Пламя войны

     От усилий городская стена перед лордом Саранеем пошла мелкой рябью. Он часто заморгал, потирая пальцами уголки глаз. Его не покидало дурное предчувствие. Поселившись где-то глубоко в груди, оно давило и давило изнутри. Казалось, даже дышать стало труднее.

Леди Андраэль отчего-то не сомневалась, что утяжеленные стрелы полностью снимут проблему «черепах». Но Сараней в этом сомневался. Как сомневался он и в запасном плане баронессы. Переговоры о заложнице помогут выиграть время, но не отбросить веггскую армию.

Грузная фигура Родо виднелась на другой стороне стены. Даже со своего места Сараней видел, как генерал, энергично жестикулируя, отдает последние указания перед боем. Только вот Сараней вообще не был уверен, что бой состоится в ближайший час. По крайней мере, пока на улицах Внешнего города не блестел ни один веггский панцирь. Быть может, Исвер и вовсе не нападет сегодня, а даст своим бойцам как следует отдохнуть перед следующим штурмом, так что диальским лучникам останется только высматривать среди домов одиноких веггинов, достаточно беспечных, чтобы подойти на расстояние выстрела.

Какой-то шум внизу привлек внимание Саранея. Под стенами Внутреннего города столпились крестьяне. Все, как один, мужчины, крепкие, широкоплечие. Каждый был занят своим делом, но что-то в них насторожило его... Догадка вспыхнула у него в мозгу подобно комете.

— Пли! — рявкнул Сараней выстроившимся на стене лучникам.

«У нас под стеной переодетые веггины!» — мысленно крикнул он генералу, отнюдь не уверенный, что его сигнал будет услышан.

Старый как мир трюк! Как вообще можно было повестись на такое?

Но диальские воины не спешили стрелять. С недоумением и замешательством они смотрели на лорда Саранея. Даже те, кто проработал под его началом не один год, колебались.

«Чтоб вас!»

— Это не горожане! У вас под носом солдаты Исвера!

Но момент был упущен. Крик Саранея услышали внизу. Поняв, что притворяться дальше бесполезно, веггины ринулись к стене. Несколько диальских ополченцев упали, пораженные вражескими болтами.

Сараней бросил мимолетный взгляд в сторону Родо. Людям генерала удалось раскусить маскировку противника чуть раньше, так что с десяток мертвых и раненых веггинов скорчились на мостовой.

Очнувшиеся от оцепенения люди Саранея стали стрелять в ответ. Но под городской одеждой веггинов скрывались пусть и облегченные, но доспехи, так что результат был не таким впечатляющим, как втайне надеялся первый советник.

«Еще немного — и они почти все сгрудятся у стены».

«Готовьте бочки!» — во всю мощь крикнул Сараней ополченцам, не заботясь о силе ментальной атаки. От напряжения голова закружилась, и ему пришлось привалиться к бесполезному архитектурному украшению. Это оказалось очень вовремя: чуть правее его уха пролетел болт. Несколько ополченцев послабее упали на колени от его безмолвного крика, но остальные кинулись исполнять приказ.

«Если это все, что придумал Исвер, то мы, может быть, и отобьемся. На этот раз». Но чутье подсказывало ему, что веггский градоправитель не ограничился бы одним сюрпризом.

У лорда Саранея не было бога-покровителя, и сейчас он впервые в жизни пожалел об этом. Вполне возможно, что сегодня он навсегда распрощается с этим миром и уйдет в небытие, точно так же, как и остальные воины без покровителя. До этого мгновения такая перспектива почти не пугала его. Какая разница, что произойдет когда-нибудь, если это невозможно изменить? Но сейчас изменить хотелось, и еще как.

«Значит, надо как минимум не умереть сегодня».

И в это мгновение, когда на столпившихся внизу веггинов полилась кипящая смола, даже верилось, что у них может получиться. Только вот арбалетчики никуда не делись. Попрятавшись за укрытиями, они продолжали метко посылать болты в диальцев. Те, кто не успевал или не мог спрятаться за зубцами из украшенной стены, падали и больше не поднимались. Взяв лук одного из погибших, Сараней прицелился за груду наваленных отбросов. Мастерским лучником он не был, но в охоте участвовать доводилось, особенно раньше, когда он еще не был поглощен делами города.

«Если я не встречусь с богами, то хотя бы отправлю к ним побольше веггинов».

Словно почуяв опасность, арбалетчик не торопился высовываться из-за укрытия. Но лорд Сараней был уверен в своих силах. Если будет нужно, он простоит в одном положении несколько минут. Наконец боги улыбнулись ему. Из-за груды показалось лицо. Лорд Сараней спустил тетиву. И в этот же момент что-то чуть не избило его с ног, больно впечатав в каменную голову за которой он вполне успешно скрывался. Звучное ругательство пронеслось над городскими стенами, а лорд Сараней вперил взор в навалившегося на него ополченца. Крепкий мужчина неопределенного возраста смотрел на него круглыми от испуга глазами, но Сараней уже почти забыл про него. Его интересовал веггский арбалетчик. В голову Сараней, очевидно, не попал, но, быть может, удалось хотя бы ранить...

Этого ему так и не удалось узнать. Выпученные от страха глаза ополченца округлились еще больше, когда сквозь зеленую шерсть формы показалась острие клинка. Смола закончилась, и остатки веггинов почти беспрепятственно поднялись на стену. Мысленно прокляв свою неосмотрительность, лорд Сараней отбросил лук и схватился за меч. Пока веггин высвобождал клинок, Сараней зашел сбоку и вонзил меч в зазор между доспехами. Повсюду на стене кипело сражение. Солдаты и ополченцы с переменным успехом пытались сбросить захватчиков вниз. Мимолетный взгляд в сторону людей Родо подтвердил, что у них ситуация была примерно такая же.

Глухой гул заставил бойцов с обеих сторон на мгновение замереть и прислушаться. Над городом повисла мертвая, неестественная тишина. Казалось, даже воздух замер в ожидании. Тут гул повторился вновь. И доносился он от ворот во Внутренний город.

— Они соединили «черепахи» и самый мощный таран, который когда-либо существовал!

Обычно баронесса не любила врываться к Ее Светлости настолько внезапно. Но ход веггинов потряс ее. А леди Андраэль с внутренним содроганием поняла, что Ренна не на шутку напугана.

К счастью, рядом был только приставленный к ней Ноорио. Хотя и он выглядел немало удивленным поведением сестры.

— Идея с утяжеленными стрелами попросту не сработает. Арбалетчиков в верхних частях «черепах» больше нет, а прорвавшиеся на стену веггины не дают стрелять по нижним частям.

Леди Ренна замедлила шаг, но ее лицо все еще выражало крайнюю степень тревоги.

«Похоже, напряжение последних дней сказалось на ней сильнее, чем я думала».

Андраэль почувствовала укол вины. Кто, как не она, должен был позаботиться о том, чтобы ее первая советница пребывала в хорошем самочувствии? Или хотя бы не валилась с ног.

Вялым жестом Ее Светлость пригласила леди Ренну сесть в соседнюю польтрону. Резной потолок галереи внутреннего дворика укрывал от прямых лучей солнца, а вода в фонтанчике делала воздух немного прохладнее, но сил у леди Андраэли все равно не было. И принесенные новости их не добавили.

Туфли баронессы застучали по мраморному полу галереи. Даже она сегодня немного поступилась традициями родного города и частично открыла плечи. Платок почти не скрывал очертаний прически. Ноорио налил в бокал сестры холодного вина. Но взгляд Ренны уже был прикован к низкому столику с картой города.

— Пока они только здесь. — Тонкий палец ткнул в обозначение Южных ворот. — И если они не подвезли новых «черепах» ночью, атаки с севера ожидать не стоит.

— Вы уже послали за леди Чарлой? — спросила леди Ренна. Затуманенная жарой голова Ее Светлости работала плохо. Хотелось только погрузиться в ледяную ванну и забыть обо всех проблемах. С отстраненным удивлением леди Андраэль поняла, что ее совершенно не заботили действия веггинов. Сейчас ее вообще ничего не заботило. Даже если бы солдаты лорда Исвера стояли прямо в дверях, она вряд ли смогла бы пошевелить даже пальцем.

«Вообще-то, это моя проблема в первую очередь. И это должно беспокоить меня больше всех».

Но, несмотря на отчаянные попытки ощутить хоть какой-то отклик внутри, Андраэль понимала, что не чувствует даже страха. Она прикрыла глаза. Может быть, это яркое солнце мешает ей думать?

Словно сквозь слой ваты она слышала обеспокоенный голос Ренны. Андраэль попыталась собраться с мыслями для внятного ответа, но только почувствовала, как стремительно проваливается куда-то в темноту...

Ренна подхватила падающую с кресла градоправительницу почти рефлекторно.

— Сколько она тут просидела?

Ноорио задумался.

— Да с утра, наверное.

С губ баронессы непроизвольно сорвалось ругательство.

— И ты позволил ей находиться на солнце все это время? Идиотина!

Брат вздрогнул всем телом. Такой яркой реакции он явно не ожидал.

— У нее же магически измененная кожа. Она непредсказуемо реагирует на любое воздействие. И ты знал об этом!.. — Поняв, что еще немного, и она скатится в глупую истерику, Ренна сделала глубокий вдох. — Зови лекаря. Быстро.

Устроить Андраэль на низком кресле почти без спинки оказалось задачей не из легких. Баронесса чувствовала, как мелко трясутся руки: во Внутренний город могут вот-вот ворваться веггины, леди Чарла еще не пришла, а градоправительница Диала лежит у нее на руках в обмороке. В итоге Ренна прислонила свою госпожу и когда-то лучшую подругу к каменной стене галереи. Набрав воды из фонтанчика, она протерла лицо, шею и руки леди Андраэли. Черная тушь, которой был обведен шрам, и так начала подтекать от жары, а уж теперь вовсе расплылась по лицу уродливыми пятнами.

Испустив тяжелый вздох, баронесса принялась оттирать и их. Она старалась не думать о пугающе безжизненном виде Андраэли, но получалось плохо. Если бы только она пришла раньше... Если бы раньше заметила, что с ней что-то неладно...

В идеале нужно было бы еще ослабить шнуровку корсета, но в одиночку Ренна не хотела браться за это. Мысль о том, чтобы впечатать и без того еле живую Андраэль в ледяной мрамор, совсем не вызывала энтузиазма.

«Это всего лишь обморок, никто не умирает», — пыталась успокоить себя Ренна, но сердце все равно бешено колотилось о ребра, а пальцы продолжали мелко трястись.

Именно в этот момент послышались шаги.

— Ваша Св... — Глубокий голос леди Чарлы замер в тишине дворика. Квадратные каблуки веггских туфель застучали быстрее, и она присела на корточки рядом с баронессой. — Полагаю, это не то, зачем вы меня звали, но я могла бы помочь.

Леди Чарла говорила так, словно к стене галереи была прислонена не градоправительница Диала, а какое-то иноземное существо. В другой момент это позабавило бы Ренну, но сейчас она могла думать только о самочувствии Андраэли и веггинах у ворот Внутреннего города.

Кивком приняв помощь, она перешла сразу к делу:

— Боюсь, вам придется снова встретиться с лордом Исвером. Сегодня. Сейчас.

Руки леди Чарлы, держащие Андраэль, замерли. Пока она обдумывала услышанное, леди Ренна склонилась над шнуровкой. Узел был слишком мелким и тугим, и подцепить его ногтем никак не получалось.

«Будь прокляты эти диальские заморочки!»

Да, без специального крючка тут не обойтись...

— Позвольте мне, — деревянным голосом предложила леди Чарла. Ренна уступила ей место, приняв на руки все еще бессознательную леди Андраэль. Сейчас привалившееся к ней тело, лишенное прежней нервической живости, казалось неестественно легким...

Раздался сухой треск, и разрезанные тесемки разошлись в стороны.

— Что...

— Думаю, Ее Светлости по карману новое платье. А дышаться будет легче.

Скажи она это другим тоном, и Ренна наверняка разгневалась бы. Но дочь веггского гончара говорила без намека на враждебность, так просто и естественно, что невозможно было усмотреть за ее словами что-то, кроме прагматичного расчета. Причем в ее же, Ренны, интересах.

— Так зачем мне с ним встречаться?

Напряжение снова заметно сковало ее тело. Баронесса ощутила укол сочувствия.

— Нужно потянуть время. Сделаем вид, что готовы выдать вас ему в обмен на перемирие.

Леди Чарла хмыкнула. Ее пальцы ловко и сноровисто управлялись с обрезками тесемок, высвобождая леди Андраэль из тисок платья.

«Неужели успела побывать у кого-то в услужении?»

— Он ни за что на это не согласится.

— И не нужно, чтобы соглашался. Нужно максимально затянуть переговоры, чтобы потом...

Леди Ренна запнулась. А действительно, что дальше? Как они справятся с веггинами у самых ворот? Магией их телепортируют?

— Лучшего плана у нас нет, — просто призналась она.

Как ни странно, эта искренность сработала. Веггская советница мрачно кивнула.

— Отправляйте парламентера.

Только сейчас Ренна бросила на нее по-настоящему внимательный взгляд. И пришла в тихий ужас. Видимо, лицо выдало ее, потому что леди Чарла добродушно улыбнулась:

— В чем дело?

«Может, и хорошо, что леди Андраэль ее сейчас не видит».

На относительно высокое положение леди Чарлы намекал только овальный медальон с красным камнем. Мешковатая рубаха из легкой ткани с широким поясом не доходила даже до щиколоток, открывая темные свободные... штанины?

— Не переживайте, миледи, лорд Исвер видел меня и в менее... достойном облачении. — Она продолжала улыбаться, похоже, получая удовольствие от замешательства Ренны. — Не забывайте, мы вместе помогали лорду Вайару поднять восстание. И условия там были не из лучших.

Все так же молча баронесса подняла взгляд на прическу леди Чарлы. Хотя это слово вряд ли подходило для описания неряшливой косы, в которую она собрала свои густые волосы.

— На улице жарко, — мягко, как ребенку, сказала веггинка. — К тому же попытки выбраться из собственных покоев не способствуют опрятному внешнему виду.

«Попытки... Что?»

— Вас, что, заперли?

Леди Чарла поморщилась.

— Вы же не думали, что я стала бы намеренно игнорировать зов Ее Светлости? Кто-то запер дверь и, видимо, избавился от стражников, потому что я не могла докричаться час, а то и дольше. Только с четверть часа назад служанка подобрала ключ.

Когда за спиной послышался пронзительный звук трубы, лорд Сараней возблагодарил богов. Последний поверженный веггин свалился со стены, и первый советник не удержался и отер лицо такой же потной рукой, прежде чем дать команду своему отряду.

К счастью, эльфийские уши лорда Исвера тоже уловили сигнал сквозь шум битвы и значительное расстояние. Поразительно быстро прекратился звук тарана, вслед за ним затихли и остатки битвы.

Пышное платье леди Ренны среди пропотевших и окровавленных воинов выглядело как минимум неуместно. Тем больше впечатляли ее гордо поднятая голова и уверенная походка. Казалось, баронесса не испытывала никакого неудобства от количества вооруженных мужчин вокруг нее. Вне зависимости от ранга и стороны, за которую они сражались, воины расступались перед невысокой женщиной в головном платке. По одному ее мимолетному взгляду даже самые могучие едва заметно вжимались в стену.

Шедшая следом леди Чарла же словно и вовсе не замечала людей вокруг нее. Спокойная, как вода озера в безветренный день, она смотрела в спину леди Ренне и ненадолго отвлеклась лишь тогда, когда поравнялась с лордом Саранеем. Уголок ее губ чуть приподнялся, как если бы веггская советница была рада его видеть.

Но лорд Сараней, пусть и подбадривающе кивнул ей в ответ, думал совсем о другом. С одной стороны, его радовало, что Ее Светлость не явилась на стену собственной персоной. Тем меньше искушения для лорда Исвера закончить войну здесь и сейчас. Да и веггские солдаты, убежденные, что леди Андраэль убила их прежнего градоправителя... Кто знает, на что они могли бы решиться, покажись Ее Светлость перед самым их носом?

И все же червь тревоги, не до конца понятный ему самому, глодал душу лорда Саранея. Конечно, он не верил всерьез, что с леди Андраэлью могло что-то случиться, да еще и настолько серьезное, чтобы она отказалась присутствовать... Но лица советниц выглядели озабоченными. Или дело только в предстоящих переговорах?

Впрочем, времени размышлять о самочувствии Ее Светлости сейчас не было. Оставалось только надеяться, что ее отсутствие продиктовано гласом разума и ничем больше.

Веггины внизу расступились, чтобы дать дорогу парламентеру — холеному всаднику с надменным лицом. Перед ним, вцепившись в луку седла, сидел уже знакомый лорду Саранею зеленоволосый мальчик-раб. Когда конь остановился, мальчик поднял голову и посмотрел на леди Ренну. С прошлой встречи его лицо показалось лорду Саранею куда более изможденным.

«Какой же мразью надо быть, чтобы использовать ребенка как... пищу?»

К детям советник был равнодушен, но сам факт...

— Лорд Исвер, градоправитель Веггский, милостиво готов выслушать вас! — объявил всадник.

«Ну хоть понятно, за какие качества выбрали», — подумал лорд Сараней, чуть сморщившись от громкого звука.

Леди Ренна сделала несколько шагов вперед. Веггины при виде ее потеснились, позволив почти упереться животом в зубцы.

— Как Его Светлости, должно быть, известно, в распоряжении леди Андраэли, градоправительницы Диальской, находится заложница. — Она махнула рукой, подзывая леди Чарлу. Перед ней расступались с куда меньшей охотой.

Мальчик-раб не сводил пустого взгляда с того места, где стояли советницы. Лорд Сараней стоял далеко, но даже он почувствовал, как от вида этого лица внутри у него что-то похолодело. Он изо всех сил старался выбросить мальчишку из головы и сосредоточиться на действительно важной задаче: придумать тот самый гениальный план, который вытащит их всех из той клоаки, в которой они оказались. Точнее, в которую сами себя загнали.

— Судьба леди Чарлы Его Светлости глубоко безразлична, — сказал всадник слишком поспешно, чтобы успеть посоветоваться с лордом Исвером.

Гениальный план не спешил приходить в голову.

«О боги! Неужели в итоге все провалится из-за меня?»

— Боюсь, вы несколько заблуждаетесь. — Баронесса тоже уловила этот нюанс. — Быть может, благополучие миледи не слишком его волнует, но вот другой вопрос... Думаю, Его Светлости не очень радостно осознавать, что он все еще не может назначить новую первую советницу.

На губах лорда Саранея появилось подобие улыбки. Сейчас он как никогда был рад тому, что именно хитроумная ешсинка заняла место по левую руку от Ее Светлости. Действительно, зачем торговаться за жизнь леди Чарлы, если можно торговаться за ее смерть? Новый советник может быть назначен только после смерти или официальной отставки прежнего. И отставку советник должен подтвердить самолично, клятвой на чародейном языке.

План, пусть и не самый гениальный, но вполне приемлемый, не заставил себя ждать.

«Отдайте ее Исверу», — мысленно сказал Сараней леди Ренне.

Ее спина напряглась. Баронесса явно подавила желание обернуться. Всадник внизу тоже молчал, видимо, ожидая, пока мальчик передаст слова леди Ренны лорду Исверу.

«У вас появился план?»

«Вроде того».

«А клятва? Вы же обещали не причинять ей вреда».

«Значит, рассказала ей леди Андраэль», — с неудовольствием подумал лорд Сараней. Леди Ренне же он сказал:

«Ей нужно продержаться до вечера. Исвер наверняка захочет показательной казни, он мстителен. Так что немного времени у нас есть».

«А вечером?..»

— Что вы хотите получить в обмен на жизнь миледи? — Голос гонца не дал лорду Саранею ответить. Баронесса вновь сосредоточилась на переговорах.

— Ее Светлость требует прекращения атаки и четырехдневного перемирия.

Лорд Сараней еле сдержал неверящую усмешку. Не зря говорят, что наглость — второе счастье.

«А вечером мне понадобится помощь вашего брата, миледи».

Он видел, как тонкие пальцы леди Ренны вцепились в зубцы.

«И, возможно, его новых товарищей. Совершим небольшую диверсию и заодно освободим леди Чарлу».

Лорду Саранею не нужно было смотреть на лицо баронессы, чтобы чувствовать ее недовольство. Впрочем, он и сам был не в восторге от своей идеи.

— Его Светлость не может дать больше дня.

— Ее Светлость не может требовать меньше трех. — Голос леди Ренны ничуть не выдавал ее внутреннего напряжения.

Гонец умолк, а лицо леди Чарлы заметно помрачнело. На ее месте лорд Сараней бы ни за что не согласился.

Таким негодяем он себя еще не чувствовал. Как она вообще сможет кому-то доверять после такого предложения? Как он сам сможет доверять себе, если его план провалится?

— Его Светлость не может согласиться на это условие.

Леди Чарла нахмурилась. Леди Ренна медлила с ответом, очевидно, продолжая вести безмолвный диалог.

«Она вряд ли согласится. И тогда всему конец», — сказал сам себе лорд Сараней.

И правда, какие слова он сам бы подобрал, чтобы убедить человека отправиться в пасть к дракону?

— Два дня — самое меньшее, что может предложить Ее Светлость.

К злопамятному и глумливому дракону...

Леди Чарла едва заметно кивнула.

«Да как она это делает?»

— Его Светлость милостиво готов предоставить два дня Диалу, — наконец объявил гонец.

Лорд Сараней шумно выпустил воздух сквозь стиснутые зубы.

Задыхаясь от давимого хохота, Андраэль повернула вправо. В пасмурный осенний день от пергол не было никакого толку, они только делали дорожки сада мрачными и даже немного пугающими. И все же Антонелла не велела уходить далеко от дворца.

«Юные синьорины же не хотят намочить свои ножки под дождем!»

Вообразив в красках ее прыгающий кудахчущий голос, Андраэль скрючилась за кустом от смеха. Ей даже пришлось зажать рот ладонью.

Где-то вдалеке раздались детские голоса. Значит, уже начали искать! Подобрав юбки, Андраэль нырнула в увитую плющом арку, снова делая крутой поворот. Она знала одно место, где ее найдут не сразу...

— Ой!

Сначала Андраэль подумала, что намеченную ей скамейку в самой глубине сада за стеной уже заняли. Но, вглядевшись в лицо, поняла, что эту девочку они в игру не брали. Хотя Андраэли казалось, что она ее все же видела... Круглое ешсинское личико с раскосыми глазами, прозрачный платок, обернутый вокруг головы — такое сложно забыть.

Приложив палец к губам, она подтолкнула девочку глубже в плющ. Скромное, хоть и достаточно приличное для появления при дворе платье отлично сливалось с листвой. Где же Андраэль могла ее видеть?..

Сама девочка тоже подсказывать не спешила. Продолжая испуганно таращиться на Андраэль, она изобразила поклон, насколько это было возможно в сложившейся ситуации.

Взрыв детского смеха заставил девочку еле заметно вздрогнуть. Андраэль вновь приложила палец к губам и прислушалась, пытаясь определить, откуда доносился звук. Но голоса вновь стали удаляться, и она расслабилась. Глаза остановились на незаконченной вышивке, которую девочка прижимала к груди.

— Можно посмотреть? — шепотом спросила Андраэль.

Продолжая сверлить ее настороженным взглядом, девочка протянула пяльцы. Она была на пару лет младше Андраэли и, видимо, испытывала неловкость еще и из-за этого. Плющ давал слишком много тени и не позволял толком рассмотреть узор. Но Андраэль различила несколько цветов и птиц.

— Почему ты не села где посветлее?

Она надеялась, что вопрос прозвучит заботливо, как у Антонеллы, но получилось скорее требовательно.

— Там меня находят, — тихо ответила девочка.

И тут Андраэль вспомнила ее. Это была дочка иногороднего рыцаря. Их представили друг другу несколько месяцев назад. Тогда Андраэль еще удивилась замкнутости и некоторой запуганности девочки. Она как будто совсем не умела веселиться. Как же ее...

— Ты Реми?

— Ренна, — поправила девочка, но, кажется, не обиделась.

Да, теперь Андраэль хорошо помнила ее. Какое-то время она пыталась втянуть Ренну в общие игры, как и просил отец. Но новая девочка оказалась совсем тихой, и вскоре Андраэль забыла, что к их компании присоединился еще кто-то. И сейчас, усиленно размышляя, Андраэль не могла вспомнить, когда же именно Ренна перестала с ними играть.

— Почему ты прячешься? Не хочешь с нами?

Черные, похожие на маслины глаза уставились на нее, словно Ренна сомневалась, доверять ей или нет.

— Я не такая, как они.

Андраэль удивил этот ответ. Что не такая, было очевидно, конечно. Но что она в это вкладывает? И почему так уверена, что из идеи с общей игрой ничего не выйдет?

— Почему?

Ренна пожала плечами. Казалось, она выдавливала из себя каждое слово.

— Я из Ешсы. Для них я как будто с рогами или рыбьим хвостом. — Она говорила «для них», но имела в виду «для вас». — Моя семья не такая знатная, и оказалась я тут только потому, что мои родители оказали Его Светлости услугу.

— Глупости! — Наконец-то Андраэли было за что ухватиться. — Все, все они здесь, потому что оказали папе или маме услуги. И в этом ты ничуть не другая.

Ей не очень-то нравилась эта замкнутая девочка. Но она была не только красива, но и вдумчива и совестлива. А эти качества в одном человеке встречались при дворе крайне редко, уж это Андраэль давно поняла.

«Может быть, с ней и правда будет приятнее дружить, чем с остальными».

— Давай играть вместе. — Она протянула Ренне раскрытую ладонь. Та не спешила ее принять. — Они тебя не обидят. Не посмеют. Ты мне веришь?

Она хотела, очень хотела верить. Андраэль видела это по блестящим глазам, по нерешительно вцепившимся в пяльцы пальцам.

— Хочешь, я поклянусь? — Она действительно была готова это сделать.

— Не надо. — Теплые пальцы легли в ее протянутую ладонь.

Что-то прохладное коснулось ее губ. Словно засыпанные песком глаза открылись не сразу. Кто-то заботливо придерживал затылок Андраэли, не давая ей поперхнуться. Давно, очень давно вода не казалась ей такой прекрасной и живительной. Андраэль попыталась сесть сама, но тут же откинулась назад на подушки. Голова будто бы была отдельно от тела, да и само тело, казалось, было набито ватой.

— Тише, тише, — проворковал над ее ухом голос, и Андраэль сразу узнала Ренну.

Спустя несколько долгих мгновений она открыла глаза снова. И почти тут же столкнулась с пытливым взглядом баронессы. Ренна ничего больше не сказала, но Андраэль видела, что она выискивает на ее лице дополнительные признаки плохого самочувствия. Обычно Андраэль раздражала такая опека: заставляла чувствовать себя не до конца человеком. Но сейчас забота Ренны согревала сердце.

— Все в порядке. — Говорить было тяжело, словно кто-то другой двигал ее губами. Андраэль заставила себя улыбнуться. — Пережитый в детстве магический ритуал еще не делает меня стеклянной.

Ренна улыбнулась в ответ, но и ее улыбка была лишь бледным подобием прежней.

— И все же это не значит, что надо ставить над собой эксперименты, Ваша Светлость, — заметила она с притворной суровостью. Андраэль почувствовала укол вины оттого, что заставила Ренну волноваться. Хотя дело, конечно, не только в ее обмороке.

— Что веггины?

Складка между бровей баронессы стала глубже.

— Наслаждаются обществом леди Чарлы.

Предупреждая многочисленные вопросы, Ренна начала описывать произошедшее за то время, что Андраэль провела без сознания. По мере рассказа Ее Светлость чувствовала, как ногти непроизвольно впиваются в ладони. Что задумал лорд Сараней? Удастся ли ему вызволить леди Чарлу до того, как с ней произойдет непоправимое? Лишаться первого советника из-за невыполненной клятвы тоже не хотелось. Да и, как бы ни пыталась Андраэль игнорировать эту мысль, но даже веггская ремесленница не заслуживала того, что на нее обрушилось.

Андраэль протянула руку и вложила свои пальцы в раскрытую ладонь Ренны. Сейчас, после рассказа и обрывочных воспоминаний из детства, всколыхнувшихся, пока она лежала без сознания, она была рада находиться в комнате не одна. И эта молчаливая поддержка значила куда больше, чем громогласные уверения в верности и преданности.

«А ведь у леди Чарлы и этого нет. Вокруг нее сейчас ни одного дружелюбного лица», — вдруг подумала Андраэль. Ей пришло в голову, что, возможно, веггская советница была окружена одними недоброжелателями даже дольше. Наверное, со смерти младшей сестры. Сначала жизнь в замке, где все небезосновательно смотрели на нее как на внезапно заговорившую собаку. Потом в качестве заложницы здесь, в Диале.

«Добро пожаловать в придворную жизнь», — усмехнулась про себя Андраэль.

Их молчание прервал стук в дверь.

— Лорд Сараней просит его принять.

В любой другой ситуации это прозвучало бы дико: советник ломится в личные покои градоправительницы. Но сейчас было не то время и не та ситуация, чтобы соблюдать придворный этикет до последней буквы.

По лорду Саранею едва ли можно было понять, что он не так давно побывал на поле боя. Только лицо, еще более мрачное и усталое, чем обычно, выдавало внутреннее напряжение. От Андраэли не укрылось, каким взглядом встретила появление советника Ренна. За прошедшие годы их противостояние, прежде столь острое, заметно утихло. Но идея задействовать Ноорио в диверсии явно разбередила старые раны. И без того изведенная тревогами, сейчас Ренна показалась Андраэли особенно уязвимой.

Лорд Сараней же как будто и вовсе не заметил ее присутствия в покоях. Охватив быстрым цепким взглядом лежащую Андраэль, он приблизился к окну, словно бы увидел снаружи что-то интересное.

— Оставьте нас, леди Ренна. — На этот раз получилось действительно мягко, скорее просяще, чем повелительно.

В обращенных к ней темных глазах баронессы проскользнула тревога. Андраэль чуть сжала ладонь Ренны в своей. Тревога никуда не исчезла, но Ренна поднялась с места и двинулась к выходу. У самых дверей она обернулась и одними губами прошептала: «Спасибо».

— Не стоило, Ваша Светлость, — сказал лорд Сараней учтиво, стоило двери закрыться за спиной Ренны. Но по тому, как расслабились его плечи и убавилось настороженности во взгляде, Андраэль убедилась, что поступила правильно. Впрочем, в этот раз первый советник выглядел не таким подозрительным, как обычно. На короткое мгновение он даже показался ей подавленным. — Как ваше самочувствие?

— Уже лучше, благодарю вас. — Она попыталась благосклонно улыбнуться, но получилось как-то вяло, заторможенно.

Воцарилось неловкое молчание. Лорд Сараней все так же смотрел на нее, погруженный в свои мысли. А Андраэль наконец осознала, что, отослав Ренну, осталась один на один с мужчиной. Лежа в постели. Одетая разве что в тонкую льняную сорочку. Сверху, конечно, было еще и довольно плотное одеяло, да и лорд Сараней не позволил себе ни малейшего отклонения от приличий, и все же Андраэль особенно остро почувствовала и свою наготу, и чужое присутствие.

Когда-то она слышала, что венценосные особы не смущаются. Но корону Андраэли носить еще не доводилось, так что могла ли она в полной мере считать себя венценосной особой? В любом случае, показывать свое смятение лорду Саранею точно не стоит. Хоть он и наверняка его почувствовал.

Откашлявшись, она начала разговор:

— Леди Ренна сказала, вы запланировали диверсию в лагере веггинов?

Голос не подвел, говорила Андраэль так, будто они обсуждали планы в составе совета.

— Да, этой ночью. — Лорд Сараней нахмурился. — И, если повезет, лорд Исвер останется не только без пленницы, но и без части своих «черепах».

— Для этого вам и понадобился Ноорио и его новые... товарищи?..

Надо думать, Ренна не очень обрадовалась, узнав, что ее брат вдобавок ко всему начал якшаться с бывшими рабами.

— Именно. Никто лучше них с этим не справится. Да и не так жалко, если что. Ополченцев, я имею в виду.

— Не проще ли тогда избавиться от самого Исвера?

Он оторвался от созерцания книг на ее полке. От пронзительного взгляда Андраэли захотелось тут же отвести глаза, а то и вовсе натянуть одеяло повыше.

— Неплохая идея... была бы, если бы не несколько факторов. Во-первых, даже передовая техника не охраняется так, как главнокомандующий армией. Во-вторых, Исвер — полуэльф. Он обладает в прямом смысле нечеловеческим слухом, Ваша Светлость. Подобраться к нему незаметно будет очень сложно.

— Уничтожение «черепах» — тоже дело не из легких.

— Но рядом с ними нет полуэльфов. — Он вернулся к изучению книжных корешков. Андраэль едва слышно выдохнула. — Я тоже думал о том, чтобы покончить со всем этим разом. Но ставки слишком высоки.

Андраэль приподнялась на локтях. Сейчас ее не заботило ни сползшее одеяло, ни дрожащие руки.

— Слишком высоки?! Судьба целого города — недостаточная плата за несколько жизней? — Она чуть понизила голос. — Моя судьба — тоже недостаточная?

— В случае успеха — конечно же достаточная. — Глаза советника округлились и полыхнули доселе не знакомым ей огнем. — Но вы забываете, что вероятность успеха низка настолько, что согласиться на эту идею — почти то же самое, что послать человека на верную смерть.

Андраэль молчала, сверля его взглядом. Внутри нее клокотал гнев, ее трясло, ее рвало на части. Но хуже всего было то, что она понимала: лорд Сараней прав. От этого осознания хотелось и вправду сделаться гадюкой, оправдывая свое прозвище: шипеть сквозь стиснутые зубы и плеваться ядом. Но Андраэль только не сводила с советника взгляда и шумно выдыхала через нос.

— Миледи!

Леди Ренна оглянулась на окликнувшего ее раба. Она планировала немного побыть в тишине, прежде чем приступить к дальнейшим делам, но боги распорядились иначе. Скрывая раздражение, она спросила:

— В чем дело?

— Прошу прощения, что отвлекаю вас, миледи, но лорд Кебир просил меня узнать, когда вы сможете встретиться с ним.

«Что могло понадобиться Кебиру прямо сейчас? Наверняка будет снова жаловаться на положение торговцев в Диале. Как будто хоть кому-то легко жить в осажденном городе».

— Он может зайти ко мне через четверть часа.

Уж лучше побыстрее от него отделаться. Но перевести дух и собраться с мыслями тоже нужно было. Да и пусть не думает, что она готова принять его по щелчку пальцев.

Лорд Кебир выглядел в приемной баронессы словно старый кухонный стол в будуаре: максимально неуместно. Сам он то ли не чувствовал неловкости, то ли был слишком озабочен своими проблемами, чтобы ее замечать. Лицезрев церемонный поклон, леди Ренна пригласила его сесть в кресло напротив. На лице лорда Кебира за все это время не появилось и тени любезной улыбки.

«Интересно, все диальские мужчины так угрюмы или только те, что занимают государственные должности?» — За годы придворной службы Ренне едва ли попалось больше десятка дольцийцев, умевших улыбаться. А уж лорд Кебир и первый советник... Эти, казалось, и вовсе не знали, что улыбки уже изобрели.

— Я слушаю вас, милорд.

— Я бы хотел поговорить о сложившейся в городе ситуации...

— В данный момент Ее Светлость ничем не может помочь торговой гильдии, сожалею.

В тоне леди Ренны было не больше сочувствия, чем в стуке закрываемого ящика. Ничуть не обескураженный ее холодностью, лорд Кебир продолжил:

— Я имею в виду более значительную часть города, чем торговая гильдия, миледи. Ту его часть, которая осуществляет непосредственное управление. — Он замолчал.

— Так что вы хотели бы передать Ее Светлости? — подтолкнула его к продолжению баронесса. Ей не нравилось, какой оборот начал принимать разговор.

Она постаралась не поморщиться, наблюдая, как собственнически лорд Кебир проводит ладонью по обивке.

— Леди Ренна, я обращаюсь к вам не столько как к подданной Ее Светлости, сколько как к первой советнице города и фактически одной из его правительниц...

Баронесса по-новому взглянула на главу гильдии. Вот как? Он решил сделать что-то в обход леди Андраэли?..

— Почему вы решили, что я могу быть вам полезна в этом качестве? — Она подпустила в тон ленивого интереса. — Вам должно быть известно, что мы с Ее Светлостью дружны с детства. Вряд ли у меня есть от нее какие-то секреты.

Лорд Кебир предупреждающе поднял ладонь.

«Надо будет приказать почистить после него обивку».

— Не поймите меня неправильно, миледи. Я не собирался ничего скрывать от Ее Светлости. Я лишь допускаю, что в критический момент она может оказаться... не в силах полноценно распоряжаться ресурсами города. И тогда все бремя власти окажется на ваших плечах. Впрочем, как и большую часть времени. — Видимо, заметив огонь в ее взгляде, он пошел на попятную. — Из-за хрупкого здоровья Ее Светлости, разумеется. Признаться, я обеспокоен нынешним положением вещей и особенно сегодняшним инцидентом. Эти опасения и вынуждают меня обращаться к вам сегодня, миледи.

Леди Ренна едва заметно прищурила свои и без того узкие глаза.

«Откуда он знает? Я сделала все, чтобы скрыть ее обморок».

— Что же вы предлагаете? И почему обращаетесь ко мне, а не к лорду Саранею? Я полагала, что мужчина, к тому же диалец по происхождению, достоин куда большего доверия.

«Не на это ли ты, голубчик, то и дело намекал последние пять лет?»

Если ее вопросы и выбили лорда Кебира из колеи, то ненадолго, лишь на несколько мгновений.

— При всем уважении к лорду Саранею, полагаю, что мое предложение напрямую касается вас, миледи. Как королева шпионов Диала вы наверняка хотели бы обсудить дополнительные пути отхода в случае критической ситуации.

Лесть не достигла цели. Но Ренна чуть-чуть улыбнулась. Сделала вид, что поверила.

— А еще вы знаете, что после первой же фразы лорд Сараней выставил бы вас за дверь. — Она погладила пальцем мраморную трясогузку на пресс-папье. — Но с чего вы взяли, что у вас есть информация, которая мне интересна? И что я стану обсуждать с вами дополнительные пути отхода?

Ни один мускул не дрогнул на лице лорда Кебира.

— Потому что я знаю те пути, что неизвестны вам, — сообщил он так буднично, будто обсуждал ассортимент блюд на завтрак. — А те, что знаете вы, наверняка известны веггинам.

— Почему вы так решили?

— Лорд Исвер — превосходный стратег. — Заскорузлый палец выводил узоры на подлокотнике. — А Ее Светлость, при всем моем уважении, явно недооценивает его ум. Часть моих людей бывали в Веге, кое-кто даже имел дело с самим лордом... И все отмечают его дотошность. Он не стал бы нападать на город, не изучив все, даже самые секретные его карты. — Видимо, лицо Ренны выражало недоверие, поскольку он подался вперед и повторил, сверля ее не по-диальски серыми глазами:

— Даже самые секретные.

Ренна снова погладила белую птичью голову, не сводя взгляда с лорда Кебира.

— Вы же понимаете, что мне нужны доказательства. Без них, как бы я ни верила вам, я не буду предпринимать ничего.

Он откинулся на спинку кресла, похожий на добродушного медведя.

— Что вы, миледи! Я не прошу вас выдавать мне государственные тайны или как бы то ни было подвергать опасности Ее Светлость. Я просто прошу иметь в виду, что в случае крайней опасности для вас и ваших людей в стенах моей гильдии найдется дополнительное убежище. И даже еще один выход из города.

— Благодарю. Я учту это, милорд, — ответила она непроницаемым тоном.

Выждав несколько минут после его ухода, леди Ренна дважды щелкнула пальцами. Из-за портьер показались две ешсинские рабыни. Баронесса вручила им два наскоро зашитых конверта.

«Один — лорду Саранею, второй — на площадь Цветов».

«У королевы шпионов свои пути», — подумала она с внутренней усмешкой.