Глава 7
На следующий день, ближе к вечеру, зазвонил стационарный телефон. Вика сняла трубку:
— Алло?
— Привет. — Голос Пчелы был знакомо спокойный, чуть ленивый. — У тебя вечер свободен?
— Сегодня выходной... думаю, да.
— Тогда одевайся красиво. Заберу тебя через час. Пойдём в «Прагу». Или в «Националь», ещё не решил. Посмотрим по настроению.
— В ресторан?
— Ага. Удивительно, да?
— Очень, — усмехнулась Вика. — Ты хоть в галстуке будешь?
— Не переживай, киса. Я сегодня почти джентльмен. Почти.
Вика долго стояла у шкафа, перебирая вешалки. Хотелось выглядеть красиво, но не слишком нарядно— всё-таки это был не пафосный выход «в свет», а... вечер с Пчёлой. А с ним хотелось быть собранной, но живой, не отстранённой, но и не слишком доступной.
В итоге она выбрала нежное, пудрово-розовое платье длиной чуть выше колена — простого кроя, с мягкими складками на талии. Лёгкая ткань мягко обтягивала плечи и ключицы, оставляя открытыми руки. К платью она добавила тонкий серебристый браслет, скромные серьги-гвоздики и чёрное пальто с поясом.
Волосы уложила в небрежные волны — так, чтобы выглядело «само собой», хоть на это ушло полчаса. Макияж — естественный, чуть больше акцента на глаза.
На ногах — классические туфли на среднем каблуке, удобные, но женственные. Весь образ — сдержанный, спокойный, в нём чувствовалась неуверенность девушки, которая ещё не привыкла, что её приглашают туда, где льётся вино и играет джаз.
Вика вышла из подъезда, держа пальто накинутым на плечи — вечер выдался прохладным, но приятным. У тротуара, как обычно, уже ждал чёрный BMW. Фары мягко сверкнули, когда она подошла ближе.
Пчёла вышел из машины, облокотился о капот, мельком глянув на часы, но, увидев её, прищурился с лёгкой усмешкой:
— Вот это я понимаю — не зря живём.
Он оглядел её с ног до головы, не грубо, не навязчиво, но явно не скрывая одобрения.
— Ты в курсе, что теперь половина ресторана будет пялиться только на тебя?
Вика засмеялась, немного смутившись, но всё же подыграла:
— А ты на это и рассчитывал, да? Чтобы зайти и всех переиграть?
— Не без этого, — усмехнулся он и открыл перед ней дверь. — Садись, королева.
Ресторан встречал их мягким светом хрустальных люстр и звуками живого оркестра. Белые скатерти, зеркала в золотых рамах, официанты в чёрных жилетах — всё это казалось Вике немного из другого мира. Но рядом с Витей было почему-то спокойно. Он уверенно вёл её к столику у окна, как будто сюда ходил раз в неделю.
— Хочешь шампанского? Или сразу ужин?
— Сначала шампанского, — сказала она, ловя на себе взгляды женщин за соседними столиками. И даже почувствовала легкое удовольствие от того, как он держит её руку, будто специально показывает: со мной.
Пока официант нёс заказ, Пчёла налил в два тонких фужера и чокнулся с ней.
— Ну, за вечер, который запомнится. А может, и за начало чего-то.
Под конец ужина, когда в зале заиграл медленный джаз, он встал, обошёл стол и протянул руку:
— Потанцуем?
— Я плохо танцую, — пробормотала она, но всё-таки вложила ладонь в его.
— Не страшно. Я и не приглашал тебя на конкурс.
Он повёл её на середину зала. Вика положила руки ему на плечи, он аккуратно притянул её ближе. Его ладонь оказалась на её талии, чуть ниже спины. Музыка текла плавно, движения были почти неуловимыми. Её щека коснулась его подбородка, дыхание смешалось с его.
— Тебе хорошо сейчас? — спросил он тихо, наклонившись ближе к уху.
— Очень, — выдохнула она. И действительно — было хорошо. Даже слишком.
Он улыбнулся уголками губ — коротко, почти незаметно, но по глазам было видно: запомнил её ответ. Пальцы на её талии немного сжались, словно он хотел убедиться, что она действительно рядом, что это не случайный вечер и не случайная девушка.
Они продолжали двигаться в медленном ритме, почти не отрываясь друг от друга. Вика чувствовала, как всё вокруг будто затихло — даже музыка звучала где-то в стороне, фоновой волной. Был только он, его запах, тепло его руки и этот взгляд, от которого щемило в груди.
Когда музыка стихла, он не сразу отпустил её, задержался на пару мгновений ближе, чем позволяли бы приличия. Но ей не хотелось отстраняться — наоборот, хотелось остаться вот в этой тишине, где нет ни университета, ни его тёмных дел, ни её тревог.
— Поехали? — тихо спросил он. — Прокатимся немного. Мне не хочется тебя сразу отпускать.
Она кивнула.
Машина мягко скользила по вечерним улицам. За окнами проплывали витрины, уличные фонари, случайные прохожие. Он молчал, не спеша, будто хотел растянуть этот момент. В салоне играло радио, что-то медленное, лиричное.
Отъехав от ресторана, он свернул на тихую улочку, где свет фонарей падал мягкими пятнами на капот BMW. Машина остановилась, и он повернулся к Вике.
Без слов он наклонился, и их губы встретились в долгом, спокойном поцелуе — будто вечер остановился только для них двоих.
Через время Вика отстранилась, едва касаясь его плеча, и тихо прошептала:
— Надо домой... завтра учеба.
Пчёла улыбнулся и откинулся на спинку сиденья:
— Понял-понял, слушайся ума.
Вика тоже улыбнулась, и в машине на несколько мгновений воцарилась тишина — мягкая, тёплая, без слов.
Затем он снова повернулся к ней, провёл рукой по её волосам и добавил:
— Когда-нибудь мы наверстаем всё, что сегодня не успели.
Она посмотрела в окно — впереди уже светились огни её дома.
— Хорошо, — сказала она, — но сейчас я просто хочу домой.
Машина остановилась у её дома.
— Вот и приехали, — сказал он.
Она открыла дверь и перед выходом повернулась:
— Спасибо за вечер. Было... неожиданно хорошо.
Пчёла подмигнул:
— Это только начало. Жди продолжения.
И, не успев ничего добавить, Вика быстро шагнула в подъезд, оставив его одного на тёмной улице.
После того вечера, когда он отвёз Вику домой, Пчела вернулся в привычный ритм — дела, встречи, контроль за финансовыми потоками. Утром заехал в офис, на втором этаже старого здания недалеко от Садового — здесь держали бухгалтерию и встречались с «проверенными». Бумаги, цифры, пара звонков — одно из подразделений задержало оплату, и Пчела быстро поставил всё на место.
К обеду он встретился с Белым — тот выглядел хмуро, говорил мало. Космос, наоборот, был какой-то дерганый, напряжённый, с глазами, в которых копилось всё, что не говорил вслух. Они вместе поднялись в кабинет, где решали вопросы по следующей партии — шли разговоры о новой сделке, всё нужно было сверить до мелочей. Пчела листал документы, параллельно откинувшись на спинку кресла, курил.
— Деньги будут через два дня, — сказал он, глядя на Белого.
— У тебя всегда будут, — бросил тот с лёгкой усмешкой. — Только вот вопрос — кому и за что.
Пчела усмехнулся, но без веселья. Он знал, к чему клонит Саша, и не собирался это обсуждать. Не здесь, не сейчас.
После встречи, на парковке, Пчела остановился возле своей BMW, прикуривая сигарету. Вечер только начинался, но он уже чувствовал, как внутри нарастает привычное напряжение — как перед чем-то важным, хотя на поверхности всё спокойно.
Поздний вечер. Витя вернулся домой, разулся прямо в коридоре, бросил ключи на полку и, не включая верхний свет, прошёл на кухню. Сел за стол, открыл пиво. День был обычный — без срывов, без крови, без особой радости. Всё по плану, всё на деньгах. И всё равно — пустовато.
Он потянулся к телефону, стоящему на тумбе в гостиной. Секунду подумал, потом снял трубку и набрал знакомый номер. Пара длинных гудков — и её голос, чуть удивлённый, но тёплый:
— Алло?
— Это я. Не разбудил?
— Нет. Только чай поставила.
— Хорошо. Я просто... хотел услышать. Как день прошёл?
— Спокойно. Лекции, библиотека, потом дома была. А у тебя?
— Работа.
В трубке на секунду стало тихо, потом она мягко сказала:
— Я рада, что ты позвонил.
— Тогда спи спокойно. Завтра, может, загляну.
— Хорошо. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Вика.
Он повесил трубку, задержал взгляд на ней, как будто мог её видеть сквозь пластик. Потом медленно выдохнул и допил пиво.