В жизни так бывает... [лень редачить, сорян]

Битый час альфа прочесывал каждый райончик, каждый закоулок, каждый миллиметр этого ЕБАННОГО СЕУЛА, в котором где-то шляется ЕГО омежка. Юнги очень наглупил, но "очнулся" только тогда, когда Чимина и след простыл, оставив за собой только маленькие лужицы слез на столе.

— ДЖУН, ОТКРОЙ ДВЕРЬ! — орал под дверью Юнги. — ДЖУН!!

Телефон не берет, дверь не открывает, а свет то горит. Мин знает, что Ким дома, поэтому не собирается отступать. Тот должен ему помочь в поисках.

— Джу... — хотел заорать Юнги, но остановился, зациклив взгляд на приоткрытом окне 1 этажа.

Ловкие движения, натренированные с малых лет, и альфа расхаживает в чужом доме, поднимаясь на второй этаж, где горел свет.

— Серьезно? — бубнил Мин, вслушиваясь в стоны. — А ну, тюлени, подъем! Вас за тридевять земель слышно, как вы истошно стонете.

— ААА! — заорал голый Сокджин, уставившись сначала на своего альфу, а после на "гостя".

— БЛЯТЬ! — испугался Намджун, из-за чего моментально кончил в истинного. — Юнги, мразь!

— Закончили орать? — спокойно шепелявил альфа, у которого внутри все рвало и метало. — Я присяду. — утвердил он, ложась на чужую кровать, рядом с обнаженными телами. — У меня к тебе дело, Джун.

— ЮНГИ, БЛЯТЬ, ОТВЕРНИСЬ! НЕ СМОТРИ НА ДЖИНА! — орал Ким.

— Иисусе, нахуй он мне нужен, у меня Ч-чимин ес-сть... Кстати о нем. Помоги мне, срочно. — прожигал альфа взглядом друга, полностью повернувшись на бок.

— Джун~и, ты месяц не увидишь моей дырочки! — шептал омега на ухо альфе, за которым он скрывался от посторонних пустых, виноватых глаз.

— Если. Ты пришел сюда. Сказать. Рассказать. Показать. Посмотреть. Забрать какую-нибудь хрень. Тебе пиздец. — шипел Намджун.

— Пробей там по той хуйне, где находится Чимин.

— А позвонить ему не судьба?! — взбесился Ким.

— Тебе Джин все мозги через хуй высосал? Естественно я, блять, звонил. Он сбежал, а у меня, между прочим, гон.

—Так Кенсу что-то там лепетал, что у истинных гон и течка начинают проходить одновременно... — умничал Ким, шарясь в ноутбуке, дабы тот поскорее покинул его дом. — Как он убежал во время течки?

— Да-да, но у Чимина какая-то хуйня была, из-за чего цикл сбился, как Кенсу разъяснял, поэтому ему и мне надо время, чтоб мой гон и его течка проходили одновременно. — рассказывал Юнги, сжимаясь в калачик от приступов гона. — А ты можешь побыстрее искать, а? Джун~и, пожалуйста, БЫСТРЕЕ!

— Ты такой вежливый и добрый при приступах~. Нашел, но не скажу, пока не объяснишься.

— Еще одна подобная фраза и я тебя уебу с ноги. — грозно прошипел Мин. — Будто ты не знаешь, как я  в̶е̶д̶у̶  , кхм, вел себя с омегами во время гона. Ну не сдержался... ну бывает, а тот сразу в слезы и бежать.

— Идиот. Те были шалавы, омеги на одну ночь, а этот тебе не всю жизнь.

— Слышь, блять, не пизди, а. Лучше дай таблетки~, а то уже даже ты кажешься сексуальным. ТЬФУ, НАХУЙ. НЕСИ ТАБЛЕТКИ, ПОМИРАЮ.

— Иди в жопу! Не смотри на меня так!! — орал Джун, кидая таблетки для альф. — Пиздуй давай, с тебя вискарь за нервы, что я потрачу объясняясь Джину. Вот листок, на нем адрес. Как показывает программка, то получается он находится в квартире.

***

— Боже, паренек, от тебя так кофем несет. Сколько же ты его выпил? Сердцу не боишься навредить? — интересовалась новая знакомая заводя Чимина к себе в маленькую, но уютную квартирку.

— Уже.. навредил.

— Так ты меченный. Где же твоего альфу носит? — все не унималась бабка, раздеваясь. — Чувствуй себя, как дома. Чай, кофе?

— К...Чай. — мямлил заплаканный Пак, следуя за бабушкой.

— Не переживай ты так. Я же правильно поняла, что это из-за твоего кофейного? Что же этим альфам, мудакам, спокойно с омегами не живется...

— Не говорите про них так, пожалуйста. Юнги-хен хороший. — резко запротестовал Чимин.

— Был бы хорошим, ты бы не сидел ночью один на улице, захлебываясь слезами. — бубнила женщина. — Альфы — убогие существа, готовые совать свой хуй во все дырки, что есть на земле. Никогда не верь альфам. Лучше будь как я: найди себе такую же горе-омежку и ублажайте себя днями напролет.

— Что Вы такое говорите? Извините, но мне пора...

— СТОЯТЬ. — громко процедила бабушка, поворачиваясь к Чимину с ножом в руках. — Сначала ты поможешь старушке, а потом иди на все четыре стороны.

Женщина стала надвигаться на омежку, поднимая нож выше, из-за чего тот теперь прижимал горло Чимина.

— Рыпнешься, тогда твое личико превратиться в фарш, который я обязательно скормлю котикам, а тельце сама съем. Больно аппетитное оно у тебя.

— Ч-что? Отпустите, пожалуйста.

— Ну-ну-ну, не так быстро. Снимай штаны. БЫСТРО! — приказывала та, ослабевая хватку. — Не беси меня. Либо снимай, либо прощайся с жизнью.

Новый порыв слез, новая душевная боль, неимоверная тоска по холодным, но нежным рукам Юнги. Все окутало Чимина с ног до головы. Старушка не любит ждать, поэтому сама расстегивает ремень на зауженных джинсах омеги и вторгается в личное, очень личное, пространство Пака. Как только шершавая рука женщины прикасается к вялому органу, которому совершенно противны такие прикосновения, в голове у Чимина загорается лампочка, благодаря которой он вспоминает все приемы тхэквондо и одним движением обезоруживает старую насильницу. Быстро застегнув ширинку, уже в 3 раз, из которых 2 раза за ночь, омега вылетает с чертовой квартиры, несясь вон с этого района. Ему нужен альфа. Срочно. Нужны его теплые объятия. Нужен его успокаивающий запах. Нужен Юнги.

***

Ночной Сеул рассекается в два раза быстрее, все ради встречи с любимым. Мин корит себя за такое поведение. В крайнем случае он же мог предупредить? Мог же объяснить, а не идти против воли истинного?

— Как тебя сюда только занесло... — шептал Юнги, осматривая адреса на домах, что были все ободраны, окна которых были либо завешаны тряпкой, либо их вообще не было. Собаки воют, коты орут. — Откуда же у тебя столько сил пробежать, что аж на 5 кварталов от офиса смотался. Чимин, блять, где этот дом? Где ты? — разговаривал альфа сам с собой, пока не заметил знакомый силуэт, что выбегает из подъезда.

Юнги сокращает расстояние до минимума, полностью перегораживая пути омеге. Чимин смотрит кристальным, заплаканным взглядом, от которого Мину выть хочется. Тот узнает в машине и ее владельце своего альфу и запрыгивает в иномарку, сразу же перебираясь на водительское сиденье, усаживаясь на колени к истинному. Юнги в шоке. Ну не ожидал он такого. Что могло произойти с его булочкой, из-за чего он так набросился на него?

— Чимин~и, не реви. Все хорошо. Я рядом. — успокаивал Мин, поглаживая Пака по спине, чувствуя, как футболка намокает от слез любимого. — Прости меня, Чимин~и. Я не... — не успевает договорить тот, как пухлые губки, соленые от слез, накрывают чужие, вторгаясь в рот языком, исследуя.

Альфа незамедлительно отвечает, нежно поглаживая настрадавшиеся булочки. Чимин всхлипывает, но продолжает засасывать тоненькие губешки истинного.

— Чимин, прости. Я не хотел. — шептал Юнги в макушку омеги, успокаивая.

— Ч-что с твоим запахом? Он такой сильный, ярко выраженный. — мямлил Пак, утыкаясь носом в плечо.

— Кхм, у меня гон... Он немножко запоздал и пропустил твою течку. Поэтому я... совершил такое. Я не хотел, извини.

— Г-гон? К-как ты себя чувствуешь? — забеспокоился Чимин, поднявшись и уставившись в глаза альфы.

— Ну, нормально. Мне Джун таблетки одолжил. Он и узнал, где ты находишься.

— Прости, что сбежал. Я больше никуда никогда от тебя не убегу. Ни за что на свете. — обещал Пак, обнимая Юнги за шею. — А если бы я не выбежал, а ты бы не увидел меня, то как бы ты меня искал? Или ты даже не собирался искать меня? — с прищуром расспрашивал он.

— Я знал дом, в котором ты прячешься, и был готов взломать каждую квартиру, лишь бы найти тебя. У кого ты прятался? Тут кто-то из твоих друзей живет? — не отставал с вопросами альфа, проходясь холодными пальцами по изгибам истинного.

— Н-нет. Юнги~я, а у тебя есть знакомые в полиции?

— Конечно, но зачем тебе полиция? Ты что-то натворил? Тебе причинили вред, поэтому ты выбежал весь в слезах?

— Я-я... меня...

— Чимин, говори нормально. Не бойся. Я убью эту тварь. — разозлился Мин, сжав в руках половинки омежки.

— Айщ! Юнги, больно! — заорал Пак, стукнув альфу кулаком в плечо. — Кажется, что я попал в руки к каннибалке-насильщице... О-она домогалась до меня и обещала скормить меня котам и пожарить на костре, чтоб пообедать "аппетитным телом". — тараторил омега, словно стрелял из пулемета.

— Ей пиздец.

— НЕ МАТЕРИСЬ! РУГАЕШЬ, А САМ МАТЮКАЕШЬСЯ. ТЕПЕРЬ ТЕБЯ ТОЖЕ ЖДЕТ НАКАЗАНИЕ!!!