Глава тридцать-третья. Без права на ошибку.
Утро начиналось так, как будто ночь была всего лишь сном.
Слишком яркий свет от панорамных окон бил в глаза, отчего я лишь сильнее зарылась под одеяло. Одеяло, пропитанное его запахом.
Саша.
Я слышала, как в соседней комнате что-то звякает — он был на кухне. Ни телевизора, ни музыки. Только лёгкий гул города за стеклом и поскрипывание мебели.
Всё казалось обыденным, но внутри всё пульсировало.
Где-то на грани беспокойства, на грани того, что вот-вот должно произойти.
Я закрыла глаза. Не от сна — от мыслей.
Воспоминания о ночи...
Его руки, его взгляд, его голос в темноте. Всё было настолько искренним, что страшно.
Страшно, что это может исчезнуть. Что кто-то — или что-то — это отберёт.
Он смотрел на меня так, будто видел глубже. Глубже, чем даже я позволяла себе самой.
Я поднялась, не торопясь. Мягко ступила босыми ногами по холодному полу. Его футболка всё ещё была на мне — длинная, чёрная, как платье.
Слегка приспущенная с плеча, пахнущая им.
На кухне он стоял у кофемашины. Уставший. Молчаливый. Но когда повернулся и увидел меня — едва заметно улыбнулся.
— Доброе утро, — сказала я тихо, будто боялась вспугнуть этот момент.
— Привет, — хрипло ответил он, — голодна?
Я кивнула.
Он поставил передо мной тарелку с омлетом, тостами и чашку кофе. Всё было идеально. Только вот мы — нет.
За столом мы ели молча. Ни один не начал разговор. Но его взгляд не отпускал.
Я видела, как он смотрит на меня, будто взвешивает, можно ли мне что-то рассказать.
— Саша, — сказала я наконец.
Он поднял глаза.
— Ты что-то скрываешь.
Он не ответил.
— Это из-за Беса?
Его пальцы чуть сжались.
Я поняла — попала в точку.
— Скажи мне всё. Не надо по частям, не надо оберегать, — выдохнула я. — Я больше не хочу быть просто «той, кого надо спрятать». Я не слабая.
Он вздохнул.
Подошёл ближе. Присел на край стола напротив меня. Его голос был ниже обычного.
— Этот мир, Адель... грязнее, чем ты думаешь. Я с детства в этом. Я потерял людей. Из-за него. Из-за того, что однажды думал, что могу всех спасти.
Теперь я просто... выбираю, кого точно не потеряю.
Моё сердце дернулось.
Он говорил прямо. Жёстко. Но глаза — полные страха. За меня.
— Ты ведь знал, кто такой Бес... всё это время? — спросила я.
Он кивнул.
— И ты решил сам разрулить это?
— А как иначе? Тебя бы не было здесь, если бы я тебе всё тогда сказал. Ты бы уехала. И, может... ты была бы в безопасности. Но я был бы пустой.
Я медленно подошла. Положила руку ему на плечо.
Он вздрогнул от прикосновения.
— Я остаюсь, — сказала я.
— Адель...
— Не обсуждается. Я не просто девочка в красивой машине. И я не позволю ни одному ублюдку, даже с татуированной шеей и армией молчаливых байкеров, выдавить меня с дороги.
Он не улыбнулся.
Но я видела в его глазах — он гордился.
Адель сидела на подоконнике, обнимая колени. Саша стоял рядом, всё ещё в той же футболке, взгляд упрямо устремлённый в окно.
Раздался глухой сигнал домофона. Саша переглянулся с Адель, потом коротко кивнул и пошёл открывать. Через пару минут в квартиру ворвался знакомый силуэт — высокий, собранный, но с явными следами усталости на лице.
— Доброе утро, — хрипло бросил Алан, — если его вообще можно так назвать.
Адель спрыгнула с подоконника и подошла ближе, в глазах — решимость, уже не испуг.
— Что у нас?
Алан бросил сумку с ноутбуком на стол, открыл её и достал планшет. На экране — спутниковые снимки района, гаражей, леса и бетонной полосы, где недавно проходила гонка. В углу — схема одного из складов.
— Это база Беса, — начал Алан. — Они называют её просто "Бокс". Там они хранят машины, оружие, документы, все доказательства того, чем они занимаются.
Саша подошёл ближе, опёрся на стол, щёлкнул по экрану:
— У тебя есть план, как туда попасть?
— Да, но нам понадобится не только техника. Нам нужно быть тенью. Всё — без шума. Там охрана. И камеры. Если нас засекут — до полиции ничего не дойдёт. Просто исчезнем.
Адель выпрямилась:
— Я с вами.
Оба парня посмотрели на неё. Саша — будто собирался возразить. Но Алан перебил:
— Ты нужна нам. У тебя идеальное прикрытие. После гонки Бес явно считает тебя девчонкой с понтами, не более.
— А я как раз умею играть в это, — усмехнулась она.
— Мы разделим роли, — начал Алан. — Я отвлекаю охрану, Саша идёт с тыла, у него будут глушилки и оборудование. Адель... ты попадёшь внутрь.
— Сама? — нахмурился Саша.
Алан кивнул.
— У неё лицо — лицо победителя. После той ночи её уважают. И если она зайдёт в гараж с видом: «где мои аплодисменты?», никто не дернется. Это наш шанс установить маячки и снять, что нужно.
Саша молча смотрел на планшет. Видно было — он не в восторге.
— Я не отпущу её туда одну.
— И я не прошу, чтобы ты сидел и смотрел издалека, — отозвался Алан, — но если ты не отпустишь контроль, мы все окажемся в дерьме. Ты сам знаешь, с кем мы имеем дело.
Адель положила руку на плечо Саше:
— Я справлюсь. Ты же сам говорил, что я не просто девочка в красивой машине.
Он сжал губы, но кивнул.
Они разложили карты. Продумали каждый шаг.
Каждую деталь.
Каждую фальшивую улыбку, что наденет Адель.
Каждое движение Саши — как отвлечь внимание и попасть в серверную.
Каждое слово Алана, чтобы увести охрану под предлогом аварии на трассе.
Когда часы показали почти полночь, они замолкли.
План был готов.
Они переглянулись.
Уже не как друзья.
А как союзники, стоящие у черты, за которой может быть только одно — конец или свобода.