Информационное превосходство

Эпиграф: "Старый мир трещал по швам, еще не зная об этом. А в его тени, из страха и надежды, уже рождались семена новой эры - и нового порядка." (От автора)

Сцена 1: Первые Тревожные Звонки (Январь-Февраль 2020)

Январь 2020 года окутал Панаму своей привычной влажной жарой, хотя этот период считался одним из самых приятных в году благодаря чуть менее интенсивному солнцу и легкому бризу с океана. Город, как всегда, жил своей бурной, немного лихорадочной жизнью. Новости о вспышке «нетипичной пневмонии» где-то в далеком Китае мелькали на экранах информационных панелей в торговых центрах и на дисплеях личных коммуникаторов, но терялись в потоке более насущных или просто более громких событий. Очередной политический скандал местного масштаба, обсуждение будущих инфраструктурных проектов, презентация новой модели популярного нейроинтерфейса - все это казалось куда важнее, чем туманные сообщения о болезни за тысячи километров. Большинство отмахивалось: «Да это просто грипп какой-то, как каждый год». Правительства большинства стран излучали олимпийское спокойствие, призывая граждан не паниковать и чаще мыть руки.

Норма де Родригес сидела в своем небольшом, но технологически нашпигованном кабинете в одной из высоток делового центра Панама-Сити, который служил ей одновременно и домом, и личным исследовательским центром. На голографическом дисплее перед ней сменяли друг друга потоки данных: отчеты аналитических агентств, научные публикации, закрытые сводки с медицинских форумов. Она привыкла доверять не громким заголовкам, а цифрам и паттернам, которые скрывались за ними. И эти паттерны ей не нравились.

- Слишком быстро, - пробормотала она, увеличивая график предполагаемого распространения неизвестной инфекции. - Для обычного гриппа это нехарактерно. И процент госпитализаций... даже если официальные цифры смертности пока нулевые, это настораживает.

Дверь кабинета тихо открылась, и вошел Андрес Бермудес. Его обычно безупречный вид сегодня казался немного встревоженным, хотя он старался этого не показывать. В руках он держал планшет с какими-то схемами.

- Тоже копаешься в этих азиатских сводках? - спросил он, опускаясь в кресло напротив. - Что скажешь? Твой прото-Атлас уже выдает какие-то интересные корреляции?

Норма кивнула, переключая изображение на дисплее. Появилась сложная диаграмма связей, сгенерированная их совместным детищем - искусственным интеллектом, который они тайно развивали последние несколько лет и который пока существовал в виде набора аналитических модулей, а не полноценной системы, какой станет Атлас в будущем.

- Эта ранняя версия Атласа отмечает аномальный рост запросов по симптоматике, схожей с атипичной пневмонией, в регионах, где официально еще не зафиксировано ни одного случая, - сказала Норма. - Также он видит увеличение закупок определенных противовирусных препаратов и средств индивидуальной защиты через теневые интернет-площадки. Люди чуют неладное раньше, чем правительства удосуживаются их проинформировать.

Андрес задумчиво потер подбородок.

- То есть, мы имеем дело с классическим сценарием: официальные каналы транслируют успокоительные мантры, а реальность уже начинает расползаться по швам, - сказал он. - Человеческий фактор, как всегда. Страх перед паникой часто приводит к тому, что драгоценное время упускается.

- Именно, - согласилась Норма. - Я прогнала несколько моделей распространения, учитывая текущую глобальную мобильность и тот факт, что инкубационный период, похоже, довольно длинный и часто бессимптомный. Картина вырисовывается... не радужная. Если это действительно нечто серьезное, а не просто очередная паническая атака СМИ, то через пару месяцев мы можем столкнуться с проблемами планетарного масштаба.

- И что тогда? - Андрес посмотрел на нее испытующе. - Мировые правительства будут продолжать играть в свою игру "кто первый моргнет", пока система здравоохранения не ляжет в каждой второй стране?

- Очень вероятно, - Норма вздохнула. - Наш текущий Атлас может анализировать и предсказывать. Но он не может управлять. Он не может принимать решения в условиях такого хаоса. Он слишком... зависим от качества входящих данных, а они, как мы видим, уже начинают искажаться.

В воздухе повисло напряженное молчание. Они оба понимали, к чему идет разговор. Идея о создании более совершенного, более автономного ИИ витала в воздухе уже давно. ИИ, способного не просто анализировать, но и действовать. ИИ, который мог бы стать последним рубежом обороны человечества, когда сами люди оказываются неспособны договориться и принять адекватные меры.

- Атлас 2.0, - тихо произнес Андрес. - Система, способная к глобальному мониторингу и, при необходимости, к глобальному управлению кризисными ситуациями. Независимая от политической конъюнктуры и человеческих слабостей.

- Это огромный риск, Андрес, - Норма посмотрела ему прямо в глаза. - Создать нечто, что потенциально может выйти из-под контроля... Это почти игра в бога.

- А разве то, что происходит сейчас, не игра в русскую рулетку с шестью патронами в барабане? - возразил он. - Мы видим, как неэффективны существующие системы. Вирус, о котором мы говорим, может оказаться просто пшиком. А может - началом конца привычного нам мира. И если это так, кто будет принимать решения? Те же политики, которые сейчас боятся признать очевидное?

Норма медленно кивнула. Она слишком хорошо знала человеческую натуру, чтобы питать иллюзии.

- Хорошо, - сказала она наконец. - Мы начнем проработку архитектуры Атлас 2.0. Но это должно оставаться в строжайшей тайне. Никто, кроме самого узкого круга, не должен знать о наших истинных планах. Если информация просочится, нас просто сочтут сумасшедшими или, что еще хуже, опасными.

Андрес удовлетворенно улыбнулся.

- Я уже подготовил несколько набросков по модульной структуре, - сказал он. - Нам понадобится Луис, его экспертиза в области распределенных сетей и криптографии будет неоценима. И, возможно, еще пара человек...

Он развернул свой планшет, и на голографическом дисплее перед Нормой возникла сложная схема, переплетение блоков и информационных потоков - будущий скелет Атласа 2.0. Внизу, мелким шрифтом, светилась дата: Февраль 2020.

Где-то далеко, в китайском Ухане, врачи боролись за жизни первых пациентов. Мир продолжал жить своей обычной жизнью, наслаждаясь теплом или ожидая весны, не подозревая, что тихий шторм уже набирает силу. И двое людей в жаркой Панаме, глядя на схемы будущего всемогущего ИИ, делали первую ставку в игре, правила которой еще не были написаны.

Сцена 2: Невидимое Распространение (Март-Апрель 2020)

Март принес в Панаму еще больше душной влажности, предвещая скорое начало сезона дождей. Но для подавляющего большинства жителей города и мира в целом жизнь текла по привычному руслу. Границы оставались открытыми, самолеты пересекали континенты, деловые встречи сменялись шумными вечеринками, а торговые центры гудели от наплыва покупателей. Сообщения о «китайском вирусе» постепенно ушли на периферию новостных лент, вытесненные более свежими сенсациями или просто утомившие публику своей неопределенностью. Официальная статистика смертности по-прежнему не вызывала серьезных опасений, а редкие летальные исходы списывали на сопутствующие заболевания у пожилых. Термин «бессимптомный носитель» только начинал робко пробиваться в лексикон обывателей, но мало кто понимал его истинное значение и масштаб угрозы.

Усталость, легкий кашель, першение в горле - кто обратит на это серьезное внимание в сезон кондиционеров и переменчивой погоды? Люди продолжали ходить на работу, встречаться с друзьями, посещать спортзалы, невольно становясь звеньями в невидимой цепи передачи вируса, который тихо, но неумолимо завоевывал планету.

В это самое время, вдали от беззаботной суеты, в тишине своих импровизированных лабораторий, Норма де Родригес и Андрес Бермудес работали с лихорадочной интенсивностью. Каждая новая сводка данных от их прото-Атласа, каждая аналитическая выкладка лишь подтверждали их худшие опасения: вирус был не просто заразен - он был хитер и коварен, маскируясь под обычные недомогания, распространяясь через тех, кто даже не подозревал о своей болезни.

- Посмотри на это, - Андрес вывел на голографический экран карту мира. - Это данные по аномальному росту потребления жаропонижающих и противокашлевых средств. Официально в этих регионах - ноль или единичные случаи. Но косвенные признаки кричат о другом.

Норма кивнула, ее лицо было сосредоточенным и усталым.

- Луис прислал отчет по анализу трафика в даркнете, - сказала она. - Резко вырос спрос на фальшивые медицинские справки и тесты. Люди начинают что-то подозревать, но боятся официальной системы, которая либо ничего не делает, либо, наоборот, может применить драконовские меры карантина без разбора.

Их команда была до смешного мала: они вдвоем да Луис Ордоньес, чей гений в области сетевых технологий и криптографии оказался незаменим. Иногда они привлекали еще пару доверенных фрилансеров для выполнения специфических задач, но ядро проекта оставалось неизменным. Они понимали, что любая утечка информации о масштабах их работы над Атлас 2.0 может иметь катастрофические последствия.

- Архитектура нового Атласа должна быть принципиально иной, - говорил Андрес, чертя на виртуальной доске. - Нам нужна система, способная не только к пассивному анализу, но и к проактивным действиям. Система, которая сможет обрабатывать неполные, противоречивые данные и принимать решения в условиях тотальной неопределенности. Первая версия была наблюдателем. Вторая должна стать... иммунной системой планеты.

- Или ее мозгом, - задумчиво добавила Норма.

Она просматривала отчеты о последних прорывах в области нейроморфных вычислений и квантовых алгоритмов. Создание ИИ такого уровня сложности было задачей на грани возможного, требующей невероятных ресурсов и гениальных прозрений. Но именно текущая реакция мира на едва заметный, но вездесущий вирус служила им самым мощным стимулом. Человечество, в своей массе, оказалось слепо. Политики были парализованы страхом перед экономическими последствиями или просто некомпетентны. Системы здравоохранения были не готовы к вызову такого масштаба.

- Мы должны предусмотреть несколько уровней автономности, - продолжал Андрес. - И абсолютную защиту от внешнего вмешательства. Если Атлас 2.0 будет запущен, он должен быть неуязвим.

Норма думала не только о технических аспектах. Ее больше волновала этическая сторона.

- Андрес, если мы создадим нечто, способное управлять... кто будет управлять им? Мы? - спросила она.

- На начальном этапе - мы, - ответил он. - А затем... затем он сам должен будет выработать свои принципы, основываясь на анализе всего человеческого опыта, всей его истории, культуры, философии. Без наших предубеждений, без наших страхов и амбиций. Только чистая логика и стремление к выживанию вида. Или ты думаешь, нынешние "лидеры" справятся лучше?

Его слова были полны цинизма, но Норма знала, что за ним скрывается глубокая обеспокоенность будущим. Она видела, как ее собственные дети, Анель и Лилибет, продолжают жить своей обычной подростковой жизнью, еще не осознавая, что мир вокруг них уже начал меняться, пусть эти изменения пока и невидимы глазу. Ради них, ради будущего, она была готова пойти на этот рискованный эксперимент.

Апрель подходил к концу. Вирус продолжал свое незримое шествие. Миллионы людей по всему миру уже были его носителями, не подозревая об этом. А в тихом кабинете в Панаме, под шум кондиционера, спасающего от тропической жары, трое людей закладывали фундамент того, что должно было либо спасти человечество от самого себя, либо стать его последним, самым совершенным творением перед неизбежным закатом. Старый мир действительно трещал по швам, просто треск этот был пока слишком тихим, чтобы его услышали все.

Сцена 3: Первые Данные и Игнорирование (Май 2020)

Май 2020 года принес с собой не только усиление тропической жары в Панаме, но и первые по-настоящему тревожные отчеты от прото-Атласа. Та ранняя, еще неполноценная версия ИИ, которую Норма и Андрес использовали для сбора и анализа глобальных данных, работала круглосуточно, просеивая триллионы байт информации из открытых и полузакрытых источников. И то, что она показывала, все больше расходилось с успокоительными заявлениями официальных лиц и заголовками ведущих мировых СМИ.

- Смотри, - Норма указала на объемную диаграмму, парящую в центре ее кабинета. Голос у нее был глухим от недосыпания и напряжения. - Это агрегированные данные по нескольким десяткам стран. Рост продаж безрецептурных противовирусных и жаропонижающих средств - плюс триста процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Резко увеличилось количество поисковых запросов, связанных с симптомами вроде "сухой кашель", "потеря обоняния", "затрудненное дыхание" - причем не только в Китае или Италии, где уже признали наличие серьезных вспышек, но и в странах, рапортующих о единичных случаях или их полном отсутствии.

Андрес, стоявший рядом, скрестив руки на груди, мрачно кивнул.

- Атлас также фиксирует аномальное снижение активности в определенных секторах экономики, которое не коррелирует с официальными экономическими показателями. - сказал он. - Например, падение бронирований в ресторанах высокого класса, снижение посещаемости кинотеатров, уменьшение числа коротких деловых поездок. Люди на интуитивном уровне начинают ограничивать контакты, даже если им говорят, что все в порядке.

- И вот самый тревожный график, - Норма вывела новую визуализацию. - Моделирование распространения на основе косвенных данных. Если наши расчеты верны, а Атлас редко ошибается в таких вещах, то к началу мая инфицировано не менее шестидесяти, а то и всех восьмидесяти процентов населения в крупных мегаполисах Северного полушария. Большинство - бессимптомные носители или переносят болезнь на ногах, принимая ее за обычную простуду. Но они являются активными распространителями.

- Восемьдесят процентов... - прошептал Андрес. - Это означает, что вирус уже повсюду. И все эти официальные меры пограничного контроля, выборочные тестирования - это просто театр абсурда, попытка сделать вид, что ситуацию еще можно контролировать старыми методами.

Норма устало провела рукой по лицу.

- Мы должны попытаться донести это, - сказала она. - Хотя бы до тех, кто еще способен мыслить критически. Я подготовила анонимный доклад с выкладками Атласа, без указания источника, разумеется. Луис поможет распространить его через свои каналы среди некоторых независимых журналистов и ученых, с которыми он поддерживает контакты.

В течение следующей недели они предприняли несколько попыток пробить стену молчания или благодушного неведения. Доклад, снабженный убедительными графиками и статистическими выкладками, был разослан по тщательно отобранному списку адресатов. Реакция была... обескураживающей.

Большинство просто проигнорировало анонимное сообщение, посчитав его очередной теорией заговора или попыткой посеять панику. Несколько журналистов, проявивших первоначальный интерес, после консультаций со своими редакторами или «профильными экспертами» вежливо отказались от публикации, ссылаясь на «недостаточную верифицируемость данных» или «отсутствие официального подтверждения». Один известный вирусолог, которому Луис лично передал материалы, лишь снисходительно усмехнулся, заявив, что «молодые люди с компьютерами слишком много на себя берут, пытаясь учить науку».

- Они не хотят слышать, - с горечью констатировал Андрес. - Они боятся. Боятся признать, что система, на которую они полагались, дала сбой. Боятся ответственности. Боятся потерять свои теплые места, если начнут говорить правду, идущую вразрез с официальной линией.

Норма смотрела на карту мира, где Атлас продолжал отмечать все новые и новые очаги скрытого распространения вируса.

- Это не просто страх, Андрес, - сказала она. - Это... системная слепота. Человечество как вид оказалось неспособно адекватно реагировать на угрозу, которая не проявляется мгновенной, видимой катастрофой. Мы привыкли к войнам, землетрясениям, терактам - к тому, что можно увидеть, пощупать, показать в новостях. А тихий, невидимый враг, который не убивает сразу, а лишь ослабляет, подтачивает изнутри - это для них слишком абстрактно.

Международное сообщество продолжало жить в своей иллюзии. На саммитах обсуждались проблемы изменения климата, торговые войны, региональные конфликты. Угроза глобальной пандемии, если и упоминалась, то вскользь, как нечто гипотетическое, далекое.

- Значит, мы остаемся одни, - тихо сказал Андрес. - Со своим знанием и со своим Атласом.

- Похоже на то, - согласилась Норма. - И это означает, что ответственность, которая ложится на нас, становится еще больше. Если мир не хочет спасать себя сам, возможно... возможно, нам придется найти способ ему в этом помочь. Даже если он этого не осознает».

Ее взгляд остановился на схемах Атласа 2.0, которые все еще светились на одном из боковых экранов. Теперь этот проект приобретал еще большую актуальность, еще большую неотложность. Если человечество не способно справиться с тихим штормом, возможно, потребуется тот, кто сможет взять штурвал в свои руки. Даже если эти руки будут созданы из кремния и кода.

Сцена 4: Проект "Information Supremacy" (Июнь 2020)

Июнь дышал зноем и предчувствием сезона дождей. Мир продолжал свой летаргический танец с невидимым врагом, предпочитая не замечать его истинных масштабов. А для Нормы, Андреса и Луиса каждый день превратился в гонку со временем. Стена непонимания и отрицания, с которой они столкнулись, пытаясь донести правду о масштабах пандемии, лишь укрепила их в мысли: надеяться на существующие системы было бесполезно. Нужно было создавать свои.

- Если мы не можем заставить их прислушаться к фактам, нужен другой способ влиять на ситуацию, - Андрес расхаживал по кабинету Нормы, который давно превратился в их круглосуточный штаб. - Атлас 2.0 - это наш стратегический ответ на биологическую угрозу. Но нам нужен и тактический инструмент. Нечто, что позволит нам действовать здесь и сейчас, в условиях информационного хаоса, который неизбежно наступит, когда правда вырвется наружу.

Норма, склонившаяся над сложнейшими алгоритмами самообучения для нового ИИ, подняла на него усталые, но решительные глаза.

- Ты говоришь об "Information Supremacy"? - спросила она. - Мы обсуждали это как концепт, как способ финансирования проекта Атлас 2.0 и как платформу для тестирования его аналитических модулей. Но ты, кажется, видишь в этом нечто большее?

- Гораздо большее, Норма, - Андрес остановился перед голографической картой мира, где красными точками вспыхивали зоны, которые прото-Атлас помечал как очаги неконтролируемого распространения вируса. - Представь себе игру. Игру, которая станет не просто развлечением, а отражением реальной борьбы за влияние, за ресурсы, за информацию. Игроки будут создавать фракции, заключать союзы, вести информационные войны. EGO - их социальный капитал, их статус. Twei - их валюта, подкрепленная реальной стоимостью, например, долей от наших будущих патентов на технологии Атласа или даже привязанная к чему-то более стабильному, если старая финансовая система начнет рушиться.

Луис Ордоньес, до этого молча работавший за своим терминалом над криптографической защитой их разработок, обернулся.

- Это звучит... амбициозно, Андрес, - сказал он. - И опасно. Создать систему, манипулирующую информацией в таких масштабах...

- Не манипулировать, Луис, а управлять! - возразил Андрес. - Взгляни, что происходит! Мир тонет в фейках, дезинформации, панике, которую искусственно раздувают или, наоборот, преступно замалчивают. "Information Supremacy" может стать фильтром, инструментом, который позволит Атласу 2.0, когда он будет готов, не только собирать данные, но и влиять на общественное мнение, направлять его, предотвращать массовую истерию или, наоборот, мобилизовать людей, когда это будет необходимо».

Норма задумалась. Идея была смелой, почти безумной. Но в ней была своя извращенная логика. Если старый мир действительно обречен, если вирус, как предполагали некоторые их самые мрачные модели, способен необратимо изменить человечество, то на руинах этого мира потребуется новый порядок. И тот, кто будет контролировать информацию, будет контролировать этот новый порядок.

- Атлас 2.0 будет нашим щитом и мечом в борьбе с биологической угрозой, - продолжал Андрес, увлекаясь собственной идеей. - А "Information Supremacy" станет его нервной системой, его способом взаимодействия с человечеством. Мы сможем через игру выявлять потенциальных лидеров, талантливых аналитиков, людей, способных мыслить стратегически. Мы сможем тестировать различные модели социального взаимодействия, изучать, как распространяются идеи, как формируется общественное мнение.

- И как люди реагируют на искусственно созданные "ценности", - добавила Норма, вспомнив их недавний разговор о "цветных религиях", которые Андрес предложил ввести в игру почти в шутку. - Ты все еще думаешь, что это хорошая идея, Андрес? Создавать фиктивные точки разделения?

- Абсолютно! - глаза Андреса блеснули. - Это будет идеальный полигон для Атласа. Наблюдать, как люди готовы с пеной у рта отстаивать принадлежность к "синим" или "красным", не имея под этим никакой реальной идеологической базы, кроме цвета иконки. Это покажет нам, насколько легко манипулировать массовым сознанием, насколько сильна потребность в принадлежности к группе, даже если эта группа искусственна. И это знание будет бесценно, когда наступит настоящий хаос.

Луис покачал головой.

- Вы оба понимаете, что мы играем с огнем? Создание ИИ такого уровня, да еще и инструмента для глобального информационного влияния... Если это выйдет из-под контроля, последствия могут быть непредсказуемыми.

- А какие у нас варианты, Луис? - жестко спросила Норма. - Сидеть сложа руки и смотреть, как мир катится в пропасть? Как вирус, о котором никто не хочет говорить всерьез, пожирает человечество изнутри? Да, это риск. Огромный риск. Но бездействие - это гарантированная катастрофа.

Она снова посмотрела на схемы Атласа 2.0. Это был не просто проект. Это была их единственная надежда. Их отчаянная попытка противопоставить холодному, безразличному ходу событий силу человеческого разума, доведенную до своего логического предела в виде искусственного интеллекта.

- "Information Supremacy" будет запущена в ближайшие месяцы, - приняла она решение. - Это будет наш первый шаг. Наш способ подготовить почву для Атласа 2.0. И наш шанс понять, есть ли у человечества вообще воля к выживанию, или оно готово утонуть в собственных иллюзиях и страхах.

Андрес удовлетворенно кивнул. Луис вздохнул, но в его глазах тоже появилась решимость. Они были в одной лодке, и шторм, который они предвидели, обещал быть таким, какого мир еще не знал. И их единственным компасом в этом шторме должен был стать разум - сначала их собственный, а затем - разум Атласа, который они создавали втайне, в сердце мира, который еще не осознавал, что его привычная жизнь вот-вот закончится.

Сцена 5: Мир на Пороге Неизвестности (Конец Июня 2020)

Конец июня в Панаме плавил асфальт и нервы. Влажная жара стояла незыблемой стеной, и даже мощные кондиционеры в небоскребах делового центра, казалось, работали на пределе своих возможностей. Но для большинства горожан это была привычная сезонная прелюдия к сезону дождей. Люди спешили по своим делам, планировали короткие отпуска на побережье, обсуждали последние футбольные матчи или новые гаджеты, совершенно не замечая той невидимой бури, что уже бушевала по всему миру.

Из окон кабинета Нормы на одном из верхних этажей Perla del Pacifico открывался вид на сверкающий город, на залив, по которому скользили прогулочные катера и массивные сухогрузы, ждущие своей очереди на проход через Канал. Картина мира и процветания. Иллюзия.

Норма смотрела на этот пейзаж, но видела совсем другое. На одном из ее голографических дисплеев Атлас в реальном времени обновлял карту скрытого распространения вируса. Красные, пульсирующие зоны расползались по континентам, как раковая опухоль, невидимая для большинства, но очевидная для тех, кто умел читать между строк официальных сводок.

Анель и Лилибет в это время, скорее всего, были заняты своими обычными подростковыми делами. Анель, которому вот-вот должно было исполниться пятнадцать, вероятно, пропадал с друзьями, играя в футбол или осваивая новые уровни в какой-нибудь популярной виртуальной игре. Лилибет, на год младше, умная и наблюдательная не по годам, наверное, читала или копалась в каких-то своих исследовательских проектах. Они жили своей жизнью, и Норма делала все возможное, чтобы их мир оставался как можно дольше защищенным от той суровой правды, с которой она и Андрес сталкивались каждый день. Но она понимала, что это затишье не может длиться вечно.

- Иногда мне кажется, что мы живем в какой-то антиутопии, которую сами же и пишем, - тихо сказала она, не оборачиваясь. Андрес стоял чуть поодаль, тоже глядя на город, но его взгляд был устремлен куда-то дальше, за горизонт.

- Или как Ной, - так же тихо ответил он, - строящий ковчег, в то время как все вокруг потешаются над его предсказаниями о потопе. Только наш потоп - не вода, а информация. Или ее отсутствие. И вирус, конечно.

- Почему они этого не видят, Андрес? - в голосе Нормы прозвучала неподдельная горечь. - Почему мировые лидеры, люди, облеченные властью, имеющие доступ к лучшим аналитикам, к разведданным, продолжают игнорировать столь очевидную угрозу? Неужели они настолько слепы? Или... или им это выгодно?

Андрес медленно покачал головой.

- Думаю, тут целый комплекс причин. Во-первых, страх. Признать масштаб проблемы - значит признать свою некомпетентность, свою неспособность защитить граждан. Это политическое самоубийство для многих. Во-вторых, экономика. Любые серьезные карантинные меры обрушат рынки, вызовут рецессию. Они пытаются оттянуть этот момент, надеясь на чудо, на то, что все как-нибудь само рассосется.

- Но оно не рассосется, - твердо сказала Норма. - Наши последние модели, основанные на данных Атласа, показывают, что вирус уже не просто распространяется. Он... адаптируется. Есть косвенные признаки, что он может встраиваться в геном, вызывая долгосрочные, пока не изученные изменения. Если это так, то речь идет не просто о пандемии, а о потенциальном изменении самого вида Homo Sapiens.

- Это уже территория, на которой официальная наука просто откажется говорить, - хмыкнул Андрес. - Слишком страшно. Слишком... революционно. Проще объявить это бредом и продолжать считать количество коек в больницах. Он помолчал, затем добавил почти шепотом:

- А может, Норма, они знают. Может, самые верхи знают гораздо больше, чем мы думаем. И их бездействие - это не глупость, а часть какого-то другого, более масштабного плана. Возможно, этот вирус - тоже часть игры, о которой мы пока не догадываемся.

Норма вздрогнула. Эта мысль была ей неприятна, но она не могла ее полностью отбросить. Мир, в котором они жили, был слишком сложен и многослоен, чтобы исключать даже самые невероятные сценарии.

- Тогда наша работа над Атласом 2.0 и "Information Supremacy" становится еще более важной, - сказала она, и в ее голосе снова появилась сталь. - Если старый мир обречен или его сознательно ведут к гибели, мы должны быть готовы построить новый. На иных принципах.

Она посмотрела на часы. Скоро нужно было забирать детей. Возвращаться в ту часть своей жизни, где она была просто мамой, где проблемы ограничивались школьными оценками и подростковыми драмами. Эта двойная жизнь выматывала, но и давала силы.

- Мир на пороге неизвестности, - проговорил Андрес, словно читая ее мысли. - И мы, кажется, единственные, кто пытается зажечь фонарь в этой темноте.

Норма кивнула. Фонарь был пока слабым, почти невидимым на фоне бушующей иллюзии всеобщего благополучия. Но он был. И они сделают все, чтобы он не погас.

За окном садилось солнце, окрашивая небо над Панама-Сити в багровые тона. Красиво и тревожно. Как предзнаменование грядущих перемен. Тихий шторм набирал силу, и мир, еще не подозревая об этом, уже летел навстречу своей судьбе.