Wicked games

  Джулия
     Одно сумасшествие. За сегодня произошло больше, чем происходит за неделю в Бедфорде. Это ведь только начало! Я вышла из библиотеки в странном состоянии, чувствуя, как на меня постепенно накатывает усталость. От Марко ничего нового я не выяснила, что и было очевидным. К вечеру он вел себя еще подозрительнее и, честно говоря, глупее. От его наигранных подкатов уровня подростка в жестком пубертате хотелось смеяться до слез.  Рано или поздно, желательно как можно скорее, я узнаю цели, которые он преследует. Мало того, Марко выставил меня в «лучшем свете» перед мистером Джеймсом, да и всей группой в целом. К моему великому счастью и глубокому сожалению Марко, Джеймс оказался просто душкой и не осудил меня. Наоборот, отнесся с понимаем, которое я прочитала в его взгляде.  После урока, я все равно подошла и быстро извинилась, а потом поспешила догнать Марко и сказать ему пару лестных слов.

    Не знаю, что может быть хуже этого дня. Сегодня еще и день ужасных навязчивых мыслей. Как бы я не хотела, но в голову лезут Марко, и папа вместе с учебой, даже Роберта удалось забыть. Ох сегодня день не только самых-ужасных-воспоминаний-и-мыслей, но и открытий: оказывается, на какое-то время думать не о Роберте исключительно вполне возможно.  Если не считать воспоминаний в кофейне, то я могу себя называется героиней. «Римские каникулы» вспоминались тепло, но с привкусом горечи. Как я и думала – смена обстановки идет мне на пользу, если не обращать внимание на другого кудрявого болвана.

       С расписанием мне тоже, мягко говоря, не повезло. Могу списать все на то, что вторники мои неудачные дни, потому что по-другому я не могу объяснить, почему и тут, и в моей школе во вторник подряд стоят естественные науки, математика, социология и основы менеджмента. Экономику и литературу, которые сегодня были для меня островами спасения, я люблю. Брекстон, как и многие частные школы и школы-пансионы, работает по программе International Baccalaureate, где к каждому ученику индивидуальный подход и внимание направленно на углубленное изучение предметов, в которых ученик больше заинтересован.  Мистер Джеймс предупредил нас, что первую неделю мы учимся по программе A-Level. Это общая национальная учебная программа Великобритании и там более классический набор предметов. Никогда не училась так и мне уже не особо нравится. Дальше в нашей группе распределятся часы разных дисциплин и учится станет комфортней. По поводу комфорта я не могла знать точно, но просто хочется верить.

      С такими рассуждениями, я зашла в свой корпус. Я уже шла по второму этаже и свернула направо. Эта часть холла была совсем пустой, и я облокотилась на стену.

      И все же, у меня не было ни малейшего представления о Марко. Не говоря о том, что он подозрительный, но, в то же время обаятельный, как бы я это не отрицала. Зато видел бы он свое лицо, когда я сказала цитату из этой книги. Даже не знаю, кто из нас больший неудачник: я или он. Надо же было из всей кучи вытащить именно ту книгу, которую я знаю чуть ли не наизусть. Ох, Стивен Кинг никогда не подводит. Марко так посмотрел, будто ему 10, и я застала его за просмотром фильмов для взрослых. Один вывод из всего произошедшего: ему есть, что скрывать, и я выясню это. Вывод номер два: не доверять здесь никому. Как-то раз Келли сказала: «Если шоколадная конфета с красивой оберткой, то прежде, чем съесть – понюхай её. Шоколад может оказаться не шоколадом вовсе.». Глупая по звучанию фраза таит в себе глубокий смысл.

      Впрочем, Тревору верить тоже не стоит, хотя он оказался в общении куда по приятней своего друга. За ланчем вежливо предложил присоединиться к ним с Марко и, конечно, я отказалась, но села недалеко. Буквально через пять минут, он позвал Эмилию к ним, она мило улыбнулась, молча помахала головой и прошла их мимо и, заметя меня, подсела за мой стол.
  Эмилия мне напоминает ангела, спустившегося с небес. Длинные блондинистые волосы, голубые глаза и тихий, успокаивающий голос. Утонченность ее второе имя. Да она вылитый ангелок! Эмилия родилась и живет во Франции, но ее отец британец, поэтому она владеет двумя языками с рождения. От этого у нее забавный французский акцент. Первый ученик за весь день, с которым приятно было пообщаться. Было бы неплохо, если мы продолжим общаться и дальше. Общей темой для обсуждения стало кофе, ей тоже не понравилось то кофе, что стояло в автоматах на первом этаже. Так мало людей, кто понимает разницу между макиато и капучино.

   Я узнала про нее только самые обобщенные сведения, но была внутренне рада, что она не подсела к Тревору. Вслух бы этого я ни за что не сказала бы. Не хочется выглядеть осуждающей злюкой. Я бы выдала что-то по типу: «О, Эмилия, я так рада, что ты проигнорила Тревора, ведь он такой дурак. И все равно, что это первый день.»

         Зато Стейси сегодня обломалась на
экономике, я получила блаженное удовольствие. С трудом скрывала улыбку, хотя она пропала при виде Марко. Особенно, когда у нее покраснело лицо от безысходности и злости. В Бедфорде какое-то время мы учились в одном классе и, слава Богу, она перевелась в параллель. Но по-настоящему я бы была ему благодарна, если бы Стейси перевелась в другую школу. Она самая избалованная девушка, которую я только знаю, ее капризам подчинялась вся наша школа. Каким-то удивительным образом она попала сюда, если уже в начале года она висела в списках на отчисление за плохую успеваемость. Её средний балл составлял около 40. Видимо, папочка постарался.

      Может, это следует рассматривать это как задание. Эти люди - из Брекстона, нравится мне это или нет. Когда поступлю в Оксфорд, придется находить общий язык и работать с такими, как, например, Марко или Стейси. В любом коллективе обязательно будут и это нормально. Но лично я считаю, что на коллектив, состоящий из 20 человек, Марко и Стейси слишком много. Как сказал мистер Джеймс, кабинет экономики 210. Я решила взять оттуда справочные материалы, потому что мои, как оказалось не совсем подходят под сегодняшнюю тему.

      Я сделала вдох, поправила юбку и с новыми силами оттолкнулась от стены. С того момента, как я покинула свою временную обитель, в зеркало смотрелась единожды: в туалете первого корпуса. Тогда вид еще у меня был человеческий. Сейчас я надеялась, что на колготках нет зацепок, а макияж не поплыл. Держу кулачки. По планам просто взять пару учебников и пойти в комнату. Принять горячий душ и лечь в постель с надеждой, что завтра будет лучше. Завтра обещают солнечную погоду. Для Лондона «солнечный день осенью» - это когда из-за облаков пробился один несчастный лучик. Что ж, посмотрим. Вдруг над Брекстоном светит такое яркое солнце, что всем придется надеть очки для защиты. А я их даже не взяла.

     Последний день с по-настоящему хорошей погодой был, когда мы с Робертом пересеклись. До сих пор не понимаю, как можно было поцеловать его. У Роберта ужасный дар убеждения, и он нагло пользуется этим. Если он будет в костюме кабачка и скажет: два плюс два это пять, то ему все поверят! Из-за этого после расставания быстро стерлась грань понятия правды и лжи. Любовь чертовски слепа. Мое правило: позволяй любить себя, а не наоборот, было нарушено мной почти сразу. Я правда до последнего верила, что мы будем вместе до конца наших дней, а мне мой-дорогой-Роберт никогда не врет, а в итоге вышло все это. Хотя он и сам все рассказал и показал это мерзкое видео, я не могу знать точно: изменял ли он мне до этого или нет.

     Просто расслабься уже. Хватит искать подозрительных, виновных и плохих.

     Раздавался внутренний голос. Я всегда сравниваю это с фильмами, где у человека на одном плече ангел, а на другом демон и они вечно спорят друг с другом. Так вот, все клонится к тому, что у меня на плечах сидят только демоны, которые подбрасывают мне самые отвратные мысли и от них сложно отделаться.

      Я наконец огляделась вокруг. В коридоре было немноголюдно, скорее всего все разошлись по комнатам или в пабе сидят, если туда еще пускают в такое время. Странная затея, делать бар на закрытой территории, где 95 процентов проживающих – ученики старшей школы. Вчера я потеряла Тревора из виду буквально через минуту после того, как мы зашли туда. Целые толпы веселых и нетрезвых подростков были повсюду. Не удивлюсь, если Тревор и сейчас там уже выпивает сотый шот. Он из тех заводных парней, кто подцепит тебя где-нибудь, классно проведет время, назовет тебя красоткой и исчезнет также, как и появился.

      С такими выводами я подошла к двери, которая была на два метра дальше по левую сторону холла, и потянула за ручку в надежде, что она будет открыта. Дверная ручка спокойно поддалась, и я вошла. Там оказалось темно, если не считать, проникающего из холла. Глазам понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к темноте, и только потом я смогла различать очертания большого античного секретера, мягкий уголок для сидения и книжные полки по бокам кабинета.

       Я немного помедлила, потом с любопытством шагнула вперед и огляделась. Улыбка расползлась по моему лицу, и я отважилась на следующий шаг ... и потом услышала это.

      Тяжелое дыхание. И приглушенный стон.

      Отвернись и уходи! – пронзительный голос крикнул в моей голове, но было слишком поздно. Взгляд упал на парня, стоящего в комнате дальше. Он прислонил кого-то к стеллажу с книгами. Он на секунду запрокинул голову.

     -А мне нравится это, Эмили, - сказал парень, снова прижавшийся к Эмилии. Я оцепенела. Этот голос мне показался знакомым. Тихий и низкий, слегка хрипловатый.

         Тревор.

       Беру свои слова назад: я ОЧЕНЬ удивилась. Эмили. Интересно, у них с Марко такой дефект речи – неправильно произносить имена? Такая форма имени существует, конечно, но для близкого круга общения. О чем я вообще говорю, если сейчас они ближе как никогда. Или уже есть когда... Меня передернуло от этих мыслей. Да, сегодня определенно день открытий.

      -Продолжай, - прошептала Эмили.

      Тревор скользнул губами по лицу Эмилии вниз. Она обвила его шею обеими руками и зарылась пальцами в волосы. Страсть так и искрилась между ними. Неожиданный тандем, однако.

      В эту секунду она заметила меня в дверях.

     -Трев, прекрати, - занервничала Эмили и оттолкнула парня. Трев. Я нервно хихикнула.

     -Да мне все равно как-то, я думала тут никого нет, - я была в панике. Господи, скажи мне на милость, почему каждый раз, когда я думаю: «Хуже не будет!» - ты умудряешься доказать мне обратное? Мне стало жутко неудобно. Парень повернулся на мой голос. У него были распухшие губы, зарумяненные щеки и растрепанные волосы. Рубашка помялась и была расстегнута на первые несколько пуговиц. Видно, они тут уже давно. Интересно, они тоже сюда изначально пришли ради экономики или ввалились в первую попавшееся открытую комнату?

      Мы все неловко друг на друга смотрели. Тревор подошел ближе и под светом ламп заметила у него на шее засос. Свежий, но не сегодняшний. Да, с его типажом я точно не прогадала. Ему в копилку добавляется первый красный флажок.

     -Видимо, свидание с Марко с успехом провалилось? – парень попытался разрядить обстановку. «Да, свиданием это сложно назвать», подумала про себя я.

     -Все именно так, - подтвердила я. Эмили на меня недоуменно посмотрела, хлопая длинными ресницами. –Ваше, вижу, тоже испорчено, - подметила я.

       Щеки Эмилии покраснели еще больше, а Тревор откашлялся. Если это не «проклятие вторников», то даже не знаю, как можно назвать сегодняшний день иначе. Угораздило прийти именно сюда, именно сегодня!

      -Я слышала, что Марко говорил про какую-то девушку и назвал ее...Кхм, цитирую: эту засранку пришлось позвать на фальшивое свидание, - Эмилия ловко сменила тему. –Я так понимаю он говорил про тебя, - она замялась.

      Тревор неожиданно громко рассмеялся.

        -Его репертуар, - подтвердил он, злостно ухмыляясь.

        Мне хотелось провалиться под землю и никогда не появляться наружу. Почему Марко в качестве жертвы его больного мозга выбрал меня? Понятно было, что и тут надолго задерживаться мне не надо, поэтому я спиной двинулась к выходу.

          -Передайте ему, что самым большим засранцем является он, - торопливо сказала я и вышла из кабинета.

             Везде сплошное разочарование. С экономикой вопрос решу завтра, а со всем остальным даже не имею малейшего представления, когда. Мне точно не помешало бы опять проветриться. Дома, я могла спокойно выходить на участок в любое время суток, а здесь все-таки учебное учреждение со своими комендантскими часами. 22:01. Ощущение, что день бесконечный! Тем не менее, наплевав на все возможные правила, я медленным уставшим шагом двинулась к лестнице. При поднятии на любой этаж учеников встречает небольшой ресепшн с тьютором. Здесь на ресепшене стояла довольно приятная на лицо женщина средних лет. Она была мулаткой с пышными формами, от которой при одном взгляде веяло добротой. Я ускорилась, проходя мимо нее.

             -Выдался тяжелый денек? – я услышала вопрос в спину и обернулась. Тьютор смотрела на меня сожалеющим взглядом, но с улыбкой на лице. Неужели, так заметны последствия дня?

             -Есть такое, - сказала я и от одного ее вида на лице самопроизвольно расползлась еле заметная улыбка. Взгляд метнулся к бейджу на ее синей рубашке. Эбигейл.

            Эбигейл начала копошиться под стойкой, видимо, желая что-то дать мне. На стойке был идеальный порядок, и я даже успела позавидовать: у моей комнаты (больше подходит слово коморка) видок, как после армагеддона. Вскоре она протянула мне какой-то сверток. Я подошла поближе и взяла его. Только сейчас я заметила, как вкусно от нее пахнет чем-то медовым. Она смотрела меня с ожиданием. Свертком оказалась трюфельная конфета, такие конфеты я люблю и она попала в яблочко. К тому же, я так растрогалась, что казалось: вот-вот расплачусь и упаду в утешительные объятия этой прекрасной женщины.

                  -К сожалению, это единственное, что я пока могу дать, - продолжила мисс Эбигейл, пока я гипнотизировала серебристый сверсток и думала, что есть еще на свете добрые люди, -адаптационный период достаточно неприятный. Освоение в новом месте и коллективе та еще задача, но ты справишься, - это растрогало меня в край!

            -Спасибо...большое, - выдавила я.

Мисс Эбигейл отвлеклась на звонок, а я продолжала стоять и смотреть на нее. Еще чуть помедлив, я все-таки двинулась вниз по лестнице. Почти сразу меня озарила мысль, что нужно обязательно ее отблагодарить.