Грязнокровки и голоса
Книгу к себе призвал Арманд Малфой, посмотрев на название главы он побледнел, но все же прочитал:
— Грязнокровки и голоса
— Даже думать не хочу, кто обзывался и в чей адрес, — сквозь зубы сказал Кадмус. Драко весь ссутулился, чтоб не попадаться на глаза родителям и предку.
— А мне интересно, что за голоса?! — спросил Годрик.
Гарри посмотрел на Гермиону и присутствующих в этом зале и задумался, что ещё вылезет в течение чтения.
Несколько дней Гарри старался не попадаться на глаза Златопусту Локонсу, и это ему удавалось. Труднее было избежать встреч с Колином Криви, который, похоже, выучил наизусть расписание уроков Гарри. Колин был на седьмом небе от счастья: раз десять в день он произносил: «Как дела, Гарри?» — и слышал в ответ: «Нормально, Колин», пусть даже говорились эти слова с нескрываемым раздражением.
— Гарри, я научу тебя как отвадить приставучих личностей, — сказал Мерлин. Директор школы был недоволен тем фактом, что Гарри и Невилл теперь вне досягаемости. И как мальчишки должны победить злодея, если их будут обучать и привязывать к родовым источникам, так и откат можно получить.
— Спасибо Эмрис, буду благодарен, — сказал Гарри.
— Что... что такое? — сонно пробормотал Гарри.
— Тренировка! — решительно заявил Вуд. — Вставай!
Гарри поглядел в окно. Золотисто-розовое рассветное небо подернуто легкой дымкой, оглушительно гомонят птицы — как это они его раньше не разбудили.
— Но, Оливер, — взмолился Гарри, — сейчас такая рань!
— Вот именно, — согласился Вуд. В глазах высокого, крепкого шестиклассника горел сумасшедший огонь энтузиазма. — Это новая тренировочная программа. Бери метлу и пошли! Другие команды еще и не приступали к тренировкам, мы будем в этом году первыми...
Зевая и поеживаясь, Гарри выбрался из постели и начал искать в чемодане спортивную форму.
— Молодец! Жду тебя на площадке через пятнадцать минут.
— Впринципе, если бы все вставали на физические упражнения, было бы намного лучше, — проговорил Игнотус.
— У других народов есть поговорка: в здоровом теле здоровый дух, а в нашем понимании здоровая магия, — задумчиво проговорил Годрик.
— Гарри, а Букля была к тебе привязана, я имею ввиду вы ритуал проводили фамильяра и хозяина? — спросила Хельга.
— Ммм... нет мне её подарил Хагрид, а зачем ритуал?
— Есть мысли, но пока рано об этом говорить, — проговорила Хельга.
— Кстати, наследник, метлу тебе купили на твои собственные деньги. Имей ввиду, что без тебя в твой школьный сейф, маги заходят как к себе домой. Надо обсудить этот вопрос с кланом гоблинов, иначе снова составлю договор с банком магиков, — заметил Антиох.
— Я даже не знаю толком правил квиддича. — Колину не хватало дыхания, но он не смолкал ни на минуту. — Правда, что в него играют четырьмя мячами? Два летают сами и сбивают игроков с метел?
— Правда, — мрачно подтвердил Гарри: очень не хотелось объяснять сейчас довольно сложные правила игры. — Эти мячи называются бладжеры. В каждой команде есть два загонщика, у них специальные биты, ими они отбивают бладжеры, которые летят в товарищей по команде. Загонщики Гриффиндора — Фред и Джордж Уизли.
— А зачем остальные мячи? — Колин завороженно глядел на Гарри, споткнулся и чуть не упал.
— Большим красным мячом, квоффлом, забивают голы, — пояснил Гарри. — Игроки пасуют его друг другу, стараясь забросить в кольца противника. Кольца закреплены на высоких шестах, по три на каждой половине поля.
— А четвертый мяч?
— Четвертый — золотой снитч. Он маленький, летает быстро и поймать его очень трудно. Это задача ловца. Матч кончается, когда ловец поймает снитч. Его команда выигрывает, потому что получает за это сразу сто пятьдесят очков.
— А ты ловец сборной Гриффиндора? — благоговейно прошептал Колин.
— Да, — кивнул Гарри. Они уже вышли из замка и шагали по мокрой от росы траве. — Еще в каждой команде есть вратарь. Он охраняет кольца. Вот, кажется, и все.
Но Колин не переставал засыпать Гарри вопросами всю дорогу до спортивного поля. Гарри избавился от него только перед входом в раздевалку.
— Пойду поищу себе местечко получше! — пропищал ему в спину Колин и побежал к трибунам.
— Кто такой Колин? Могу ли я с ним познакомиться? — спокойно спросила Моргана.
— Я, — мальчик весь сьежился, и сильно побледнел.
— Салазар, дай ему свой успокаивающий бальзам, пусть успокоится, — проговорила Моргана.
— Колин, я хочу с тобой переговорить на тему твоего поведения, в частности к Гарри Поттеру. Не бойся, всего навсего на перерыве ты со мной пробудешь час, заодно я хочу познакомиться с твоей семьёй, — спокойно сказала Моргана. Мерлин напрягся, а братья Певерелл посмотрев на довольное лицо парня, посочувствовали ему.
На объяснение первой схемы ушло двадцать минут. После чего Вуд достал вторую, за ней — третью. Гарри чувствовал, что засыпает.
— Все ясно? — громко спросил Вуд, вырвав Гарри из объятий сладостной дремы. Как раз в эту минуту ему снилось, что он сидит в Общей гостиной и поглощает завтрак. — Вопросы есть?
— У меня есть, Оливер, — разлепил глаза Джордж. — Почему нельзя было рассказать все это вчера вечером, когда соображалось гораздо лучше?
Вопрос Вуду явно не понравился.
— Да проснитесь вы, — повысил он голос, окинув собравшихся неодобрительным взглядом. — В прошлом году мы, лучшая команда школы, не выиграли Кубка. Нам помешали... э-э... особые обстоятельства...
Гарри виновато заерзал. В том семестре, во время последнего матча, он лежал без сознания в больничном крыле. Гриффиндор вышел на поле без ловца и потерпел самое сокрушительное за последние триста лет поражение.
Вуд замолчал, пытаясь взять себя в руки. Прошлогодний разгром мучил его до сих пор.
— На первом курсе Поттер и его друзья виноваты сами, вас никто не просил лезть за философским камнем, хотя смотрю, чувство вины у тебя Гарри слишком обострённое, — прокоментировал Салазар.
— И вообще, что, кроме квиддича нет других спортивных игр? — спросила Ровена.
— В школе нет, — мрачно сказал работник министерства.
— Что за странные звуки? — удивился Фред, когда они долетели до конца поля и развернулись.
Гарри бросил взгляд на трибуну. На самом верху они увидели Колина. Он без остановки щелкал камерой, звуки на пустом стадионе разносились необычно громко.
— Посмотри сюда, Гарри! Сюда! — отчаянно завопил Колин.
— Это еще кто? — спросил Фред.
— Не знаю, — соврал Гарри и резко рванул с места. До чего же ему надоела эта мелюзга!
— Что происходит? — недовольно нахмурился подлетевший к ним Вуд.
— Почему первокурсник нас снимает? Мне это не нравится. Вдруг, это шпион из Слизерина пытается заснять нашу новую программу.
— Да нет, он из Гриффиндора, — успокоил капитана Гарри.
— Вы что, даже сокурсников с факультета не знаете? — удивлено спросил Годрик.
— И вы ещё хвалитесь тем что Гриффиндор самый лучший факультет, тьфу на вас, — резко сказал Мерлин.
— Кроме того, Оливер, слизеринцам шпион не нужен, — заметил Джордж.
— Что ты хочешь этим сказать? — бросил на него подозрительный взгляд Вуд.
— Что они и сами уже здесь. — Джордж указал на игроков в зеленой форме, которые с метлами на плечах выходили на поле.
— Откуда они взялись? — сжал кулаки Вуд. — Я же забронировал стадион на сегодня! Ладно, сейчас разберемся! Разозлившись, он так резко пошел вниз, что приземление оказалось весьма чувствительным. Его слегка пошатывало, когда он двинулся к слизеринцам вместе с Гарри и близнецами.
— Флинт! — рявкнул Вуд, обращаясь к капитану соперников. — Сейчас наше время! Мы встали чуть свет! Убирайтесь отсюда!
Маркус Флинт был крупнее Вуда. Гарри иногда казалось, что он смахивает на тролля. Вот и сейчас у него на лице играла глуповатая улыбка — как у тролля, замыслившего очередную каверзу.
— Нам тут всем места хватит, Вуд. Подошли Алисия, Кэти и Анджелина. Слизеринцы, среди которых девочек не было, стояли плечом к плечу и презрительно ухмылялись.
— Но я забронировал стадион! — крикнул Вуд. — Забронировал! — Ты забронировал, — возразил Флинт, — а у меня письменное разрешение от профессора Снейпа. Вот, читай: «Я, профессор С. Снейп, разрешаю команде Слизерина провести тренировку на поле для квиддича в связи с тем, что им необходимо опробовать нового ловца».
— Профессор Снейп, скажите, вы знали, что это время было команды Гриффиндор? — надавил магией Слизерин.
— Да, — сквозь зубы ответил Снейп.
— И вы специально спровоцировали этот конфликт, верно? — подхватила Хельга.
— Я ненавижу Гриффиндор и всех, кто с ним связан, — начал говорить бывший профессор зелий.
— С вами все ясно, — мрачно сказал Годрик.
— У вас новый ловец? — спросил Вуд.
— Это новость! Откуда вы его взяли? Из-за спин шестерых игроков вышел седьмой, чуть не на голову ниже остальных. На его бледном, заостренном лице играла самодовольная улыбка. Это был Драко Малфой.
— Ты, случайно, не сын Люциуса Малфоя? — спросил Фред, неприязненно глядя на Драко.
— А ты не зря упомянул его отца, — заявил Флинт, и ухмылки на лицах слизеринцев растянулись еще шире. — Он сделал нашей команде щедрый подарок. Посмотри сам!
Все семеро вытянули вперед свои метлы. Отполированные до блеска, абсолютно новые, с золотыми буквами «Нимбус-2001», они ослепительно сверкали в лучах утреннего солнца.
— Последняя модель. Появилась только месяц назад, — небрежно заметил Флинт, смахнув несуществующую пылинку со своей метлы. Она гораздо лучше «Нимбуса-2000». А что касается «Чистометов», — он бросил уничтожающий взгляд на старые метлы в руках Фреда и Джорджа, — они с этой моделью даже рядом не стояли.
— Хотела бы я посмотреть, как тебе утрут деньгами нос, ну или хотя бы как ты проиграешь на игру, — злорадно сказала Моргана.
— Так, пункт номер восемь: решение проблем за счёт денег рода, пункт номер девять: воспитание подобающие наследнику и книги рода отсутствует, — начал диктовать самопишущему перу и пергаменту, лорд Малфой.
— Что происходит? — спросил Рон у Гарри. — Почему вы не играете? А этот тип что тут делает?
Он удивленно разглядывал Малфоя, одетого в спортивную форму Слизерина.
— Я новый ловец сборной Слизерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой. — Мы любуемся метлами. Их купил мой отец для всей нашей команды. Рон не мог отвести восхищенного взгляда от семи великолепных скоростных метел.
— Хороши, а? — невинно поинтересовался Малфой. — Не расстраивайтесь, соберите с болельщиков деньги и тоже такие купите. Или выставьте на аукцион свои «Чистометы-5». Музеи всего мира из-за них подерутся, — издевался он.
Сборная Слизерина разразилась дружным хохотом.
— Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту.
Самодовольное лицо Малфоя исказила гримаса ненависти.
— А твоего мнения, грязнокровка, никто не спрашивает! — выпалил он.
— Как ты посмел назвать мою подопечную этим словом?! — магия рода Грейнджер требовала наказание.
— Милая, прошу, успокойся, — начал было Кадмус, как его перебила Аннабель.
— Ты же знаешь ведь, что в наше время, я бы уничтожила их род верно?!— Лорд Арманд Малфой, только благодаря вашей защите, я ваш род не трогаю, но если этот ваш наследник, хоть мыслью назовет мою подопечную этим словом, я его в порошок сотру вместе с родителями.
— Услышано!
Нарцисса сейчас корила себя, что так мало уделяла внимания к Драко. Что еще ждать от их чада?! Она с опаской смотрела на книгу и понимала, что нужно вспоминать розги и Блэковское воспитание. Драко смотрел на Грейнджер и думал, как много он накосячил, краем глаза отметив недовольство отца, а про матушку и говорить опасно.
— Лучше пусть лезут, чем сидят внутри, — жизнерадостно заявил он, поставив перед Роном большой медный таз.
— Давай, Рон, не стесняйся. Рон склонился над тазом.
— Нам, наверное, остается только ждать, когда это прекратится само собой? — озабоченно спросила Гермиона. — Это заклятие вообще непросто снять, а уж если сломана палочка...
Хагрид суетился вокруг, накрывая стол к чаю. Волкодав Клык подошел к Гарри, положил голову ему на колени и тут же обслюнявил всю мантию.
— А что хотел от тебя Локонс, а, Хагрид? — спросил Гарри, почесывая Клыка за ушами.
— Учил меня, как колодец от водорослей очистить, — проворчал Хагрид, убирая со стола полуощипанного петуха и ставя на его место чайник. — А то я без него не знаю. Болтал о привидении, накликающем смерть. Будто он его... э-э... откуда-то выгнал. Все небось врал, готов съесть чайник, да!
Это было не похоже на Хагрида. Он никогда не говорил плохо о профессорах Хогвартса. Гарри взглянул на лесничего с удивлением, но промолчал.
— Это возмутительно!!!
— Почему не обратились к целителю?
— Мы растерялись, — произнесла Гермиона.
— В принципе, мистер Хагрид тоже молодец, все верно сделал, но все же на будущее, обращайтесь к целителю хорошо?! — уточнила Хельга с улыбкой.
— А мне нравится ваш полувеликан! Он молодец, хотя порой его не туда заносит. Думаю, мы с Морганой и братьями Перевелл, возможно и другие леди и лорды захотят присоединиться, чтобы помочь создать домен. Вы, Хагрид, сможете там разводить и церберов, и драконов, так как они важны для магии, а одного разумного дракона мы знаем, ещё вас мы обучим, — проговорил Мерлин смотря на счастливое лицо полувеликана. Гарри и остальные сидели, отвесив челюсть, они даже и не слышали о такой магии, а министр теперь смотрел на Хагрида изучающим взглядом.
А вот Гермиона не смолчала и заявила, чуть повысив голос:
— Я думаю, ты несправедлив, Хагрид, профессор Дамбддор сам выбрал его на должность профессора защиты от темных искусств.
— А из кого выбирать-то? — ответил Хагрид, протягивая друзьям тарелку с ирисками из патоки. (Рон все страдал над тазом.) — Защиту... вишь ты... никто не хочет преподавать. Эта должность проклята, на ней больше года не держатся, да! Ладно, лучше скажите, — спросил Хагрид, кивнув в сторону Рона, — кого это он пытался заколдовать?
— Малфоя. Он обозвал Гермиону. Как-то очень грубо, потому что все просто рассвирепели.
— Гнусно обозвал, — прохрипел Рон, подняв голову от таза. На его побледневшем лице проступили капли пота. — Назвал ее грязнокровкой...
Почувствовав очередной приступ рвоты, Рон снова склонился над тазом. Хагрид побагровел от ярости.
— Ишь, гад! — проревел он, повернувшись к Гермионе.
— Я не знаю, что это значит, — тихо проговорила она. — Конечно, я понимаю, это ужасно грубо...
— Это самое подлое оскорбление. — Голова Рона снова высунулась над столом. — Грязнокровками называют тех, кто родился в семье маглов. У кого родители не волшебники. Среди волшебников есть такие, кто считает себя лучше всех. Например, Малфои. Они хвалятся, что у них в жилах течет самая чистая кровь. — Рон странно всхлипнул и плюнул в подставленную руку маленького слизняка. Бросил его в таз и продолжал: — Вообще-то почти для всех волшебников это ничего не значит. Какая разница — маг ты или магл! Взять хотя бы Невилла Долгопупса: уж куда чище кровь, а даже котел не может ровно установить.
— А наша Гермиона может все! Она знает... кучу, нет... все заклинания! — гордо воскликнул Хагрид.
Гермиона от такой похвалы зарделась, как маков цвет.
— Бессовестно так называть людей, — сказал Рон, дрожащей рукой отирая со лба капельки пота. — Грязная кровь! Это про кровь-то! Да сейчас большинство волшебников полукровки. Если бы мы не женились на маглах, мы бы давно все вымерли.
Тут он рыгнул и снова скрылся под столом. — Ты не виноват... эта... что хотел заколдовать его, Рон, — крикнул Хагрид, стараясь перекрыть глухой стук, с каким слизняки падали в таз. — Даже лучше, что палочка не сработала. Поди заколдуй Драко, Люциус Малфой тут же... явится в школу. И тут уж жди беды!
— Неправильно вы понимаете это слово «Грязнокровки». Грязнокровками называют детей которые родились у близких родственников, смешивание своей крови со своей же кровью и магией чревато последствиями. Уходят родовые дары - первый признак. Далее, маги рождаются слабее в несколько раз, и ещё, каждое последующее поколение не сможет иметь более ребенка. Затем появляются в роду сквибы, они как очистители рода, живя около родового камня, собирают всю грязь. Обычно, девушки сквибы умирают при родах, а мужчины живут около тридцати лет, — рассказала Ровена.
— Только маги Англии возомнили себя богами, изгоняют сквибов из рода, — сказал Антиох.
— Явились наконец-то, Поттер, Уизли. — К ним приближалась профессор МакГонагалл. Вид у нее был весьма суровый. — Вечером будете отрабатывать свои наказания.
— А что мы будем делать, профессор? — спросил Рон, сдерживая отрыжку. — Вы, Уизли, будете чистить серебро в Зале почета под присмотром мистера Филча, — ответила профессор МакГонагалл. — И никакого волшебства, Уизли: будете работать руками. Рон судорожно вздохнул. Завхоза Аргуса Филча ненавидели все до единого ученика Хогвартса.
— А вы, Поттер, будете помогать профессору Локонсу — поклонники завалили его письмами.
— Только не это! Нельзя ли мне тоже чистить серебро в Зале почета? — В голосе Гарри звучало отчаяние.
— Конечно, нет. — Профессор МакГонагалл удивленно взметнула брови.
— Профессор Локонс попросил, чтобы ему помогали именно вы. Ровно в восемь, и не опаздывать!
— Из вас отвратительный декан факультета, — проговорил Судьба. Женщина была обескуражена его словами.
— Почему наказание дают спустя время, это в корне неправильно!!! — сказал Кадмус.
— Филч продержит меня всю ночь, — сокрушался он. — И никакого волшебства! Да в этом зале сотни три кубков! А я совсем не умею работать руками, как маглы!
— Я бы с радостью поменялся с тобой, — несчастным голосом произнес Гарри. — Я у Дурслей напрактиковался. Отвечать на письма поклонников Локонса... Просто кошмар!
— Как интересно, у вас что, нет магловедения? — Спросила Моргана.
— Да зачем нужно им? Они ведь великие с чистой кровью волшебники, — ехидно подметил Кадмус.
— А, я бы посмотрел на наказание магии - сутки без оной, — проговорил Игнотус.
— В нашем времени, каждый маг знал, как живут и в чём ходят простецы, о чем говорят, а вы элементарно ничего не знаете о простых людях, — проговорила Ровена.
— Я вас услышала!!! Придет время и будет такой эксперимент, — произнесла Магия.
Это был голос, от которого перехватило дыхание, кровь стыла в жилах, голос, который сочился ледяным ядом.
— Иди... иди ко мне... дай мне схватить тебя... разорвать... у бить...
Гарри вскочил, и улица, на которой жила Вероника Сметли, скрылась под огромным фиолетовым пятном.
— Что-что? — громко воскликнул он.
— То, что ты слышишь, мой мальчик, — ответил Локонс. — Целых полгода без перерыва на первом месте в списке бестселлеров! Такого еще не бывало!
— Я не об этом, — лихорадочно замотал головой Гарри.
— Голос!
— Голос? — озадаченно переспросил Локонс.
— Какой голос?
— Голос, который сказал... вы ничего не слышали?
Локонс изумленно уставился на Гарри.
— О чем ты, Гарри? Может, ты задремал? Посмотрим, который час! Ого! Мы просидели здесь почти четыре часа! Кто бы мог подумать! Время пролетело как один миг!
— Реально наказание, я бы его на первой минуте уже бы заколдовал, — проговорил мрачно Мерлин.
— Гарри, а ты уверен, что не уснул под его монолог?! — уточнила Хельга.
— Да, уверен. Вы поймёте в конце учебного года, — мрачно сказал Гарри.
Понизив голос, чтобы не разбудить Невилла, Дина и Симуса, Гарри сел в постели и рассказал Рону о голосе.
— И Локонс сказал, что ничего не слышал? — спросил Рон. Гарри в лунном свете увидел, как его друг нахмурился. — Думаешь, он соврал? Но я не понимаю... ведь даже невидимки открывают двери! — Да, конечно, — ответил Гарри, опускаясь на подушку. — Я тоже ничего не понимаю.
— Ох, Рональд, я конечно тебе и сочувствую, и злорадствую, — спокойно сказала Ровена.
— Поймете в конце второго учебного года, и мне конечно неприятно это вспоминать, — проговорил Гарри.