Солнце

— Вечер ужастиков?
— Ты что, у меня от ужастиков мороз по коже! И кошмары будут сниться.
Я очень выразительно смотрю на Каору, а потом снимаю верхнюю карту из колоды «дверей».
— Так я не предлагаю смотреть кино. Можно читать вслух рассказы. Ты читала Брэдбери?
— Нет, ну кроме самого известного «451 градус по Фаренгейту»... — я делаю паузу, чтобы дочитать надпись на карточке. — Так, на меня проклятье не действует, я чищу нычки. А они сильно страшные?
Каору отвечает не сразу — сначала вскрывает «дверь», становясь эльфом-полукровкой, и после решает биться с монстром с руки.
— Сложный вопрос... Не могу предсказать, будет ли тебе настолько страшно. Что-нибудь мне подкинешь? — Я качаю головой, показывая, что у меня всего две карты в руке. — Тогда мне уровень и два сокровища. А насчет рассказов все-таки подумай, у меня еще был Джо Хилл, кажется. Или этот сборник сейчас у кого-то... Хм, кажется, я могу продать эти два сокровища за еще один уровень. Возражения?
Я кидаю недовольный взгляд и передаю еще одну монетку, играющую роль уровня. Каору сосредоточенно пересчитывает монетки, выложенные в два ряда рядом со своими картами: восемь. Теперь все становится очевидно. Особенно с учетом того, что рядом с моими картами всего четыре монетки.
— Так бы и прокляла тебя, — бурчу я, переворачивая следующую «дверь». Конечно, мне выпадает монстр четырнадцатого уровня — Локи. «Потеряй класс или расу ДО сражения».
— Тебе помочь? — как будто невзначай интересуется Каору, на что я насмешливо фыркаю.
— Принять помощь эльфа? И позволить тебе выиграть? Ну уж нет!
Моя карточка волшебника отправляется в сброс, а я начинаю пересчитывать все свое добро.
— Но ты получишь четыре сокровища, и любое из них может помочь тебе меня завалить... — Голос звучит совсем рядом, и я не могу понять, кому он, скорее, принадлежит: ангелу или демону?..
— Не мешай мне считать, — ворчу я и пихаю свободной рукой Каору в плечо. Я случайно вижу одну из карт в руке противника и понимаю, что мои карты видно не хуже. — Ты мухлюешь! — Мое возмущение становится более явным. — Подсматриваешь в мои карты!
— Ничего подобного, — возражает Каору и поднимает обе руки в жесте «сдаюсь». — Я всего лишь хочу помочь тебе с Локи. Но если ты не нуждаешься в помощи... — Руки опускаются, и я понимаю, что могла бы увидеть все карты противника, если бы не смотрела Каору в глаза, ставшие теплого оттенка из-за света от гирлянды на окне.
— Это бесполезно, — вздыхаю я, поспешно отводя взгляд. — Я не могу победить, а если мне не удастся сбежать, будет полный провал. Я потеряю два уровня и мое любимое оружие. А, вот, еще и вот это я должна сбросить, я же больше не волшебник... — Очередная карточка из лежащих передо мной отправляется в сброс.
— Тогда мне остается сделать только это. — Каору берет карточку с руки и бросает поверх Локи. — Тебе не нужно с ним драться. Можешь чистить нычки.
Я перевожу удивленный взгляд на Каору.
— Но... зачем?
— Хочу, чтобы ты успела меня проклясть. Это всегда так весело!