Плен прошлого

Он издевается сегодня надо мной! Решил точно довести меня до инфаркта сначала своими действиями, а теперь и словами. И как понимать, что он меня разденет сегодня? Прохожу вместе с ним в прихожую и поворачиваюсь в его сторону.

— Что означают твои слова?

— То и означают. – бросает Макс уходя на кухню с покупками оставляя меня одну в полной растерянности и мне ничего не остается как пойти за ним. – Тебе нужно будет раздеться чтобы надеть шелковый халат.

— Это еще зачем? – все-таки не зря я не хотела во всем этом участвовать. Надо было настаивать на своем отказе, когда он просил ему помочь. – И это означает переодеться, а не раздеться и во все не нужно было раскидываться двусмысленными фразочками.

— Хотел посмотреть на твою реакцию. – раскладывая покупки по местам отвечает Макс поворачивая голову в мою сторону.

— Понравилась?

— Еще как. У тебя выражения лица было как у рыбы, выброженной на берег. – в попытке изобразить собственные слова его густые темные брови высоко приподнимаются, темно-серые глаза расширяются словно от удивления, рот отрывается и закрывается. – Вот так примерно.

Как рыба значит? Я терпеливо жду, когда он закончит кривляться и вплотную подхожу к нему, чтобы наши тела соприкасались. Из-за разницы в росте мне приходится закинуть свою голову чтобы поймать его взгляд, обхватываю его лицо своими руками, теперь наши глаза неотрывно следят друг за другом. Он все еще улыбается, но уже не так широко, его дыхание спокойное, как и мое, свои руки он положил на мою талию и нежно сжал ее.

— Понравилось насмехаться надо мной?

— Очень. – очень тихо ответил Макс еще сильнее прижимая меня к себе.

Привстаю на цыпочки и подношу свои губы к его уху и очень медленно чтобы он услышал каждое мое слово произношу.

— Еще раз так сделаешь, я твои сложенные по алфавиту книги перемещаю также поступлю с твоими сложенными по цветам футболками, носками и надо будет до трусов твоих дойду. Все твои так идеально сложенные кисточки, краски, карандаши все то, что ты так усердно убираешь я раскидаю по твоей красивой и чистейшей студии. – отрываюсь от его уха и ловлю его взгляд. – Надеюсь я понятно объяснила?

Зная все его любовь к чистоте и абсолютному порядку точно уверенна, что мои слова заставят его испугаться, но посмотрев на него вижу, что он все еще улыбается. Кажется его мои слова его только развеселили или же он только делает вид, что они на него никак не повлияли. И тут замечаю, что при всем своем веселье его тело, которое соприкасается с моим и его руки, сжимающие мою талию напряжены. Всматриваюсь в его лицо, хоть он улыбается, но его глаза не отражают этого веселье, даже правый глаз еле заметно дернулся. Мои губы невольно растягиваются в победную улыбку. Убираю свои руки с лица Макса и пытаюсь отодвинутся от него, но только сильнее сжимает меня останавливая мои попытки отстранится от него.

— Если ты так сделаешь. – медленно и четко произносит он. – То я запру тебя у себя пока ты не берешь все то, что натворила и выпущу только если меня устроит твоя уборка. Надеюсь, я все понятно объяснил?

Последние слова он произнес, передразнивая меня и играя бровями, убрав свои руки с моей талии Макс проходит в гостиную. Я улыбаюсь, пусть думает, что победил. Решаю обязательно исполнить свою месть.

— Ты так не ответил почему именно в халате? –следую за ним присаживаюсь на темно-серей диван, стоящий по середине студии занимающий почти все пространство и наблюдаю как Макс подготавливает рабочее место.

— Заказ такой поступил. – пожимая плечами ответил он.

Свободное время от учебы Макс пишет картины на заказ. У него хоть и обеспеченные родители, но он предпочитает не просить у них помощи. Имея потрясающий талант в рисовании, лучшим заработком для него стало именно такая деятельность, хоть она тяжела морально и нужно почти неделями не выходит из дома, не считая конечно учебы, которая также отнимает большое количество времени и сил, но довольно приличные суммы от заказов того стоят по словам самого Макса.

— Девушка в халате? – скептически приподнимаю правую бровь. – Странные вкусы у людей.

— Если быть точнее, то девушка в шелковом нежно-розовом халате, держащая в руках темно-алые розы.

— Это уже интересней. Значит мой портрет будет у кого-то висеть и им будут любоваться?

— Можно сказать и так. Одним же твоим портретом уже любуются. – Макс проходит мимо дивана с барным стулом в руках ставят его около большого окна дальше подходит к молочному цвета шкафу с одеждой и достает нежно-розового оттенка женский халат. - Тебе нужно сейчас переодеться и присесть на стоящий стул возле окна. Переодеться можешь в ванной. – Макс протягивает мне халат и кивает в сторону ванной я поднимаюсь с дивана, беру в руки протянутую вещь и направляюсь в нужную сторону.

Захожу в ванную комнату в глаза сразу бросается большая белоснежная ванна в нее легко могут поместиться два человека не стесняя друг друга. Вешаю халат на дверь рядом с полотенцем Макса и начинаю снимать свою одежду. Прежде чем надеть его провожу по шелковой ткани рукой, она приятно холодит ее, ткань очень мягкая и невесомая, почти не чувствуется на моей руке. Замечаю бирку на нем, значит он новый и Макс специально его купил, а еще и дорогой. От увиденной стоимости мои глаза округляются, и я даже не удерживаюсь от короткого свиста.

Ну конечно, тут же одергиваю себя. Думаешь он хранит запас дорогущих халатов для всех, кого рисует. Интересно для кого он еще их покупал? Или не только их. Усмехаюсь и давно меня стало интересовать для кого мой друг покупает одежду? Если даже и есть для кого, то это меня не должно волновать. Не ужели? Выдает мне мой внутренний голос. Да не должно! Все докатилась спорю само собой. Качаю головой и отрываю бирку и выкидываю ее в мусорное ведро, стоящее возле белоснежного унитаза, затем снимаю халат и примеряю его. Сел идеально, ткань приятно прилегла к телу еще раз провожу рукой по нему чтобы ощутить мягкую шелковистую ткань. Решаю посмотреть, как он смотрится на мне, подхожу к раковине над которым висит большое квадратное зеркало с подсветкой и смотрюсь в него. Белокурые слегка кудрявые волосы ниже плеч, изогнутые брови, высоко посаженные светло-карие глаза, маленький слегка приподнятый нос, бухлые губы и немного бледноватая кожа, что весьма естественно ведь в солярий я не хожу и только конец весны чтобы идти загорать естественным способом. Смотря на себя в зеркало, вижу перед собой уставшую с темными кругами девушку, но весьма симпатичную, перевожу со взгляд со своих кругов на халат. Он мне идет, точно под мой размер куплен. Надо будет потом его забрать себе решаю я. Поднимаю разбросанную свою одежду по всему полу и аккуратно складываю ее в стопку, беру в руки и выхожу из ванны.

— Куда мне свою одежду положить? – выходя из ванны спрашиваю у Макса.

Макс оборачивается на мой голос и пристально окидывает оценивающим взглядом.

— Давай мне я уберу ее в шкаф. – парень подходит ко мне и забирает сложенные вещи.

Я ожидала что, как и свои собственные он разложит по цветам и типу, но он открыл шкаф и просто положил такой же стопкой как я ему ее и отдала. Очень странно, особенно для него.

Макс вернулся к мольберту, присел на рядом стоящий с ним стул на железных ножках и повернулся ко мне.

— Тебе очень идет. – еще раз внимательно посмотрев мой наряд сказал он.

— Спасибо, я знаю. Если ты не против, то я заберу его у тебя?

— Конечно, он твой. – с ухмылкой ответил Макс. – Ну что начнем?

Киваю в ответ и тяжело вздыхаю, подхожу к стоящему барному стулу и присаживаюсь. Предвкушаю какое будет веселье и так долго он будет длится. Лучше бы отказалась. Конечно, он мой друг и я просто не могла отказать ему в помощи, хотя отказывалась. Но быть натурщицей это сложно занятие и весьма нудное. По началу может показаться, что ничего сложного в этом нет, но, когда вы просидите, не двигаясь много часов если вас еще и рисуют в портретном стиле или же в какой-нибудь за мудрёной позой, то шанс пошевелится у вас будет только на небольших перерывах.

Когда Макс попросил о попозировать ему в первый раз я сильно испугалась. Потому что считала, что натурщики позируют только обнаженными и сразу же отказалась, но потом он мне объяснил, что ему нужен натурщик для портрета и раздеваться вовсе не нужно. Конечно, тут же у меня возник вопрос, почему просто не написать картину из своей головы полагаясь на свое воображение или же с фотографии? Оказалось, для художника важно видеть картину своими глазами чтобы передать все в мельчайших деталях, включая передающие на лице и в глазах эмоции, чтобы картина по-настоящему получилась живой и яркой. И само по себе рисование с натуры помогает художнику «набить» руку.

— Мне нужно как-то по-особенному сесть? – интересуюсь у сидящего на против меня друга.

После моего вопроса он встают со своего места и подходит к небольшому стеклянному журнальному столику и вынимает небольшой темно-алый букет роз и вместе с ним идет в мою сторону.

— Возьми их в руки. Не переживай они без шипов, так что не поранишься. – Макс протягивает мне букет. Беру их в руки, они приятно тяжелят их. Давно мне не дарили цветы. Даже не могу припомнить, когда это было. Скорее всего на мое день рождение, больше поводов не было, а просто так мне никто не дарит. Может самой купить? Или просто заберу эти. Максу думаю, как и халат он не нужен. – Теперь сядь полу-боком, чуть приспусти халат чтобы оголить плечи и прижми к себе букет и неотрывно смотри на меня.

— Сначала этот халат, теперь оголить плечи. Ты что вообще задумал, а Макс? – возмущено бурчу, слегка спуская халат со своих плеч немного оголяя их. – Так пойдет?

— Еще чуть-чуть, – он протягивает ко мне руки и еще немного спускает этот несчастный халат, который я уже начинаю ненавидеть. Спустив его почти до самой моей груди Макс решает, что этого достаточно и переходит к розам располагая их как ему нужно при этом одна его рука не осознано легла на мое оголенное плечо вызывая у меня мурашки по всему телу заставляя вздрогнуть словно от холода.

От моей реакции Макс оставляет в покое букет и поднимает на меня взгляд.

— Тебе холодно?

— Нет.

— Тогда почему вздрагиваешь?

В ответ я просто пожимаю плечами. А что я еще могу сказать? Что мне нравится, когда он меня трогает и поэтому мое тело так реагирует. Думаю, он будет не готов к такому признанию. Такие серьезные слова будут означать, что он мне нравится больше чем просто друг, а это уже плавно переходит в отношения, а именно их я пока избегаю. Что у меня получается весьма хорошо, если брать в расчет что последние полгода мне никто и не предлагал встречаться. Даже потенциальных кандидатов не было. Могу смело создать курсы «Как научится избегать отношений. Пособие для чайников».

Макс все еще смотрит мне в глаза словно пытается найти в них ответы на не высказанные вопросы, но не найдя возвращается на свое место последний раз оглядывая свои старания.

— Продолжай смотреть на меня и не отводи взгляд. – Макс присаживается на стул, берет в руки карандаш и делает первый набросок.

Мои ноги уже начинают затекать, руки устали держать эти проклятые розы, халат спустился ниже, чем нужно, глаза болят смотреть в одну точку. Из-за этого, мне кажется, мой взгляд стал пустой и даже не представляю какие эмоции можно с них списать кроме сонливости, усталости и раздражения. Не перестаю считать минуты до перерыва. Это уже будет третий по счету за последние три с половиной часа. Я устала вздыхаю и продолжаю смотреть на друга, он же переводит свой взгляд с меня на мольберт продолжая сосредоточенно выполнять свою работу. По его лицу не понятно устал он сам или нет, хотя может уже привык к такому. В художественном университете они скорее всего часто так рисуют. Интересно почему он не выбрал девушек из университета, так скажем из профессиональных натурщиц? Чем они его не устроили?

— Почему не позвал позировать кого-то из университета? – все-таки решаю задать интересующий меня вопрос, получилось весьма тихо из-за севшего голоса.

— Потому что почти все натурщики там пожилого возраста, не думаю, что заказчик обрадуется, видя на картине пожилую бабушку, а не молодую девушку. – не прерывая свою занятие отвечает Макс.

Ухмыляюсь, представляя такую картину.

— А из студенток? – не унимаюсь я.

— Им и так думаю есть чем заняться.

Его ответ меня немного разочаровывал. Я ожидала совсем другого. Чего другого? Что-то вроде признания что ему нравится рисовать только меня и вообще он давно меня любит и все такое? Врать не буду самой себя. Если бы он такое произнес я бы обрадовалась, но на этом все. Мне нравится все его случайные касания и моему телу тоже нравятся, но это все объяснимо. У меня давно не было секса. Примерно около года если быть точной. Хоть я была в отношениях мы с моим бывшим почти не спали. Не хотелось. Его измены, оскорбления и все остальные его действия убивали мое либидо. Я просто не могла больше спать с ним и не переставать думать, что он спал с другими и возможно на месте меня представляет другую.

После разрыва мне было не до секса. Но сейчас смотря на накаченные руки друга, держащие карандаш не могу не представить, как он проводит ими по моему телу словно исследуя его, как его губы плавно проходят по моей шеи оставляя за собой легкие поцелуи и опускаясь все ниже до самой моей груди и уже там легкие поцелуи сменяются на горячие и немного грубые. Я издаю тихий стон. Резко вздрагиваю и вырываюсь из своих фантазий.

Перевожу свой затуманенный взгляд с рук Макса на его глаза и замечаю, что он, не моргая смотрит на меня с серьёзным выражением лица. Мы сгладываем в унисон, кажется, словно даже дышим синхронно, я облизываю свои губы. Макс опускает на них свой взгляд и возражает его обратно к моим глазам.

— О чем ты думала?

— Не о чем. – нагло вру я.

— Ты вся покраснела и твои глаза горят от возбуждения, а еще ты издала весьма страстный стон.

От его слов я готова провалится под землю от стыда.

— Ничего они не горят. – заверяю его. – Стонала я не от страсти, а от боли. Потому что спина болит, а покраснела от жары. Душно и жарко у тебя тут.

— Тебе жарко?

—Да.

—Хочешь кушать?

— Да.

—Хочешь закончить?

—Да!

—Пить хочется?

—Да! – уже начинаю слиться на его бесконечные вопросы.

— Я был в твоих фантазиях?

— Да! – почти кричу я от злости. Так стоп. Что?

Макс с хитрой улыбкой следит за моей реакцией. Злость сменяться на раздражение. Как я могла попяться на такую простую уловку, теперь он будет смеяться надо мной. Хочется плакать от такого унижения. Не выдерживаю бросаю розы на пол спрыгиваю со стула и направляюсь в ванную чтобы переодеться в свою одежду и вернуться к себе домой. Там я смогу успокоится, и никто не будет смеяться надо мной, там я буду в безопасности. Пусть с моей стороны это выглядит как ребячество, но не хочу расплакаться особенно при нем. Он и так считает меня слабой.

Почти дойдя до ванны Макс хватает меня за руку заставляя повернутся к нему и встретиться с ним взглядом, но я отпускаю свою голову и отвожу свои наполненные слезами глаза. Я прекрасно осознаю, что нет особого повода плакать и вся сложившаяся ситуация не такая обидная и мой друг не виноват, но мое моральное состояние просто ужасно. Именно оно решило, что меня обидели и нужно выпустить слезы, злость, раздражение и другие эмоции, которые привели к данной ситуации как защитную реакцию. Хочу взять под контроль свои их всех, но это слабо выходит.

Видя мои попытки, успокоится Макс, не говорит не слова подхватывает меня на руки и несет обратно в гостиную и не отпуская меня из своих рук садится на диван крепче обнимая меня и гладя по голове покачиваясь из стороны в сторону словно убаюкивая меня.

—Прости меня если я тебя обидел. – в его голосе я слышу горечь и сожаление. От этого мне еще больше хочется плакать. – Я не хотел, правда.

Я хочу ему ответить, но все мое горло теперь состоит из одного большого комка, наполненного раздражением на себя и свое состояние и сожалением что своим поведением заставила дорогого для меня человека чувствовать себя виноватым, хотя это не так. Ненавижу свои эмоциональные качели.

Макс все еще убаюкивает меня не переставая просить прощение. С большим трудом сгладываю.

— Ты не виноват. – дрогнувшим голосом заверяю его. – Я сама раздула из мухи слона. Так что это ты меня прости.

Пытаюсь отстранится от Макса, но он обнимает только сильнее.

— Я правда в порядке!

Услышав мои слова Макс, чуть отстраняется от меня чтобы поймать мой взгляд, качает головой и протяжно вздыхает.

— Не надо меня обманывать. Я прекрасно знаю в каком ты состоянии на самом деле.

Не нахожу ответа для него и протягиваю к нему руки и обнимаю в знак благодарности. На душе становится спокойней от мысли что у меня есть такой друг. Макс прерывает наши объятия и берет мое лицо в свои руки заглядывая упрямым взглядом.

— У меня есть хорошая идея. Тебе нужен отдых, поэтому ты сейчас немного поспишь, а я сготовлю нам что-нибудь и как все будет готова я тебя разбужу. Как тебе идея?

Я в недоумении смотрю на него.

— А как же картина?

— Я сделал достаточно набросков чтобы написать ее как я хотел.

Макс обводит взглядом брошенные мною на пол розы и стоящий неподалёку мольберт с рядом аккуратно сложенными набросками.

— Прости за беспорядок с цветами. – с сожалением смотрю на них. Теперь точно можно будет забрать себе, только теперь помятые и не такие свежие.

Проследив за моим взглядом Макс усмехается, пожимая плечами.

— Ничего страшного, это все уберётся.

От его слов я немного удивлена. Со своей любовью к чистоте, даже немного маниакальной он слишком спокоен. Скептически смотрю на него слегка приподняв правую бровь, решаю на всякий случай уточняю.

— Точно?

— Точно. – тихо смеясь отвечает он. – Сейчас принесу для тебя подушку и одеяло.

Киваю в ответ. Макс все-таки решает отпустить мое лицо и поднимается с дивана и идет в сторону шкафа. Провожу руками по своему лицу и понимаю, что все-таки не получилось сдержать слезы, смотрю на свои влажные от слез ладони замечаю на них небольшое количество туши, которая смазалась Мда...сейчас я, наверное, выгляжу просто ужасно. Своей бессмысленной испортила день не только себе, но и Максу. Молодец Лена...

— Я положу подушку, а ты ложись. – Макс аккуратно кладет ее на диван ждет, когда я лягу и накрывает меня одеялом. – Отдыхай. – наклоняется ко мне и оставляет легкий поцелуй в волосы.

— Спасибо. – беру его за руку и слегка сжимаю с бесконечной благодарностью смотрю на него. Макс отвечает расслабленной улыбкой и пожимает мою руку в ответ, затем оставляет меня и уходит на кухню.

Повыше натянув одеяло невольно вдыхаю его запах. Пахнет чистой и свежестью. Обвожу взглядом студию. Она очень уютно и современно обставлена. Напротив дивана, на котором я лежу расположен круглый журнальный столик, на котором раньше стоял букет роз, на стене визит большой плазменный телевизор, по сторонам от него не большие полки в темных оттенках с книгами, различными интерьерными фигурками и фоторамками, на которых изображена семья Макса и его друзья. Замечаю одну из знакомых фотографий, кажется, она была сделана на наш выпускной. На ней я в платье светло-розового оттенка сидя у Макса на коленях самой счастливой улыбкой и горящими глазами смотрю на него, и он отвечает мне тем же.

Тот день, точнее даже вечер помню смутно. Мы тогда все очень сильно напились и на утро мало что помнили. Если верить слухом которые распространяли на следующий день наши уже бывшие одноклассники, то я и Макс поцеловались, но сама я не сильно в это верю потому он тогда встречался с девочкой из параллельного класса, и я была занята. Узнавала у него правда это или нет, ответ его был что он сам ничего не помнит, но его девушка поверила распространившемся слухом и вскоре расстались.

Сам Макс довольно легко пережил расставания или же как всегда все свои переживания и проблемы решил держать при себе. За все время дружбы ни разу не слышала, чтобы он жаловался хоть на что-то или на кого-то. Решаю обязательно узнать о его состоянии, вдруг ему, как и мне нужна помощь и вместе мы поможем друг другу. С этими мыслями мои уставшие глаза все-таки закрываются, и я проваливаюсь в сон уже слабо различая исходящий из кухни шум.