В жизни так бывает... [лень редачить, сорян]

— Брат?

— Братан. — улыбался во все тридцать два альфа, подошедший к паре.

— Братишка! — кинулся обнимать родственника Юнги. — Какими судьбами? Как дядя?

— Да, так. К омеге приехал, а он оказывается уже занят. — грустно выдавил улыбку альфа. — А ты что, мелочь, Чимина обижаешь? А?! Отец отлично.

— Чего? Вы знакомы?

— Дебил. Я тот Инха, к которому ты приревновал.

— Мин Инха?! Это ты? Н-но т-ты же живешь в Японии. — заикаясь от шока, шептал Пак. — Ю-юнги, он твой б-брат?

— Блять. СТОП. А к какому тогда ты омеге приехал?! — грозно шепелявил Юнги. — К Чимину?! — глянул он на своего омегу. — А ты какого в таком виде?!

— Я... э... Ой. — засмущался Чимин, поняв, что он стоит в одной рубашке и трусах перед двумя альфами. Не успел Пак предпринять какое-либо действие, как перед лицом возникает подкаченная спина истинного.

— Ути, батюшки~. Да, я приехал к Чимину, но он даже "пирожком" запретил себя называть, потому что кое-кто ревнует. Не бойся, не нужен мне твой омега. Вы красиво смотритесь. Ну, что? Угостишь хена? Я голоден.

Быстро обменявшись словами и теплыми братскими объятиями, альфа направились в дом. Юнги закинул Чимина на плечо и весь путь до дома шлепал по пятой точке.

— Юнги~я, мне больно! Хватит меня бить! — заверещал омега, стучась малюсенькими кулачками в спину альфы.

— Перестану, если ты переименуешь меня и хена в своем телефоне. — властно проговорил Мин Младший, сильнее ударяя по попке истинного.

— Ай! Хорошо~.

— Эй, Юн~и, не обижай Чимина, иначе накажу! Возомнил себя взрослым?! — пригрозил двоюродный брат, хватая тонсена за уши, оттягивая. — Сколько раз тебе еще объяснять, а?

— Айщ, хен! Заебал. — прошипел альфа, отправив Чимина в комнату переодеться. — Больно же. Т_Т

— А какого Чиминовской попке? Задумывался?

— Эй, а ты куда это засматриваешься?! Я не посмотрю на то, что ты мне хен, всеку.

— Кто кому еще всечет? А ну вставай в стойку. Покажи чему ты научился, пока меня не было! — заставлял старший, прыгая, как боксер, на месте.

— Хен, ты дебил? — сделал серьезное лицо Юнги, а после отошел к столу.

Не прошло и минуты, как Юнги побежал на брата с воплями: "Эге-гей!". Чимин, что наконец-то вышел из комнаты, ужаснулся с картины. Его альфа сидит верхом на брате, размахивая кулаками, заливисто смеясь. Приглядевшись к старшему, что находился под братом, Пак вообще ничего не понял. Тот смеялся, извиваясь под братиком. Удары, что наносились младшим, не доходили до его тела, лишь длинные музыкальные пальцы перебирали ребра, щекоча.

— Всё-всё! Юнги, хватит, прошу! Пощади хена.

— Нет, хен. Я соскучился. Это месть за мои нервы, которые я потратил, увидев твое сообщение в телефоне Чимки.

— Юнги! Хен куша~ть хочет!

***

Накрыв на стол, все уселись ужинать. Альфы что-то очень бурно обсуждали.

— Хочу бизнес открыть. Поможешь с документами?

— Странно, наверное, просить младшего брата помочь в бизнесе, хех. Конечно помогу.

— Ну, а кто виноват, что тебе суждено быть бизнесменом, а? У тебя это еще в детстве проявлялось, а я... оболтус. — хихикал старший.

— Почему ты не хочешь принять часть бизнеса моего отца? Я один не справлюсь~. На мне еще мафия. Хен, давай сотрудничать? Помоги тонсену.

— Во-первых, ваша компания слишком большая. Я не хочу работать там. Просто помоги мне открыть уютненькое кафе~. И ты не один. У тебя есть Чимин, который почему-то не притронулся к еде. — альфы обратили внимание на задумавшегося Чимина. — Чимин~а, хочешь прогуляться? — поинтересовался Инха, на что получил неодобряющий взгляд от братика. — Он не слышит, кажись, обиделся. Как исправлять собираешься?

— Обиделся?

— А что ты так удивляешься? Ничего, что ты психанул, обвинил его в измене, со всей силы шлепал по ягодицам и даже не извинился. После твоих ударов у него явно останутся синяки! Юнги, у тебя теперь есть омега. Будь ответственнее! Если будешь продолжать в таком же духе, он не выдержит и сбежит от тебя. Пора подумать о других.

— И что ты предлагаешь делать? — виноватым тоном спросил младший.

— Извиняться.

— Это понятно. Как?!

— Ты вообще зачем его сюда привез? — отложив столовые приборы и удобнее усевшись, стал расспрашивать старший.

— Ну типа "рОмАнтИк". — взмахнул руками Юнги.

— И~? — протянул Инха, на что получил недогоняющий взгляд. — Господи, за что мне такой тупой брат?! Я уеду, а ТЫ чтоб извинился! Расцеловывай, вылизывай, обсасывай. Делай что-нибудь, но чтоб, когда я приехал на выходных, он сверкал от счастья! Понял?!

— Да.

***

— Чимин? — обратился Мин к истинному, что мыл посуду. — Ты обиделся?

— ...

— Чимин~и.

— Нет, я не обиделся. Тебе показалось. — сухо ответил младший, продолжая намывать посуду. — Иди отдыхай.

— Не верю. Прости за то, что обвинил тебя в некой измене. — извинялся Юнги, обняв Чимина со спины. — Пожалуйста.

Ответа не последовало. Лишь губка для посуды полетела в лицо альфы, из-за чего мыльный раствор попал в глаза старшему.

— Айщ, Чимин, за что? — взвыл Мин, пытаясь продрать глаза. — Глаза... Щ-щиплет. Я нихуя не вижу. Чим~а, ты чего? Я же извиняться пришел. Черт~.

— Так тебе и надо. Может в следующий раз увидишь, что я тебе не изменяю!

— В смысле "в следующий раз"? Чиминушка, я не посмотрю на то, что ничего не вижу, накажу.

Чимин промолчал, развернулся и ушел, оставив альфу одного на кухне. Полчаса Мин не выходил из кухни, пытаясь промыть глаза. Вода в раковине не переставала течь, а трехэтажный мат продолжал вылетать из уст старшего.

— Юнги? Ты как? — решил поинтересоваться Пак, переживая за своего альфу. — Сильно щиплет?

— У меня все заебись. Та нет, что ты. Мне даже нравится, как мои глаза разъедает химическая дрянь.

— Прости, я не хотел. Дай, помогу. Повернись.

Молча развернувшись к истинному, Юнги пытался раскрыть глаза, что очень плохо получалось. Глаза слезились, и из уголков лились слезы, которые кто-то быстро вытер, расцеловывая.

— Прости, прости, прости. Не плачь. — каялся Пак.

— Я не плачу. Я лишил тебя девственности, а ты лишил меня зрения. Хороший обмен, Чимин.

— Сядь, я закапаю тебе глаза. Станет легче.

Закапав глаза возлюбленному, Чимин уселся ему на колени, обхватывая всеми конечностями, обнимая. Пак расцеловывал шею и ключицы альфы, извиняясь.

— Прости меня, хен. Я не хотел. — чмокнул в щечку Мина, что до сих пор сидел с закрытыми глазами. — Я обязательно переименую вас в телефоне. Что тебе нравится? "Кофеек", "Кофейка"? — замялся Чимин. — "ЕНАНЗМЮ - Единственный Неповторимый Альфа На Земле Мин Юнги" ? — издал смешок Пак. — Как ты хочешь?

— Прощаю. Хочу... чтоб я был записан "Хозяин заднего кармана". — не открывая глаз, шепелявил Юнги.

— Что еще за "задний карман"? Это не романтично.

— Задний карман, туз, шоколадный глаз, очко — анус, который принадлежит только мне. Все твое тело принадлежит мне.

— Я не спорю, оно твое; но может тогда просто "Хозяин"? Можно как-нибудь без твоих тюремных жаргонов, а?

— Тогда "Папочка".

— Папка? Для документов? Эм... — задумался Чимин, отстраняясь от альфы, глядя тому в прикрытые лисьи глаза.

— Чим, не тупи. Папочка - папа - отец.

— При чем тут Ты и "Папа"?

— Потому что я старше тебя, это раз. Я люблю тебя сильнее всех, это два. Я буду тебя обеспечивать, ублажать и так далее, это три. — разъяснял Мин, сжимая упругие ягодицы в руках.

— Не, не хочу~. Ты же не мой отец, чтоб называть тебя так. Что если... "Котя"? — засмущался Чимин, когда два красных от раздражения глаза стали прожигать в нем дыру. — Не смотри на меня так. Когда с закрытыми глазами, ты добрее. — хмыкнул омега.

— Почему "Котя"?

— Потому что очень похож на кота. Милый, пушистый, ласковый, но если разозлить шипишь, "царапаешься"... — не объяснив до конца прервался Пак, потому что кое-кому приспичило затянуть истинного в поцелуй.

Глаза альфы снова прикрылись, а руки стали блуждать по телу омеги, забираясь под домашние шорты. Смачно получив по лбу ладошкой, Мин с недопониманием пялился на красного Чимина.

— Эй, ты чего?

— А куда ты полез? Нельзя. "Задний карман" — цитировал Пак старшего. — на сегодня и ближайшую неделю зашит.

— Ты издеваешься? А как же я?

— Обойдешься. Ты наказан за сценку глупой ревности. — пояснял Чимин, слезая с альфы.

— Оке~й, посмотрим, кто еще наказан...