Крылья Твоих Пороков

***

Истинная любовь говорит: «Полюби меня, иначе мне будет плохо». Слепая страсть говорит: «Полюби меня, иначе тебе будет плохо!»

Хелен Роуленд

***

Автор

Ночь. Это блаженное время для зла и хлопающих в ладоши демонов в предвкушении от грядущих смертей и наказаний, но губительное для света — ангелов, что моляться Шепфа о благополучии небес и восторжествовании справедливости, которой уже давно не существует. Время, когда каждый может сесть у костра и сорвать с себя оковы идеологий и показать истинного себя, своих демонов, свой луч света, освещающий путь к белоснежному ослепляющему месяцу, края которого обрамлены в серебристые одежды, или же луч тьмы, ведущий алыми кровавыми следами к подземелью, где вас ожидает разъяренный Цербер и его Хозяин, где вы уничтожите тот свет, что есть в вашей душе и станете частью мрака, пороков и грехов. Но есть и те, кто блуждает в сумрачном лесу, усеянном густым непроглядным туманом, синеватый цвет которого пробуждает фантазию и желание остановиться, дабы не переступить черту дозволенного и не сотворить злодеяний. Зов сердца таким не помогает, ведь с одной стороны ангел, призывающий к добру и миру, с другой — демон, кричащий и разрывающий душу ударами, что желает направить вас на путь безмерной власти и полной свободы от ограничений и ответственности. Туман лишь сильнее давит на выбирающего сторону, накаляя атмосферу. Он пробуждает в вашей душе тени, что метаються из стороны в сторону, сталкиваясь друг с другом. В такие моменты жизненно необходимо сделать выбор, но должно же быть что-то, что бы помогло утвердиться в правильности содеянного? Когда этот знак появляется, подтверждая выбор, все вмиг станет на свои места и грань переступлена. Именно эта грань отделяет нас от добра и зла, кровопролития и мира, справедливости и пристрастия, ненависти и любви. Но не стоит забывать, что эта золотая линия проведена у нас в голове и существует лишь там. И для того, чтобы ее переступить не нужно рваться из кожи вон и сотворить не воображаемое, необходимо обрести внутренний покой, гармонию между светом и тьмой и понять себя, разобраться в душе. И как только вы это сделаете, то поймете, что вовсе ничего не существует, кроме вас самих и вашей души.

Однако есть в этом кедровом дремучем лесу, скрытым под шаром туманной пелены, что с каждым дуновением ветра лишь разрастается, и, словно одеялом, накрывает могучие ветви деревьев, место, где горит костер, рассеивая мрак своим божественным сиянием. Эти причудливые блики озаряли бархатною черноту ночи, и искры пламени, будто бесчисленные звезды, вырывались из огромного дерева, стоящего на линии пересечения рая и ада.

Вокруг дерева с невероятной скоростью кружили тени, создавая некий замкнутый аспидный круг. Он кажется таким огромным, непреодолимым и удушливым, будто дерево заключил в объятие сам удав смерти, однако гулкое биение в унисон сердец влюбленных, сидящих внутри, не давало возможности кружащим теням пробраться к ним в души.

Внутри, на деревянных половицах, выложенных в своеобразный пол на ветвях дерева, сидели Люцифер и Вики. Раскидистое древо одурманило пару своим дымно-копченым бальзамическим ароматом с нюансами дегтя с характерным тоном "карандашной стружки". Сладко-древесный запах опьянял, словно вино, вынуждая прикрыть глаза от блаженства и расслабления, дабы наконец-то раскрыть все тайны.

Небольшой костер пылал в центре дерева, не соприкасаясь с ветвями, пребывая на камне. Влюбленные сидели друг напротив друга, ни на секунду не прерывая зрительный контакт. Между ними стала зарождаться новая особенная связь золотистого цвета с вишневыми переливами. Она прочнее, нежели та, что была. Она уникальная, неземная.

Люцифер сидел по-турецки, но после вытянул ногу, сгибая в колене, и оперся рукой о него, держащей бокал с красновато-пурпурным вином. Дьявол, не боясь, протянул руку в центр бушующего пламени, что вмиг охватило дьявольскую ладонь, оставляя на ней россыпью жгучих ожогов. Цепкий взгляд мужчины заметил пугливую искорку страха в глазах Вики и тут же притянул руку с раскаленным бокалом к себе. Все оставленные ожоги молниеносно стали обрастать новыми участками кожи. Люцифер вопросительно изогнул смоляную бровь, игриво ухмыляясь, на что Вики лишь выдавила кривую улыбку и выпустила из груди тяжелый хрипловатый вздох.

Девушка поднесла бокал к огню и стала рассматривать с нескрываемым интересом игру цветов, как от красновато-пурпурного цвет обретает оттенки рубинового с отблесками янтаря, а языки адского пламени охватили стекло и стали стремительно нагревать его нагревать. Вскоре жар перешел и на руку Вики, но она продолжала зациклено глядеть в одну точку из которой родился ненасытный танцующий в грациозной диковинной румбе огонь. Он, словно кинжалами, резал воздух на клочья, создавая между ними грань из легкого черного дымка, что так приятно щекотал нос, вызывая слабую, но такую счастливую улыбку.

— Вики! — прикрикнул Люцифер, вскочив на ноги и взяв девушку на руки, осматривая обожженную нежную кожу от которой остался один лишь пепел. Он стал взволнованно приглядываться к возраждающимся участкам кожи, изумленно округляя глаза, с каждой секундой все больше. Края губ опустились вниз, искажая лицо. В голове дьявола проскочило несколько сценариев и мыслей по поводу происходящего, он потерялся в собственных догадках, что вогнали мгновенно кол в трезвый рассудок. Сердце болезненно защемило от страха.

Демоница дернулась всем телом и наконец-то вернулась из собственной вселенной, состоящей из непрекращаемого потока размышлений, идей, планов. Она опешила, сделав круглые глаза, когда поняла, что находится в объятиях у дьявола. В его глазах началась война переживаний и боли.

— Вики, что это? — изменился в лице Люцифер, отпуская и бережно ставя на ноги девушку. Она ахнула от удивления, заметив, что произошло с рукой и мгновенно завела ее за спину, опустив голову. Вики вовсе позабыла о том, что так и не рассказала Люциферу о своей новой силе и о истинной сущности, за что мысленно ударила себя по лбу.

Каламбур из мыслей не позволил ей ответить на поставленный вопрос. Демоница попыталась восстановить все слова в правильную последовательность, но никак не могла сосредоточиться, чувствуя как Люцифер теряет терпение на вес золота, медленно приходя в состояние злобного раздражения.

Дьявол преодолел мизерное расстояние между ними и двумя пальцами грубо приподнял подбородок Вики, что испуганно дернулась от такого резкого жеста. Его взор четко произнес вопрос еще раз, дабы привести девушку в сознание, задевая нервные окончания в спине, отчего девушка стала подрагивать от пронизывающего озноба. Дыхание демона стало прерывистее, тяжелее, опаляя бархатную кожу Вики, оставаясь красными пятнами. Черты лица стали резче, что предало четкости и некой строгости, в особенности взору его побагровевших кроваво-красных очей, что уже начинали искриться и воспламенять все вокруг, словно действующий вулкан. Однако напротив этого могучего разъяренного вулкана находится океан небесно-голубых глаз Вики, спокойные тихие, но такие чувственные волны которого ударялись о его подножие, разлетаясь на миллиарды мелких капель, тем самым немного приглушая дьявольский пыл Люцифера.

Но демон продолжал держать девушку за подбородок, даже не думая ослабить хватку.

— За то время, что ты был в тюрьме в моей жизни многое изменилось, а если быть точнее — все. Мои планы, мировоззрение, интересы, чувства стали иными и приобрели нужный им характер и оттенок. Я нашла себя, Люцифер. — Вики подняла глаза, глядя мужчине в лицо, которое выдавало неуемный интерес и даже некий опасный азарт. — Обо всем остальном поговорим потом, если пожелаешь, но есть то, что я не намерена обсуждать. Позволь, я покажу тебе?

Дьявол одобрительно кивнул и убрал руки за спину, сцепив в замок, не спуская пронзительного взора с девушки, сканируя каждое движение. Как бы сильно он не любил девушку, Люциферу не нравится ее скрытность и боязнь все рассказать. Безумно хочется вбить ей в голову, что, поделившись с ним, на душе станет проще да и количество ссор уменьшится, однако попробовать бы доказать этой упрямой девице.

Люцифер вел себя излишне сурово и холодно, но когда Вики прикрыла глаза, чтобы настроиться и наконец-то продемонстрировать силу, то резко рассмеялась, наполняя все пространство своим заразительным переливчатым смехом. Он проник в кровь демона, с невыносимой скоростью распространяясь по всему организму, и как только проник в мозг — вынудил улыбнуться и немного смягчиться.

Но спустя пару минут демону посчастливилось созерцать, как казалось, невозможное. Он увидел не просто девушку, а сильнейшее небесное существо, сила которого практически приравнивалась к его, однако она неповторима. Невозможно передать насколько сильно ей шел образ Мальбонте — сочетание карминового и лазуревого в дивных очах девушки, огненная и воздушная стихии воссоединились в одном теле этой удивительной демоницы, а крылья и вовсе наиболее привлекли внимание дьявола своим естеством и равномерностью. Именно это единение не соединенного в большей степени ошарашило, привело в изумление Люцифера.

Вики хотела произнести слово, и уже открыла рот, практически начав говорить, как указательный палец демона коснулся ее губ, приказывая замолчать и не рушить благоговейную тишину этого упоительного, ни с чем не сравнимого ранее момента, а горящие янтарным пламенем бездны его глаз подтверждали приказ.

Рука демона неторопливо, бесшумно коснулась вспыхивающего и полыхающего огнем крыла, языки пламени которого, словно раскаленные кинжалы, пронзили острой вспышкой боли разгоряченную кожу мужчины. Его глаза загорелись ярче, разбрасывая искры. Плавным движением он перешел на другое крыло, где царит вечная зима и лютая сила необузданного холода, что не подвластна Люциферу. Демон не любит холод и терпеть не может все, что с ним связано, но впервые в жизни в его душе вспыхнуло непреодолимое и острое желание узнать, что же такое холод и почувствовать на себе его губительное действие, что так опасно для дьявола.

Как только крошечная снежинка соприкоснулась с рукой Люцифера, он дернулся всем телом, зажмурив глаза, отворачивая голову в другую сторону. Ему было дико. Удивительно, что эта снежинка не стала для него роковой. В следующее мгновение с быстротою молнии Вики личным манером решила показать Люциферу всю красоту удивительной зимы. Чуткие аристократические пальцы девушки провели полоску по щеке демона, оставляя по себе приятное ознобление, вызванное таким резким перепадом температуры.

Мысли демона разбегались и путались в один неувязочный вихрь, что снес ему голову своей нелогичностью.

— Этого не может быть. — тряхнул головой Люцифер, вынуждая себя поверить в свое опьянение и быстрое действие на него алкогольного напитка.

— Почему? — вызывающе шепнула Вики, обнимая руками лицо демона. Одна его щека горела, в то время как вторая запылала от леденящего душу касания. Обхватив своими руками ладони девушки, Люцифер нежно их сжал, убирая от своего лица, тем самым вызывая появление изумленности в глазах Вики. Он стал изучать каждый миллиметр ее кожи, пальцем выводя различные узоры и усмехаясь так растерянно и искренне удивленно, словно ребенок. Ему было настолько интересно и увлекательно, будто нашел путь в новый мир, ранее неизведанный.

— Потому, что холод не может существовать в одной стихии с огнем. Вечная вражда между ними сильнее, нежели наших кланов. — ответил мужчина, ловя пальцами снежинки, исходящие от крыла и рук девушки. Вики тихо рассмеялась, дабы не спугнуть от такого откровения Люцифера.

— Как оказалось, могут.

Вики приподняла одну ладонь над другой, демонстрируя Люциферу доказательство своим словам. Над яростным пылающим пламенем нависла рука, источающая свирепый полярный холод. Языки пламени стали расти, касаясь противоположной руки, а холод стал распространяться в пространстве между руками, нарушая территорию огня. При этом абсолютно никаких процессов не происходит, лишь воссоединение стихии.

Люцифер всплеснул руками, удивленно созерцая за происходящим, его глаза поползли на лоб, показывая крайнюю степень недоумения.

— Но... Как!? — запарировал он, размахивая руками.

— Не знаю... — с ноткой ужаса ответила Вики и вмиг все прекратилось, она снова стала обычной девушкой.

Люцифер мгновенно оказался рядом и легонько сжал ее за плечи, встряхивая.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Не совсем. — неуверенно выдавила из себя Вики, вопросительно склоняя голову на бок.

— Я был прав, а думал, что сошел с ума. Чертовски поразительно! Вики, ты же полуангел-полудемон. У меня свет равноценен тьме, также как и жажды власти и справедливости. Так вот почему я постоянно чувствовал в тебе ангельский луч света, несмотря на демоническую силу. Всегда было ощущение, что рядом со мной ангел.

— Поэтому ты и стал называть меня mio angelo?

Демон кивнул, все еще не веря своим глазам. Он смотрел на Вики не как на любопытный экспонат в музее, а как на луноликую музу и героиню его тайных, неизвестных никому сновидений.

— Также как воссоединяются две разных стихии, так же воссоединяться два королевских клана.

— Не бывать этому. — зло фыркнул Люцифер, исподлобья пронзая Вики недовольным взглядом.

— Почему это?

— Я хочу мира, а не воссоединения с этими отбросами преисподней.

— Как можно иметь мир с теми, кого не уважаешь, считая отбросами?

— Легко и просто. Двуличие и божественное лицемерия никто не отменял, верно? Может у меня и благие намерения, но в конец концов я дьявол и никто не говорил, что буду использовать честные методы. В этом мире, по крайней мере на этой планете, не существует справедливости и я не собираюсь доказывать невозможное — ее существование. — безэмоционально, ровным спокойным тоном произнес демон, ожидая реакции Вики на его слова.

Демоница сделала шаг, становясь к нему в упор.

— Верно, но лицемерить нужно так, чтобы все удивились от твоей замечательной актерской игры.

Дьявол удивленно приподнял соболиные брови ко лбу, искривляя губы в непонимающей усмешке.

— То есть, ты хочешь сказать, что тебе нравятся методы достижения целей, выбранные мною? И ты ничего не скажешь против?

— Нет. Нужно самим устанавливать правила, да такие, чтобы соперники были в восторге. Тогда ты получишь некое уважение в их глазах, что даст тебе шанс на переговоры. Затем пару-тройку поступков с такой же моралью, и они будут более благосклонны к тебе, но не будут осознавать этого. Поэтому так важно хорошо знать своего врага, чтобы просчитывать и совершать первыми его ходы.

От отблеска хитрости в глазах Вики, Люцифер оживился, чувствуя себя до невозможности комфортно, в своей среде.

— Ты точно дьявольская подруга, Вики. — довольно пролепетал демон, зарываясь рукой в золотистых волосах девушки, что струятся волнами по ее полуобнаженной спине, заставляя низ живота болезненно пульсировать и начать посылать импульсы мозгу.

— Теперь я могу тебе противостоять.

Девушка прильнула к демону, сцепив руки в замок на спине и чувствуя его прерывистое дыхание и едва уловимый сбитый пульс, гулко отбивающего удары, сердца.

— Ты всегда имела эту возможность, даже без наличии какой либо силы.

Люцифер положил голову на макушку девушки, и его слова отдались ей легкой пульсирующей вибрацией, вызывающей сладостное томление.

Оставив легкий поцелуй на виске девушки, демон отстранился, окинув Вики многозначительным красноречивым взглядом. Адская смесь азарта, страсти и безумного интереса переплеталась вместе с едким, словно дым, захвативший в плен разум, страхом.

— Но какой бы не было твое влияние на меня, в моей душе живут горькие подозрения, Вики. Я хочу их развеять по адским равнинам.

Мгновенно в голову Вики пробралось понимание чего же именно желает Люцифер — услышать правду из ее уст.

Согласно кивнув, она освободилась из его крепкой хватки и села возле костра, поджав колени к груди, обнимая их руками. Люцифер разместился напротив. Пару разделяло лишь пламя, что отравляло разум прогорклым дымом, но яркими оттенками зазывало к действию. Оно служило некой чертой, которую следует переступить и навеки позабыть о ее существовании.

Ком из подавленного страха и лихорадочного волнения, что до сих пор получалось скрывать под кожными покровами, подобрался к горлу девушки, вынуждая прекратить эту пытку и наконец поднять полный грусти взгляд на сидящего напротив демона. Лицо Люцифера не выражало никаких эмоций — полный сухости, выжидающий взгляд спокойных алых бездн, проникающих в самую душу.

— Позволь, я начну. Ты мне задаешь вопрос, я честно отвечаю. Затем моя очередь. Идет?

Разрушил мучительную тишину выдержанный безмятежный голос мужчины. Он стал неким спасательным кругом для Вики, что даже не представляла откуда черпать смелость и терпение. Хотелось узнать все сразу, но одновременно желание испарялось с каждым упоминанием о том, что осталось в прошлом.

— Люцифер, мне не дает покоя один единственный вопрос, застрявший в голове, словно долгоиграющая пластинка. Расскажи мне о том, как я, будь человеком, оказалась вплетена в вашу войну с Владом? Что между вами произошло тогда? — монотонно задалась вопросом Вики, сосредоточенно изучая реакцию дьявола.

Из его груди вырвался томный судорожный вздох, что задел самые потаенные струны его души, вызывая спрятанную правду в глубинх сознание наружу. Страшно. Страшно рассказывать то, о чем даже думать боялся, а уж тем более любимому демону. Но любовь она такая. Самое потаенное становится явным, а явное станет частью крепких отношений. Однако эта истина не просчитывает ту принесенную правдивостью боль и крах, идущий за руку с разлукой.

Потупив взгляд на побитой руке, Люцифер стал перекатывать между пальцами кулон, подаренный Хейли, начиная рассказ:

— После своей смерти и обращения в вампира, Цепеш был зачислен в ряды демонов. Его даже не стали отдавать в школу. Его воспитанием и неодолимой, я бы сказал даже удивительной, силой занялся сам Сатана. Уж больно ему понравились совершенные на Земле злодеяния. Мне стало любопытно, кто же этот хваленый колосажатель. Историю знакомства я упущу, все довольно банально. Сразу после первой встречи мы оба осознали, что между нами есть некое родство, связность, что и стало точкой отсчета нашей зарождающейся дружбы. Нас связывало все: детство, взгляды, эмоции, сила и власть, понимание. Тогда казалось, что дружба не закончиться никогда. После завершения школы отца, Влад стал пропадать на Земле, вовсе позабыв о существовании ада. Я совершил неожиданный визит, где застал Цепеша с девушкой. Следует признать, она была красива: точеные скулы, резкие, но притягательные черты лица, темные длинные волосы вплоть до поясницы. Кареглазая понравилась мне с первого взгляда, и меня даже не стало смущать, что в тот момент она находилась под моим лучшем другом. Влад отчитал меня за такое внезапное появление, но мои мысли уже занимала она. Девушка невероятна была на то время, но и сломала же она мне мозг, ибо не подходила по моим стандартам. Не нравятся мне спокойные уравновешенные девушки, с ними скучно, а проведенное время даже мне жаль. Но Екатерина... До сих пор не понимаю, чем и как она смогла меня очаровать до такой степени, что я, как собака, гонялся за ней. Она долгое время была с Владом. Я чувствовал их сильную эмоциональную связь, но онас с ней связывала физическая. Мой животный магнетизм не мог оставить девушку равнодушной к такому мужчине, как я. Долго я бил голову, пытаясь добиться ее. я метался по всей планете, разрываясь между противоречивыми чувствами. Влад мой брат, Екатерина — его девушка, но и со своими пылкими ревнивыми чувствами я справиться тоже был не в силах, в силу своего возраста. У нас была связь с девушкой и Влад об этом узнал. Как раз в то время между нами назревал нешуточный конфликт и дело дошло до войны. На Земле начались катаклизмы, жестокие войны. Из-за нашей любви между небом и землей погибли миллионы невинных людей. Все стремительно закрутилось. Девушка не могла больше разрываться, ибо любила Влада, но я, как дьявол, склонял ее на свою сторону. Но поистине она любила Цепеша. Всем сердцем. Меня это сильно разозлило, и я решил довериться уже покоренной мною судьбе, ведь знал что удача будет благоволить мне. Я заманил девушку в подземелье Брана. Она должна была незнакома с теми катакомбами и должна была выбраться оттуда сама. Выхода два, и мы решили, что если отыщет восточный — победа Влада, а если южный, то моя. Мы следили за ее блужданиями, как вдруг на дворец неожиданно напали. Мы ринулись выяснять ситуацию, вовсе позабыв о несчастной. Когда проблема была решена нашими усилиями, я не нашел Влада после боя и ринул сразу в темное подземелье. За мной с факелами побежала стража, освещая путь. Я увидел ужасающую картину. На руках Дракулы лежала мертвое обескровленное тело Екатерины. Он кричал, уже не выдерживая боль потери, и винил во всем себя, ведь на ее шее, по его словам, следы его клыков. — мужчины отвернулся, смахивая слезу, и переводя прерывистое дыхание. — Я проверил, следы действительно были, но не принадлежали Цепешу. Ему ранее что-то подсыпали, чтобы он потерялся в прострации и стал галлюцинировать. Влад до сих пор винит себя, а я в свою очередь себя. Эта девушка... Черт, Екатерина тогда сломала нас пополам, словно карандаши. Естественно, после такой потери у нас не было ни сил, ни желание продолжать кровопролитие.

— Итан сказал, что это ты ему что-то подсыпал и убил девушку.

— Он и не то мог тебе сказать. Долгие годы мы пытались разгадать тайну загадочного убийства Екатерины, но так и не смогли. Влад сошел с ума от потери, и даже я не смог помочь брату. Не смог. С ним творились ужасные вещи, да и происходят до сих пор.

Вики закрыла лицо руками, переваривая услышанное и стирая слезы.

— Что касаемо тебя, дьяволица, — Люцифер шаловливо осмотрел Вики с ног до головы, на его лице засияла лукавая ухмылка, в омуте кроваво-красных глаз вспыхнуло необузданное пламя, заискрившись.— Это история еще не дописана, но начало имеет. Мы до отношений с Екатериной начали войну, но позже прекратили, но это противоречило правилам и законам преисподней. Когда Дракула более или менее отошел от смерти его девушки, вражда между нами снова обрела прежние обороты.Тогда мы стали убивать людей. Это отдельная история, но суть одна: от слабейших мы шли к сильнейшим. Количество людей было установлено Сатаной — 1000 особ, представляющих ценность для ада, как будущих демонов, что вскоре пополнят ряды. Безжалостно уничтожая людей, мы сильно заигрались и пошли на поводу у чувств, заостряя междоусобицу. Спустя несколько дней нам озвучили, что остался один единственный человек. Он должен быть особенным, интересной и многогранной личностью. Поиски длились долгое время. Наши слуги не справлялись и Влад принял решение отыскать самим. Бродя по улочкам Парижа, мы решили надраться до потери памяти, но перед нами было своеобразное препятствие, требующее терпения — пешеходных переход. Влад опустил голову, как вдруг на него обрушилась девушка, своими золотыми кудрями перекрывая взор. В меня полетела картина, которую я ловко схватил. Быстро оправившись, девушка извинилась, заглядывая в глаза каждому из нас. Выхватив из моих рук картину и улыбнувшись Владу ослепительной улыбкой, она ушла на обратную сторону. А мы так и продолжали стоять, словно окаменевшие, прокручивая в голове взгляд. Такой пронзительный, изучающий. В небесно-голубых огромных очах искрились на солнце ультрамариновые вкрапления, что матовым блеском вынуждали радужку сиять. Они мне напомнили летнее небо, такие же переменчивые. То искрятся радостью, то пылают азартом и интересом. Я четко для себя разглядел, что она была чем-то озабочена, и это вызывало в ее душе ураган эмоций и грустную улыбку. Меня пронзило раскаленной иглой. По телу прошлась волна озноба, бросая то в холод, то в жар. Черт, это так интересно. Для меня это было впервые. Знаешь, все разделилось на "до" и "после". Мое хмурое настроение и желание напиться испарилось, на смену пришла жажда схватить ее и отругать за такой лукавый взгляд, в котором я увидел силу высоты. Трудно описать, что со мной тогда произошло. Грудь распирало, будто там что-то выросло. Такое приятное, словно невесомое облако. Мне резко захотелось увидеть как она рисует, но не картину. Как девушка будет кистями выводить мне на груди то самое таинственное облако, которое повлекло за собой бурю эмоций и чувств. И как ты думаешь, кем была эта голубоглазая художница, что так ловко упорхнула из рук сильнейших демонов?

Люцифер, широко улыбаясь, перевел взгляд на уже рыдающую Вики и резким движением притянул ее к себе, усаживая на коленях. Девушка подняла голову, заглядывая в дьявольские глаза.

— Да! Я помню! Ты был одет в серую рубашку, а Влад в черный лонгслив. Помню! — рассмеялась Вики, не веря своим ушам. Как такое возможно? Шепфа, как?

Люцифер не смог сдержать еле слышный, схожий на мурчание кота, бархатный смех, ловя поцелуями слезы, скатывающиеся по щекам счастливой девушки.

— Даже это помнишь. Значит мы еще тогда запали тебе в душу.

— Я нарисую тебе это облако. — дала обещание, повиснув на шее демона.

— Обязательно. Но я не дорассказал. Я видел тебя раньше, Вики.

— Где? — отстранилась демоница, ошеломленно разглядывая лицо Люцифера.

— Ты мне снилась около года в одном и том же сне. Одетая в белоснежные одеяния, бегала по цветочной поляне. Как только я появился, ты остановилась и стала рассматривать меня с улыбкой на лице. Но как только пытался заговорить с тобой, стала отходила на шаг с каждым словом, падая в чьи-то руки. Я особо не стал заморачиваться и забивать себе этой ересью голову, продолжая жить своей жизнью, но когда увидел тебя в живую, то понял, что героиня моих снов, та самая луноликая девушка, играющая со мной в молчанку, — ты.

Удивлению Вики не было предела. От шока отняло язык, заставляя попятиться назад.

— Погоди, то есть я стала вашей целью?

Люцифер не стал опускать глаз, но и не стал смотреть в очи демоницы. Ему было стыдно и больно за содеянный тогда поступок, но Вики не дала ему возможность ускользнуть от горькой правды и прижалась лбом к его лбу, ловя на себе непонимающий взор янтарных камней.

— Да. Я не стану разжигать твой интерес, ибо некуда уже. После смерти Екатерины мы заключили договор, что больше никогда не влюбимся в одну и ту же девушку. Он скреплен нашей кровью и словами Сатаны. Борьба обострялась, в аду поднялся бунт против нас, ибо мы никак не могли убить одну смертную, но это было самым трудным, что я встречал в своей жизни. Я принял решение и направился к отцу со словами, что я не стану выполнять его указание по поводу последнего человека, за что дорого поплатился, ведь это приказ самого Сатаны. Он понял, что сын потерялся в грезах, и наговорил Владу, что я тогда действительно убил Екатерину. Влад обозлился и тогда, — демон тяжело сглотнул, сильно зажмурившись.— Убил тебя. Я не смог уберечь тебя, Вики. Не смог. Я пытался вырваться из серебряных цепей, кричал, противостоял ему и пытался затуманить Цепешу разум. Меня силой приволокли к адским вратам и я увидел твое тело, твою ярко сияющую светом душу. — мужчина опустил голову, судорожно качаясь из стороны в сторону. — Если бы успел, то не было бы всего этого. Ты бы была дома, с отцом, и никогда не познала бы этого кошмара.

— Рано или поздно я бы умерла, Люцифер. Но признаться честно, я не хочу оборачиваться и смотреть назад в прошлое. Что бы мне дала человеческая жизнь, м? В аккурат, ничего.

— Но что тебе дали небеса, Вики? Ту же самую боль, разочарование и несправедливость.

— Они дали мне друзей, возможность расти и совершенствоваться, право на новую жизнь. Небеса послали мне тебя. Нынешняя жизнь наполнена яркими красками, непередаваемой гаммой различных эмоций, и даже те пережитые кошмары наяву делают ее более лучезарной.

Демон усмехнулся, все больше понимая, что она такая же умалишенная, как и он.

— Ты держишь зло на Влада?

— Нет. Его можно понять, да и я частично ему благодарна.

— Ты все-таки ангел, Вики.

Люцифер едва ощутимо коснулся губами кончика носа, оставляя трепетный поцелуй. Девушка приобняла его за шею, понимая, что сейчас ее очередь. От этого печального известия стало не по себе, тело охватил легкий озноб, тошнотворный ком подкатил к горлу снова, не давая возможности издать и звука. Вики прижалась сильнее к мускулистой груди Люцифера, поглаживая место, где так гулко бьется сердце, пытаясь вырваться. От мысли, что их первая встреча произошла при таких обстоятельствах вырастали новые крылья, бабочки в животе запорхали, создавая свой неповторимый танец, вызывающий трепет сердца и прекрасное соловьиное пение души. Но знала бы она тогда, что встретились с самим Люцифером, то какова была бы реакция? Укорила бы в множестве грехов? Разозлилась, что не показал свое истинное лицо? Или продела бы картину через его голову и ушла? Этого уже никто не узнает, однако девушка четко помнит, как рисовала рисунок с воображаемым мужчиной, что был похож на дьявола. Она четко запомнила удивительные рубиновые глаза, где черти идут в пляс, и лукавую игривую улыбку, которую не раз пыталась изобразить на бумаге, но не получалось настолько реалистично, как запечатлелось в памяти. Вики коллекционирует все улыбки дьявола в своей памяти, ведь это довольно редкое явление и кто знает, что дальше им подкинет судьба.

От столь умиленных сахарных мыслей девушка, охваченная волнением, уже перестала колеблиться и наотрез решила вывернуть душу наизнанку, однако боязнь дьявольской реакции сковала легкие, преграждая путь кислорода к мозгу, что и без того нуждается в нем. Словно закрытая в банке бабочка, она билась внутри своей души, пытаясь затаить свой страх, но напористость взяла свое.

— Люцифер, теперь твой вопрос.— напомнила Вики, вырывая демона из собственного порыва внезапных мыслей, что нагло пробрались ему в голову в столь неподходящий для того момент.

— Что ж, — мужчина поглаживал девушку по спине, второй рукой балуясь с льняными волосами, которые так любит. Он наматывал их на палец, наблюдая, с какой грацией пасмо волос закружится в танце и вновь станет прямым. — Мы с тобой сегодня закроем тему прошлого и никогда больше не станет о нем вспоминать, именно поэтому мой вопрос звучит так: что же все-таки случилось два года назад, Вики? Для меня это самое опасное и желанное одновременно. Боюсь, но хочу услышать правду.

— Дай мне слово, что не станешь причинять боль другим.

От этого предостережения желваки заиграли на дьявольском лице, взгляд стал свирепее. Вики почувствовала, как рука, что ранее нежно поглаживала ее оголенную спину, стала невыносимо горячей, обжигая кожу. Она самими кончиками пальцев коснулась ладони, усыпанной татуировками и шрамами, проводя по линии разбитых костяшек, затем до кисти, вырисовывая спираль. Издав хриплый вздох, дьявол переплел пальцы их рук, пытаясь держать себя в руках и не пугать и так объятую страхом Вики.

— Я даю тебе слово. Не вгоняй меня в жесткие рамки моего разума и не терзай. Говори.— строгим командирским голосом приказал Люцифер, уже выдавая зарождающуюся в сердце злобу.

До этого момента демону казалось, что все действительно отошло на второй план и мирно покоится в забытом далеком прошлом, однако в голове вспышками стали появляться воспоминания, маленькие эпизоды прошедшей жизни и бессонных памятных ночей, — крики боли, пьянство, письмо от Вики, года разлуки. Черт бы побрал эти наваждения и мысли. Они врезаются в память острой тоской, бередя душу, вынуждая внутренний взор зажмуриться, пребывая в поисках потаенного уголка.

— Хорошо. После того, как ты во второй раз сделал мне предложение, я улетела готовиться к выпускному балу. Вернувшись обратно, застала в кромешной темноте комнаты Итана. — дыхание Люцифера сбилось, зрачки стали шире, понимая, что же будет сказано далее. — Он захотел, чтобы я улетела с ним и стала его женой, взамен на...

Вики запнулась, выбирая подходящее слово, но демон не дал ей этой возможности, нетерпеливо взмахнув рукой.

— Взамен на что?

— Твою жизнь.

— Объясни мне. — спокойно начал Люцифер и Вики даже смела подумать, что он успокоился. — Потому что я ничего не понимаю! Что за ересь ты несешь! Я же не убью тебя за правду, и дал слово, что никого не покалечу.— запарировал, словно переполненный чайник, Люцифер. Горячее дыхание на щеке Вики теперь причиняло почти ощутимую боль, и без того побагровевшие глаза стали черными от набирающей обороты ярости. Стиснув зубы от холодного бешенства и черной ненависти, что уже успели проникнуть в разум и просочиться в вены, мужчина повернул голову, глядя на лицо девушки.

— Помнишь, ты возмущался по поводу украденного из-под носа самого Сатаны осколка зеркал небытия? Итан угрожал, что вонзит его в твое сердце.

Зажмурив глаза, демон зашипел, предаваясь благородному гневу и выслушивая запоздалое раскаяние.

— Ах, Уокер! Почему ты мне не рассказала? Мы могли бы избежать того, что имеем.

— Я не могла так рисковать, ведь на кону стояла твоя жизнь. За мной следили его демоны. Они сопровождали меня везде. Я не могла позволить тебе умереть.

— Черт с этим всем! Зачем оставила мне ту отвратительную записку? Хотела добить окончательно?

— Погоди, о чем ты? Я не понимаю... — от сердца отлегло, и девушка разинула рот, изумленно уставившись на разъяренного дьявола.

— Так начни понимать! Ты оставила мне записку мол все это было ошибкой, а чувства — фальшью. — протараторил Люцифер, ударив кулаком по половице, что с треском провалилась, а затем и послеющующие две, на которые опиралась Вики, но мужчина успел схватить ее, перемещая на себя. Вжав в свою грудь, он обнял руками лицо девушки, встревоженно бегая по нем глазами, будто в поиске выхода и блаженного озарения.

— Я не писала такого. У меня даже возможности не было. — надломленным голосом произнесла Вики, начав теребить рукав комбинезона.

Тело бросило в дрожь, слова так и остались несказанными, замирая на устах, что от нервов покрылись испариной. Дыхание перехватило, каждый глоток кислорода стал невыносимо тяжелым, вызывая удушье. Закусив губу, чтобы не издать жалобный стон, демоница побелела, как полотно, что аж синеватые жилки стали просвечиваться сквозь нежную кожу.

— Ты чего..? — потерял прежний запал неукротимой ярости Люцифер, обманувшись в своих ожиданиях. — Душа моя, я верю тебе, каждому твоему слову. Никто и ничто не заставит меня усомниться в сказанном тобою, слышишь? Отныне будет так.

Люцифер укутал в свои надежные объятия, прижимая к сердцу, и стал медленно укачивать Вики, нашептывая на ухо приятности, тем самым прогоняя прочь приступ страха. Сейчас эта сильная несломная девушка показала ему свою истинную натуру — маленькую девочку, что боиться лишиться самого любимого демона, заменившего ей смысл жизни и ставшего личной звездой-путеводителем в этой прогнившем мире. Вики обхватила руками шею демона, положив голову на родное плечо, наконец-то осознавая, что он рядом, теперь навсегда. В порыве трепетного чувства, своими изящными бледными руками она коснулась спины, собирая на них испарину. Эта неожиданная ласка пробудила в Люцифере давно утерянную невероятную нежность. Он снова почувствовал, как то самое душистое пышное облако обволокло его грудь, наполняя до предела. Люцифер снова почувствовал себя нужным, живым.

До встречи с Уокер, мужчина не потерял прежнюю хватку, однако запал испарился, витая в адском воздухе. Ему не хватало этого постоянного адреналина и мальчишеского веселого азарта, что кружил вокруг Вики, будто часть девушки. С ней было спокойно, но в то же время тревожно, ведь кто знает, что взбредет в ее светлую голову. Иногда она вытворяла немыслимые вещи, веселя дьявола, но бывали и дни, когда девушка погружалась в недра своей души, поддаваясь тревоге и страху. Тогда Люциферу хотелось взять кисть и нарисовать то самое облако, уносящее обиды и боль далеко в океан, чтобы затем весь негатив вылился в проливной дождь.

— Прости меня, я вовсе не хотел затрагивать эту тему, но, не зная ответа на давно мучающий меня вопрос, мы бы не смогли переступить через прошлое. Я дал тебе слово, что не трону Итана и я его сдержу.

Люцифер напрягся, ожидая реакции демоницы, но когда услышал тихий злорадный смех — расслабился, обхватив губами пульсирующую жилку на шее девушки. Затаив дыхание, демон пытался проникнуться этим момент сполна, чтобы наконец-то послать сигнал сознанию, что все это не его очередной сон или греза, это все реальность.

— Итана уже и трогать не надо, парню хватит на несколько столетий вперед.— криво усмехнулась Вики, отстраняясь от Люцифера.

— И снова ты напоминаешь о нем. Все-таки роль моего братца-шантажиста слишком велика в твоей жизни, не так ли?

На устах мужчины засияла беззаботная искренняя улыбка.

— Кто говорил про лицемерие, а, Люцифер? В конце концов мои связи в раю нам особо не помогут, но вот связи Итана еще как. — хитро пролепетала девушка, проведя рукой по татуировке на дьявольской груди.

— Дьяволица. — захохотал Люцифер, подмигивая девушке, на что она удивленно приподняла бровь, размахивая руками.

— Теперь моя очередь каверзные вопросы задавать, напыщенный индюк.

— Что? — засмеялся в кулак мужчина, еле сдерживаясь.

— Я больше не стану тешить твои языки самолюбия, поэтому ответь мне сразу, дамский угодник,— Вики гордо вскинула голову, задрав подбородок и скрестила руки на груди. — Что у тебя с Софи?

Демон зашелся кашлем, дернув кадыком, вовсе не ожидая такого вопроса.

— И даже не спрашивай откуда я все знаю! — всплеснула руками Вики, в попытках утихомирить бешеный приступ ревности.

— Я и не собирался. — мужчина поднял руки, а-ля сдаюсь. — Было бы удивительно если бы ты не знала про всех тех девиц, что норовят со мной познакомиться.

— Да что мне остальные. У них нет никаких шансов, а вот у Софи, черт бы ее побрал. — недовольно фыркнула Вики, качнув головой так, что локоны ударили по лицу демона.

— Ты не забывай, голубка, что черт здесь я. — спокойно ответил Люцифер, начиная заплетать Вики косу.

— Ты отвечать собираешься?

— Нет, дай же мне полюбоваться твоей красотой. Как восхищает глаз твоя ревность. Что поделать, не могу налюбоваться.

Глаза Уокер полезли на лоб от такого наглого заявления и игривой ухмылки, что сейчас больно резала своими искрами взор.

— Кто тебя ревнует? Я? — рассмеялась Вики. — Это чистой воды жгучее любопытство и ничего больше.

Девушка опустила голову, пряча красноречивый взгляд и пунцовый румянец на щеках, появившийся из-за слов демона.

— Ну-ну, красавица, не пытайся себя обмануть.

— Кого кого, но себя я уж точно не обманываю.

— Значит меня одурить пытаешься. Я похож на доверчивого дурака, вовсе не разбирающегося в женщинах?

— Э, нет! — девушка подняла голову,указательным пальцем тыкая в грудь дьявола. — Больше похож на Нарцисса и церковного амура.

— Церковный амур... Вики, не перебарщивай. Далеко зашла.

— Я еще и идти не начинала.

— Лучше не начинай, родная, иначе наши не кровные узы станут кровной борьбой.

— Ты сексуально озабоченный покоритель женских сердец с завышенной самооценкой, и до мозга костей острый на язык. — протараторила Вики, явно довольна собой.

— Ах вот значит как... Ты ходишь по острию и мне это нравится, но сможешь ли удержаться, ходя по моему шаткому спокойствию?

Лицо демона вытянулось, приближаясь к пыхтящей от ревности Вики. Девушка закрыла рукой его дьявольские глаза, что уже пылают неодобрительным огнем.

— И что это значит? Игра вслепую? — развел руки мужчина, опираясь о колени.

— Не смотри на меня. Это напрягает.

— А значит возбуждает.

— Не надейся, адонис.

— У нас с ней ничего нет и быть не может. Она просто спасла мне жизнь, когда твой сердцем любимый Итан попытался отнять ее у меня. — резко сменил тему Люцифер, начав моргать, тем самым щекоча руки Вики своими изогнутыми ресницами.

— И каким это образом она спасле тебе жизнь?

— Что за ребячество, Вики? — он аккуратно сжал руку, убирая от своих глаз и стал показывать тот самый момент знакомства с Софи.

Вики засмущалась ведь оказалась обманута своими догадками, но животный магнетизм Люцифера не позволил ей отвести глаза.

— Она мне кого-то напоминает, Люцифер. Но я не припомню кого именно. — честно призналась, выискивая ответ в глазах демона, но он вмиг отвел взгляд, разглядывая разтрощенный пол, точнее его остатки. — Люци? — она коснулась руки демона, но он тут же придвинул к себе бокал и выпиле содержащие залпом.

— Она точная копия Хейли. Цвет волос, черты лица, голос, даже россыпь веснушек и шрам на руке. Пока мы с ней сидели, я вспомнил как в детстве с Хейли сбегали к озеру, чтобы полночи рассказывать друг другу страшные истории, а потом полдня смеялись с этой ереси. Я всегда ее защищал, но несмотря на это Хейли была и есть моим ангелом-хранителем. Пусть прошло столько столетий, но мне не хватает, сестры, Вики. Та часть пустоты, что осталась после ее смерти никогда не оживет и не познает аромата ее любимых дамасских красных роз. Отдал бы все, лишь бы увидеть ее и поговорить минуту хотя бы во сне. Но с момента смерти даже ни разу не снилась. Сколько просил, даже Шепфа, ничего. Черт, если бы я не ушел, то была бы жива.— лицо демона осунулось, а на глаза навернулись слезы, но он их тут же смахнул и широко улыбнулся, мечтательно закрыв глаза.— Ходила бы сейчас и кричала на все небеса, что я наконец-то остепенился. Представляю, что было бы, если узнала, что нашлась упрямица, которой я два раза делал предложения.

— И что было бы? — тихо, шепотом, спросила Вики, сжимая дьявольскую руку. Она почувствовала ту судорожную, мелкую, предательскую дрожь, что стрелами прониза тело Люцифера. Он сидел с закрытыми глазами, продолжая улыбаться и мысленно писать сценарий его встречи с Хейли.

— Ну, она бы точно похвалила тебя и попросила бы пару советов о том, каким же способами можно укротить мой бурный нрав. Когда речь доходила до каких-то романтических тем, Хейли могла часами воображать себе мою девушку, при этом детально описывая ее мне. Это, на то время, были еще те муки, но с гордостью могу заявить, что звонкий голос сестры сделал их менее суровыми.

Люцифер распахнул очи, повернув голову к Вики, слабо улыбаясь. Он стал разглядывать ее лицо затуманенным влюбленным взором, поглаживая ее щеку.

— Она всегда представляла мне упрямую и дерзкую девушку, что смогла бы противостоять мне и указать на место. Ту, у которой бы была некая искра азарта, приключений и радости. Ту, которая заставила бы меня наконец-то испытать весь спектр ярчайших эмоций. Как говорится, от ненависти до любви. А еще Хейли мечтала, чтобы моя девушка была доброй. Банально, правда? Но она так не думала, ведь редко встречаются девушки, что могут постоять за себя и поставить любого на место, с доброй и отзывчивой душой, чтобы можно было поговорить и посидеть в тишине, понимая, что она тоже говорит. Сестра твердила, что тишина между влюбленными говорящая, и что она может рассказать многое о них, а я все спорил. Лично мне было плевать какой будет девушка, с которой у меня будет связь. Конечно, принципам и критериям, ранее установленным в своей голове, я не изменял. — Люцифер стирал каждую слезу, что спустилась из глаз Вики, и приобнял ее, подвигая ближе к себе, не умолкая. — Но только что я понял, что сильно ошибался и эта ошибка имела глобальное влияние на мою личную жизнь. Самое сокровенное и потаенное это вовсе не тело, а самое интимное — далеко не секс. Самое драгоценное сокровище — душа, а наивысшее блаженство это тишина с любимой. Никогда бы не мог подумать, что скажу, поверю и даже почувствую такое. Эти слова, прикосновения, интимная связь — лишнее, если ты не видел душу, этот каламбур противоречивых чувств от любви вплоть до страха и боли. Если ты не прострадал и не перенес на себе все те муки и боль любимой, то ты не можешь считаться ей кем-то большим, нежели просто пустым местом. Если ты спал ночами, не думая, как обрадовать ее, упростить жизнь и сделать счастливее, то можешь даже не надеяться на что-то. И все-таки фраза, что женщина это роза, пускающая шипы, правдива. Но за каждым растением нужен особый уход, верно? И если ты сможешь его найти, то растение смириться, перестанет защищаться и позволит тебе коснуться. Путь к кому-либо лежит вовсе не через постель, желудок или мозг, как считают многие, а через ту самую невидимую связь наших душ. Через ту нить привязанности, из-за которой мы вспоминаем друг друга, не спя ночами, блуждаем и весь день думаем как бы встретиться и грезим о совместном будущем. Ты ходишь и думаешь как бы и чем удивить девушку, что и в какой последовательности сказать, как показать чувства, как вызвать в ней ту или иную эмоцию, чтобы показала свои истинные намерения. Далее воображаешь будущее: отношения, вашу совместную семью, как будете целоваться по ночам в саду или вместе раздражать Цербера. Столько планов, мыслей, слов, жестов и чувств, но когда ты видишь девушку — все вмиг рушится, вовсе испаряясь и покидая твой разум без остатка. Одного взгляда достаточно и большего не нужно. Удивительно, правда? Но зато подлинно.

Люцифер никак не мог насмотреться на эти бегающие по его лицу небесные глаза. Не отпускали они его душу и взор, вызывая весь спектр эмоций. Ненависть за то, что сказанными словами вынудил заплакать. Любовь за то, что рядом. Благодарность за то, что выслушала. Злость за то, что попыталась сдержать эмоции. Радость за то, что сапфировые слезы — слезы счастья. Довольство за то, что улыбается.

Время для обоих остановилось, как и сердца, что бились в унисон, как только оба стали мечтать об одном. В эту секунду в сознании демонов одновременно стали проскакивать эпизоды их семейного очага и совместной тишины.

Вот оно — подлинное счастье, когда ты нашел того, кто думает, как ты, и дышит лишь тобой. Кто ходит по твоим следам и смотрит на одно солнце, ловя тот самый луч. Кто каждую искру из глаз хранит, в трудную минуту доставая. Кто ценит тишину, держась с тобой за руку. Ведь тишина — опаснейшее действо, зовущее нас к страху. Однако лишь влюбленные поймут, что это благодать, подаренная Богом.