрослая девочка, в состоянии о себе заботиться без нас.
Скептически говорила ее подруга со времён художественного колледжа.
-Тем более у неё есть Ясу. Она в надежных руках.
-Он классный мужик.
-Так или к нему! Возмутилась Дзюнко, ведь ее предательски разбудили с утра.
-Я хочу подарить ей картину.
-Нана, мы не рисуем людей, у нас другие подходы и техники. Только городские пейзажи. Наши картины выставляются в галереях.
-В качестве подарка на свадьбу.
-Что?! Ты явно одержима.
-Да, я одержима! Но нарисуйте мне то, что я прошу! Я хорошо заплачу!
-Разумеется, бабками Такуми.
-Нарисуйте для меня Нану и Ясу.
У парня с девушкой почти одновременно отвисла челюсть.
-Иначе я сама это сделаю.
-Твоя техника, кхм... Оскорбляет искусство.
Заметил Кеске.
-Я ничего не смыслю в этом. Мило улыбалась Комацу.
-Ты ведь понимаешь, что можешь оскорбить ее чувства? Возможно она не оправилась после смерти Рена. Вспомни, откуда мы ее вытащили!
-Она видела много постеров разного содержания,в том числе твои.
-Именно так я узнала, что она была влюблена в Рена.
-Твоя критика не терпит никаких аргументов. Вот именно!
-Но мне он никогда не нравился, не знаю, почему.
Задумалась Комацу.
-А ведь Рен и не должен тебе нравится, это был ее муж!
-Сначала от него веяло холодком, но потом он рассеялся.
-Дай угадаю. Он оказался не такой зловещий, как ты думала...
-Ты права.Но все же я видела нечто запретное. Однажды, когда мы жили ещё вместе, она обняла его затем,даже поцеловала.
-Ты ведь сама рассказывала, что она относится к нему,как к брату.
-Это так. Кивнула шатенка.
Но вот увидите, это все закончится свадьбой, она заслуживает счастья. Вот бы знать, где она.
-Вот и хорошо, займись этим. Начала настаивать Дзюнко, плавно ее выпроваживая.
-Вы сделаете?
-Мы подумаем, над тем, чтобы уделить время твоему заказу.
-Тогда я сбегаю за постером! Ее глаза мерцали от счастья.
-А у тебя и они есть? С недоверием спросила Дзюнко.
-Да, разумеется, осталось только выбрать нужный.
Тем временем Осаки перебирала в руках портрет Рена, жалея, что не родила от него детей, уже никогда не сможет сделать этого, даже если захочет.
-Прости меня, Рен...
Ты будто знал, то будет. Я не хотела родить не потому, что была не уверенна... Я думала, что стану хреновой матерью для нашего ребёнка.
Надеюсь, ты на меня не злишься.
Тот услышал ее разговоры и всхлипы за дверью.
Она подалась к нему, он прижал ее к себе.
-Рен вверил меня за тобой присматривать. Но я сам не понял, как влюбился. Все остальное в твоих руках.
От его слов комната стала тёплой.
Тот аккуратно взял портрет, опустив его лицом вниз.
Хоть у него были муки совести перед Ходзе, он был не в силах что-то изменить.
Спустя время они отнесли свои картины в местную галерею.
-Ты упаковала ее?
-Ты про тот холст? Давно.
Усмехнулась Дзюнко.
-Кто-то отличается большой фантазией.
После того, как она получила сообщение,Хати прилетела забирать картину.
-Спасибо Вам! Я полностью доверяю Вашему вкусу.
-Да неужели... Подметил Кеске, держа в зубах сигарету.
Девушка побежала искать потенциальную «жертву».
-И что ты сделала, моя милая Дзюн?
-Прекращай с этими слащавыми фразочками.
Я упаковала туда ее каракули.
Тот начал смеяться.
-Ты такая умница.
-Но все же, я нарисовала ее заказ. Не хочу ощутить на себе гнев нашей «королевы».
-Так ее назвал Ясу, ты знаешь?
-Да ну... Хотя так оно и есть.
-Нобу?
-Хати?
-Не знаешь, где сейчас Нана?
-Зачем?
-Я хочу кое-что подарить ей...
-Спустя столько времени?
-Мне так стыдно перед ней.
Белобрысый не ждал ее звонка, но после второго вопроса все его надежды потухли.
Он все ещё любил ее, даже не смотря на брак с Такуми.
Комацу каким-то чудом прокралась в дом.
Посылку она решила как-то просунуть в почтовый ящик под номером 707.
Как-то Осаки возвращаясь с работы, заметила громоздкий свёрток за почтовыми ящиками.
-Интересно.
Темноволосая оказалась в комнате, оживлённо распаковывая посылку.
-Что это?
-Не знаю. Мои фанаты иногда присылают.
-Твой адрес знает только Мисато. Улыбнулся Ясу.
-Знаю, но это не ее почерк.
Посмотрю потом.
Она быстро утратила интерес, оперев холст возле об стену кровати. На кухне она прочитала записку, что ей оставили.
«Это подарок на свадьбу! Ты заслуживаешь счастья, несмотря на свою гордость. Всем движется второй шанс.
Я верю, что ты ещё будешь счастлива! Ещё наденешь белое платье во второй раз.
Пусть звон колокольчиков всё-таки тебя найдёт. Жаль, что ты больше не поешь.
Но думаю, мы все тебя понимаем. Я попросила нарисовать эту картину Дзюнко и Кеске, надеюсь, ты их все ещё помнишь. Тебе такое нравится.
-А то у меня амнезия...
«Тут есть кое-что от меня, в искусстве ничего не смыслю, хотя закончила колледж... Надеюсь, ты в порядке. Твоя Хати».
Осаки прочла это, еле сдерживая слёзы, но отнеслась скептически, улавливая едва заметные язвительные строчки.
-Хм... Она смела и выкинула в ведро записку.
Не захотев открывать свёрток, она оставила его на потом. Ясу осекся.
-Даже не думай. Улыбнулась Нана.
В ее планах были немного другие вещи.
Спешно собравшись, она направилась в музыкальную лавку.
-Тебе помочь? Спросила она, сжимая в руке компакт-диск.
-Ты меня слегка напугала. Но я рад тебя видеть.
-Иди ка сюда. Осаки задушила его своими объятиями, сделала это со зловещей улыбкой.
До конца смены они вместе справились.
После чего решили пойти к нему домой.
-Давай возьмём твои диски...
-Зачем?
-Как в старые времена... Она поплескала друга по плечу. Давай же.
-Ладно. Но может сначала что-то съесть?
Улыбнулся белобрысый ей в ответ.
-Я голодна как волк.
-Ты всегда ешь за двоих.
-Как и работаю.
Друзья сели на ковре, стали разбирать диски. Осаки нашла те самые.
-Осторожно.
-Ей, ты чего?
-Это те самые, с которых началась наша дружба.
-Много воды утекло с тех пор. Ты был самым преданным моим гитаристом.
-Ты же знаешь, я и не хотела работать ни с кем другим, кроме тебя.
-Знаю. Но я больше не пою.
-Мне так жаль...
-Но я благодарна тем сладостным временам.
-Только сейчас я осознал, насколько Миу была завидовала тебе.
-В смысле?
-Она мне так говорила.
-Вот коза! Хм... Это ты к чему?
-Береги близких людей, не будь с ними жестокой.
Осаки понимала о чем, точней о ком он.