Хранитель ключей
В дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки. Великан протиснулся в хижину и пригнулся, но голова его все равно касалась потолка-уж слишком он был велик Он наклонился, поднял дверь и легко поставил ее на место. Грохот урагана, доносившийся снаружи, сразу стал потише. Великан повернулся и внимательно оглядел всех, кто был в хижине.
— Ну чего, может, чайку сделаете, а? Непросто до вас добраться, да... устал я...
Великан шагнул к софе, на которой сидел застывший от страха Дадли.
— Ну-ка подвинься, пузырь, — приказал незнакомец.
— ЧТО?
— Салазар, Годрик успокойтесь! Нам тоже это не нравится, это наш общий потомок не забывайте! — Жёстко произнёс лорд Певерелл. Мужчины посмотрев на хозяина дома, лишь кивнули, подняв чашки с чаем.
Гарри всмотрелся в свирепое, страшное лицо, скрытое волосами, и увидел, что глаза-жуки сузились в улыбке.
— Когда я видел тебя в последний раз, ты совсем маленьким был, — сообщил великан.
— А сейчас вон как вырос — и вылитый отец, ну один в один просто. А глаза материны.
— Делаем выводы, отец парня явно наш потомок с мистером Поттером, а вот мама явно потомок Салазара и кого-то ещё из нас, говорю я это из-за глаз, такой оттенок только у вас лорд Слизерин, я видел очень многих магов и маглов, но не одного с таким оттенком цвета. — Произнес Антиох. Маги лишь кивнули.
Великан протянул руку и, выдернув ружье из рук дяди Вернона, с легкостью завязал его в узел, словно оно было резиновое, а потом швырнул его в угол.
Дядя Вернон пискнул, как мышь, которой наступили на хвост.
— Да... Гарри, — произнес великан, поворачиваясь спиной к Дурслям. — С днем рождения тебя, вот. Я тут тебе принес кой-чего... Может, там помялось слегка, я... э-э... сел на эту штуку по дороге... но вкус-то от этого не испортился, да?
— А, вот и демонстрация силы, и заметьте торт который не факт что зачарован, или полным полно различных зелий, а маленькому ребенку много не надо, лишь капельку внимания и чуточку тепла, а потом не удивлюсь если этот великан будет у него в друзьях, — спокойно сказал Салазар.
— Вы кто? Великан хохотнул.
— А ведь точно, я и забыл представиться. Рубеус Хагрид, смотритель и хранитель ключей Хогвартса.
Он протянул огромную ладонь и, обхватив руку Гарри, энергично потряс ее.
— Ну и манеры, — с отвращением проговорила леди Блэк. Будущие основатели внимательно слушали о будущем проекте под названием «Хогвартс».
— ДУРСЛЬ! — прогремел он.
Дядя Вернон, побледневший от ужаса, что-то неразборчиво прошептал. Хагрид отвернулся от него и посмотрел на Гарри полубезумным взглядом.
— Но ты же знаешь про своих родителей... ну, кто они были? — с надеждой спросил он.
— Да точно знаешь, не можешь ты не знать... к тому же они не абы кто были, а люди известные. И ты... э-э... знаменитость.
— Уверена, это спектакль для Гарри...
— Математика что это? — спросила Ровена смотря на судьбу. Тот вздохнул и объяснил что сейчас это называется арифметикой. Женщина кивнула, сделала отметку.
— Что? — Гарри не верил своим ушам. — Разве мои мама и папа... разве они были известными людьми?
— Известность получившаяся кровью, интересно как далёко она парня доведет? — Прошептала леди Хель.
— Что это значит: они ждут мою сову?
— Клянусь Горгоной, ты мне напомнил кое о чем, — произнес Хагрид, хлопнув себя по лбу так сильно, что этим ударом вполне мог бы сбить с ног лошадь. А затем запустил руку в карман куртки и вытащил оттуда сову — настоящую, живую и немного взъерошенную, — а также длинное перо и свиток пергамента.
— Я бы этого великана... Нет, как он посмел? — пока Хельга возмущалась, миссис Уэсли решила задать вопрос:
— Лорд Гриффиндор, леди, неужели в плане нет клятвы директора? А если есть тогда получается что директор может и не читать её?
— Миссис Уэсли, мы вас услышали, но думаю теперь школу будем строить все вместе, на основе того что узнаем из будущего.
Все кивнули на слова Ровены, а Годрик и Салазар решили вопрос о найме магов для строительства школы.
— Когда мы взяли его в свой дом, мы поклялись, что положим конец всей этой ерунде, -упрямо продолжил дядя Вернон, — что мы вытравим и выбьем из него всю эту чушь! Тоже мне волшебник!
— Так вы знали? — недоверчиво спросил Гарри. — Вы знали, что я... что я волшебник?
— Что он решил сделать?! — Кадмус говорил так резко что в гостиной похолодно. Леди Хель быстро подошла к сыну и сказала пару предложений, на что мужчина довольно кивнул.
— А если бы парень стал обскуром? — как бы не заметила сказала Моргана. Лорд Певерелл очень быстро окинул гостиную взглядом, отметил что все задумались, кивнул Мерлину.
— Знали ли мы?! — внезапно взвизгнула тетя Петунья. — Знали ли мы? Да, конечно, знали! Как мы могли не знать, когда мы знали, кем была моя чертова сестрица! О, она в свое время тоже получила такое письмо и исчезла, уехала в эту школу и каждое лето на каникулы приезжала домой, и ее карманы были полны лягушачьей икры, а сама она все время превращала чайные чашки в крыс. Я была единственной, кто знал ей цену, — она была чудовищем, настоящим чудовищем! Но не для наших родителей, они-то с ней сюсюкались — Лили то, Лили это! Они гордились, что в их семье есть своя ведьма!
— Есть вероятность что Лили приёмная, либо её сестра. А может родители были сквибы, а Лили получила прощение от магии, — сказала леди Блэк.
Ярость сошла с лица Хагрида. На смену ей вдруг пришла озабоченность.
— Да, не ждал я такого, — произнес он низким, взволнованным голосом. — Дамблдор меня предупреждал, конечно, что непросто будет... ну... забрать тебя у этих... Но я и подумать не мог, что ты вообще ничего не знаешь. Не я, Гарри, должен бы рассказать тебе обо всем... э-э... но кто-то ж должен, так? Ну не можешь ты ехать в Хогвартс, не зная, кто ты такой.
— Заметьте Хагрид молчал когда Петунья высказывалась о матери Гарри, а потом он говорит: Дамблдор меня предупреждал, конечно, что непросто будет... ну... забрать тебя у этих... Но я и подумать не мог, что ты вообще ничего не знаешь. опять этот Дамблдор, не наводит не на какие мысли? — спросил Игнотус.
А потом — вот этого вообще никто понять не может— он и тебя попытался убить. Хотел, чтобы следов не осталось, а может, ему просто нравилось людей убивать. Вот и тебя хотел, а не вышло, да! Ты не спрашивал никогда, откуда у тебя этот шрам на лбу? Это не порез никакой. Такое бывает, когда злой и очень сильный волшебник на тебя проклятие насылает. Так вот, родителей твоих он убил, даже дом разрушил, а тебя убить не смог. Поэтому ты и знаменит, Гарри. Он если кого хотел убить, так тот уже не жилец был, да! А с тобой вот не получилось. Он таких сильных волшебников убил — МакКиннонов, Боунзов, Прюиттов, а ты ребенком был, а выжил.
— Хм, вот теперь скажите пожалуйста мне какое первое правило у темных семей, Лорды Певерелл, Блэк?
— Никогда и не при каких обстоятельствах не убивать ребенка не достигшего возраста двенадцати лет, малое совершеннолетие, — проговорил Годрик.
— Теперь, лорд Певерелл дополните ответ Годрика, и дайте понятие убийства и вендетты?
— Убийство это насильственное лишение кого-либо жизни. Ритуальное убийство — это добровольный обряд принесения в жертву согласившегося и подтверждено магией, мага.
Вендетта — кровная месть.
Относительно Гарри замечу, он последний из рода Поттер возможно и Певерелл и Слизерин, а так как судьба ясно дал понять и Блэков, а это автоматически ставит его под такую защиту родовых камней и силы, но я заметил что юноша постоянно то избит, то не докормлен, то вывод: на него скорее всего и сдерживающие оковы одели, то в семнадцать лет его просто разорвет от переисполняющего ядра, если конечно его не убьют.
— А что случилось с Волан... извините, с тем Вы-Знаете-Кем?
— Хороший вопрос, Гарри. Исчез он. Растворился. В ту самую ночь, когда тебя пытался убить. Потому ты и стал еще знаменитее. Я тебе скажу, это самая что ни на есть настоящая загадка... Он все сильнее
— Какие подробности, неужели там кто-то наблюдал за убийством семейства Поттер?
— Все может быть...
Он стащил с себя толстую черную крутку и бросил ее к ногам Гарри.
— Под ней теплее будет. А если она... э-э... шевелиться начнет, ты внимания не обращай — я там в одном кармане пару мышей забыл. А в каком — не помню
— Ага яростный защитник этого Дамблдора, а ещё исключен из школы, ужас... Что творится там? — проговорила Хельга.
— Отметили наверное как он восхваляет этого старика, а ещё и Гарри навязывает свое мнение.
Книгу призвала к себе Хельга и улыбнувшись начала читать.